Стрела приближалась.

Искрилась кодо и потрескивала разрядами молний.

— Лу-у-учник! — выкрикнул Хинниган.

Я отшатнулся назад, но тут же споткнулся о труп свинорыла и плюхнулся задом на ступени. Боли даже не заметил — мне было не до неё.

Стрела ударила в стену и вспыхнула огнём, окрасив всё вокруг неистовой желтизной. Такой яркой, что резануло по глазам.

Я зажмурился, наощупь перебрался к стене коридора и вжался в неё так плотно, как мог.

До вспышки я лишь мельком успел увидеть, что стрела была выпущена из огромного мерцающего лука, а тот, кто это сделал, стоял у трёх пустых постаментов.

Трёх. Пустых. Постаментов.

Ничего паршивее не придумаешь. Полное дерьмо!..

И пока я заметил только одного из Стражей. Гигантское тёмное существо, каменный голем, стреляющий потоками кодо, единиц по сто сразу.

Страж восполнял энергию после каждого выстрела, и можно было не сомневаться: следующий его удар тоже будет нести разряд в сотню единиц, так что, если этот энергетический сгусток попадёт в кого-нибудь, то ему не жить.

Тут никаких вариантов.

А ещё оставался вопрос, куда делись два других Стража: первый, что стоял с топором, и третий — с боевым цепом.

Если они нападут все разом, то…

Проскрежетала натянутая до предела цепь, по воздуху просвистело смертоносное шипастое ядро, и в стену рядом с лестницей ударила вся мощь Карбазу — Стража цепей.

Зал содрогнулся.

Да что там — содрогнулись все три уровня Змеиных пещер.

От грохота заложило уши. По спине, мокрой от пота и крови, пронеслась вибрация. Хрустнули потолки, несколько плит обвалились и рухнули вниз.

Удар был настолько сокрушительным, что часть стены снесло сразу, мрамор взорвался кусками и обломками, всё вокруг заполонили клубы пыли и огненные вспышки.

Я пригнул голову и зажал нос мокрым рукавом, чтобы не задохнуться нахрен.

Где-то вдалеке закашлялся Хинниган, но где именно он находился, я так и не определил — густая пелена скрыла всех, кто был в зале.

Не прошло и пяти секунд, как появился ещё один Страж.

Его силуэт мелькнул в серых клубах, блеснул мерцающий клинок топора. Гигантское орудие рубануло по полу рядом с лестницей, в пяти метрах от моих ног…

Зал опять вздрогнул.

И опять затрещали разряды кодо.

Страж потянул топор. С оглушающим скрежетом тот прорезал мраморные плиты пола, оставляя за собой огромную траншею-борозду.

Паршиво…

С этими тварями не справится даже взвод адептов. У нас не было шансов. Хинниган почти истратил запасы энергии, а с Матиаса ловить было нечего — кроме эргов он ничего не умел. Не кулаками же драться, в конце концов.

Вариантов в голову пришло немного. И все не слишком надёжные.

Сначала я решил попробовать самое лёгкое. Мало ли, вдруг то, что помогло мне с королевой морий, поможет и со Стражами?

Я отпрянул от стены и выглянул из-за угла, чтобы увидеть Карбазу. Пыль мало-мальски улеглась и уже не мешала оценить обстановку. Вот теперь привратники второго яруса предстали глазам во всей красе.

Господи, лучше б я их никогда не видел.

Внутри похолодело.

Три гиганта в каменных доспехах стояли, приготовив к бою мерцающее оружие — лук, топор и цеп — и зорко оглядывали полуразрушенный зал. Голову каждой твари скрывал шлем с опущенным забралом.

Ни Хиннигана, ни Матиаса и его парней я не увидел. Попрятались кто куда и не высовывались. Мне бы тоже не стоило высовываться, но деваться было некуда.

Я посмотрел на главного из големов, Стража с цепом, и обратился к нему ментальным голосом:

— Приветствую тебя, Карбазу.

Ну а что я ещё мог сказать?

Эй, ты, каменная хрень, пропусти меня на третий ярус?

Сказал первое, что пришло на ум, без претензий и даже вежливо, после чего замер, ожидая хоть какой-нибудь реакции.

Грёбанный Страж молчал.

