Сколько я уже в Дикой Зоне? Когда мы вошли в лабиринт? Когда я убил Авраама? А потом еще и с Кутузовым пошли вглубь Зоны? А зачем? Какая цель? Кутузов что-то знал? Ему нужна была именно наша помощь? Много вопросов, а ответить могу только на парочку. Я впервые захотел взять паузу, подумать и поискать ответы. Одному, чтобы никто не отвлекал. Что поделать, если я так привык с детства. Все решать самому, в одиночестве.

В какой-то момент я поймал себя на этой мысли и зациклился, не отпускал. Надо решить, что делать дальше.

Пока я размышлял над бренностью бытия, волна монстров атаковала «Скарабея» и моих угольков. То ли лазерные пушки огромной машины были слишком мощными, то ли мои солдатики справлялись лучше, чем я думал, но твари умирали буквально пачками. Они пытались добраться до «Скарабея», но их нещадно жгли лазерные лучи. А тех, кто все же умудрился прорваться сквозь огонь, легко и непринужденно убивали угольки.

Все же они сильны. Минимум на уровне Специалиста. И их всего пятьдесят, они работали сообща, в считанные секунды убивая прорвавшихся монстров.

От грохота пришел в себя даже Кутузов Сергей Михайлович, вскочил и уже искал оружие. Хорошо Машу вовремя оповестили, иначе он бы вырвал двери палаты и бросился в бой.

Болванчика я отправил помогать чудовищам отправляться на тот свет. Энергия быстро хлынула в браслет, а мне и делать ничего не надо. Такой способ прокачки, наверное, можно назвать читерским. С другой стороны, не у одного меня имелись питомцы, так что все в порядке.

Минут через двадцать волна схлынула. Мы перебили где-то половину. Оставшиеся монстры побежали дальше к институту.

— Пойду потолкую со своими… угольками, — сказал я Антону.

— С кем?

Ах да, он же еще не в курсе.

— Ну угольки. А как еще? Похожи?

— Похожи. Пойду пока навещу Сергея Михайловича. Ты тоже подходи.

Оказавшись снаружи, мы с Лорой потолковали с племенем и пришли к выводу, что лучше им держаться меня. А как дальше неизвестно. Не мог же я постоянно нянчится с ними в Дикой Зоне. Вывезти в Москву — тоже не вариант. Даже не представляю, как провернуть такую операцию, и что будет с их психикой. Однако если попросить Кутузова, думаю, он не откажется выделить парочку военных самолетов и транспортеры.

Да и оставить в Дикой Зоне угольков я тоже не мог. Всегда имелась вероятность, что на них наткнется залетный истребитель с недюжинной силой и решит уничтожить их.

Говорить всем подряд, что я теперь вожак племени, мне тоже не улыбалось.

Похоже, кровь из носу надо переезжать ближе к КИИМу. Главное не забыть сообщить Наде. Пусть поищет либо дом из тех, что нам «оставил» Дирижера или найдет новое.

Переселим моих приближенных поближе и будем всей оравой охотиться на метеориты, накапливать опыт, силу, качать навыки и собирать энергию!

Так, кажется, Остапа понесло…

Пока я лишь похвалил угольков за отвагу и разрешил им отдохнуть. А еще поинтересовался, чем они питаются. Оказалось, что ребята очень энергоэкономичные. Им требуется совсем немного еды и воды, чтобы выжить. Лора подтвердила, что они месяцами могут не питаться, пользуясь энергией Зоны. Удобно, практично. Таких ребят лучше далеко не отпускать.

Я выбрал себе заместителя, который передавал мне желания племени. Да, скоро казалось, что хотелки у них имеются, даже идущие поперек приказам вождя. Но последнее слово, конечно, оставалось за мной.

Представителя я называл Уголек-1, и спросил, нужна ли еще помощь. Тот сказал «нет», и попросился всей оравой сбегать на охоту. Я разрешил, но показал им детальку Болванчика да объяснил, что она будет летать с ними, и в случае опасности, чтобы он обращался к ней. А так пусть делают, что хотят.

После я направился в палату к генералу Кутузову.

Он лежал на кровати, скрестив ладони на животе, и мне показалось, был чем-то недоволен. Рядом сидела Маша и гладила его по руке, а Антон наливал чай.

— Добрый вечер, Сергей Михайлович, — с порога обратился я к Кутузову, широко улыбаясь. — Как ваше ничего? Живы, целы?

— Да все со мной в порядке, — нервно ответил генерал. — Видишь же!

Я приподнял бровь, удивившись такой реакции, и посмотрел на Машу. Она же закатила глаза и иронично улыбнулась.

— Расстроился, что самого генерала Кутузова смог кто-то вырубить, а потом еще не пустили помочь с волной, — объяснила она, вставая мне навстречу.

