Долго находиться в лазарете у меня не было ни желания, ни сил, ни терпения.

Маша сказала, что заглянет к Евгению, проведать, как он, а потом пойдет на квартиру, прибраться и приготовить сюрприз.

Остальные ребята, после того как поздравили и поделились своими впечатлениями, оставили меня в покое, за что я был им благодарен.

Я попросил персонал вернуть мне одежду, не спеша оделся и вышел в коридор. Судя по всему, народ разогнали, и в лазарете было не сильно больше людей, чем обычно.

Время близилось к шести часам вечера, а дел на сегодня еще полно.

Если некоторые думают, что после победы можно расслабиться и отдохнуть, то они дико ошибаются. Впереди меня ждало награждение, после которого намечалась официальная пресс-конференция. Скорее всего, там будут спрашивать о дальнейших планах на учебу, жизнь и работу. А еще эта Собчакова припрется.

После официальных мероприятий нас ждала вечеринка в честь закрытия Универсиады. Даже интересно, кто на ней будет.

И мне бы уже надо идти готовиться. Все же награждение через пару часов. Ребята объяснили, что не будет никакого первого, второго или третьего места. Один чемпион.

У меня оставалось еще одно неотложное дело.

— Привет, очнулся? — заглянув в соседнюю палату, спросил я.

— А ты что тут делаешь? — недовольно фыркнул Фанеров.

Если на арене я видел сильного и опасного воина, то теперь передо мной сидел старый-добрый Евгений Фанеров, у которого не все дома и у которого срывает крышу по любому случаю.

Но для себя я понял одно. Все его срывы не несли за собой и крупицу его истинной силы. Иначе половины студентов просто не было бы в живых.

— Пришел проверить, как твоя голова, — заходя в палату, сказал я.

Выглядел он вполне хорошо. Уже переоделся и собирался выписываться.

— Ну, посмотрел? — исподлобья посмотрел он на меня.

— Ага, — кивнул я. — Скажи, где ты научился так драться? И твоя предрасположенность…

— Но все же тебе удалось меня победить, — хмыкнул он. — Тогда уж ты ответь, откуда ты такой взялся, с питомцами и кучей энергии? Думаешь, я не знал, что делаю? Моя ментальная оболочка должна была подавить тебя, а меч высосать всю энергию.

— Да, они это и делали.

— Тогда почему ты остался на ногах? Почему ты вообще сейчас стоишь передо мной, а не валяешься в своей палате без чувств? Почему? — он встал и подошел ко мне.

На это у меня был единственный ответ.

— Потому, — пожал я плечами.

— Дурацкая привычка, — скривился Евгений.

— Чем богаты, тем и рады, — улыбнулся я и протянул ему руку. — Хороший был бой. Надеюсь, мы еще с тобой потанцуем.

— Тогда я тебя жалеть не буду, — сверкнул он глазами, но все же он пожал мне руку. — В этот раз меня останавливало то, что нельзя убивать.

— Меня тоже, — пожал я плечами. — Ну значит, будем драться до крови, до смерти.

Мы на секунду зависли, а потом рассмеялись, как старые приятели.

— Ладно, мне пора. Рад, что ты держишься на ногах, старичок, — напоследок подколол я его.

— Кишка тонка! — бросил он в закрывающуюся дверь палаты.

Дальше у меня по списку быстренько ополоснуться и хотя бы немного перекусить.

В спальне на кровати меня ждали оба меча и записка:

«Внимание, финалистов! Начало награждения в 20:00. Пресс Конференция в 20:30. Банкет в честь закрытия Универсиады в 22:00. Просим без опозданий. Форма одежды: парадная».

— Ого, какой ты стал занятой, уже личное расписание появилось! — хихикнула Лора.

— Я бы хотел, чтобы день поскорее закончился, — вздохнул я, поглядывая на тумбочку, где лежала папка Есенина. Так и не удалось ее прочитать, и что-то мне подсказывает, надо торопиться.

Ополоснувшись, я переоделся в более-менее приличный костюм с бабочкой. Пока я завязывал шнурки, в комнату залетел Валера.

— Молодец, боец, неплохой бой! — похлопал он меня крылом по голове, как будто я был его юным учеником.