Ядро на его цепи мерно и угрожающе покачивалось, звенья скрипели, сто единиц кодо мерцало по всему орудию, ещё раз напоминая, что шансов пройти мимо привратника никаких.

В зале стихло.

Только моё сердце стучало так, что пульс громыхал в ушах и, казалось, был слышен во всех пещерах с низу до верху.

— Карбазу! — уже громче сказал я и шагнул из укрытия.

Вот нахрена вылез?

Хотел же как лучше.

Он меня не услышал. То ли голем был глух, то ли ему мешал шлем — других догадок, почему он на меня не среагировал, больше не нашлось.

Точнее, среагировать-то он среагировал, но не так, как мне хотелось.

Увидев меня, Страж крепче сжал цеп и ринулся в мою сторону. За ним устремились и остальные големы.

Отлично, Рэй. Ты, как всегда, грамотно провёл переговоры…

Я оглянулся на Дарта. Он всё ещё лежал без сознания, а над ним мерцали лечебные руны, вытягивающие из меня остатки кодо. Осталось единиц пятнадцать, не больше. И если Стражи тут всё разнесут, то Дарта спасти я уже не смогу — у меня просто не хватит сил.

Решение тут имелось только одно.

Бежать. Дать дёру на максимальной скорости и увести Стражей как можно дальше отсюда.

Големы приближались. Огромные, неповоротливые, зато чудовищной силы твари. От их тяжёлой поступи трещали и крошились плиты пола.

Страж-лучник остановился и пустил в меня стрелу. Второй замахнулся топором. Третий вертанул цепом. Шипастое ядро сделало косой круг, достигая потолка, и понеслось в мою сторону.

Я ещё раз окинул взглядом зал, просчитывая маршрут, и рванул Стражам прямо под ноги…

* * *

Путь был один.

Увернуться от ударов и попасть в другой зал.

По изрубленному и переломанному полу я проскочил между исполинских ступней Карбазу.

Так, один есть.

Второй Страж встретил меня очередным взмахом топора. Сверкнув искрами, широкий клинок резанул воздух прямо передо мной и обрушился на пол.

Меня обдало горячим потоком ветра и пыли, лицо оцарапало острыми каменными крошками, тело обожгли искры парализующего кодо.

Я резко остановился, чуть не врезавшись в клинок, и отшатнулся влево, но тут же натолкнулся на громадную ступню третьего Стража. Тварь пыталась меня затоптать. Его нога поднялась и опустилась, сминая под собой пол.

В ту же секунду в меня устремилось ядро первого Стража.

Удар. Обломки, пыль, искры — всё повторилось.

Теперь я рванул вправо, уходя от шипастого орудия.

Со всех сторон меня окружали ноги големов — живые каменные колонны, беспощадные и разрушающие. Стражи зажали меня в смертельном круге и яростно крушили всё вокруг.

Малейшая задержка светила мгновенной смертью, поэтому я метался, как бешеный.

Отскакивал то в одну, то в другую сторону, перебегал от места к месту. Ноги адски горели от напряжения, нос забила пыль, по телу саднили мелкие порезы и раны, кровь смешалась с солёным потом, и кожу невыносимо жгло. Особенно сильно досталось лицу, шее и рукам.

Весь мокрый, без оружия и практически без кодо, я всё ещё надеялся проскочить, но Стражи не давали мне ни единого шанса — ни отступить, ни уйти вперёд, ни вырваться из круга.

Казалось, я оглох от бесконечного громыханья, треска и хруста камней.

Но нет — не оглох. Из дальнего угла вдруг донёсся истеричный выкрик Хиннигана:

— Э-э-эй! Тупые ублюдки! Я зде-е-е-е-сь!

В лучника ударил брошенный Хинниганом камень.

— Он там! А я ту-у-у-т! — проорал из другого угла Матиас и тоже швырнул обломок.

На этот раз в Стража с топором.

И Хинниган, и Матиас выскочили из укрытий, отвлекая внимание големов на себя. Лучник моментально пустил стрелу в Хиннигана, а клинок гигантского топора теперь начал охоту за Матиасом.

Стражи перестали меня зажимать и разделились.

Со мной остался только сам Карбазу с цепом наперевес. Недолго думая, я рванул в арку, ведущую во второй зал. Страж устремился за мной.