— Ничего я не расстроился! Ты не понимаешь, Маша. Так! — Генерал хлопнул в ладоши. — Сядьте и послушайте меня.

Мы переглянулись и медленно сели.

— Пап, может, тебе поесть принести? — забеспокоилась Маша. Ее отец вмиг стал серьезным.

— Помолчи, дочка, — поднял он руку ладонью вперед. — В Дикой Зоне что-то происходит. Точнее не так. Назревает нечто серьезное. Меня сбили, когда я был в боевой форме.

— Что? Ты шутишь? Кто⁈

— Я думал, что лечу на обычный прорыв. Мол, обычное дело, но Есенины, оба, пропали. Что с ними случилось, я не знаю. Даже местоположение неизвестно. — Он развел руками. — Вам надо возвращаться в институт. Тут вам делать нечего, пока вы слишком слабы.

— Кто вас сбил? — спросил я. У меня имелась остаточная статистика объекта. Лора успела его проанализировать, но информации все равно мало.

— Не знаю, — пожал он плечами Кутузов. — Чужак. Его спектральный образ я вижу впервые. Но как будто что-то знакомое, но вот никак не пойму что. Может, и показалось.

— Как вы думаете, что с отцом и братом? — спросил Антон, стараясь держаться спокойно. Вот только его пульс колотился с бешеной скоростью.

— Прости, Антошка, не могу сказать… Я для этого и летел в центр, чтобы разобраться.

— А как бы вы их нашли?

— У меня и у Нахимова есть координаты, пойманные «Скарабеями». По ним мы и пошли.

— Адмирал тоже ищет Есениных? — удивилась Маша. — А почему вы вообще разделились?

— Я направился к этому «Скарабею», он к другому. Информация, как и координаты, могут быть разными. Это не секретные сведения, кроме самой пропажи двух сильных магов.

— И что ты думаешь?

Кутузов молчал. Хотя я уже предполагал, что у него имелись кое-какие мысли.

— Мог ли тот, кто на вас напал, быть причастным к пропаже Есениных? — спросил я.

— Не могу сказать.

— Надо предупредить Петра Борисовича, чтобы он был осторожен! — покачала головой Маша. — Надеюсь, он не взял Свету.

Генерал отвернулся.

— Папа! — хлопнула она его по руке.

— А я-то тут причем? — возмутился Кутузов. — Мне надо к Ахматовой…

Дверь открылась, и в палату вошла хозяйка «Скарабея».

— Не надо никуда идти, — строго сказала она. — Генерал Кутузов, вам срочное письмо из Кремля, — и протянула конверт. — Секретность максимальная, попрошу посторонних покинуть помещение.

Я решил оставить детальку Болванчика и послушать, чего они там собрались секретничать. Понимаю, некрасиво, но предупрежден, значит, вооружен. Использовать информацию во вред я все равно не буду, а вот спасать жизни планирую и дальше.

* * *

Палата реабилитации «Скарабея»

Как только дверь за детишками захлопнулась, Евгения Александровна Ахматова достала из внутреннего кармана небольшую коробочку, поставила на стол и открыла.

— Артефакт абсолютной тишины! — кивнул Кутузов. — Предусмотрительно.

— Ситуация располагает, Сережа. Ты посмотри на герб.

И тут за дверью нечто металлическое упало на пол. Оба мага не обратили на это никакого внимания.

— Не ожидал, — рассматривая императорскую печать, проговорил Кутузов.

Он открыл письмо, скрепленное печатью секрета. Такой мог прочитать только адресат. С каждой строчкой его лицо становилось серьезней. А потом во все стороны пошла тяжелая аура.

Поначалу Ахматова решила, что ей вполне по силам выдержать временную потерю контроля, но нет. Воздух становился тяжелее, свет тускнел. Когда же она упала на колено, Кутузов опомнился.

— Ой, прости, Женя, ты как? — он протянул ей руку и помог встать. — Все хорошо?

— Что же ты прочитал? Давненько я не ощущала твою силу…

Кутузов смял письмо, и оно сгорело у него в руках.

— Мне надо на Восток, — он резко вскочил с кровати и начал натягивать форму.

— Ты расскажешь?

— Прости, секретная информация, — он нацепил свой китель и закрыл шкатулку с артефактом. — Мне немедленно нужна связь со «Скарабеем-3». Я ухожу через пятнадцать минут.

Он выскочил из кабинета и натолкнулся на Машу, Антона и Мишу.

— Ребята, собираемся. Через пятнадцать минут выходим, — он пошел наверх, но на середине лестницы остановился и посмотрел на Мишу. — Кузнецов, спасибо, что спас. Прости, что так сумбурно, но теперь я у тебя в долгу.

— Не стоит, Сергей Михайлович, я вас спасал не из-за долгов, — ответил Кузнецов. — Рад, что вы целы.

