Стрельба в посёлке стихла, а вскоре завыли сирены. Но сюда, за реку, менты придут не сразу.

Быстро глянул на тот берег. Навёл я тут суету, да. И продолжил идти по следам последнего наёмника. Мордатый уходил изо всех сил, но его скорость замедлялась. Вряд ли он меня обнаружил, но я не рисковал, потому что у него пушка, и стрелять он умел.

Вскоре увидел, как шатается его силуэт. Надо выгадать время, пока он жив. Жить он хочет, иначе бы не завалил снайпера, так что будет отстреливаться. Хотя он просто мог захотеть уйти на своих условиях, а не обманутым. Я с такими людьми в жизни не общался, но Туман бы не удивился такому раскладу.

Маски с собой не было, но я думаю, что он меня сразу узнает, так что она бесполезна. Да и не думаю, что он успеет кому-то рассказать. Он из этого леса уже не уйдёт, даже если приедет скорая. Рана серьёзная.

Наконец, через десять минут ходьбы, мужик устало опустился у дерева, тяжело дыша, и рассмотрел пистолет. Мушка и целик едва заметно были подсвечены зелёным. Мне кажется, больше он не встанет.

Я осторожно подобрался, а он потрогал наушник, а затем достал свой телефон.

— Связи, сука, нет, — прохрипел мордатый и закашлялся, морщась от боли.

Связи и не будет, ведь он оказался в радиусе действия моей глушилки. Замаскированный под вейп гаджет уже раскалился, но пока ещё работал.

Отреагировал мужик быстро, заметив моё отражение в телефоне. Но я схватил его за кисть правой руки, в которой он держал оружие, и выхватил его пистолет. Он силён и умел драться, но сил у мужика уже не осталось, и я легко завладел оружием. Ого, какая игрушка: америкосовский Lodestar LNK9.

— Ну попробуй стрельнуть, пацан, — он хмыкнул.

Я уже заметил, что на рукоятке есть подозрительно гладкая пластина, на которой даже в темноте видно зелёное пятно в виде отпечатков.

— Настроен на мои отпечатки, — мордатый хрипло рассмеялся. — Без меня не выстрелит.

— Ты тоже больше стрелять не сможешь. Ты только что заляпал пальцы в крови, датчик не сработает.

— Зато часики есть, — он приподнял левое запястье со смарт-часами. — И это, — мужик потыкал себя в висок. А нет, это он показал наушник в ухе. — Система меня знает, а тебя нет.

— Устроили тут киберпанк, — хмыкнул я, не спуская с него глаз.

— High Tech — Low Life, — сказал мордатый на английском с характерным выговором южных штатов, что сразу бы заметил Туман.

Высокие технологии — низкий уровень жизни, вот что он сказал, это формула жанра «Киберпанк». Мужик с юмором, ведь он добавил:

— Хотя Tech ещё не High, но Life уже Low. Есть сигарета?

— Не курю.

— Вредно для здоровья? — хмыкнул он. — Хотя у меня в итоге оказался переизбыток свинца в организме. Лёха, — представился мужик.

— Почему у тебя техасский выговор?

— Жил там последние лет десять. Но ранчо там не было, если что, жил в Далласе. А ты как определил, парень? Ты кто вообще? Знаешь, как тобой теперь все интересуются? Ща, достану сигарету, — Лёха потянулся в карман.

— Не советую, — сказал я. — У меня машинка аналоговая и очень надёжная, — я показал ему «Рюгер». — Без всяких отпечатков работает.

— Знаю, — он сказал. — А я уже на пенсию ушёл, а тут со мной связался старый товарищ, попросил помочь по дружбе. Вот и помог.

Разговорился этот Лёха, впрочем, ничего конкретного он не сказал. Скорее всего, привык так отвлекать своим трёпом, но сейчас уже нет возможности выпутаться. Слишком тяжёлую рану получил.

— И что именно надо было сделать? — спросил я.

— А какая разница?

— Облегчи душу. Тебе недолго осталось.

Я сразу выбрал такую тактику для разговора, просмотрев несколько залов дворца памяти. Туман с такими наёмниками общался много, и этот навык разговора сработал на автомате. А вот если бы выжил снайпер, того надо было бы прессовать иначе.

— Хотя бы не врёшь, что вызовешь скорую, — он посмотрел на меня. — Мы в Игре, ты её правила походу знаешь, а я последний, кто тебя видел. Да и какая скорая? Здесь в России такие скорые и больницу… грех смеяться над таким даже.

— Попади в американскую больницу без страховки, посмеёшься громче.