Его адский цеп скрипел позади, ядро свистело в воздухе. Звук нарастал, Страж набирал скорость, стремительно меня догоняя.

Пару раз ядро пронеслось над головой, в паре метров от моей многострадальной макушки. Пришлось пригнуться и прибавить скорости, хотя куда ещё быстрее.

Нёсся я со всех ног, глотку жгло от сухости и пыли, пить хотелось невыносимо, сердце колотилось как сумасшедшее, в ушах бился пульс, пот катился по лицу…

Упасть и сдохнуть было бы проще, чем бежать.

Но я бежал.

Не знаю точно, на что я надеялся — скрыться всё равно бы не получилось, но уж лучше один каменный Страж на хвосте, чем трое.

Карбазу тоже не медлил.

Его ядро ударило совсем близко, потом ещё раз, и ещё… Он колотил почти без остановки. Размахивался и бил, как заведённый, с одной и той же скоростью и паузами.

Добравшись до первого зала, я кинулся под защиту трёх статуй. Слава богу, они не были живыми, а стояли неподвижными, как прежде. Чистые и белые, такие безобидные.

И странное дело, но как только я заскочил за первый постамент и приготовился спасаться от очередного удара ядра — Карбазу вдруг перестал крушить.

Он остановился у изваяний, выдохнул и внимательно их оглядел. Его цеп замер в боевой готовности, но по статуям не ударил.

Я не сразу понял почему.

Ну не из-за того же, что ему стало жаль ломать такую красоту. Возможно, дело было в том, что эти статуи стояли живыми, но непробуждёнными. А может, причина совсем в другом.

Пока я понимал только одно.

Устроив резню в третьем зале, мы спровоцировали взрыв безликих огней, а те пробудили Стражей. А если они проснулись в третьем зале, значит, и проход на следующий ярус тоже в третьем зале. Но даже если так, то кроме того, чтобы пройти дальше, мне требовался трофей привратника.

И как его получить?

Каменная сволочь раздавит меня при любой попытке хоть что-то у неё отнять. Это тебе не королева морий — тут обещанием «материала», поцелуем и угрозами не отделаешься.

Хм. Всё равно не укладывалось в голове.

Какое дело Карбазу до других статуй? Круши себе и круши, в чём проблема? Он же не себя убивает…

И тут до меня кое-что дошло.

Догадка.

Всего лишь догадка, но надо было проверить.

Используя заминку Стража, я подобрался к третьей статуе — изваянию самого Карбазу. Потом вскарабкался на постамент и дотянулся ладонью до каменной лодыжки.

У меня осталось меньше пятнадцати единиц кодо. Рискнув их истратить, я, скорее всего, обрекал себя на провал… а может, и нет. Пока не попробую — не узнаю.

Замерев на месте, я отдал пять единиц в мутацию статуи. Всего пять единиц. Сделал так, чтобы ступня изваяния отделилась от ноги в районе щиколотки.

По камню проскочила трещина. Одна единственная, но её хватило, чтобы нога живого Карбазу подкосилась.

Голем упал на одно колено и от ярости взмахнул цепом. Ядро пронеслось рядом со статуей, но не задело — сам себя Страж убивать не собирался.

Ну а я уже переползал ко второй ноге.

И тут вдруг в зал с воплем отчаяния ворвался Хинниган. Он заметно хромал на одну ногу, но нёсся так быстро, как мог.

— Рэ-э-эй! Куда бежа-а-а-ать?! Куда-а-а-а…

— Сюда! — рявкнул я с постамента. — Прячься за статуи! Твари их не трогают!

Следом за орущим во всю глотку Хинниганом мчался лучник. Мерцающие стрелы летели одна за другой, искрили и взрывались.

Очкарик проскочил мимо Карбазу, но тот моментально ударил в него ядром. Взмах, свист, грохот, хруст камней, взрыв пыли, вскрик — и парня смяло гигантским шипастым шаром.

Матерь Божья…

Господи…

Хинниган.

Я не успел его похоронить, как он снова проорал:

— Промазал, кривору-у-у-укий!

На самом деле, Карбазу не промазал. Он ударил точно туда, где бежал Хинниган. Я сам это видел. Просто Хинниган умудрился применить стихию воздуха прямо на ходу. Его подбросило под потолок, над ядром, да ещё так быстро, что даже я не заметил, как это произошло.

