Выехали через день вчетвером на выносливых и быстрых скакунах гнедой масти, способных без устали передвигаться по холмистой местности и в случае необходимости оторваться от любой опасности. В состав этой четвёрки вошли я с пернатым питомцем Курукой на плече, командир всадников Мансур, темнокожая Мурена и целительница Луана, настоявшая-таки на своём участии в горном походе. Эльфийка Диасса Ловкая Лань тоже упрашивала взять её с собой, и даже почти-почти сумела меня уговорить. Но на третий вечер пребывания важной гостьи в моём доме с запада примчался запыхавшийся гоблин-гонец и сообщил, что оккупационные отряды эльфов Рода Невидимого Богомола оставили два ближайших к крепости Борза Пожирателя Змей посёлка Мудрого Филина. По всему выходило, что князь Брандуил Презревший Смерть передал мои условия совету старейших, и эльфы согласились на них.
К Диассе возвращались не только два самых западных посёлка Мудрого Филина, но и полторы тысячи жителей. В момент политического триумфа правительнице лучше было находиться вместе со своими подданными и купаться в лучах славы, это было весьма полезно для роста авторитета, которого молодой княгине критически не хватало. Да и хорошо было бы показать всем злопыхателям, что ездила княгиня к вождю орков вовсе не прохлаждаться, а вести серьёзные переговоры о будущем Рода, закончившиеся грандиозным успехом. В таком случае ни у кого из эльфов не возникнет никаких крамольных мыслей, если княгиня снова соберётся приехать ко мне, и подданные будут абсолютно нормально относиться к таким «дипломатическим» поездкам. Диасса Ловкая Лань согласилась с моими доводами и ускакала прямо на ночь глядя, взяв с собой в качестве охраны три десятка моих конников Жёлтой Рыбы.
Наша же четвёрка отправилась в путь на следующий день с первыми лучами солнца. Миновала три гряды всё более высоких холмов и к полудню добралась до самых дальних гоблинских поселений перед безжизненными скалами. До этих мест мои разведчики и охотники не забредали, и даже весенняя экспедиция Суэна Охотника на восток так далеко не зашла. Местные гоблины оказались совсем дикими и запуганными, на общение шли с большой неохотой и только за обещание подарков, а о Жёлтой Рыбе и моих орках вообще ничего не слышали.
Тем не менее, я приказал отряду остановиться и разбить лагерь для отдыха. Мне требовалось опросить местных гоблинов насчёт дальнейшего пути, поскольку мы похоже сбились с маршрута и давно уже не встречали тех примет, про которые рассказывал мне с Луаной великан Бряк. Да, это казалось странным при наличии у нас пернатого «глаза», но с воздуха не всегда возможно было верно оценить проходимость пути, и мы не раз попадали в тупик или оказывались на обсыпающихся крутых склонах, передвигаться по которым можно было только с риском для жизни. При этом двуглавую гору, являющуюся нашей конечной целью, все мы прекрасно видели, вот только прямого пути туда не было, петлять же в лабиринте горных ущелий и пересекать бурные потоки с ледяной водой нам совершенно не хотелось.
А ещё я не понимал, где пролегает вымощенная камнем дорога, которая согласно древним картам проходила через Западный Заслон и должна была, по идее, вести как раз к воротам у двухглавой горы. Небольшой полукилометровый участок этой дороги мы встретили на горном плато, продуваемом всеми ветрами, но дальнейший путь снова оказался засыпан землёй и камнями, и старинную дорогу мы снова потеряли. Собственно, ничего удивительного в этом не было. В моём родном мире средняя скорость прироста «культурного слоя» составляла пять-десять миллиметров в год, так что за семьсот лет древнюю дорогу должно было завалить многометровым слоем песка, глины и мусора. В Элате, очень на то похоже, ситуация была во многом схожей, так что потребуется немало усилий откопать старинный торговый путь к западному побережью, если однажды я решу это сделать.
— Туда не ходить глупый человек. Там смерть. Скелеты. Много скелетов. И туда не ходить. Там тоже скелеты. Да и туда тоже нельзя ходить. Очень много скелетов.
