Робкие лучи показались из-за холмов.

Заскользили по земле, взрытой снарядами и пулями, пахнущей кровью и укрытой человеческими телами. Часть поля у полуразрушенной стены города скрыл от глаз дым тлеющих машин.

Кто-то из женщин простонал, что сегодня — самый страшный день в истории Ронстада, но я был уверен, что это не так. Будут дни страшнее… куда страшнее, чем этот. Свобода не дастся городу одним коротким боем.

— Отыщу семью, — сказал Дарт и, бросив на меня взгляд, полный отчаянной надежды, поспешил к бреши в стене.

Там образовался стихийный полевой госпиталь, если его можно было так назвать. Туда оттаскивали раненых адептов, совсем безнадёжных, клали рядами, наваливали на камни и травянистые кочки, а десятки рунных ведьм (в том числе, из «Красного Капкана») рисовали над стонущими людьми лечебные руны. Конечно, рисовали не так умело, как Хлоя, но старались на пределе сил, отлично понимая, что выживут не все.

Я стёр горячий пот с лица и медленно двинулся по краю поля прошедшей битвы.

Опустив голову, вглядывался в грязные лица убитых. На глаза попадались не только свои, но и лэнсомские солдаты, и их командиры в синих формах тэнов. Если бы хоть одного из них оставили в живых, то можно было его допросить, но допросить оказалось некого — истребили всех. Всю полуторатысячную армию Лэнсома.

Рассвет продолжал серебриться по стенам Ронстада.

Розоватое солнце поднималось выше, ветер гнал пряную осеннюю прохладу с холмов, подхватывал клубы сального дыма и нёс в небо, прозрачное и спокойное, открывая его взору изуродованные тела адептов. И когда я увидел весь масштаб бойни, по спине пронёсся мороз.

Порыв холодного ветра окончательно остудил тело после пережитого жара битвы (хоть я и застал самый её финал) и заставил внутреннее поёжиться. Майка, пропитанная потом, кровью и вонью костров, липла к коже и при каждом шаге бередила мелкие раны и порезы.

Я шёл, охватывая взглядом сразу по нескольку человек. Молодые лица… старые лица… детские лица…

Но пока ни одного знакомого.

Хотя нет.

Одного мужчину я узнал. Это был водитель автокэба, который подвозил меня сегодня ночью до трактира «Адмирал Баум». Мужчина был расстрелян в упор и лежал теперь, раскинув руки в стороны, будто его привязали к невидимому кресту. Я задержал взгляд на его умиротворённом лице и пошёл дальше.

Вместе со мной убитых осматривали ещё с десяток человек. Кто-то узнавал родных и, завывая, кидался прямо на мёртвое тело. Я же продолжал идти, не сбавляя шага и методично оглядывая каждого.

И вот знакомая фигура…

Он лежал ближе к середине поля, среди кочек, обросших травой, у завалившегося на бок сгоревшего автокэба. Лежал на животе, неестественно вывернув голову вбок.

Тощий парень в очках.

— Хинниган… нет же… Хинниган… — прошептал я и рванул к нему.

Добежав до мёртвого парня, я опустился перед ним на колени и перевалил его на спину. Тощий, в очках… но не Хинниган.

Продолжая стоять на коленях, я приложил липкую ладонь ко лбу, выдохнул и опять осмотрел округу.

— Эй… — Кто-то дотронулся до моего плеча.

Я вздрогнул, обернулся и не сразу сообразил, что смотрю на Хиннигана. На, мать его, живого Хиннигана.

На его лице, блестевшем от пота, появилась радость. Грязные губы тронула улыбка.

— Ты не меня ищешь, мистер Ринг? — спросил он.

Я медленно поднялся с колен и выдавил усмешку.

— Вот же зараза. А я уж надеялся, что от тебя избавился.

Хинниган покачал головой.

— Не придумали ещё способа избавиться от Клифа Хиннигана, пока он сам его не придумал.

Мы посмотрели друг на друга, снова усмехнулись и сразу же помрачнели.

— Где остальные? — спросил я. — Мне сказали, что…

— С Пьером всё в порядке. Всю нашу группу от обстрела прикрыл патриций Орриван. А вот его сынуля, придурок по имени Дарт, полез в самое пекло, как обычно…

— А Джо?

Хинниган опустил глаза и пожал плечами.

— Её не видел.

— Надо найти, — сказал я. — Как твои родственники?

— Живы, но в шоке. — Хинниган кивнул на стену. — Просили, чтобы я поблагодарил тебя от всего города… говорили, что такие моменты случаются раз в сотню лет… и что ты крутой, мать твою, перец, раз смог это провернуть…

— А близнецы Баумы?

Хинниган указал в сторону рунных ведьм и раненых.

