Пятьдесят банок яблочного соуса, двадцать овощной закуски и сироп, которого еще даже не существовало. Все это превратило нашу кухню в производство раньше, чем я успела осознать, что у меня теперь оно вообще есть. Боги, даже погоревать о смерти не дали нормально!

Лорен разложил на столе свои записи, Кассиан освободил все рабочие поверхности. Тарн привел еще четверых работников, и следующие полчаса я вместе с ними перебирала на улице корзины. Хорошие яблоки отправлялись обратно в прохладный погреб, мягкие несли на кухню.

— Поврежденные ягоды отдельно для сиропа кладите. Гиганты-кабачки к Кассиану все, — махнула на них ладонью.

Аграфена ходила между людьми и попыталась залезть в корзину, где лежали яблоки.

— Нет, дорогая, сегодня ты работаешь начальником, а начальники продукты не воруют, — я сняла ее с края корзины и поставила на землю. — Люди заняты, попробуй не пакостить. Хотя кому я это говорю, — пробормотала. — У меня еще три взрослых мужика, а с ними надежды примерно столько же.

Курица подняла голову, потом демонстративно отвернулась и направилась к кухне. Поняла, что ли? Надеюсь.

Через час у меня ныли руки, подол платья покрыла земля. Но зато возле кухни появились ровные ряды корзин. Часть урожая точно не пропадет и принесет, надеюсь, золотые монетки. Знать бы еще, сколько и за что тут покупается.

Внутри дома оказалось очень жарко, несмотря на открытые окна. Кассиан стоял возле сразу трех котлов, рукава были закатаны почти до плеч, на висках блестел пот. В правой руке он держал длинную деревянную ложку, которой указывал окружающим, будто армиями командовал.

— Яблоки сюда, банки сначала кипятим и только потом ставим на тот стол. Морковь не режем крупно. Марта, попробуйте сироп, я добавил еще кислоты.... И где мой перец? Я его сюда клал.

Он вдруг замолчал и посмотрел вниз. Аграфена стояла возле его сапога и держала в клюве красный кусочек.

Кассиан медленно опустил ложку. Курица переступила лапами, зажала перец удобнее и сделала еще один шаг назад.

— Госпожа Олден, заберите свою птицу, пока я не нарушил обещание никого не резать в вашем поместье.

— Давай сюда, разбойница. Перец острый, тебе он зачем вообще?

Аграфена проглотила кусочек раньше, чем я успела ее поймать. Несколько секунд ничего не происходило, потом птица резко мотнула головой, открыла клюв и бросилась к миске с водой возле двери. Вот дурная.

Рейвен, который как раз заносил ящик банок, едва успел переступить через нее.

— Не смей смеяться, — предупредил Кассиан, снова взяв ложку. — Лучше отнеси банки на дальний стол и проверь, все ли целые. Зачем ты вообще сироп обещал?

Рейвен прижал коробку к животу, и я невольно задержала взгляд на его руках, где под закатанными рукавами напряглись мышцы. Удивительно, что принцы вообще ни на что не жаловались и работали.

— Потому что хозяин постоялого двора рассказал мне, что летом у него уходит по несколько кувшинов ягодной воды за вечер, — сказал он уже возле стола, расставляя банки. — Он покупает ягоды, потом платит кухарке, она давит их, добавляет мед… Если мы привезем готовую основу, он просто разведет ее водой. Ему дешевле, нам выгоднее, Кассиану есть чем заняться вместо убийств.

Кассиан повернулся к нему всем корпусом и вытер руки полотенцем.

— Ты совершенно прав, и именно поэтому я тебя пока не убил.

Яблочный соус уже медленно кипел, густая красновато-коричневая масса поднималась тяжелыми пузырями. Во втором котле тушились кабачки с морковью, луком и специями, а возле окна остывал ягодный сироп красивого темного цвета.

— Даже не думай лезть ложкой в котел, — предупредил Кассиан, заметив мой голодный взгляд. — Но сироп можешь попробовать.

Ура, злой ассасин дал хоть что-то поесть. Он налил немного сиропа в кружку, добавил воду и сам протянул мне. Я попробовала осторожно, почувствовала ягоды, легкую кислоту и сладость, но весьма и весьма умеренную.

— Ммм… Очень вкусно. Лед бы еще в комплекте продавать.

— Нужен маг, которого у нас нет, — оперся ладонями о стол Кассиан. — Так бы мы зачаровывали воду, потом кусочки, чтобы не растаяли раньше времени.

— Ладно, давайте сразу считать, сколько сиропа нужно на кувшин и сколько таких кувшинов получится из бутылки. Иначе Лорен придет и спросит, сколько ягод ушло…

— Он уже пришел, — сообщил Кассиан, глядя мне за плечо. — И, судя по лицу, принес еще одну прекрасную новость.