Всё моё общение с гоблинами проходило примерно в таком стиле. Местные жители то ли не знали дальнейшего пути на восток, то ли не хотели пришлым людям про него рассказывать. Не помогали ни дары, ни щедрые посулы смелому проводнику, который отважится провести нас через скалы к двуглавой горе. Везде было «много скелетов», и только близкое присутствие нежити похоже охраняло эти дальние посёлки гоблинов от разорения горными великанами, которые терроризировали всех остальных гоблинов. Я рассказал о том, что великанов мои орки уже перебили, но мне откровенно не поверили.
Пришлось действовать по-другому. Я припомнил, что призвавший меня к оркам старый шаман Дереш Угрюмый рассказывал, как по молодости в компании таких же отчаянных храбрецов ходил на восток к снежным горам. Причём проходил он в тех странствиях мимо огромного некрополиса — старинного полуразрушенного города, сейчас заселённого опасной нежитью. Как-то ранее я предполагал, что имел ввиду шаман Западный Заслон, в котором ранее также водилось немало скелетов и призраков. Но про некрополис рассказывал и командир моих разведчиков Суэн Охотник, и по его словам до города мёртвых было «пять дней пути». Расстояние до Западного Заслона было много ближе, и пеший доходил туда от Бездонного озера за двое суток. Так выходит нам нужна дорога мимо некрополиса, где «очень много скелетов»? И именно туда я попросил гоблинов указать путь.
Лопоухие аборигены долго переглядывались меж собой, однако отговаривать нас не стали и подробно в мельчайших деталях объяснили дорогу к некрополису, явно рассчитывая потом поживиться нашей поклажей и лошадьми, когда «глупых людей» сожрёт вечноголодная нежить. Мы же перекусили не спеша на берегу звонкого ручья и продолжили путь, хотя я велел всем с этого момента быть особенно осторожными, а Луане наложить на всю группу благословения.
Часа через три пути мы дружно спешились, оставили лошадей внизу и принялись карабкаться на кирпично-красную скалу, за которой, по словам лопоухих хитрецов, как раз и находилось место, где «очень много скелетов». Крылатый Курука тоже видел скелетов, да и жрица Луана подтверждала, что чувствует впереди нежить, а потому лезть напролом мы не стали, решив сперва осмотреться. И нужно сказать, что гоблины не обманули, нежити впереди действительно было поразительно много. Сотни и даже тысячи скелетов разной степени сохранности бродили по улочкам разрушенного города прямо ясным днём. Фантасмагорическое зрелище!
Да и вообще открывшаяся нам картина впечатляла. Перед нами лежали руины старинного города, когда-то раза в четыре более крупного и оживлённого, чем мой Западный Заслон. Я видел сотни обрушенных домов, причём даже остатки дворца правителя с мраморными колоннами. Видел полукруглый амфитеатр и величественный храм на возвышенности, посвящённый какому-то непонятному многорукому существу, если судить по сохранившейся огромной статуе без головы. Видел я и идущую через город вымощенную камнем дорогу, ведущую дальше к снежной горе с двумя вершинами, до которой оставалось не так уж и далеко, едва ли более сорока километров.
— Будем прорываться напрямик? Или обойдём опасное место стороной? — вопрос принадлежал Мансуру и заставил всех нас серьёзно задуматься.
У наблюдаемого нами города не имелось крепостных стен — видимо, находился он когда-то глубоко внутри территории Туранского Горного царства, и нападения врагов тут не ждали. Его «стенами», если так можно выразиться, являлся Западный Заслон на западе, с востока же непреодолимая горная гряда Хребта Владык не позволяла пройти никакому неприятелю. Так что мы могли спокойно въехать на лошадях и, пришпоривая скакунов, попробовать пронестись напрямик через весь город, и скелеты едва ли смогут нас остановить. Прямая дорога, насколько мы видели, хоть и была местами завалена камнями, но проехать по ней было возможно. Вот только ли одни скелеты тут обитают? В Западном Заслоне ведь вовсе не скелеты были главной опасностью. Я адресовал этот вопрос Луане.