— Спасибо, — ответил я. — У нас с тобой завтра серьезный разговор.

— А что я сделал? — занервничал Валера. — Ну подумаешь, перекинулись парой слов с тем мужиком с добрым лицом…

— С князем Чеховым? — напрягся я. Вот уж не думал, что он заинтересуется голубем. — И о чем вы беседовали?

— Он расспрашивал меня о заклинаниях…

— И каких же?

— Хм… В основном связанных с манипуляциями энергией, жизненной силой и ментальным телом.

— Нихрена же себе, — тут же появилась Лора. — Голубь и такие заклинания знает?

А Чехов, кажется, ведет какую-то свою игру? Надо бы присмотреться к нему повнимательней.

— И что ты ему ответил?

Все же зря я наговариваю на Валеру. Хоть он и выглядит, как голубь, но в этом маленьком тельце сидит по настоящему сильная личность, и к тому же умная. Вот только я об этом иногда забываю.

— Миша, ты за кого меня принимаешь? — фыркнул Валера. — Рассказывать какому-то посредственному мужику заклинания, к которым вы даже не готовы? Я обманул его, сказав, что ничего не знаю.

— Все же общение с людьми дало о себе знать, — усмехнулся я и пошел к выходу.

— Это ты о чем? Сравниваешь меня с вами, никчемными людишками? — возмутился он, больно ущипнул за ухо. — Вы же такие же стеклянные, как бутылка у Посейдона.

— Хех, хорошее сравнение, глубокое! — многозначительно поднял я палец. Ругаясь, Валера улетел на стадион к Посейдону.

Пока зрители потихоньку занимали трибуны, я успел заглянуть в столовую.

— Это же Кузнецов? — шептались у меня за спиной соседние столики, когда я сел с большим подносом еды.

— Тише, он услышит!

Не скрою, было приятно. Пришлось есть аккуратнее, чтобы у окружающих не сложилось обо мне плохое впечатление. Хотя какая разница? Все хотят подражать чемпиону.

Лора все болтала про калории и питательные элементы, так что я не стал больше медлить и накинулся на еду.

Немного пожалел, что костюм надел слишком рано. Все же надо было после еды, а теперь приходилось следить, чтобы не заляпаться.

Каналы еще не до конца восстановились, но все же энергии хватало, чтобы ускорить переваривание и усвоение, а это помогало регенерации каналов. Вот такой круговорот в организме барона!

После столовой я пошел на стадион. Спускаясь по лестнице, натолкнулся на Наталью Геннадьевну.

— О, Кузнецов! — улыбнулась она. — А ты чего до сих пор тут шарахаешься? Твое награждение через пятнадцать минут! Там от журналистов не продохнуть!

— Решил перекусить, — отшутился я. — Сами понимаете, растущий организм…

— Все шуточки шутите, студент Кузнецов? Уже чемпион Универсиады, а все детство в голове.

Эх, знала бы она, сколько мне на самом деле… И это еще не учитывая срока, проведенного во внутреннем хранилище. Чего стоили те года, пока я восстанавливал Лору…

— Просто иду по жизни с улыбкой, Наталья Геннадьевна. Кстати, вы не забыли о нашем уговоре?

— О каком это?..

— О проходе в Дикую Зону без группы. Помните?

Она призадумалась.

— Да, было дело, — кивнула Ермакова. — Завтра утром внесу тебя в реестр, и сможешь ходить в Зону без группы.

— Вот спасибо! — обрадовался я. — Только ради этого и старался.

— Да уж конечно…

Мы дошли до стадиона и разминулись. Наталья Геннадьевна направилась на трибуны, а меня встретил Белозеров. На этот раз с ним был Асая Рей.

Оба преподавателя принялись по очереди меня поздравлять, жать руки и обнимать. Рей пообещал показать парочку приемов с двумя клинками, а Белозеров захотел научить меня заклинанию на «просвет» одежды. Все-таки он тот еще развратник. Хотя у меня у самого имелось рентгеновское зрение, и когда Лора мне его показала, первое время я не мог удержаться он того, чтобы пару раз поглядеть туда, куда не нужно.

Со сцены спустился Звездочет в нарядном костюме с орденами и медалями. Как будто награждали не меня, а его.