Лёха заржал, но сразу закашлялся от боли. Хоть и темно, я заметил вылетевшую изо рта кровь.

— Сечёшь фишку. Я там вообще к докторам не ходил, всё лечил народными средствами. Все бабки высосут. Тебя как звать-то?

— Будто ты не знаешь. Кто тебя послал?

— Своих не сдаю, — отрезал он.

— А это свои? — я показал на зарево за рекой. — Ему пришло сообщение, что тебя надо грохнуть, и он тебя чуть не завалил. Ты же знаешь.

— А я так и понял, что этот п***рас решил. Не в первый раз. А мне он на***дел, — Лёха показал на наушник, — что эвакуирует и якобы даже врача нашёл. П***т как дышит.

— Кто это? Что за Омниус?

— Дал бы тебе пообщаться с ним, но связи нет, — он чуть довернул ко мне голову, снова показывая наушник. — А без связи эта байда бесполезная. А я им говорил. Поэтому Васька меня и позвал, потому что эти сопляки, зумеры хреновы, без этого триппера электронного ничего не могут. Тут старая школа нужна, как мы раньше делали.

— Ваш координатор? Где он? И что за Васька?

— Нет, это не Васька нас вёл. Другой. А его и нет. В стране точно нет, да и вообще, не существует. Он вообще не человек. Но он везде…

Лёха потянулся в карман за сигаретами, но я наставил «Рюгер». Даже с раненым расслабляться нельзя.

— Давай без шуток, Лёха.

— А я серьёзен, парень. Пока есть связь, он может всё… хотя не совсем. Но всю работу сделал, человек бы не справился лучше. Хотя ты как-то нас нашёл, так что где-то он прокололся.

— Глина, — сказал я.

— Чё? — удивился он.

— Вы все в глину наступили, которая в этом посёлке. И наследили повсюду.

— Я же говорю, может всё, но не совсем, — голос уже стал слабее. — Потому что он знает только то, что мы ему сами передадим, а про глину никто и не сказал. А вообще, всё на телефоне. Правда, ты его не разблокируешь, — мужик закашлялся. — Ты код не знаешь. А три неправильных ввода — устройство блокируется навсегда и стирается.

— Ну так облегчи душу. Тебе отправили и кинули, когда ты стал не нужен, из-за одной раны, даже не попытались спасти. Не хочешь расквитаться? Ты для них ты — ресурс для их целей. Так что какие это свои? Это ты против своих пошёл, когда вернулся в страну и начал дела.

— Парень, был бы ты на моём месте тогда, думал бы иначе… — Лёха поднял голову и скривился. — Но поддел ты меня. Как знал, куда надавить. А вообще, я больше никому ничего не должен, я все свои долги вернул ещё тридцать с лишним лет назад, а мне никто не почесался их возвращать. И вообще… — он задумался и назвал цифры: — 492113. Это я хорошо запомнил.

— Что это значит?

Он не ответил, голова опустилась, раздался выдох… и всё. Я подождал для верности, закинув цифры во дворец памяти, а потом склонился и подобрал его телефон.

У него смартфон массивный и основательный, из разряда тех, что берут любители экстремального спорта. Таким хоть гвозди забивай. Впрочем, у его напарника был такой же.

Ввёл код, и разблокировка удалась. Значит, решил напоследок насолить работодателям.

Омниус дублировал в чат то, что говорил ему в наушник. И правда, говорил, что помощь рядом, пока присылал инструкцию другому о зачистке.

Вообще, сообщения в этих чатах удалялись автоматом, но вечерние ещё оставались. Как только устройство подключится к сети, наверняка всё будет удалено, но так у меня был шанс всё просмотреть.

В чате был снимок моего силуэта вдали с максимальным приближением и машины. Откуда сняли, мне понятно — это как раз было из того недостроенного здания, где засел снайпер.

Хотя какой это снайпер? То был просто оператор винтовки, разложивший турель. А стреляла система с машинным обучением, и стреляла хорошо. Ну а когда доучится, будет стрелять ещё лучше. Или даже предугадывать, куда побежит мишень, и обмануть уже не выйдет.

Сейчас так делать система не умела. Пока не умела.

В чате задача: найти меня. Единственная зацепка — выяснить, почему я был на машине, купленной фирмой Корнеева.

Значит, заранее обо мне не знали, вели змеек. Но знают теперь.

Телефон пытался связаться с вышкой. На месте я оставаться не стал, а свалил дальше, где связи не было физически, даже обычной сотовой, потому что глушилка в виде вейпа уже перегрелась, а подключение к сети может всё испортить. Ведь телефон мог записать наши слова и мой голос, чтобы сразу отправить на сервер.