— Не уверена, Альвар, но вроде ничего особо сильного тут не чувствую, — таков был ответ жрицы светлой богини.
А потому мы решились. Вернулись к своим лошадям и, пожелав всем нам удачи, рванули прямиком в город вокруг скалы, с которой мы обозревали древний город. Первым с мечом в руке скакал Мансур, я на полкорпуса лошади позади, тоже приготовив магический одноручный меч, наши девушки мчались за нами. И… у нас получилось!!! Местные скелеты в середине дня оказались какими-то пассивными и в большинстве случаев просто провожали нашу группу пустыми глазницами, даже не попытавшись остановить. Тех же немногих, кто оказался на пути, мы просто снесли на всём скаку, от воодушевления криками подбадривая наших скакунов. Каких-то пять минут, и мы выскочили с противоположной стороны разрушенного города.
— Здорово! — я остановил разгорячённую лошадь и обернулся к Луане, которая верещала минуту назад, вот только в суматохе скачки я не разобрал слова девушки. — Что ты там говорила?
— Я кричала, что чувствую очень сильную нежить в центре города, а потому предлагала развернуться, пока не стало слишком поздно, — со смущением призналась молоденькая жрица, при этом нервно оглядываясь на оставленные нами руины.
Там действительно скелеты оживились, а в воздух поднялись многочисленные белёсые и чёрные тени, в быстром хороводе кружа над развалинами, но в любом случае все они опоздали и упустили нас.
— Сильная нежить? — переспросила Мурена, и наша юная жрица подтвердила.
— Да! Что-то очень жуткое и могучее. Даже более страшное, чем высший вампир. Я сужу по своим ощущениям от баронессы Тильде Ур-Вайетт, которая настолько сильной дрожи у меня не вызывала. Эта тварь даже посильнее будет, чем Тобиас Одиннадцатый!
О как! В любом случае нам повезло, что мы проскочили без происшествий, однако сейчас лучше было убираться подальше от опасного некрополиса. Но не успели мы подняться на ближайший пригорок, чтобы осмотреться, как… сверху с облачного неба послышалось хлопанье широких крыльев, отчего Курука резко сорвался с моего плеча и с тревожным клёкотом унёсся вдаль. Мы все остановились. И сперва сквозь пелену облаков показался тёмный крылатый силуэт, затем перед нами с шумом плюхнулся крупный красный дракон, испугав наших лошадей до состояния неконтролируемой паники. Длиною шагов восемь от начала башки до кончика хвоста, покрытый серо-красной чешуёй и с отчётливым гребнем вдоль всей спины, он опирался на свои широкие кожистые крылья, громко шипел и мотал головой.
Из всей нашей четвёрки только командир всадников Мансур удержался в седле и сумел как-то успокоить мечущегося и взбрыкивающего скакуна, все остальные же попадали наземь, и я в том числе.
— Ну ёпрст! — я чувствительно ушибся и подвернул ногу при падении, а потому поднялся с трудом, стиснув зубы от боли. Повернулся к дракону и объявил с недовольством в голосе. — Мы конечно ждали представителя горных владык и заготовили должные дары для встречи, но нельзя же так внезапно валиться людям на головы!
Чешуйчатая тварь похоже поняла мои слова и довольно осклабилась, показав два ряда острых зубов. Мурена единственная из нас не ушиблась при падении и уже стояла за моей спиной с волшебными кинжалами в руках. Я же помог встать стонущей Луане и проводил взглядом наших уносящихся вдаль лошадей.
— Между прочим, все ваши подарки там, — я указал рукой на перепуганных скакунов. — Мансур, попробуй догнать и вернуть. Я же пока, как и положено, представлюсь охраннику горных вершин.
