К моменту, как мы приехали к кафе «Крученая борода», мне уже было известно все, что происходило в мое отсутствие. Оказывается, я чуть ли не серый кардинал всего преступного мира, не только Широково, но и Красноярска и даже части Москвы.

Забавно и то, что Маша попыталась узнать, откуда ноги растут, или что там еще растет в таких случаях. В общем, это все началось с Широково. Первые новости, первые слухи. Но откуда? Конечно, есть предположение, что это отголоски музыкантов, но также вполне имеется вероятность, что это кто-то из учеников.

А чего нет? Кому не хочется подпортить репутацию такого успешного парня, как я? Но я только улыбался, понимая, как же больно прилетит тому, кто это затеял.

— Лора, накидай списочек первых претендентов на то, к кому я подойду в первую очередь, — ласково сказал я.

Пока же мы сидели в полупустом баре, завтракали яичницей с беконом. Кицуне досталась вареная целая курица.

— Что там? — поинтересовалась Дункан, заметив, что я все утро сижу в телефоне.

— Да, очередной обычный день из жизни Михаила Кузнецова, — вздохнул я.

К слову, Дункан так и проспала всю ночь. Было видно, что она устала. В какой-то момент, она положила голову мне на колени, мило пуская слюну на штанину.

Я хотел немного восстановить ее энергией, но Лора сказала, что она невосприимчива к ней. Ничего не поделать. Придется ей справляться самой.

— Даже интересно, что за жизнь у тебя была, что ты уже настолько…– Дункан ненадолго задумалась. — Сильный.

— Я просто очень любознательный, — постарался я перевести все в шутку.

— Суешь нос туда, куда тебя не просят?

— И не только нос…

— Прошу, без подробностей. Мне этих шуток хватило от Саши, — скривилась она. — Кстати, ты же встречаешься с Машей Кутузовой? Как она? Не видела ее несколько лет.

— Она? Хорошо. Учится, ходит в Дикую Зону.

— А отец как тебя принял? Я слышала, он очень строг к поклонницам его любимой дочки.

— Были небольшие разногласия, но моя любознательность идет впереди меня, поэтому, наведя некоторые справки, он смирился, и мы даже неплохо ладим.

Конечно, про первую встречу я не стал упоминать.

Дверной колокольчик зазвенел, и в помещение вошли старые знакомые байкеры. Громко, смеясь и матерясь, они направились к бару. Судя по всему, нас они не заметили. Мы стояли спиной ко входу.

Да и я выглядел немного по-другому. Уже не в кожанке, а в обычной куртке и спортивных штанах.

Дункан же была в обтягивающих леггинсах и в короткой кофте, с открытым животом, демонстрирующим ее идеальный пресс.

— Фи, блин, — фыркнула Дункан. — И чего мы здесь остановились?

— А что? Не нравится? В прошлый раз я выиграл тут свой мотоцикл, — гордо похвастался я.

— Это на котором уехала Катя?

— Ага, он самый, — довольно кивнул я. — Кстати, во-о-он у того здоровяка. Интересно, на чем он сейчас гоняет. Хотя пофиг.

— Эй, Бульдозер, а че мы опять сюда приехали? — спросил один из его приятелей. Честно сказать, я и забыл, как зовут бугая.

— А что? — огрызнулся он. — Где хочу, там и останавливаюсь.

— Да, но… — товарищ немного замялся. — Вдруг тот пацан…

— А что тот пацан? — зарычал он и начал наседать на своего приятеля. — Дырчик, ты олень или да? Видно же было, что они проездом! И вообще, это чистой воды везение!

— Да я верю! — замахал руками тот самый Дырчик. — Я же просто.

— Следи за языком! — огрызнулся он и схватил бокал пива. — Если бы я этого пацана еще раз встретил, то уже не стал бы с ним сюсюкаться.

Дункан же только закатила глаза, но ничего не сказала. Она то понимала, что это не ее дело. Собственно, как и я. Но все же мне было неловко.

Это как не специально подслушивать знакомых, которые говорят о тебе и не подозревают, что ты рядом.

— Да, ему тогда просто повезло! — крикнул еще один, который проиграл мне, кажется во втором раунде.

Это же подхватили и остальные участники байкерской кучки и заголосили на всю забегаловку.

Когда же они накричались, подняв свой боевой дух, тестостерон и все остальное, Бульдозер, как самый важный и большой, решил осмотреться.

