В самое сердце винодельного бизнеса Скорпиусов мы отправились впятером.

Но прежде чем выехать на дорогу, ведущую в горную зону Олеандр, я попросил Дарта заскочить в Суон-Рок.

У меня возникла одна идея. Её я не стал озвучивать сразу, чтобы не натолкнуться на кучу возражений. Все и без того выглядели растревоженными.

Джо и Терри молчали всю дорогу, а вот Хинниган, наоборот, никак не мог заткнуться и сетовал на то, что за целую неделю не прочитал ни одной книги. Он беспокоился, что у него притупился навык распознавания букв.

Я устроился рядом с водителем, роль которого, как всегда, взял на себя Дарт Орриван. Во внутреннем кармане куртки у меня лежали деньги, пара пачек по пять тысяч каждая (остальное мы спрятали в мешок с зерном), но меня интересовало и ещё кое-что из моих бывших вещей.

— Вы говорили, что забрали всё, что было у меня при себе в Ронстаде, — напомнил я Дарту.

Не отрывая взгляда от дороги, Дарт указал подбородком на коробку между сиденьями.

— Там всё, что мы при тебе нашли. Хлоя выбросила только окровавленную одежду, но вряд ли ты будешь по ней скучать.

Я открыл коробку.

Внутри лежали вещи Юлиана Свана, военного агента, убитого в Ронстаде ещё до падения стены: армейский кинжал в ножнах с монограммой «ТР» и значок военного агента с изображением головы волка над перекрестьем двух револьверов.

Отлично.

Как раз то, что я и хотел видеть.

До Суон-Рок мы добрались быстро, от реки деревушка находилась не так уж далеко. И, кстати, это была совсем не деревушка, а маленький городок.

Провинциальный, тихий, с архитектурой из прошлого столетия, неторопливыми жителями и старой выщербленной брусчаткой. Даже воздух здесь будто пропитался неспешностью, дремотой и вязкостью деревенского быта.

Чтобы не особо отличаться от других, Дарт повёл автокэб настолько медленно, что это вызывало зевоту. Я в это время смотрел по сторонам и в самом центре Суон-Рок, на площади, наконец увидел то, что искал.

Торговые ряды.

Дарт остановил автокэб на краю площади и заглушил двигатель. Я повернулся к пассажирскому салону.

— Из машины не выходите. Мы с Дартом прогуляемся ненадолго.

Терри и Джо переглянулись, но опять не проронили ни слова. Зато Хинниган не преминул высказать свои желания:

— Рэй, я тоже на пару минут выйду. Куплю газеты. Ну не могу я, скоро читать разучусь. Хоть периодику полистаю, что ли…

— Только пулей, Клиф. И не привлекай внимания.

— Да кто на меня внимание-то обратит? Скажешь тоже. Я ж как невидимка.

Заверения Хиннигана не особо внушали спокойствие, но я не стал возражать. Мне и самому было интересно, что пишут в хэдширских газетах.

Прихватив с собой значок агента, я вышел из автокэба. Мечи, конечно, брать с собой не стал, а вот кобура с револьвером осталась при мне.

Дарт отправился следом за мной. Причем держался на расстоянии. И только когда мы отошли от машины метров на пятьдесят и смешались с толпой покупателей, снующих у торговых рядов, он поравнялся со мной и поинтересовался:

— Так куда мы идём?

Я ткнул большим пальцем в сторону одной из вывесок. Увидев, что я показываю на «Костюмы от Чёрча Феникса» он тихо рассмеялся.

— Серьёзно?.. Хочешь принарядиться?

Я усмехнулся, но ничего не стал пояснять, чтобы потом не выслушивать от Дарта, какая я сволочь, и что у меня нет никаких моральных рамок. Такого человека, как он, лучше не слушать, а ставить перед фактом.

Мы вошли в магазин.

Чертовски дорогой магазин, судя по тому, что его украшали шёлковые ткани на стенах, витиеватый декор из золочёных нитей на потолке и статуэтки в витринах. У стен стояли манекены в мужских костюмах разного покроя.