Сильно хромая, я приблизился к дракону. Слегка поклонился и назвал себя, после чего представил и своих спутников. Сообщил, что орочьи территории до города Западный Заслон отошли ко мне, да и живущих восточнее гоблинов я тоже подчинил, и территории великанов семьи Бочи Пожирающего Драконов очистил. А потому, как и полагается добропорядочному властителю племени, я приехал знакомиться с соседями, чтобы договориться о мирном сосуществовании и взаимовыгодном сотрудничестве.
Дракон опустил голову к самой земле и внимательно слушал мою речь, однозначно понимая слова, однако ничего в ответ не сказал. Я же продолжил и, указав на снежную двуглавую гору впереди, попросил разрешения проехать к её подножию, поскольку у меня в тех краях важное дело. Снова никакого ответа не последовало. И как тут вести переговоры, когда нет никакой обратной связи от собеседника⁈
К счастью, вернулся Мансур, ведя за собой за поводья мою лошадь. Я расстегнул седельные сумки, расстелил прямо на пожухлую траву чистую скатерть и принялся выкладывать свои дары.
— Слышал, что драконы любят золото и красивые безделушки. Потому вот этот массивный жезл с самоцветами, найденный в сокровищнице Западного Заслона, цена прохода к двуглавой горе для моей четвёрки всадников. А ещё драконы, как говорят, любят вкусно поесть. Поэтому вот это блюдо копчёной рыбы из Бездонного Озера, бадья засоленной икры и вот эта ароматная четверть туши оленя, приготовленная профессиональным поваром на вертеле — мой подарок горным владыкам к их ужину. Вот это же… — я вытащил завёрнутый в промасленную бумагу свёрток и показал дракону содержимое, — просто забавный сувенир на память. Засушенный хрен вождя горных великанов Бочи Пожирающего Драконов. Он хвастливо заявлял, что всю жизнь питался драконами Хребта Владык и их яйцами. Можете оставить этот трофей себе на память или даже сожрать его в ответ.
Только тут пошла хоть какая-то реакция со стороны собеседника — дракон закашлялся, пуская изо рта клубы дыма и то ли смеясь, то ли наоборот выражая негодование. Я отошёл от расстеленной скатерти, позволяя крылатому ящеру получше рассмотреть принесённые дары. И тут дракон наконец-то заговорил, несколько шипя, но вполне понятно изъясняясь на языке людей.
— Веж-шливый сосед и уч-штивая реч-шь. Вы ч-шетверо мож-шете проехать к горе и вернуться, останавливать вас никто не станет, хотя с небес мои братья будут пристально следить за ваш-шими действиями. И твоё племя вправе селиться, вести охоту и добыч-шу металла западнее города Свиязь, — ящер мотнул зубастой башкой, указывая на руины некрополиса за нашими спинами. — Этот город мёртвых — граница наш-ших территорий. Наруш-шители будут убиты. Я всё сказал.
До огромных врат, преграждающих путь в подгорный туннель, наша группа добралась уже в темноте. На самом последнем участке путь был совсем простым, поскольку вымощенная камнем дорога тут сохранилась в хорошем состоянии, но до этого пришлось спешиться и передвигаться в полутьме по россыпи камней, засыпавших долину — видимо, когда-то давно тут сошёл сель, перекрыв путь. И всю дорогу над нами кружили драконы — иногда всего парочка, иногда до полудюжины, они контролировали каждый наш шаг и ни на секунду не упускали нас из виду. И даже ночью, если прислушаться, можно было услышать хлопанье широких крыльев в небе над нами. Чтобы Курука не пугался и не срывался от каждого шума над головой, мне пришлось надеть на голову питомцу специальный кожаный колпак, закрывающий хищной птице глаза.
Сторожевые башни не сохранились, да и в целом местность у врат не очень-то походила на старую картинку в древней книге или на рисунок Мурены. Но вот окованные серебристым металлом двустворчатые ворота тут действительно присутствовали и, что удивительно, оказались запертыми, совсем не как в моём пророческом сне. Массивные и чудовищно высокие, метров семь наверное высотою, они слегка светились сохранившейся охранной магией и внушали уважение.