— Да, глядите какая жопа! — не стесняясь, громко сказал он, ткнув пальцем в Дункан.

— Че за доходяга с ней? — хихикнул Дырчик.

Окончательно поверив в свои силы и рыгнув напоследок, Бульдозер вразвалочку направился к нашему столу.

— Эй, детка, а не хочешь провести время в компании настоящих мужиков? — он попытался шлепнуть ее по заднице, но Дункан перехватила его руку.

— Это кто тут настоящие мужики? — она повернулась и оглядела зал. — Что-то не вижу… Миша, ты видишь?

— О, строптивая, люблю таких, — оскалился Бульдозер. — Эй, мальчик, погуляй пару часов.

Я не стал дольше тянуть и повернулся.

Мой любимый момент. Сперва его взгляд был так же надменен, но постепенно, по мере того, как он всматривался в мое лицо, он весь скукожился как изюм, который когда-то был гордым виноградом.

— И снова, здравствуйте, — улыбнулся я.

— Ты…

— Я, — кивнул ему. — Вижу, тебя ничему жизнь не учит? Мало одного просранного мотоцикла?

— Парни! Это он! — оглянулся на свою компанию Бульдозер.

— А чего это? Уже просишь помощь зала? — улыбнулся я, подходя ближе. — Хотя знаешь, я могу тебя простить, если ты сейчас же встанешь на колени и извинишься перед этой барышней.

— Пошел ты! Пацаны! Чего встали? — он еще раз оглянулся, но никто не двинулся с места. Его парни даже отвернулись, делая вид, что не замечают нас.

— Кажется, ты теперь не в авторитете, — подметил я. — Не можешь справиться с каким-то пацаном и зовешь на помощь своих друзей? Ай-яй-яй-яй-яй! Но я добрый. На колени и извиняйся!

Вместо вразумительного ответа, он закричал как раненая чайка и кинулся на меня.

* * *

— А не жестко ты с ним? — спросила Дункан, когда мы уже ехали по трассе.

— Ой, да брось. Подумаешь, подпалил бороду? Не сахарный, — отмахнулся я. — В прошлый раз он не захотел честно проигрывать, теперь вот это. Будет знать, как общаться с девушками.

Я не сильно его помял. Как это обычно говорят? Он сам споткнулся и ударился о мою руку три раза.

Тут нашу беседу прервал звонок.

— Слушаю, Алефтин Генрихович?

— Кузнецов! И как скоро ты хотел мне позвонить? Почему я узнаю о том, что ты пересек границу Северного Пояса еще вчера, и ни звонка, ни привета? — тут же начал он гнать на меня.

— Прошу прощения, замотался. То в баню с Львом Николаевичем, то с Есениным застолье… Ну если хотите, могу попросить князя Толстого вам перезвонить, он может все подтвердить, — улыбнулся я.

— Нет, спасибо, — тут же остыл он. — Мы уже побеседовали.

— Я к вечеру буду в городе, — сообщил я. — Но, Алефтин Генрихович, а что за истории там про меня крутятся? Маша сказала и в новостях, и в газетах?

— А ты не видел? Почитай, все равно мимо Красноярска будете проезжать, — подметил Звездочет. — Заодно придумай, что скажешь прессе. Там много на тебя накопали…

— Насколько? — это меня немного напрягло.

— Всплыла история с Емелей, твоим конюхом. С этим разбирается лично Коля… граф Островский, — поправился он.

— Ладно, разберемся, — вздохнул я. — А так, как там у вас? В общем и целом?

— Все хорошо. Студенты учатся, энергия крутится, — попытался пошутить он.

— Вижу, у вас появились новые шуточки?

— Кузнецов. Как приедешь, сразу ко мне. Я все равно буду в кабинете всю ночь. Работы много! — строго сказал Звездочет.

— Боюсь, что сегодня не смогу, я не один. Со мной Дункан. — предупредил я.

— О как. А Кутузова знает?

— Алефтин Генрихович! Она едет в Широково для тренировок с Асая Реем!

Ох уж эти старики. Вечно думают, что если парень общается с девушкой, то обязательно есть романтическая линия.

— Так, Кузнецов, в общем, как освободишься, жду тебя у себя.

Он не стал долго болтать и положил трубку. И дальше мы ехали молча.

