Судоплатова, собравшегося ехать на ЗКП под Барановичи, задержал телефонный звонок. Подняв трубку, Павел Анатольевич услышал голос Берии:

— Здравствуй, Павел. А твои Призраки опять отличились — они смогли разоблачить и отправить сюда, в Москву еще одного немецкого агента. Им оказался комиссар Шестидесятого полка НКВД! Ты представляешь, насколько твой наркомат и военный округ в том числе заражены немецкой агентурой? Я немедленно переговорил с товарищем Сталиным и он согласился с моим предложением поощрить всех, кто оказался причастен к выявлению врагов такого уровня. Тебе как уже назначенному наркому, чьи подчиненные — при этом в голосе Берии была явная усмешка — разоблачили несколько вражеских агентов, я решил присвоить внеочередное звание комиссара госбезопасности Третьего ранга, а твоему заместителю Медведеву — звание старшего майора. Звягинцеву и Пономаренко, который сумел в своем донесении примазаться к разоблачению шпионов, Хозяин согласовал ордена Ленина, для награждения на аэродром в Барановичах сегодня вылетит член Политбюро товарищ Хрущев, который узнав о подготовке к войне, примчался в Москву за указаниями. Эти партийные деятели без указаний не в состоянии ничего делать! Это вашего Пономаренко Призраки заперли в бункере и заставили работать чуть ли не круглосуточно, нарезав ему задачи в виде готового плана и свой орден первый секретарь Белоруссии получит только благодаря Призракам, чьи действия в Западном особом округе поразили даже наш генеральный штаб.

* * *

Петлицы и нарукавные знаки нашлись на складе в наркомате и, поменяв знаки различия, Судоплатов и Медведев отправились наконец-то на ЗКП, дав указание Матвееву лично провести проверку приграничных областных управлений на предмет эвакуации секретной документации. Матвеев показал новому наркому копию телефонограммы, которую из ЗКП направили в областные управления НКВД и партийные райкомы, горкомы и обкомы за подписями Пономаренко и Звягинцева: «В трехсуточный срок эвакуировать в Москву всю секретную документацию. Архивы, не имеющие практической ценности уничтожить с составлением акта. Строго запрещается из-за нехватки служебного транспорта вывозить сейфы и мебель. Привлечь к минированию зданий саперов наркомата обороны. Минирование завершить до начала июня с назначением ответственного за подрыв после получения приказа. Невыполнение данного приказа будет приравнено к измене Родине. Срок эвакуации семей сотрудников до пятого июня. Бегство и паникерство в случае военных действий будет расценено как предательство.»

Был и письменный приказ ВРИО командующего округом Коробкова и Первого секретаря партии Пономаренко, предписывающий превратить Гродно, Барановичи, Могилёв, Витебск, Борисов и Минск в укрепленные пункты, ускорив эвакуацию населения. Все каменные дома должны быть превращены в ДОТы, в подвалы из окружных складов доставить боеприпасы и продовольствие, подготовить пулеметные точки и установить противотанковые орудия. Сварщиков требовалось привлечь для изготовления из запаса рельс противотанковых ежей и расставить их на улицах городов, особое внимание требовалось обеспечению противовоздушной обороне всех этих дополнительных укреплений. Еще одно требование касалось создания в Минске во всех зданиях школ госпиталей с привлечением медперсонала, эвакуированного из приграничья (больниц и медпунктов). Окружной медицинский склад в Минске и армейский аптечный склад в Пинске должны частично эвакуировать свои запасы на восток, а частично насытить медикаментами войска, партизанские базы и госпиталя. Минскому вагоноремонтному заводу и Гомельскому паровозоремонтному заводу приказывалось до десятого июня изготовить по бронепоезду, вооруженным пулеметами, зенитными установками и орудиями, окрасив бронелисты в защитные маскировочные цвета.