Я ушёл дальше в лес, в темноте, забрав с собой что мог из его карманов. Надо осторожнее, а то здесь водятся волки и медведи, да и змеи могут попасться на пути. И лоси есть.

И здесь, в сердце природы, я начал изучать трофеи с новейшей системой анализа данных. Полистал телефон, меню и технические данные. Листал всё, что можно, чтобы запомнить и проверить потом.

Вот как интересно. Всё это поставила американская фирма «Omnipalant», один из мировых лидеров внедрения ИИ в военные технологии. Этот «Омнипалант» был отмечен в презентациях на планшете сына Корнеева, как прямой конкурент, ведь они разрабатывали свою военную систему параллельно с ним.

Там в презентации была система «Оверлорд» (у Корнеева аналогичная называлась «Бастион»), но на данном телефоне торчала совсем другая система — «Омниус».

Короче, их координатор — это жестянка, которая хотела меня убить.

Хрена себе. Ещё не полноценный ИИ, но уже наученный, как пользоваться всеми данными, что он получает. А данных у него было дохрена, ведь они взломали сервера видеонаблюдения Корнеева в городе и расставили свои камеры и маячки повсюду.

Поэтому город анализировался в реальном времени. Ещё здесь стояла система обхода белых списков, позволяющая не зависеть от ограничений интернета.

Но я увидел и другое. Сервера основной фирмы оставались для них недоступными, доступ был только к видеонаблюдению, вот они и устроили охоту за змейкой и не знали, куда она поедет.

А когда в их поле зрения появился я, они стали собирать данные на меня. Для этого хотели разместить дроны наблюдения в нужных местах, взламывать сети, опрашивать свидетелей, а в итоге просто грохнуть после нахождения. Допросить, забрать данные, которые у меня были, и грохнуть.

Но даже без них уже к утру система будет знать, кто я такой, проанализировав другие данные. Или уже знает, просто не сообщила им, чтобы не отлынивали.

Весь объём данных анализировал этот самый «Омниус», который, по сути, занимался всей этой операцией, от выдачи команд людям, которых он называл ресурсами, до стрельбы из винтовки. Скайнет хренов, и создан чисто для шпионов.

И Ланге в этой операции не замешан, кто-то провёл операцию без его ведома и подставил. Ну а ещё несколько лет, и такие, как Ланге, вообще будут не нужны, система справится со всем лучше. И, думаю, он сам это прекрасно понимает.

«Омниус», значит. Попал в корпоративную войну между двумя фирмами, хотя корпоративной войной это уже не ограничилось. И думаю, дело не только в ИИ, но и в самом «Периметре». Ведь нейросети нейросетями, а жить-то хочется им всем. И жить подольше, а желательно вообще вечно. А тут я, переживший этот проект и сам ставший прототипом. У Корнеева одни цели, у его врагов — другие, а у меня среди этих товарищей друзей нет.

Обходными путями я вернулся к тачке, которую менты пока не обнаружили. Да там наверняка уже ФСБ, а Холодов ещё в городе, и с ним пока пересекаться не планировал.

И уехал. А трофеи убрал в сумку Фарадея, изнутри отделанную металлической фольгой. Это тумановская сумка, в ней тогда хранился планшет. Потом изучу данные отдельно, ведь там было много чего, что я мог использовать. Ну и меня заинтересовали некоторые другие вещи, которые я забрал у мордатого мужика, работавшего на американцев.

Конечно, они будут про меня знать, как знает Ланге. Будут что-то придумывать, но боевую ударную группу отправить будет намного сложнее, когда так наследили.

Впрочем, я тоже не собирался сидеть и ждать, когда они придут.

* * *

Вернулся домой после полуночи, врубил на машине старую оболочку бортовой системы, чтобы в «Контуре» не теряли, зашёл домой. Готовить не хотелось, но в холодильнике была четвертинка арбуза. Это Наташа вчера купила в супермаркете. Там уже продаются, дорого, правда.

Есть арбузы на ночь не рекомендуется, но мне всё равно захотелось. Правда, он был не особо сладкий, ранний же. Но можно было сделать фокус.

У меня была крупная морская соль, и я чуть-чуть посолил, совсем немного припорошил. Фишка в том, что сладость на фоне солёного чувствуется куда сильнее. Главное, не пересыпать, иначе сделаешь ещё хуже.

А после достал переносной жёсткий диск, на который скопировал те данные из фирмы Корнеева. За ними, собственно, и велась охота. И там могут быть свежие данные о «Периметре», которые мне нужно знать.