Лорен вошел с тремя листами в руке и сразу направился к свободному краю стола.

— Свободных банок сто тридцать две, из них двадцать шесть слишком маленькие для заказанной партии. Я велел Тарну собрать всю пустую тару из кладовых и проверить крышки, но если Рейвен продолжит продавать такими темпами, через несколько дней банок не останется совсем.

Кассиан ничего не ответил, только протянул ему кружку с разведенным сиропом. Лорен сделал глоток, задержал жидкость во рту, проглотил и взял карандаш.

— Хорошо. Сколько ягод ушло?

Я расхохоталась и оперлась бедром о стол. Кассиан медленно провел ладонью по лицу, выругался, но на этот раз сам назвал вес ягод, меда и воды.

К обеду Терновый Лог перестал напоминать хозяйство, где несколько дней назад спокойно выращивали овощи. Работники ходили между погребом, кухней и сараем с корзинами, возле колодца непрерывно мыли банки, Марта следила за кипячением крышек.

Лорен занял небольшую кладовую рядом с кухней и превратил ее в склад готовой продукции. Я зашла туда, когда несла первую корзину наполненных банок, и остановилась на пороге. На полках уже лежали бумажки с названиями, на стене висел лист с количеством партий, возле двери стоял стол, где записывали, что пришло с кухни и что забрали на доставку.

— Лорен, мы работаем меньше суток, — я поставила корзину на стол и провела пальцем по первой записи. — Откуда у нас уже склад… учет… учет партий и человек, который расписывается за полученные банки?

— Рейвен придет и унесет отсюда тридцать банок, не сказав никому, — фыркнул принц. — Через неделю ты спросишь, почему деньги не сходятся, и все посмотрят друг на друга. Я лучше сразу сделаю все по уму и буду знать, с кого спрашивать.

Я уперлась ладонями о стол позади себя и посмотрела на его лицо, заметив муку на щеке.

— У тебя тут грязно, наследник престола.

Подняла руку и стерла след большим пальцем. Лорен замолчал, его ладонь переместилась со стола на мою талию, пальцы сжались поверх ткани. В кладовой было прохладнее, чем на кухне, но под ладонью дракона кожа сразу стала теплее.

Из коридора раздался голос Марты, зовущей меня проверить ягоды. Лорен выдохнул через нос, убрал руку и отступил, а я схватила пустую корзину.

— Работаем, ваше высочество. Награда у вас все еще под вопросом, так что не расслабляйтесь.

— Именно поэтому стараюсь быть полезным…

* * *

Я точно переоценила собственные силы. Ноги к вечеру страшно гудели, спина болела. А кухня нагрелась до такого состояния, что хотелось снять половину одежды и никого не спрашивать о приличиях.

Зато пятьдесят банок яблочного соуса уже стояли на полках. Овощная закуска остывала перед фасовкой, сироп Кассиан перелил в бутылки. Рейвен успел дважды съездить на постоялый двор, отвез часть готового заказа и снова исчез черт знает куда.

Я стояла возле котла с последней партией соуса, когда Лорен вошел с двумя тяжелыми корзинами банок. Даже его аккуратно собранные волосы уже выбились у висков.

— Ты ел сегодня? — спросила, продолжая перемешивать соус.

Потом зачерпнула немного остывшей овощной закуски другой ложкой и протянула ему.

— Открой рот.

Лорен посмотрел на меня, но наклонился и медленно снял еду губами, не касаясь ложки зубами. Его взгляд остался на моем лице, язык коротко прошел по нижней губе, убирая каплю соуса, а у меня как-то тепло стало совсем не там, где надо.

— Вкусно, — сказал Лорен и выпрямился. — Но одной ложки мало, так что вечером накормишь нормально?

Ты глянь. Оказывается, он тоже умеет быть наглым, а не только младший.

— Иди крышки считай, — сунула ложку в миску и повернулась к котлу. — Еще слово, и будешь есть в кладовой и один.

Дракон ушел довольный. А я только теперь заметила Кассиана у соседнего стола, который смотрел на меня поверх нарезанных яблок.

— Что?

— Ничего, — Кассиан вернулся к ножу. — Просто думаю, сколько еды понадобится Терновому Логу, если ты собираешься кормить двух драконов с ложки.

Я швырнула в него полотенце. Кассиан поймал его одной рукой и продолжил резать яблоки.

Рейвен вернулся уже после заката. Сначала во дворе послышались колеса, а через несколько в кухню вошел мужчина, которого мне захотелось одновременно накормить и придушить.

Черная рубашка была расстегнута почти до середины груди, волосы он давно распустил, на шее блестел пот. За ним двое работников заносили еще несколько пустых ящиков.

— Только не говори, что опять что-то продал, — я поставила на стол бутылку сиропа и чуть не застонала.