Внутри было не так уж и много народу. Три человека. Зато весьма презентабельного вида. Мы же с Дартом совсем не вписывались в обстановку. Создавалось впечатление, что мы просто-напросто ошиблись дверью.

Продавец, собственно, так и предположил.

Тощий, лысоватый, маленький и весь какой-то нервно-припадочный, он поспешил нам навстречу, раскинув руки. Отдалённо он напомнил мне Клифа Хиннигана, если бы тот вдруг повзрослел лет на тридцать и потерял часть волос.

— Пивной отдел через две двери направо, молодые люди, — сказал мужчина и попытался преградить нам путь.

Мы даже не остановились. Обошли продавца с двух сторон.

Я грубовато задел его правое плечо и продолжил разглядывать костюмы на манекенах. Дарт толкнул его в левое плечо и принялся изучать полки с рубашками и галстуками.

— Молодые люди, мы сегодня закрыты! — заявил оторопевший продавец. — Если вы не покинете магазин, я вызову полицию!

В его голосе засквозил страх.

Услышав его обещания и предчувствуя заваруху, посетители решили уйти, чтобы тоже не нарваться. Как только дверь закрылась за последним из них, я обернулся и с претензией уставился на припадочного продавца:

— Теперь за желание купить костюм вызывают полицию, мистер?

— А… э… нет… — вытаращился на меня продавец. — Но… но у нас дорогие костюмы, молодой человек… очень дорогие. Минимум тысячу суренов придётся выложить.

Дарт ткнул меня локтем в бок и прищурился в своей любимой манере: сурово так, угрожающе. Его голос превратился в рык.

— Я не понял. Он сказал, что не хочет продавать нам костюмы?

Продавец замахал руками.

— Нет-нет-нет. Я такого не говорил. Вы не так поняли, господа. Я… я хотел сказать, что у нас дорогие костюмы. Они пошиты первоклассными портными, по особым выкройкам Чёрча Феникса, из дорогих тканей и…

— Я опять не понял, — перебил его Дарт и сжал кулаки. — Он сказал, что мы нищие?

Продавец тут же подскочил ко мне, избегая столкновения с Дартом.

— Я никого не хотел оскорблять, молодые люди, и если вы желаете костюм, то…

— Вот такой. — Я указал на крайний манекен в чёрном костюме-тройке и добавил: — Два.

Лицо продавца побледнело, руки вздрогнули. Он сглотнул и тихо сообщил:

— Такой костюм стоит две с половиной тысячи. А если будете брать два, то… пять тысяч…

Последние слова он прошептал, будто не хотел, чтобы я их расслышал.

— Пять так пять, — пожал я плечом и вытянул из внутреннего кармана куртки пачку купюр. — Тут как раз пять.

Продавец уронил взгляд на деньги (кажется, он уже успел мысленно плюнуть на пальцы и пересчитать бумажки), потом выдал длинное «Э-э-э», после чего прокашлялся и ответил:

— Как скажете, сэр. Располагайтесь. Сейчас принесу всё для примерки.

Его тон стал деловитым и доброжелательным. Отношение к нам мгновенно поменялось. Уже через десять минут продавец предоставил несколько костюмов разных размеров, подобрал рубашки, галстуки и туфли.

Ещё через пятнадцать минут я и Дарт выглядели, как выпускники элитного учебного заведения из столицы.

— А вы хотели полицию, — усмехнулся я, бросая на себя взгляд в зеркало.

— Прошу прощения, сэр, — ответил продавец. — Это я так, не подумав, сказал. Заработался.

Он заметно успокоился и теперь готов был признать в нас нормальных людей.

— Понимаю. Мы ведь тоже на работе. — Сказав это, я неторопливо и с особым достоинством, прикрепил к лацкану пиджака значок военного агента, провёл по нему ладонью и ещё раз глянул в зеркало.

Потом так же неторопливо скинул пиджак и надел кобуру, которую до этого снимал, чтобы примерить костюм. Вынул из кобуры револьвер, демонстративно проверил барабан и снова сунул оружие в кобуру. Накинул пиджак и застегнул на одну верхнюю пуговицу.