Я увидел очкарика только, когда тот приземлился на постамент со статуей лучника.

— Клиф, разрушь статую! — выкрикнул я ему. — Оторви ей руку или ногу, а лучше голову! Слышишь?

Хинниган понял всё сразу. Порой я удивлялся его догадливости, а порой — несусветной тупости. Слава богу, сейчас был не самый плохой вариант из двух.

Он опять использовал стихию, на этот раз воду. Ледяная глыба образовалась в воздухе за считанные секунды. Хинниган привстал на постаменте, еле держа равновесие на полусогнутых ногах, а затем вытянул руку, чтобы направить глыбу точно туда, куда надо — статуе в голову.

Он сильно рисковал.

Лучник уже заметил его манёвр, шагнул в сторону и натянул тетиву с очередной стрелой. Он целился так, чтобы задеть Хиннигана, но не задеть изваяние.

Ледяная глыба и стрела метнулись к своим целям одновременно.

Только стрела была быстрее.

Яркий луч кодо сверкнул во мраке. Мгновение — и вокруг Хиннигана вспыхнули искры и молнии. Сияние охватило весь зал, рассеяв плотную и смрадную темноту.

Хинниган вскрикнул и повалился с постамента.

И только потом я увидел вокруг него щит. Еле видимый, совсем слабый, но всё-таки щит. Причём его создал не Хинниган — он бы не успел, потому что был занят стихиями.

Эрг использовал кто-то другой и направил его на защиту Хиннигана.

Бегло оглядев зал, я заметил Матиаса. Он стоял за спиной Карбазу, его ладони ещё мерцали кодо, а сам он смотрел на статую лучника.

Глыба льда с грохотом снесла ей голову.

Страж с луком пошатнулся, его шея треснула, он обхватил голову рукой, но это его не спасло. Каменная башка вместе со шлемом взорвалась на куски. Голем рухнул, оглушив зал грохотом и раскатами эха.

В этот самый момент Карбазу почувствовал, что позади него кто-то стоит.

Не оборачиваясь и не вставая с колена, он коротко взмахнул рукой и поднял в воздух цеп. Ядро описало полукруг, свистануло во мраке и сшибло Матиаса с ног, насаживая его тело на шипы.

Вот ч-ч-ч-ёрт…

Я быстро переполз по постаменту ко второй ноге статуи и отправил на мутацию ещё пять единиц кодо. Как только трещины пошли по ноге изваяния, я приподнялся, обхватил ногу статуи и отдал последние силы на кинетический эрг.

Раздался хруст.

Каменная броня скульптуры полопалась.

Статуя Стража цепей медленно накренилась, а потом, как подкошенная, повалилась с постамента на пол.

* * *

Карбазу погиб после свержения собственного изваяния.

Он так и не поднялся с колена. Развалился на крупные куски, обрушился громадной кучей обломков посреди зала. Его цеп с ядром тоже раскрошился.

Правда, это никак не помогло Матиасу.

Его отбросило в угол мощным ударом Карбазу.

Парень хрипел и покашливал, навалившись спиной на стену и вытянув ноги. Из его рта по подбородку текла кровь.

Я спрыгнул с постамента и быстро приказал Хиннигану:

— Займись третьим, пока он сюда не явился.

Было слышно, как третий Страж, тот, что с топором, всё ещё гоняет матросов Матиаса по залам. И пока Хинниган уничтожал последнюю статую голема, я поспешил к Матиасу.

Он был, конечно, уже нежилец.

Спасать его не имело смысла, да я бы и не смог. Кодо во мне не осталось ни на одну руну. Скорее всего, даже те руны, что работали сейчас с Дартом, тоже иссякли.

Матиас не сводил с меня глаз.

Он продолжал покашливать, дёргался всем телом, широко открывая рот. Брызги кровавой слюны летели в разные стороны, но после багрового дождя с потолка мне было уже плевать на чужую кровь, летящую в лицо.

Я опустился рядом с Матиасом на пол.

— Слу… слушай… Тео, — прошептал он, — я же сдохну, да? Что скажешь?

— Сдохнешь, приятель, — мрачно подтвердил я.

Он, кажется, даже не расстроился.

— Сл… славно… развлеклись… правда же?

— Ещё бы.

Матиас усмехнулся и снова кашлянул.