— В одного из них пара пуль угодила, но он живой. А вот второй даже царапины не получил.

Я посмотрел туда же и наконец отыскал глазами тех, кого обещал найти. В тени стены, прямо на земле, сидел один из парнишек Баумов. Второй лежал рядом, положив голову брату на колени…

— Мистер Ринг! — прокричали с противоположного конца поля.

Я повернул голову и увидел патриция Орривана.

Рядом с ним стояли оба его сына, Дарт и Кристофер, а также пара других адептов. Одежда патриция была забрызгана кровью, но, похоже, серьёзных ран он не получил.

— Теодор Ринг! — снова позвал Орриван.

Он приобнял сыновей за плечи, потом что-то им сказал, и те поспешили в сторону бреши в стене. Сам же патриций позвал с собой помощников и уверенным шагом направился ко мне, на ходу не сводя с меня глаз.

Было в его взгляде что-то странное: требовательное и пронзительное. Он, как и Питер Соло, чего-то от меня очень хотел. Неужели тоже видел Печать? Или знал точно, что она у меня?.. В любом случае он мог не надеяться: он её не получит, пока я не разберусь со всеми пятью перстнями.

Орриван подошёл ближе и протянул мне крупную загорелую руку.

— Теодор, — глухо произнёс он, — вы сделали невозможное. Вы это понимаете?

Я уронил взгляд на его ладонь, прищурился и пожал её.

— Если я это сделал, значит, это было возможно, патриций.

Орриван крепче стиснул мою руку.

— Вы готовы продолжить борьбу, мистер Ринг? — спросил он, и в его глазах сверкнула надежда. — Нам нельзя допустить, чтобы адепты начали разбегаться по Бриттону. Их найдут и истребят поодиночке. Надо, чтобы они объединились, не страшась будущего. Мы сегодня же соберём военный штаб, залатаем оборонительные стены, а вы, мистер Ринг…

— Нет. Меня оставьте в покое. — Я покачал головой и выдернул руку из цепкой и влажной ладони Орривана. — У меня другие планы. Думаю, достаточно того, что я уже сделал для Ронстада, вы так не считаете?

Орриван нахмурился.

— Другие планы? Какие могут быть планы, кроме войны? Вы ведь понимаете, что следующая атака Лэнсома — всего лишь вопрос времени. И вы не можете нас оставить… теперь не можете, мистер Ринг. После того, как вы стали символом свободы для всего Ронстада, вы не можете этого отменить… Адепты верят вам, как никому другому. Ни мне, ни городскому Совету, ни Богу, ни дьяволу. Они верят только вам. И они пришли к стене сегодня, потому что откликнулись на ваш призыв. А теперь вы собираетесь просто взять и уйти?

— Да, именно это я и собираюсь сделать, — отрезал я. — У меня есть свои дела. Я покидаю Ронстад. Дальше сами разбирайтесь…

— Это невозможно! — перебил меня Орриван, повысив голос.

— Вы его не удержите, патриций, — негромко сказал Хинниган.

Орриван покосился на него.

— Это не твоё дело… кто ты там…

— Хинниган, сэр, — отозвался тот.

Патриций его уже не слушал. Он махнул рукой и приказал подручному:

— Уберите его.

Помощник ухватил Хиннигана за плечо и потянул в сторону.

— Эй! Юридически вы не имеете права, я гражданин и житель Ронстада! — возмутился он.

Патриций снова повернулся ко мне, его взгляд стал ещё требовательнее и строже. Орриван прищурился и отчеканил, подняв руку и сжав её в кулак перед моим лицом.

— С этой секунды, мистер Ринг, вы находитесь под надзором городского Совета и военного штаба Ронстада, а это значит, что любые ваши передвижения не просто согласуются лично со мной, они блокируются моим специальным приказом.

Я шагнул назад.

— Вы издеваетесь?

— Нет, не издеваюсь. Это вынужденная мера. Как глава городского Совета, я всего лишь ограничиваю ваши передвижения, Теодор. И не надейтесь, что мой старший сын поможет вам сбежать. Я отстраню его от всех дел. А вы останетесь здесь, хотите вы этого или нет.

— Ну уж нет, патриций… — Я потянулся за револьвером, но мою ладонь за спиной ухватили чьи-то сильные пальцы и заломили руку.

Тело моментально сковало гравитационным эргом, да ещё таким мощным, что хрустнули кости, и боль пронеслась по мышцам.

Вот же сволочи…

Двинуть ногой засранца, подскочившего сзади и так умело меня скрутившего, я не успел. Голосовые связки перестали слушаться, челюсти сжались до скрипа зубов. Ни завопить, ни сказать хоть слово.