— Михаил, — он достал блокнотик. — Расскажу о ходе мероприятия. После того, как я объявлю итоги Универсиады и победителя, ты поднимаешься в компании Белозерова и Рея. Награждать тебя будет царевна Екатерина Петровна и Алексей Максимович. И главное — не выкини какую-нибудь глупость!

— Обижаете, Алефтин Генрихович, когда это я…

— Вот именно! — покачал пальцем замдиректора. — Я тебя хорошо знаю, Михаил, поэтому предупреждаю заранее.

— Хорошо, постараюсь держать себя в руках, — кивнул я.

— Не постарайся, а держи! — напоследок сказал Звездочет и пошел на сцену.

* * *

Стадион КИИМа.

Сцена для награждения.

— Добрый вечер, уважаемые дамы и господа, студенты и студентки! Сегодня, подходит к концу наш большой турнир! — раздался усиленный энергией голос Звездочета.

Толпа начала хлопать, но довольно сдержанно. Все готовились к появлению чемпиона и других влиятельных особ.

— Но перед тем, как мы приступим к церемонии награждения, позвольте я расскажу пару слов об истории Универсиады!

Замдиректора погладил усы и незаметно достал блокнотик с напоминалками.

Следующие десять минут все слушали «интересные» факты про турнир, его победителей и дальнейшие планы КИИМа.

В одной из лож для родственников финалистов на кресле стояла дорогая бутылка воды, а рядом сидел белоснежный голубь.

— Как же люди любят раздувать масштабы событий, — раздался усталый голос из бутылки.

— И не говори, — пискнул голубь. — А еще они очень любят гордиться своими незначительными достижениями! Ну что это вообще за турнир? победить какую-то кучку молодых? Лучше бы соревновались, кто сколько планет уничтожит, или кто больше выпьет огненного пойла из Мирантана!

— О, я слышал об этом мире! — оживилась вода. — В годы своей молодости я заглядывал туда. Должен признать, пойло у них было отменное! Даже я не мог отфильтровать то, что наливали в местных барах.

— Эх, и как мы с тобой разминулись? — грустно пискнул голубь.

— Возможно, разные эпохи, да и подумай, что бы было, если бы мы тогда встретились?

— Хех, и то верно. От того места ничего бы не осталось. Очередной мир бы разрушили! — повернулся он к красивой женщине с черными волосами. — Маруся, дорогая моя королева, будь любезна отсыпать мне немного семечек?

— Валера, ты бы сразу сказал, сколько тебе надо! — она достала из кармана пакет с очищенными семечками и поставила перед голубем.

— О, многоуважаемая Маруся, не будете ли вы так любезны подлить мне немного воды во-о-о-он с той бутылки? — из горлышка появилась струя воды и показала три бутылки, ничем не отличающиеся от той, из которой он выглядывал.

А после оба сильнейших существа и дальше сидели в кресле и блаженно кряхтели от удовольствия, иногда поглядывая на сцену.

* * *

Звездочет говорил долго, как будто ему дали выплеснуть все то, что он так хотел рассказать, но никак не выпадал шанс, а тут еще и на огромную публику можно высказаться. Сейчас на всех федеральных каналах транслировали закрытие Универсиады.

Когда замдиректора перешел к итогам, я понял, что скоро мой выход и поправил бабочку.

— А теперь позвольте представить вам главного виновника торжества!

Отдаю должное, Звездочет хорошо умел управлять публикой, и в нужных местах он делал паузы для аплодисментов и интриги.

— Студент, который поступил совсем недавно, но быстро пошел в гору! Во всех этапах Универсиады он смог показать отменное мастерство владения всеми навыками отличного мага-истребителя, а также боевого мага. Встречайте победителя Российской Универсиады! Михаил Кузнецов!

И толпа взорвалась овациями.

— Пошли, чемпион, — мягко подтолкнул меня в спину Белозеров.

Когда мы вышли на сцену, нас тут же ослепили бесчисленные вспышки фотоаппаратов, от чего Лора даже включила защиту глаз. Мало ли.