— Позже решим, что делать с твоими аборигенами, — генерал подмигнул и пошел на командирский пост.

За ним поспешила помятая Ахматова, пытающаяся крепко держаться на ногах.

— Всем покинуть помещение! — сказал Кутузов, войдя внутрь, и повернулся к Евгении Александровне. — Одолжи шкатулочку, дорогуша.

Она положила ему в руку коробку с артефактом. Никто не сделал и шагу.

— Я не понял? Все вон! — разозлился Кутузов, и из глаз генерала брызнул черный огонь.

Дважды раз повторять не пришлось. Все повскакивали с мест и выбежали из помещения.

— Тебе что, особое приглашение? — повернув голову вполоборота, обратился он к Ахматовой.

— Прошу прощения, — кивнула она и закрыла за собой дверь.

Кутузов, как опытный военный, знал все механизмы и ключевые узлы Скарабея. Он подошел к нужному телефону с надписью «Ск. #3», который связывался только с одной трубкой и никак не прослушивался. Ответить мог только капитан «Скарабея-3».

Поставив шкатулку перед собой, Кутузов открыл ее, активировал артефакт, и в помещении заискрились сразу несколько скрытых микрофонов.

— Алло, Коля, Генерал Кутузов беспокоит, — начал он, дождавшись ответа.

— Попрошу, генерал, общаться по служебному телефону строго по форме, — ответил командир «Скарабея-3» недовольным тоном. — Иначе я…

— Я не собираюсь играть в ваши игрушки, Николай Прохорович! — прервал его гундеж Кутузов. Он с институтских времен недолюбливал Фролова, скользкого человека, который готов идти по головам ради выслуги. — Приказываю передать трубку адмиралу Нахимову. Немедленно. Скажи ему, что я звоню.

— Я подам жалобу на такое…

— Полковник, еще хоть слово и я буду расценивать это как неисполнение приказа! — рявкнул генерал.

Через несколько минут в трубке раздался другой голос.

— Да, Сережа, — встревоженно проговорил Петя.

— Выгони всех с поста!

Без лишних вопросов адмирал заорал благим матом.

— Чисто, — сказал он.

— Молчи и слушай. Питерский институт уничтожили. Петр Петрович приказал возвращаться. У него есть тела нападавших.

— Понял. Встретимся в КИИМе. Кто второй, тот оплачивает поездку.

— Вообще-то я с дочкой и еще двумя оболтусами!

— Я тоже с дочкой. Да и оболтусов твоих я знаю, они уж точно тебя не тормозят.

— Не скажи… — хохотнул Кутузов, и в его глазах появилась улыбка. — Тут Кузнецов стал вождем целого племени.

— Чего⁈ Сережа? Ты там маголита обнюхался?

— Увидишь. Все, конец связи.

* * *

Странное ощущение. Как будто что-то назревало. Но когда я захотел подслушать, Болванчик упал на пол от бессилия. Лора предупредила, что активировали нечто мощное, чтобы заглушить его. Жаль, нельзя использовать Лору дистанционно отдельно от Болванчика.

В итоге Кутузов сбегал наверх и наорал на всех так, что парни вылетели из помещения. Через пару минут генерал вышел наружу.

— Мы уходим, — коротко сказал он Ахматовой.

Нам собирать особо нечего. Мы похватали оружие и двинулись на выход.

— Миша, твои ребята как, с нами? — обратился ко мне генерал.

— Да, но как бы их не уничтожили на подходе к границе.

— Не ссы, я сделал ещё один звонок. Сказал, у нас пополнение.

— Папа, что происходит? — не выдержала Маша суеты.

— Пока не могу сказать, доча, но нам с Петей надо в Москву, — бросил он через плечо, пока мы спускались к выходу.

Я пока передавал указания уголькам через Болванчика, чтобы они не паниковали и не теряли меня из виду. Уголек-1 спросил, куда мы направляемся, и я честно ответил, что мы идем к краю Зоны, где сражаются мои товарищи. Скорее всего, мы пока побудем там.

— Вы простите, что все так сумбурно, я не планировал такое, но обстоятельства меняются, — говорил Кутузов.

— А кто будет искать отца с братом? — спросил Антон. — Они могут пропасть!

Сергей Михайлович остановился и посмотрел Антону в глаза.

— Извини, но ты должен понимать, как никто другой, сейчас я не могу рассказать всего. Военная тайна, но поверь, если бы я мог, остался бы и продолжил поиски.

— Кто будет их искать?

— Как только мы прибудем в институт, я лично отправлю людей на поиски. Надеюсь, ваш замдиректора оклемался, уж он поживее нас будет, — попробовал улыбнуться генерал, но улыбка получилась натянутой.

— Кто ещё?

— Пока не могу сказать, Антон, но это будет сильная команда.

— Я могу пойти с ними? — он продолжал смотреть в глаза Кутузову. — Я справлюсь.