Увидев значок и гравировку на револьвере, продавец опять побледнел, но заметно сильнее, чем в первый раз. Дарт, кстати, тоже среагировал на значок. Только не побледнел, а побагровел от злости.

Продавец в это время схватился за прилавок, будто его перестали держать ноги.

— Господин агент… что же вы сразу не сказали, кто вы… ох, какое недоразумение… — Он схватил пачку купюр с прилавка и протянул обратно мне. — Извините за недоразумение, господин агент. Покупки за счёт магазина. Такая честь… Простите, как мне к вам обращаться, сэ-эр?

Я забрал пачку денег обратно.

— Агент Рэймонд Питон, — потом указал на Дарта, — и агент Джон Моррис. А это… — Я покосился на ворох нашей старой одежды. — Сами понимаете, прикрытие.

— Конечно, понимаю, — закивал продавец. — Всё на благо страны. Я глубоко уважаю то, что делает Орден для защиты Хэдшира в столь неспокойные времена. Глубоко уважаю, сэр. И эти повстанческие отряды… я никогда их не поддерживал, сэр.

— Вот правильно, — хлопнул я его по плечу.

Продавец вздрогнул и растянул губы в странной улыбке, будто у него случилось кишечное расстройство.

Потом он проводил нас до двери.

— Агент Питон, агент Моррис, наш магазин всегда открыт для вас, господа.

У порога он раскланялся, опять покосился на мой значок и ещё раз выдавил улыбку несваренья желудка.

Когда мы наконец оставили продавца в покое, покинули магазин и направились к автокэбу, Дарт ухватил меня за рукав и остановил.

— Рэй, я не хочу изображать одну из лэнсомских тварей, хоть режь меня, понял? — процедил он мне в лицо.

— Зато лэнсомским тварям здесь любую дверь откроют, — ответил я. — Или ты думаешь, что хоть кто-то из клана Скорпиусов согласится вести беседы с пастухом? Я сильно сомневаюсь. А в таком виде мы можем у них и информацию по «Меланхоличной Деве» затребовать. Например, адреса, куда высылают вино. Его заказывал и тот, кто хранит Печать со скорпионом.

Дарт скрипнул зубами.

— Ты бы хоть предупредил про значок.

— Зачем? Чтобы ты этот значок со злости мне в лоб воткнул ещё на подходе к магазину?

— Порой ты такой говнюк, Рэй. — Дарт собрался добавить что-то ещё, вероятно, что-то нецензурное, но вдруг уставился мне за спину и прошептал: — Какого хрена этот придурок делает?..

Я нахмурился и обернулся.

В конце торговых рядов, у прилавка с овощами и фруктами, я увидел Хиннигана.

Он стоял, растерянный и испуганный, прижимал к себе пачку газет и будто отгораживался ими от тех, кто его окружил. А окружили его пятеро полицейских.

* * *

— Ну вот сейчас и проверим, как работает значок, агент Джон Моррис, — тихо сказал я Дарту и быстрым шагом направился к полицейским.

— Паршивое у меня предчувствие, агент Рэймонд Питон, — поморщился Дарт.

Если честно, меня тоже донимало паршивое предчувствие, но надо было что-то делать, не оставлять же Хиннигана на растерзание полиции.

— …да я просто газеты люблю читать… га-зе-ты, понимаете?.. — услышал я его бормотанье, когда подошёл ближе. — Ну и что, что на мне очки. Это потому что я как раз газет много читаю, а там порой такие новости… от них зрение ухудшается… и вообще, очки носить — не преступление…

Он резко смолк, заметив меня, и даже приоткрыл рот от удивления.

Полицейские посмотрели туда же, куда пялился Хинниган. Их реакция оказалась ожидаемой: все, как один, вытянулись и поправили воротники формы. Один из полицейских, высокий мужчина с внушительным животом, вышел вперёд. Ну а мне предстояло приврать ему так, чтоб он не подкопался.

— Агент Рэймонд Питон, — представился я, подходя к полицейскому. — А это агент Джон Моррис. Что у вас случилось?

— Старший констебль Льюис, сэр. — Полицейский внимательно оглядел меня и Дарта, явно недоумевая из-за нашего возраста.