Через несколько минут, когда толпа немного поубавила напор, Звездочет продолжил:

— А теперь позвольте представить тех, кто будет награждать героя! Без этого человека вы бы не знали этот институт таким, каков он есть! Именно он стоит во главе всего КИИМа и занимается обучением, не побоюсь этого слова, сильнейших молодых магов-истребителей Российской Империи! Встречайте, директор Красноярского Имперского Института Магии, князь Горький Алексей Максимович!

На сцену поднялся директор и пожал мне руку.

— Но и это еще не все, — чуть тише сказал Звездочет, и трибуны притихли. — Представитель династии Романовых, младшая дочь нашего Императора Петра Петровича Романова. Одна из самых завидных невест Империи, если не самая…

— Где-то я это уже слышала, — хмыкнула Лора, и я непроизвольно слегка улыбнулся. Тут же меня сфоткали несколько репортеров.

— Встречайте! Царевна Екатерина Петровна Романова! — прокричал Звездочет и прошел к краю сцены, чтобы подать руку даме.

Должен признать, царевна Екатерина постаралась с выбором наряда. Очень яркое платье подчеркивало ее фигуру, но без пошлостей. Небольшой разрез внизу платья оголял одну ножку, обута она была в черные туфли на высоком каблуке. На шее поблескивало колье. Что-то мне подсказывало, оно стоит дороже, чем все мое имущество вместе со всеми людьми.

Еще одна долгая и громкая волна аплодисментов.

Огромный кубок в виде позолоченного меча, на конце которого парила маленькая копия земли, выглядел великолепно. Директор вручил его мне и встал рядом для фото.

— Еще раз поздравляю вас, Михаил. Вы, заслуживаете этого звания, — тихо произнес Горький и улыбнулся одними глазами.

А вот медаль оказалась из настоящего золота, причем размеров немаленьких. Интересно, и за сколько я смогу ее продать, если вдруг что случиться?

Лора меня тут же отругала, сказав, что это память для будущих поколений!

Ну ладно, память так память. Хоть в этой жизни я сохраню свои награды и буду хвастаться ими перед внуками.

Дальше пришлось толкнуть речь из разряда «спасибо всем, кто поддерживал меня», перечислив каждого поименно. Также я похвалил соперника, царевну и директора, конечно же. Короче, всех кого вспомнил.

В итоге, когда я закончил, даже Лора отметила мою скрупулезность в выражении благодарности всем, кого я знаю.

Далее готовился концерт для зрителей. Финалистов попросили собраться в зоне для прессы, где подготавливали помещение.

Я с царевной и директором спустились со сцены и направились в коридоры.

— Ну что же, дорогие друзья, — хлопнула в ладоши Екатерина. — С вами было весело, и даже больше, чем я ожидала! Михаил, мое почтение за отличный поединок! Надеюсь, в следующий раз ты познакомишь меня еще с несколькими питомцами, — она повернулась к директору. — Алексей Максимович, должна признать, ваш институт очень занимательное место! Все же не зря отец доверил правление КИИМом вам!

— Благодарю, Ваше Императорское Высочество, — он почтительно кивнул.

— Это были чудесные дни!

— Вы нас покидаете, Екатерина Петровна?

— К сожалению… Дела не терпят отлагательств, а папенька ждет сплетен, — она наклонилась ко мне поближе и подмигнула. — Но я вам этого не говорила.

— Безусловно, — улыбнулся я.

У Екатерины за спиной появился секретарь и передал ей конверт с царской печатью.

— Мама дорогая! — удивилась Екатерина, когда секретарь принялся шептать ей что-то на ухо. — Вот это да! — и она оценивающе осмотрела меня с ног до головы. В ее взгляде что-то изменилось. — Занятно…

Она передала конверт директору со словами:

— Алексей Максимович, думаю, это должны сделать вы. По поводу Михаила, — и многозначительно стрельнула в меня глазами. — Все же это не публичное послание, так что флаг вам в руки.

Попрощавшись, царевна ушла.

Мне же стало жутко интересно, что же внутри конверта?

— Алексей Максимович, как вы смотрите на то, чтобы открыть конверт прямо сейчас? — спросил я.

— Хмм… — у него у самого в глазах блеснул огонек. Он хоть и пожилой маг, но письмо от царя все же любопытная новость.

Горький сломал печать и достал бумагу. Быстро пробежавшись глазами, директор улыбнулся:

— Думаю, лучше, если вы прочтете это сами…