Судоплатов подивился расторопности Призраков и, сев в машину вместе с Медведевым, отдал тому распоряжение:

— Дмитрий Николаевич! На тебя хочу перекинуть всю подготовку партизанского сопротивления, в том числе и кадровую политику — согласование назначения командиров отряда. Необходимо обеспечить все отряды надежной радиосвязью. Ты должен руководить действиями партизанов после вторжения немцев на нашу территорию. Все отряды должны иметь достаточные запасы взрывчатки.

Когда кортеж автомобилей и штабных автобусов, в которых разместились все сотрудники наркомата республики, добрался до шлагбаума, перекрывающего въезд на Обуз-Лесновский полигон, то навстречу из замаскированных отрытых капониров выскочили два легких танка, направив свои башни на автомобили.

Водитель указал на замаскированные амбразуры ДЗОТов и ДОТов:

— Похоже тут в любой момент готовы открыть огонь!

Будто из под земли, как выяснилось потом, из траншей, накрытых масксетями, появились красноармейцы с автоматическим оружием, к автомобилю подошел сержант госбезопасности, попросивший всех прибывших предъявить свои документы. Судоплатов и Медведев с интересом рассматривали блок-пост, проезд через который сразу за шлагбаумом был хитро проложен змейкой между расставленными бетонными блоками. По сторонам от блок-поста вверх смотрели стволы орудий ПВО, так же накрытые масксетями. По периметру полигона виднелись таблички с надписью «МИНЫ»

Переписав данные пассажиров, начальник блок-поста скрылся из виду и минут через десять появился:

— Проезжайте, вас встретят.

Медведев ткнул пальцем в сторону:

— Павел Анатольевич, гляди-ка! Видишь под масксетями гаубицы стоят? Пару сотен таких же отсюда как я слышал отправили на восток в формирующуюся армию. А здесь два десятка орудий оставили, направив их в западном направлении. Остальные вроде как под Минском, Березой и Пинском расположили, да у самой границы где-то. На самых опасных направлениях, по которым могут двигаться с той стороны.

Неподалеку от ЗКП небо охраняли зенитки, а в отрытых капонирах находились два десятка легких танков и все КВ-2, которые удалось собрать здесь для подготовки бронированного кулака, который сможет не только остановить противника, но и отбросить его контратакой. Еще дальше виднелись замаскированные позиции 29-ой танковой дивизии, на вооружении которой были устаревшие танки БТ-5, БТ-7, Т-26, а также 12 новых Т-34 и 6 танков КВ, помимо танковых полков, в соединении были мотострелковый и гаубичный артиллерийские полки, разведывательный батальон и другие приданные части. В апреле дивизии был передан 376-й отдельный танковый батальон 22-й стрелковой дивизии, прибывшей в полном составе два дня назад с Дальнего Востока и теперь окапывавшейся в пяти километрах от ЗКП как последний рубеж обороны командного пункта.

Как потом удалось узнать Судоплатову, с воздуха ЗКП помимо зениток прикрывали два полка истребителей, размещенных на аэродроме Барановичи, причем один из полков состоял из новейших самолетов, собранных со всего округа и стоявших без дела из-за отсутствия обученных летать на них летчиков. Этот полк получил название учебного и пилоты круглосуточно, в том числе ночью, облетывали новые самолеты Як-1, МиГ-3, ЛаГГ-3. Особое восхищение у пилотов вызвал МиГ-3 — высотный перехватчик с тяжёлым двигателем АМ-35А конструкции Микулина. На высоте 7000 метров самолёт развивал скорость 640 км/час, что было незаурядным достижением того времени.

У входа в ЗКП встречали двое с майорскими петлицами. Оба блондины, здоровые как лоси под метр восемьдесят. Их цепкие взгляды оценивающе пробежались по покидающим автомобили сотрудникам НКВД. Оба одновременно шагнули к Судоплатову:

— Здравия желаем, товарищ Судоплатов. Вашим сотрудникам придется здесь пока обождать — для них необходимо подыскать помещения для проживания. А вас и товарища Медведева ожидают.

Новый нарком республики по выражению лиц майоров понял, что они его определенно узнали, как будто до этого видели его фотографию. Причем выражения лиц встречающих поразили Судоплатова — на них явно были уважение и удивление одновременно.