Кицуня уже довольный бегал по салону, облизывал то меня, то Дункан. Болванчик с Лорой мониторили все, что снаружи.

— У тебя есть, где остановиться? — спросил я, после нескольких часов молчаливой езды.

— Гостиница, — пожала плечами Ася. — Надо только забронировать.

— Если хочешь, можешь остаться в моем доме.

Я вспомнил, сколько у меня недвижимости.

— В любом из домов.

— А ты, что, Широковский магнат? — улыбнулась она.

— Ну типа…

— Есть своя история?

— Ага. Довольно длинная.

— Нам ехать несколько часов, — напомнила Дункан. — Так что я бы послушала, если не секрет.

— Да какой, — отмахнулся я. — Ну слушай. Но потом, не жалуйся, что я достал тебя болтовней.

Так мы и проговорили до самого Красноярска. Точнее, разговаривал я, а Айседора только слушала. Иногда смеялась, или что-то уточняла. Но должен признать, она оказалась хорошим слушателем.

Когда заехали в город, то остановились перекусить в ресторане да зашли в киоск и накупили газет.

— Ой, извините, молодой человек, — окликнула меня продавщица. — А вы случайно, не этот парень?

И ткнула пальцем на первую полосу газеты.

«Величайший обманщик, или гений?» — гласила жирная надпись.

— Нет, не я, — соврал я продавщице и поспешил удалиться, прихватив несколько газет с моим лицом.

Запрыгнув в машину, я отдал целую кипу прессы Дункан.

— Ого! Как же тебя жизнь помотала, — улыбнулась она, взяв первую попавшуюся газету.

Вот заразы, хоть бы фотографию нормальную подобрали. А то… Блин, где они вообще такие кадры нашли?

Фотография, кажется, с финала Универсиады. То ли я не так отпрыгнул, то ли Женя зарядил мне по морде, но лицо все перекошено.

— Вот уроды… — выдохнул я.

— Да ты посмотри, как такого можно считать обманщиком? — саркастически сказала Дункан, тряся газетой. — Истинный гений! — и залилась громким смехом.

— Не против поменяться местами? Я пока почитаю. Знаешь дорогу до Широково? — спросил у своей спутницы, когда мы поехали на выезд из города.

Я не хотел задерживаться тут, так как еще парочка людей узнали мою физиономию. А быстро меня превратили в шута. Ну ничего. Думаю, скоро этот шутник найдется и пожалеет.

— Нет, — честно призналась Дункан. — Раньше, у меня была карта, а тут… — она посмотрела по сторонам и развела руками.

— А теперь вместо карты у тебя вот это, — я поднял детальку Болванчика и положил на приборную панель. Она подлетела и повернулась в нужном направлении. — Просто езжай, куда он показывает. Это довольно точная навигация.

Мы поменялись местами, и я погрузился в чтение. Как раз попалась статья под авторством Собчаковой. То, что нужно.

'Сегодня мы обсудим довольно щепетильную тему, которая касается одного достаточно известного, в последнее время, человека. Как говориться, любая слава это слава. Вот и наш герой, по-видимому, решил использовать всевозможные методы для получения известности.

А поговорим мы сегодня о такой личности, как граф Михаил Кузнецов.

Совсем недавно этот молодой юноша ворвался в газеты и СМИ. Его имя буквально стояло у всех на слуху.

Так давайте вспомним, с чего все началось?

Разоблачение графа в прямом эфире. Да, это было красиво. Такого никто не делал, и Кузнецов задал своеобразный тренд. С тех пор еще два аристократа были разоблачены подобным образом.

Далее он начал мелькать на разных мероприятиях в компании влиятельных личностей. От Александра Есенина до самой царевны Екатерины Петровны.

И не стоит забывать, тот дерзкий выпад с объявлением войны графу Илларионову? Все мы прекрасно помним этот день. И также его скоропостижную смерть в ту же ночь.

А затем настало время Универсиады! Это был звездный час нашего графа, правда, тогда он был еще барон. Но за какие заслуги он получил этот титул? Об этом мы поговорим ниже…'

— Ну что там? Все так ужасно? — спросила Дункан.

Мне надоело читать этот бред, и я попросил Лору сделать выжимку из всех газет.