— Вас что-то смущает, старший констебль? — с претензией спросил я.

— Нет, сэр, — тут же ответил полицейский. — Просто… э… простите, агент Питон, позвольте вопрос?.. Вы только из академии, да? У меня сын вашего возраста, и в этом году я хотел отправить его на службу в Орден, но мне сказали, что можно пока только в академию.

— Вопрос не по делу, старший констебль Льюис, — сухо отозвался я. — Так что случилось? Что это за человек?..

— Я ни в чём не виноват, господин агент! — громко возмутился Хинниган. — Они обвинили меня в том, что я ношу очки, представляете? Это невообразимый произвол и дискриминация!

Полицейский, что стоял ближе всех к Хиннигану, замахнулся и ударил его по губам тыльной стороной ладони.

— Не смей открывать рот, когда тебя не спрашивают! — процедил он.

От удара по лицу у Хиннигана сползли очки на кончик носа. Он опустил голову, прошептал «Да, сэр» и сильнее стиснул пачку газет.

— Фамилия! — рявкнул я, сверля глазами полицейского.

— Констебль Шепард, сэр! — отчеканил тот.

Я обратился к его начальнику.

— Старший констебль Льюис, проследите, чтобы за избиение гражданина констебль Шепард получил строгий выговор с занесением в личное дело, и доложите о его поведении старшему интенданту. — Я с подозрением оглядел Хиннигана и его газеты. — Так в чём же этот гражданин подозревается?

— Мы остановили его для проверки документов, а у него их нет… — начал пояснять старший констебль.

— Я забыл их дома! Это тоже не преступление! — опять провопил Хинниган.

На этот раз его никто не осмелился заткнуть и уж тем более поднять на него руку.

— Сегодня утром поступила информация, — продолжил Льюис, подходя ко мне вплотную и понижая голос, — что в районе Суон-Рок появилась группа молодых людей, подозреваемых в шпионаже. Возможно, диверсионный отряд в помощь повстанческим организациям. Трое парней и две девушки лет семнадцати-восемнадцати. Одеты бедно, как фермеры. И один из парней — в очках. Вот мы и остановили этого голубчика для проверки, а у него документов не оказалось. Говорит, его фамилия Лэнг. Он явно сочиняет, сэр.

— Я имею право носить очки и не носить документы. У нас свободная страна! — начал качать права Хинниган.

Мне пришлось быстро его урезонить, пока ему действительно не вкатили срок за нарушение общественного порядка и сопротивление полиции.

— Где ваши документы, мистер Лэнг?

— Дома, сэр. Тут недалеко, на углу Пятой улицы и Центральной, — ответил Хинниган, уже заметно тише и доброжелательнее.

Я глянул на Льюиса.

— Мы сами его проверим, старший констебль. Продолжайте патрулирование.

— Да, сэр. — Льюис подтянул живот и кивнул.

Я ухватил Хиннигана за тощее плечо и подтолкнул в сторону торговых рядов.

— Пошёл. И не дёргайся. Посмотрим на твои документы, мистер Лэнг, или кто ты там.

Старший констебль, сощурившись, поглядел на мой значок и, пока мы шли вдоль торговых рядов, продолжал пристально смотреть нам вслед. Прохожие тоже оборачивались и сверлили меня и Дарта взглядами, но не внимательными, а откровенно презрительными.

Чтобы скрыться от глаз, пришлось дойти до самого конца площади, свернуть на соседнюю улицу, а потом — в ближайший двор.

* * *

— Вы какого чёрта вырядились как на праздник, клоуны? — недовольным шёпотом спросил Хинниган. — Очень умно. Хотите к себе ещё больше внимания привлечь?

— А ты какого чёрта за газетами попёрся, дебил? Сидел бы в автокэбе, и никаких проблем бы не было! — зашипел на него Дарт.

Хинниган толкнул его в грудь.

— А я откуда знал, что на нас уже кто-то донёс? Тут все друг на друга доносы пишут!

— Заткнитесь оба, — сказал я, оглядывая пустынный двор. — Донёс кто-то из подручных Грегга. Вряд ли это соседи Моррисы. Тогда бы они указали на ферму, но полиции сообщили только наши приметы и район Суон-Рок. Саму ферму не слили.