В помещении с картами и столом для совещаний находились генералы и полковники. Представившись, гости поздоровались с командованием округа, командующими армиями, корпусов и руководством дивизий, сотрудниками штабов. Последним подошел Батя, скромно стоящий чуть в стороне:

— Подполковник Звягинцев!

Судоплатов протянул руку и ощутил крепкое рукопожатие:

— Товарищ Звягинцев! Приказом народного комиссара внутренних дел Советского Союза Берии вам присвоено специальное звание старшего майора госбезопасности и с утверждением в должности начальника Третьего отдела Западного Особого военного округа, вот ваше удостоверение.

Батя развернул и при виде подписи Берии ухмыльнулся — Служу Советскому Союзу!

— А где ваши сотрудники, остальные члены вашей спецгруппы? У меня для них так же есть приятные новости.

Батя подмигнул Хантеру:

— Товарищ Огнев, пригласите всех членов спецгруппы. Только Макса пусть оставят, а не тащат сюда.

Под заинтересованными взглядами присутствующих военных через пять минут выстроились все попаданцы.

Судоплатов торжественно произнес:

— Майорам Череде, Алексееву и Огневу присвоены специальные звания капитана госбезопасности, капитанам Иванову и Бойко — звания старшего лейтенанта госбезопасности, младшим лейтенантам Боброву, Пустовойтову, Лебедеву, Кадочникову, Сырцову и Семенову — звания сержанта госбезопасности. За организацию и участие операции по выявлению и уничтожению шпионской диверсионной сети в Бресте капитаны госбезопасности Череда, Алексеев и Огнев, сержанты госбезопасности Бобров, Пустовойтов, Лебедев, Кадочников, Сырцов и Семенов награждаются правительственными наградами — орденом Красного Знамени!

Вручив новые удостоверения и награды, Судоплатов добавил:

— За организацию раскрытия в рядах сотрудников наркомата обороны и захват шпионов и вражеских агентов в Западном Особом военном округе Начальник Третьего отдела Западного Особого военного округа старший майор госбезопасности Звягинцев и Первый секретарь ЦК коммунистической партии Белорусской Советской Социалистической Республики Пономаренко представлены к высокой правительственной награде — ордену Ленина. Из Москвы для награждения вылетел член политбюро Первый секретарь ЦК коммунистической партии Украинской Советской Социалистической Республики товарищ Хрущев.

Тишина в бункере взорвалась аплодисментами. Все присутствующие подошли ближе, поздравляя награжденных и тех, кого будет награждать сам член Политбюро. Пономаренко надулся как индюк, в мыслях продумывая доклад товарищу Сталину о необходимости постоянной организационной работы по развёртыванию партизанского движения на оккупированных территориях, надеясь возглавить свой проект.

Вот только Батя задумчиво кивал в ответ на поздравления, решая архиважную задачу по ликвидации Хрущева. Важно было не просто его ликвидировать, но и обставить все как несчастный случай. Похоже у товарища Хрущева (хотя какой он нахрен нам товарищ) случится внезапная остановка сердца как у того говнюка-интенданта.

* * *

Поменяв армейскую форму на чекистскую и добавив в петлицы по кубику, а на гимнастерки привинтив ордена, Струна, Малек, Эд со своим верным Максом, братья Беловы и Серый поспешили на очередную тренировку, которую они проводили вместе с разведгруппой Брестского погранотряда.

Матвей Белов вздохнул:

— И какого хрена нам с братом не дали одинаковые фамилии? Кто бы заподозрил неладное. Ну служат братья вместе и что в этом такого?

Генка Мельник возразил:

— Батя был прав, когда решил дать вам с братом разные фамилии — здесь косо смотрят на службу родственников в одном подразделении. А здорово, что нас в госбезопасность перевели. Теперь у нас на петлицах на кубарь больше. И орденами нас наградили.

Степа ухмыльнулся:

— Змею с Кречетом поди обидно, что их наградами обошли.