— Прости, но если вы наткнетесь на того, кто меня подбил, думаю, ты не справишься. Уж извини, говорю как есть, — пожал он плечами.

Какого услышать, что ты не в силах найти свою семью? Тяжело. Даже я понимал, что у меня сил тоже едва ли хватит. Но Антон воспринял информацию довольно трезво.

— Хорошо, я понял, — только и сказал он.

Мы вышли наружу, где для нас уже подготовили три скоростных мотоцикла. Генерал собирался двигаться своим ходом. Рядом выстроились мои пятьдесят бойцов.

— Кузнецов, я слышал, они шустрые? — спросил Кутузов.

Судя по тому, что его тело моментально вспыхнуло огнем, и он как стрела сорвался с места, вопрос был риторическим.

Мы запрыгнули на мотоциклы и помчались следом.

Мои угольки тоже ринулись за нами. Было что-то завораживающее в том, как они двигаются. Аборигены слились в сплошную черную волну и окружили нас как вода.

— Миша, надо учить их жить без тебя, — сказала Лора. — Ты не можешь все время находиться с ними в Дикой зоне.

— А чего нет? — хмыкнул я. — Сделаю с ними обряд обмена энергии, и они станут моими питомцами. Представь, сколько энергии я буду получать по общим каналам?

— Ты же сейчас шутишь? — насторожилась Лора.

— Конечно, — вздохнул я. — Это как то неправильно… Эх, зато сколько энергии было бы…

— Ещё не факт, что из них можно сделать питомцев. Не забывай, тут нужно обоюдное согласие, как с Посейдоном. Это не Болванчик. У этих созданий есть сознание.

Я был с ней согласен. Как только мы достигнем КИИМа и разберемся, что с ними делать, спросим обязательно мнение племени. Если они согласятся, то и им польза, и мне. Ну а раз нет, то и ладно. Буду учить угольков обходиться своими силами, без вождя. Эх… сколько же энергии от пятидесяти голов!

Вдалеке появились стены КИИМа. Я почувствовал волнение среди угольков и быстро их успокоил. Наверное, нет в округе места безопаснее чем институт.

Сейчас вокруг стен было довольно спокойно, если не считать мелких тварей, пытавшихся напрыгнуть на сооружения. Дыру успели починить и устанавливали новые пулеметы и ПВО.

Под стенами стояли палатки с экстренным запасом кристаллов, студенты уничтожали немногочисленных монстров.

Мы им облегчили задачу. Всех тварей, попавшихся на пути, угольки рвали на части.

На приближающееся чёрное воинство сразу обратили внимание. Защитники стены повернули оружие в нашу сторону.

Лора показала Ермакову, которая щурилась, пытаясь понять, что за чертовщина движется к ним, и Белозерова, который быстро догадался, кто пришел к ним на огонек. Даже Звездочет, живой и здоровый стоял, сунув руки в карманы и хмурился.

— Ха! Мы первые! — крикнула сверкающая комета впереди нас под именем генерала Кутузова.

Но из-за холма вылетел адмирал Нахимов верхом на волне.

— Неужели… — простонал Маша, поравнявшись со мной.

Когда мы сбавили скорость, Нахимов с Кутузовым увидели друг друга и ускорились.

— Они опять соревнуются! — крикнула мне Маша, когда мы сбавили скорость.

Эти двое, походу, готовы и стену пробить, только бы прийти первым. Зачем? Какая цель?

Приглядевшись, мы увидели на волне и Свету. Она вцепилась в доску, на которой стоял ее отец, и что-то ему кричала. Явно нецензурное.

Однако подлетев к стене, оба резко остановились, напустив на защитников огромное облако пыли.

— Остаетесь тут! — приказал я уголькам, когда до стены осталось метров пятьдесят.

Кто-то додумался использовать магию ветра и рассеять пыль.

Генерал с адмиралом, запыхавшись, стояли напротив единственного человека, который смог их остановить.

— Господа, — не повышая голоса, сказал Горький, однако с обоих мигом слетел весь задор. — Извините за мой французский. Но вам под сраку лет, а вы тут соревнования решили устроить⁈

Оба улыбнулись, довольные увидеть старого знакомого.

— Где вы были? — спросил Кутузов.

— Думаю, это мы обсудим у меня в кабинете, — кивнул Горький и посмотрел на нашу компанию. — А вы, молодые люди, заслужили благодарность. Товарищи Кузнецов, о твоих… кхм… знакомых мы поговорим отдельно.

И они втроем удалились. Преподаватели и студенты глядели на нас и еще долго не могли вымолвить ни слова.

От автора: Дорогие читатели, тут случилось непредвиденное, и мой ноут отправился в другой, более хороший мир, так что главу писал в телефоне. Надеюсь, не сильно режет глаза)