Изучать их сел с мыслью, что мир меняется, и информация в нём давно стала главным оружием. Подключил к компу и открыл скачанную базу, чтобы понять, куда мне копать дальше…

* * *

Следующее утро. Берлин, Германия…

— Вам назначено? — спросил охранник.

Он очень смуглый, явно турецкого происхождения.

— Думаю, со мной очень захотят поговорить, — сказал доктор Ланге, снимая шляпу. — Передайте, пожалуйста, вашему руководителю, что с его гостем пришёл встретиться один старинный друг. Он поймёт, о ком речь.

Охранник нахмурился, но начал звонить, а Ланге отошёл. Он устал, ведь только что прибыл из аэропорта. За этот день он побывал аж в трёх странах — Польша с самого утра, затем Чехия и теперь Германия, а после надо возвращаться в Россию, чтобы поддерживать свою собственную легенду в стране, иначе она разрушится.

Доктор сел на диванчик в холле, рассматривая логотип фирмы — «Омнипалант Секьюрити», а выше было название основной — «Омнипалант Технолоджи». Это один из филиалов американской фирмы.

— Герр доктор, прошу за мной, — сказал охранник, положив трубку.

Они поднялись на пятый этаж, прошли мимо двери с надписью «Thomas Müller. Geschäftsführer», где сидел глава филиала, и добрались до неприметной двери в конце коридора. Охранник отошёл, показывая на неё. Доктор вошёл внутрь.

Русский сидел за столом и, хмуря лоб, смотрел в экран компьютера.

— Припёрся, — пробурчал он.

— Мне интересно, — начал Ланге, вежливо улыбаясь. — Как вышло так, что неофициальным главой службы безопасности одной из самых крупнейших и влиятельных IT-компаний мира стал человек, который едва умеет обращаться с компьютером.

— А ещё у меня девять классов образования, — русский хмыкнул. — И по математике мне едва поставили тройку. Натянули, когда я сказал, что уйду в технарь, и больше они меня видеть не будут. Не узнавал про меня разве?

— Пытался, — Ланге улыбнулся. — Но когда я сделал запрос, мне позвонили и сказали, чтобы я оставил эту тему. И всё же, мне до сих пор интересно.

— Потому что людей, умеющих обращаться с компами, дохрена. А таких, как я, единицы, — русский поднялся и подошёл к окну. — Для вида вот здесь, в Германии, есть Мюллер, а в Штатах сидит негр. А когда нужно сделать основную работу, есть я, — он уставился на Ланге. — Ну что, пришёл позлорадствовать?

— Как ты говорил? — Ланге уселся напротив. — Что такие, как я, скоро будем не нужны, что ваша система скоро заменит людей вроде меня? Ну и вот, твоя группа уничтожена самой же системой, которая приняла неверные решения, а ФСБ теперь знает, что «Омнипалант» лезет в Россию со своими загребущими лапами, и что у них есть система управления. И Корнеев знает. Все теперь знают.

— Слушай, — русский подошёл ближе. — Там был один мой товарищ. Не то, что мы были друзьями, но я его редко звал, только для важных задач. И я склонен думать, что их сдали. А для того, чтобы сокрыть следы, использовали какую-то банду.

— Думай, что хочешь. Мне после твоей самодеятельности приходится разгребать много проблем.

— Так чего припёрся, раз так занят? — недоверчиво пробурчал русский. — Дальше злорадствовать?

— Нет, — Ланге помотал головой. — Пришёл предложить помощь. Но при одном условии.

— Бабки?

— Деньги — это не условие, а необходимый фундамент. Условие у меня одно — чтобы ты мне больше не мешал. У нас появилась хорошая зацепка, а если ты снова отправишь своих головорезов, то всё сорвётся. И снова по твоей вине.

— Ну, как заговорил, — протянул русский…

— И ещё одно…

— Ты же сказал, только одно условие, — русский усмехнулся.

— Ещё одно, — невозмутимо повторил Ланге. — Мне нужен доступ к «Омниусу». У меня мало людей в стране, поэтому нужна ещё поддержка для проверки данных.

— Это не мне решать, — сказал русский.

— Обратись к своему шефу. Доступ нужен.

— Посмотрим, — русский потянулся к телефону, но замер с вытянутой рукой. — Кстати, а кто был тот парень? Ты должен знать. Он мелькнул, всех обхитрил и свалил. Ещё наверняка всё выяснил.

— Понятия не имею, — Ланге развёл руками, даже не показывая вида, что знает, о ком идёт речь. — Из ФСБ, может быть.

— Чтобы ты, да не знал?

Но доктор так и не ответил.