Его брат ткнул в бок кулаком:

— Не зазнавайся! У Гриши и Юры всё впереди! Не удивлюсь, что они свои ордена недолго будут ждать. Такие спецы как они наведут шороха в тылу у немцев. Да и в званиях они как и все подросли. Похоже мы немного опоздали.

Четырнадцать пограничников уже приступили к отработке приемов рукопашного боя и при виде орденоносцев прекратили занятия и обступили молодых парней:

— Тю! Вы посмотрите на этих сержантов госбезопасности! Вы когда же успели наркомат сменить?

Новеньким наградам никто из погранцов не удивился — все знали о участии молодежи в захвате польских диверсантов и шпионов. Зато удивлялись их знаниям рукопашного боя. Все шестеро легко, используя приемы айкидо, укладывали наземь «спортсменов» из этой группы ОСНАЗа погранотряда. Поначалу красноармейцы снисходительно относились к поединкам с пацанами, но когда каждый раз все их удары и попытки провести бросок разбивались о хитрые приемы младших лейтенантов, то желающих покрасоваться знанием борьбы или бокса не осталось и все наперебой просили молодежь научить их эффектным приемам, после которых сам собой делаешь сальто из-за боязни лишиться руки.

Да и в соревнованиях по стрельбе все члены спецгруппы давали сто очков вперед, показывая невероятную стрельбу из двух пистолетов, постоянно перемещаясь и кувыркаясь, не давая противнику прицелиться.

* * *

Судоплатов с Медведевым вот уже полчаса принимали участие в совещании, стараясь как можно больше слушать, удивляясь тому как главный Призрак Звягинцев «строит» генералов, ставя задачи то одной дивизии, то другой:

— Товарищи! Всем командирам от уровня взводного и выше запрещается поднимать в атаку своих бойцов в лоб, на пулеметы. Все командиры должны учиться воевать эффективно, для чего бить врага нужно, нанося удары по флангам, с выходом в тыл противника. Требую всех вас довести до своих подчиненных задачи, которые они должны выполнять, попав в окружение. Вместо того, чтобы терять солдат, прорываясь на восток, где их уже ждут укрепленная оборона с пулеметами и орудиями, необходимо в случае недостатка боеприпасов войска отводить в леса, где окруженные врагом части могут вести эффективную партизанскую войну. Партизаны могут нанести врагу огромный урон, пуская под откосы их эшелоны. Один взвод может уничтожить целый танковый батальон, взорвав под паровозом рельсы. Или если в составе было горючее, лишить вражескую дивизию возможности провести наступление. Небольшие группы партизанов, расстреливая на дорогах водителей и повреждая автомобилям радиаторы, а то и двигатели, лишают армию врага мобильности. Вот это должен понимать каждый командир и политрук! Все красноармейцы должны осознавать — в лесах они будут не одни, им могут оказать помощь уже созданные партизанские отряды. Вот только если те, кто бросил свое оружие ради успешного бегства от врага, не могут рассчитывать на понимание Партии и Советского народа — бросив оружие, он добровольно стал дезертиром, перестав быть боевой единицей. За дезертирство по законам военного времени — смерть. Те же, кто попал в плен, не имея возможности сопротивляться, например из-за ран или контузии, или из-за окончившихся боеприпасов, должен знать: совершив побег из плена, захватив вражеское оружие и документы, этот красноармеец или командир реабилитирует себя после перехода линии фронта или попав в партизанский отряд. И я категорически хочу предостеречь всех сотрудников Третьего отдела от подобной ошибки — рассматривать каждого попавшего в плен как врага народа. Попавшие в плен по вине своего командования бойцы не должны слышать такой ехидный ответ: «ты должен был покончить с собой!» Я бы хотел посмотреть на таких особистов, которые готовы застрелиться при угрозе плена. Бойцы виноваты будут только в одном случае, когда имея возможность защищать свою Родину они предпочли добровольно сдаться в плен.

Судоплатов только покачал головой — за такие слова уже десять раз могли объявить паникером, пораженцем или просто врагом народа. А эти генералы и полковники только молча переглядываются, невольно косясь на него, наркома республики.