— Если будешь вдруг… на Сабасском море… то приезжай ко мне. Бери с собой красивую девушку… а лучше двух. И на фрегате… на фрегате… с ветром и брызгами… знаешь, как хорошо…

Больше говорить он не смог — кровь обильно залила рот.

Матиас еле приподнял правую ладонь и протянул мне. Я кивнул и пожал его окровавленную липкую руку, после чего та безвольно упала на пол.

Он прикрыл глаза и тихо выдохнул, ожидая смерти.

— Не сегодня, — произнесли знакомым ментальным голосом.

На моё плечо мягко легла рука.

Я обернулся, собираясь спросить «Ну и где ты была?», но Ребекка на меня уже не смотрела. Она опустилась на колени рядом с умирающим Матиасом и взяла его за руку.

Это было красивое зрелище.

Её ладонь вспыхнула сиянием кодо, и по руке Матиаса пронеслась волна света. Его кожа медленно покрылась рунами, десятками лечебных рун. Такого навыка я не видел даже у Хлои.

И пока это происходило, я всё-таки решил спросить (не вслух, конечно):

— Ты где была, Бекки?

Она ответила, не оборачиваясь и не отвлекаясь от лечения:

— Моя задача — сберечь Георгу жизнь любой ценой. Если он погибнет, меня ждёт смерть. Поэтому пришлось спрятать его, чтобы дождаться, когда ты отобьёшься от Стражей.

Её ответ меня разозлил. О чём она думала? Если б я успел прикончить Георга, то заодно прикончил бы и Ребекку. Ну и какого хрена она молчала?

— Ты почему сразу не сказала?

Ребекка дёрнула плечом.

— Потому что не могла.

— А сейчас можешь?

— Георга рядом нет, он на первом ярусе. Ждёт, когда вы уйдёте. Он уже не торопится, всё равно ритуал не прошёл, зато тебя очень испугался. Я кое-как его успокоила и долго просила прощения.

Я ничего не ответил.

Ребекке приходилось несладко, это понятно, но её двойственность меня не просто тревожила — она пугала. Кто знает, чего ожидать от неё в ближайшие пять минут?

Матиас, кстати, преображался на глазах.

Из колотых ран от шипов уже не сочилась кровь, он дышал ровно и уверенно, без хрипов, и порой шевелил пальцами.

— Ты можешь Дарту так же помочь? — спросил я.

Ребекка покачала головой.

— Ни тебе, ни кому-то из твоей команды. Прости. А вот насчёт Матиаса указаний не было.

Пока мы разговаривали, к нам подошли Хинниган и двое матросов.

— Он мне жизнь спас, — пробормотал Хинниган, с горечью и сожалением оглядывая Матиаса. — Даже удивительно, что он так сделал…

— А чего ты удивляешься? — нахмурился один из матросов (Фред, кажется). — Матиас вообще-то отличный парень. Он так же далёк от аристократии, как далеки друг от друга Сабасское море и Лэнсом. Вы бы видели, как он переживал, когда во дворец отправлялся. Говорил, что надо вести себя по-скотски, разговаривать по-скотски и поступать по-скотски. Так будет безопаснее.

— Он же ради фрегата сюда потащился. Ему дед обещал, — добавил второй. — У Мэта ведь никакого фрегата никогда не было. Врёт он всё. Ему и денег-то никогда не давали, он с детства в порту работал, потом в матросы пошёл. Думаете, почему он ладони прячет? Они же у него все в мозолях от канатов… работяга обычный… а тут вы, все такие холёные, за власть боретесь. А у него просто мечта была… человеческая.

Ребекка наконец закончила лечение и поднялась с колен.

Вот теперь она посмотрела на меня и сказала прямо:

— Ищите вход на третий ярус. Мы с Георгом пойдём следом. Если хочешь его прикончить, то приступай. Но помни, что мне после этого не жить.

Я пристально посмотрел ей в глаза, опять ничего не ответив.

Сестра кивнула и быстро прошла во второй зал. Она ни на кого больше не смотрела, будто хотела поскорее уйти от осуждающих взглядов. Послышались её торопливые шаги, потом всё стихло — Ребекка поднялась по лестнице на первый ярус.

Нам же предстояло найти вход на третий.

И я уже знал, где искать…