— Если вкратце, то я периодически подкупаю канцелярию для получения льгот и бонусов в свой адрес, — улыбнулся я. — Иначе как объяснить такой быстрый скачок состояния рода Кузнецовых? Ну конечно же подкупами и угрозами, — я скомкал все газеты и закинул в багажник. — Да и вообще, почему у меня служит беглый преступник, который убил аристократа?

— А такой есть? — удивилась она.

— Ага, конюх, — кивнул я. — Но… В общем, это запутанная история.

— Значит, доля правды есть?

— Она настолько крошечная, что теряется в этом беспросветном море обмана, — я даже не злился.

Это было настолько плохо, что даже хорошо. И еще больше подстегнуло узнать, откуда ноги растут.

— Ну подумаешь, подкупал, но ты чемпион Универсиады! — напомнила Дункан.

— А, точно, Универсиада! — щелкнул я пальцами. — Я подкупил участников. А кого не подкупил, того запугал. Там даже были анонимные показания. Представляешь?

— Интересно… — в отличие от меня, она не разделяла моего веселья. — И почему ты так радуешься?

— Предвкушаю, что сделаю с тем, кто меня оговорил, — зловеще, потирая ладошки, как карикатурный злодей, сказал я.

— Ты так в этом уверен?

— Поверь, как бы это пафосно ни звучало, но я никогда не проигрываю.

Дункан только пожала плечами.

Остаток дороги до Широково мы с Лорой прикидывали разные схемы, как нам обелить себя не оправдываясь. И даже придумали пару интересных идей.

— Подъезжаем, — напомнила Дункан.

Впереди показалась огромная стена города. На часах уже ближе к полуночи, и дорогу освещали фонари.

На КПП мы показали документы. Солдаты очень удивились, когда посмотрели на пропуск специального уровня для Дункан. Судя по всему, такой они видят не часто. А тут еще и новая девушка и молодая. Многое не стыкуется.

— Какие-то проблемы? — невозмутимо спросила Айседора.

— Никаких, — соврал солдат. — Просто надо внести вас в базу.

Сам же убежал докладывать командиру наряда.

Но после проверки нас пропустили.

— Легче, чем я думала, — убирая документы во внутренний карман, сказала Дункан.

Я же не был так наивен. Болванчик с Лорой уже взломали базы и прослушивали телефон.

Сейчас один из солдат звонит в центральное управление жандармерии и докладывает о моем прибытии.

Судя по тому, что меня пропустили и не арестовали, никаких сфальсифицированных доказательств против меня не было. Уже хорошо. Но я заметил, как к нам пристроились две дежурные машины и принялись ездить за нами. Дункан специально виляла по улочкам, но все безуспешно.

— Н-да, они не отстанут, — сказала Ася.

— Отстанут.

Болванчику достаточно было пробить по два колеса, и автомобили благополучно отстали.

— Я же говорил, — улыбнулся я.

Мы решили, что Дункан останется в доме, где жили мои близкие. Там все обжитое, есть еда и прочее.

У ворот закрытой территории нас ждала неприятная встреча. Три автомобиля перегородили дорогу. В каждой сидели репортеры.

— Миша, прости, но это подстава, — сообщила Дункан. — Ты же понимаешь, как это выглядит?

Мне не надо было напоминать об этом. Жених дочери генерала Кутузова, приезжает на подозрительной машине к закрытому поселку в полночь, да еще и в компании какой-то девушки?

Увидев нашу машину, репортеры выскочили из своих ржавых корыт и начали готовить аппаратуру для съемок. У одного из них даже имелся хороший прожектор, чтобы точно засветить мое лицо.

Конечно, потом они наведут справки, КТО такая Дункан, но первое впечатление ничем не исправишь.

Тут меня посетила шальная мысль: «а что бы сделал Есенин?». Наверняка бы раскидал репортеров вместе с машинами. Как же мне хотелось сделать то же самое.

Болванчик уже подслушивал разговоры. Оказалось, им поступил звонок с центрального департамента жандармерии. Вот и установилась цепочка. Осталось дело за малым.

— Лора, действуй, — отдал я приказ и посмотрел на замешкавшуюся Дункан. — Не бойся, мне нечего скрывать.

— Я бы не хотела, чтобы мое лицо мелькало на первых полосах газет, — пробубнила она, натягивая капюшон и очки.

— Не бойся, этого не будет, — твердо заверил я ее.

— Не будет, — подтвердила Лора и почерпнула из меня немного энергии.