В свете факелов мы осмотрели непреодолимое препятствие и не обнаружили ни рычагов с этой стороны, ни замочной скважины, вообще никаких способов открыть массивные створки. Разве что выгравированный на воротах затейливый рисунок и непонятная надпись могли в этом помочь, именно такую версию высказала призванная героиня Мурена, сославшись при этом на сказку про мудрого волшебника Гэндальфа Серого, сумевшего прочитать надпись и вошедшего в похожие врата. Луана и Мансур темнокожую девушку предсказуемо не поняли, я же скептически помотал головой — на то она и сказка, чтобы в ней ворота открывались волшебным словом.
И пока мои друзья продолжали изучать препятствие, я оставил питомца Мурене и с зажжённым факелом в руке и с верной глефой в креплении за спиной направился искать тропинку в горы, про которую Богиня Смерти рассказывала моей темнокожей подруге. Глефу я взял не просто так. Мы давно уже замечали кружащие вокруг нас многочисленные пары янтарно-оранжевых глаз, отражающиеся в свете факелов. Волки или может какие-то другие стайные хищники вели на нас охоту и выискивали удобного момента для нападения.
Испугался ли я? Однозначно нет. И видимо мой уверенный вид и отсутствие страха горных хищников смущали, волки не уходили, но всё же держались на почтительном расстоянии. Я же шёл, освещая склон факелом и внимательно его осматривая.
Нашёл что-то похожее на описанный подъём шагах в двухстах слева от ворот и разрушенной башни, хотя склон тут оказался очень крутым. И полез наверх, каждую секунду рискуя сорваться в темноте. Мне очень повезло, что стояла сухая погода, иначе взобраться тут по скользкому мокрому склону совершено точно не получилось бы. Так же я минут через пять достиг плоской площадки и увидел именно то, что искал — метровой высоты чёрный камень в виде четырёхгранной пирамиды, все стороны которого были густо испещрены синими светящимися рунами. Весил он никак не менее полутонны, и поднять такую тяжесть никакой возможности не было.
Но я и не стал поднимать каменюку, а использовал свою глефу в качестве рычага. Вставил плоское лезвие под край и принялся понемногу, буквально по нескольку миллиметров, сдвигать чёрную пирамиду. Работа всё равно была невероятно тяжёлой, и я вспотел уже через минуту, несмотря на студёный воздух тут в горах. Так что даже снял доспех и вообще разделся до пояса, но всё равно продолжал свой труд.
В какой-то момент ослепительно-яркая молния с треском сорвалась с вершины каменюки, и я услышал затихающий и удаляющийся визг. По-видимому, какой-то хищник из опасной стаи решил взобраться по крутому склону следом за мной, но попал в зону поражения защитных чар пирамиды. Меня смертельная магия по-прежнему не била, но своему иммунитету я уже давно перестал удивляться — таково было моё «геройское» умение.
Наконец, минут через пятнадцать я сдвинул камень настолько, что стало возможным увидеть небольшое углубление под ним. Я засунул руку и вытащил тяжёлый плоский кристалл синего цвета, прозрачный и правильной восьмиугольной формы. Не знаю, что это вообще могло быть, но по-видимому это и был обещанный подарок мне от дочери Богини Смерти. Можно было уходить, но я решил для надёжности всё же сперва вернуть тяжеленную пирамиду на место, чтобы никто не понял, что драгоценный клад из-под неё уже кем-то изъят.
Когда вернулся к своим друзьям, таща за хвост непонятную мёртвую зверюгу с грозными зубами и роскошной шерстью угольно-чёрного цвета, Мурена уже ставила общую на всех палатку, а Луана с Мансуром готовили ужин на костре. Мой необычный трофей тут же привлёк всеобщее внимание, и опытный наёмник определил хищника как «ночную горную пуму» — хитрую и смертельно-опасную для человека, но особенно страшную тем, что совершенно невидима в темноте и никогда не охотится в одиночку. Как бы то ни было, после смерти первой пумы остальные звери в страхе разбежались, так что жёлтых глаз вокруг стоянки никто из нас больше не видел.