— Это Стог, — тут же предположил Дарт. — Он нас с первой минуты невзлюбил. Особенно тебя, Рэй. Ты ему сразу поперёк горла встал.

— Да-да, — согласился Хинниган. — Терри вчера обмолвилась, что ей надо тебе кое-что про Стога Прайда сказать. Может, она это и хотела сказать?

— Ладно, разберёмся. Нам сначала надо до Скорпиусов добраться.

Хинниган нахмурился.

— Побыстрей бы нам добраться, агент Рэймонд Питон, потому что обнаружился очень нехороший момент.

— Ну что опять? — вздохнул Дарт.

Хинниган вытянул из пачки газет самую верхнюю и мрачно добавил:

— Нате вот, гляньте… «Лэнсомское око», сегодняшний номер. Продавец газет мне сказал, что в Хэдшир всегда привозили совсем мелкие тиражи столичной периодики, да и те сжигались владельцами газетных киосков. Продавать «Лэнсомское око» в Хэдшире опасно, местные жители могут за такое запросто избить и даже убить, но именно этот номер завезли сюда тысячами уже сами военные… — Он подал мне газету с таким видом, будто хоронил меня заживо. — Посмотри на второй странице.

Не тратя время на расспросы, я сразу раскрыл газету на нужной странице. Дарт принялся читать вместе со мной.

Первый заголовок гласил, что в стране объявлена всеобщая мобилизация, открыт призыв в армию во всех колониях Бриттона, разворачивается полномасштабная военная кампания против Ронстада, а осада начнётся уже в ближайший месяц.

— Охренели совсем, — со злостью пробурчал Дарт.

— Вы дальше читайте. Вот тогда охренеете сами, господа агенты, — сказал зловещим голосом Хинниган.

Второй заголовок располагался внизу страницы, сразу после статьи о мобилизации.

Это было обращение от всей императорской семьи к Теодору Рингу (хорошо, хоть фото моё на всю страницу не разместили). Я пробежал написанное глазами, и от каждого слова меня пробрал мороз.

«Любимый наш Тео!

Позволь поздравить тебя с совершеннолетием. Это важный рубеж в жизни любого человека. Мы глубоко раскаиваемся, что не приняли тебя и твой дар, когда ты так нуждался в нашей поддержке. Мы готовы простить тебя, если и ты простишь нас. Мы готовы принять твоё искупление, если и ты примешь наше.

Из надёжных источников мы узнали, что ты покинул Ронстад, хоть адепты это и отрицают.

И мы, твоя семья, призываем тебя к благоразумию и готовы предоставить тебе должность главнокомандующего армией Лэнсома. Теперь, будучи совершеннолетним, ты имеешь на это право. Мы рады сообщить всему миру, что, как никогда, желаем воссоединения рода Рингов.

Именно ты, Теодор, вернёшь нам то величие, которое было утеряно так нелепо. Именно тебя мы просим уничтожить угрозу, которую представляет Ронстад для всего нашего народа. Если ты согласишься, то станешь не просто легендой, но и следующим императором Бриттона!

И чтобы ты поверил в серьёзность наших намерений, мы упраздняем Список Чистых и публикуем наше обращение на всю страну. До начала осады у тебя есть время, потом пути назад не будет. Возвращайся домой, сынок».

Я перечитал обращение, наверное, раз пять.

Потом выдавил:

— Вот это ход. — И посмотрел на Дарта.

Тот не просто оторопел, как я — он находился в настоящем шоке.

— Может, я плохо понимаю, — произнёс он наконец, — но Ринги предлагают тебе возглавить военную кампанию против Ронстада, что ли? И предлагают стать императором после Тадеуша, если ты вернёшься в семью?

Я не ответил и снова уткнулся в газету, на шестой раз перечитывая обращение Рингов, но Хинниган не дал его дочитать.

Он толкнул меня в плечо, дождался, когда я подниму на него взгляд, и сказал, кривя улыбку:

— С днём рождения, Рэй. Извини, что без подарка.