Рейвен снял корзину и выпил целую кружку воды, которую ему сунула Марта. После этого подошел ко мне, оперся бедром о стол и кивнул на миску с овощной закуской.

— Если ты Лорена кормила с ложки, я требую равного отношения к наследникам. Мне уже рассказали. Я даже обидеться успеть.

Я посмотрела на Марту. Та мгновенно отвернулась к печи, а Кассиан усмехнулся.

— Ты сам прекрасно умеешь пользоваться руками, — но все-таки набрала немного закуски. — И не улыбайся так довольно, это только потому, что с утра носишься и не ел.

Рейвен наклонился к ложке, но вместо того чтобы просто снять еду губами, обхватил пальцами мое запястье. И что ты там так медленно смакуешь, а?

— Теперь могу рассказывать, — сказал он чуть ли не мурлыкая, отпуская меня. — Постоялый двор забрал первую часть заказа. Еще там остановились два торговца, которые попробовали соус за ужином и хотят по двадцать банок каждый. Хозяин соседней харчевни услышал разговор и заказал еще двадцать. Срок три дня, так что паниковать пока рано.

В кухне стало так тихо, что муху было слышно. Я медленно положила ложку на стол и посмотрела на Кассиана. Может, ударим его?

Ассасин закрыл глаза. Лорен вышел из кладовой как раз вовремя, остановился возле двери и мгновенно достал книжку.

— Рейвен, ты перестаешь продавать все, что видишь. У нас сегодня первый день производства, люди с ног валятся!

Дракон придвинул к себе миску с овощной закуской и вообще виноватым себя не считал.

— Анна, я ж не дурак. Три дня на шестьдесят банок вполне реально, еще и отдохнуть сможем. Я не просто продаю, а смотрю, кто что покупает, сколько берет, что им нравится. Нам же постоянные покупатели нужны.

Я хотела возразить, но как будто все было разумно. Зараза номер два был прав. Зараза номер один уже спрашивал у заразы номер три, сколько времени заняла сегодняшняя большая варка и сколько людей работало одновременно.

— Значит, шестьдесят за три дня делаем, а новые заказы берем только со сроком от недели, — Лорен записал несколько строк и поднял голову на брата.

Рейвен доел закуску, вытер хлебом миску и кивнул совершенно серьезно.

— Вы мне там пишите, что по нагрузке, раз в два-три дня. Чтоб я знал, что обещать можно.

К полуночи кухня наконец начала пустеть. Работники разошлись, Марта ушла последней, Кассиан закрылся в кладовой с новыми записями. Я осталась с братьями у большого рабочего стола и помогала убирать посуду.

Лорен поднял тяжелый котел, чтобы отнести к мойке, Рейвен собрал сразу несколько деревянных досок и мисок. Оба явно чертовски устали.

Я посмотрела на них и неожиданно почувствовала дикую благодарность. Они могли уехать во дворец, отправить слуг, просто дать мне денег… Но вместо этого весь день таскали банки и развозили соус.

— Спасибо, — сказала я, вытирая стол влажной тканью. — Серьезно. Без ваших денег я бы еще справилась, наверное. А без вас сегодня нет.

Рейвен поставил посуду и подошел первым, положив ладонь мне на поясницу. На этот раз я не отодвинулась, и его пальцы медленно прошли по ткани к боку.

— Запомни эти слова, дорогая Истинная. Особенно часть, где ты признаешь мою незаменимость.

Лорен подошел с другой стороны и забрал у меня тряпку. Его пальцы коснулись моих, задержались, а потом накрыли бедро.

— Иди спать, Анна. Мы закончим здесь и тоже разойдемся.

Мне очень хотелось заметить, что они оба тоже спать хотят, но спорить не осталось сил. Я пожелала им спокойной ночи, помылась в остывшей бане, потом легла и почти сразу провалилась в сон.

Проснулась через несколько часов от странного ощущения, что за дверью кто-то есть. Сначала лежала неподвижно, потом услышала тихий шорох. все-таки поднялась и открыла дверь.

Лорен сидел прямо на полу у стены, вытянув длинные ноги, а Рейвен устроился напротив на низкой скамье и уперся затылком в косяк. Оба подняли головы одновременно и выглядели совершенно измученными.

— Я даже боюсь спрашивать, что вы здесь делаете, — плотнее запахнула халат и посмотрела на них. — Только не говорите, что у нас появилась еще одна проблема.

Рейвен потер ладонью лицо и посмотрел на Лорена. Тот тяжело выдохнул, поднялся с пола и остановился передо мной, а серебряная метка на его запястье слабо светилась в темном коридоре.

— Драконья, Анна. И мы уже несколько часов пытаемся решить ее без твоего участия, но ничего не получается.