Мурена попросила отдать ей шкуру — мол, из такой можно будет пошить шикарную зимнюю шубу, очень гармонирующую с тёмным цветом кожи девушки. Я не возражал. И вытащил из-за пазухи большой клык на шнурке — знак вождя племени Жёлтой Рыбы — и указал на зубы пумы. Явно когда-то давно клык такого зверя и послужил материалом для амулета вождя. Мы болтали и занимались своими делами, как вдруг из темноты послышалось вежливое покашливание, а затем звуки шагов.
К нашему костру вышел нарядно одетый юноша с огненно-рыжими волосами. Он добродушно улыбался и демонстрировал свои пустые руки, как и отсутствие у него оружия на поясе, так что Мансур с Муреной тоже убрали ладони от рукоятей клинков. Но если остальные мои друзья смотрели на одежду и руки, я больше обратил внимание на его глаза с вертикальными чёрными зрачками. Он драконид? Или дракон, принявший облик человека? А между тем странный юноша подошёл и остановился в паре шагов от нашего костра.
— Мир вам, путники. Не пугайтесь, я просто спросить. Слишком уж много вопросов у моих сородичей вызвала пришедшая на наши земли группа людей, трое из которых несут на себе метки небесных богинь, четвёртый же обладает настолько невероятной удачей, что это похоже даже не благо, а какое-то проклятие. Но хоть всё это крайне интересно, послали меня всё же с другим вопросом. Альвар Завоеватель, покажи то, что ты вытащил из-под охранного камня.
Я замешкался, поскольку не был уверен, что странный незнакомец не попытается отнять мою добычу. Словно прочитав мои мысли, рыжий парень ответил на мои сомнения.
— Не переживай. Мой слуга же обещал вам, что вашу четвёрку беспрепятственно пропустят до двуглавой горы и выпустят с территорий драконов, а слово одного дракона — это слово всей стаи.
Ещё секунду поколебавшись, я всё же вытащил из сумки плоский синий кристалл и передал его в руки дракону. И его вертикальные зрачки сразу же стали круглыми.
— Вот это да… Знаете, что это?
— В общих чертах, — ответил я за всех своих друзей, не став раскрывать незнакомцу нашу полнейшую неосведомлённость.
— Это ключ от вот этих магических врат, — рыжий парень указал на массивные металлические створки, преграждающие вход в подгорный туннель. — Наша стая давно его ищет. С тех пор, как сотню лет назад нарушители-дварфы закрылись изнутри, заблокировав нам доступ к подземным залам. Там остались кладки с яйцами. Там остались некоторые наши тайники с бесценными сокровищами тысячелетней давности. Там остались наши святыни и погребальные залы.
Я ожидал, что после таких слов рыжий парень просто заберёт бесценный ключ себе, но дракон неожиданно вернул кристалл мне.
— Если однажды захочешь продать или обменять этот предмет, ты знаешь, где найти на него покупателей.
О да! Я очень многое хотел от драконов, но прежде чем торговаться, задал уточняющий вопрос.
— А не знаешь ли случайно, какие именно нарушители-дварфы закрыли двери сотню лет назад? Из какого они были клана?
— Из клана Дубощита, — последовал моментальный ответ.
Я нехорошо сузил глаза и поговорил с нажимом в голосе.
— Этот тот самый клан коротышек-мошенников, что семь веков назад взял авансом кучу золота и материалов у заказчиков из Туранского Горного царства, но так и не расплатился, а сбежал с деньгами, скрывшись под горами?
Рыжий парень откровенно удивился.
— Не знаю, человек, откуда тебе известна та давняя история, но это действительно те самые мошенники. Точнее, их потомки в третьем поколении, поскольку дварфы так долго не живут.
— Вот это новость… — я задумчиво повертел синий ключ в руках. — Видишь ли, дракон, так уж получилось, что я — законный наследник тех самых заказчиков, с кем не расплатились эти подлые недомерки. И очень похоже на то, что у нас с тобой общие цели!
(конец четвёртой книги)