Онемев и застыв в одном положении, наклонившись вперёд с заломленной правой рукой, я только шумно дышал и сверлил взглядом хмурое лицо патриция. По его глазам однозначно читалось, что этот паршивый ход он придумал только что. И, готов поспорить, Орриван был не в курсе, что Печать сейчас лежит у меня в кармане. Он явно верил в то, что перстень хранится в надёжных руках одного из участников Совета.

Патриций посмотрел мне за плечо и кивнул тому, кто меня держал.

— Доставьте его в мою резиденцию. Давно хотел увидеть столь статусного человека у себя в гостях. — Он перевёл взгляд на меня и уточнил: — Вы ведь не против у меня погостить, мистер Ринг?

Не в силах шевельнуться, я продолжал смотреть на Орривана и громко сопеть.

Револьвер вынули из-за ремня и бросили на землю. Я не видел, кто стоял у меня за спиной, но с удовольствием отвесил бы говнюку пару хороших ударов… если бы мог двигаться.

Он заставил меня выпрямиться и рывком притянул к себе спиной, крепко держа эргом. Чёрт возьми, без кодо против адептов я был практически бессилен…

— Будьте спокойны, мистер Ринг, вам не причинят вреда, вы для нас слишком ценны, — услышал я голос Софи у самого уха и почувствовал на шее её дыхание.

Так значит, это она меня скрутила…

Вот уж от кого не ожидал.

— Мистер Ринг, — добавила Софи тихо, — я вас провожу до автокэба. Будьте благоразумны, не сопротивляйтесь. Во-первых, в вашем положении это бесполезно. Во-вторых, горожане не должны узнать, что их благословенный имперский защитник лишился кодо. Они всё ещё ждут от вас свершений. Не будем их огорчать. Если они поймут, что сейчас вы слабее каждого из них, то разбегутся от страха, бросив город… вы понимаете?

Я отлично всё понимал, но это ничего для меня не меняло.

Ни одного моего намерения, ни одной задачи, ни единого принятого решения.

На самом деле Питер Соло был прав: я разрушил стену Ронстада только ради собственной цели. Совершенно понятной для меня цели, не приукрашенной пафосом и идиотскими лозунгами о свободе.

Пусть адепты разбираются с этим дерьмом сами.

Для себя же я видел только один исход: ни Ребекка, ни её Хозяин от меня не отвяжутся. Особенно узнав, насколько я сейчас беззащитен. В конце концов, они просто меня уничтожат, заставив переродиться, чего я очень не хочу. Уж лучше существовать в теле Теодора Ринга, чем снова кому-то служить, исчисляя вечность за вечностью…

И пока я не разберусь с Ребеккой и не найду её Хозяина, я так и буду ждать подвоха каждую чёртову минуту. Если он вознамерился получить Печати, он всё равно не оставит попыток вынудить меня вспомнить, куда я их дел.

Вот если бы обойтись без его помощи и вспомнить всё самому, только вряд ли мне это удастся.

Поэтому пока я видел только два пути.

Первый. Найти Хозяина самому, методично отработав каждую Печать из пяти. И второй. Заставить Херефорда перенести Ребекку в другое тело, тем самым освободив её от гнёта, и узнать у неё имя Хозяина. Только была одна загвоздка. Переродившись во второй раз, Ребекка потеряет память, как потерял я, а значит, вряд ли сможет хоть что-то мне подсказать…

К нам подъехал автокэб.

— Прости, Рэй, так надо. — Софи подтолкнула меня в спину.

Она сняла действие эрга, но мою руку не отпустила, лишь перехватила её за локоть. Открыв передо мной дверь, Софи втолкнула меня в салон, а сама уселась рядом.

— Мистер Ринг отправляется к патрицию Орривану, — сказала она водителю, пожилому полноватому мужчине.

Тот кивнул, сдвинул шляпу на затылок и направил машину вдоль стены, заезжая прямо в широкий пролом, часть которого уже успели освободить от тел.

— Какого чёрта, Софи? — прошептал я, со злостью уставившись на неё.

Софи впилась ногтями в мой локоть.

— Только попробуйте выскочить на ходу, мистер Ринг. Не заставляйте меня причинять вам боль. — Она вздохнула и добавила ментальным голосом: — Позволь помочь тебе, Рэй. Раз ты намерен найти все Печати, найди их. Но если ты отправишься в Лэнсом в таком состоянии, то погибнешь. Восстанови хотя бы часть кодо.

— Я и собирался этим заняться, пока вы мне не помешали и не потащили к Орривану домой, — сказал я сквозь зубы.

Софи покачала головой.

— Сейчас это единственное место в Ронстаде, где ты будешь в безопасности.

— Вы серьёзно? — Я чуть не расхохотался ей в лицо, но сдержался и тихо произнёс: — Отпустите меня, Софи… прямо сейчас. Вы ведь хотите помочь мне найти то, что надо найти?

— Хочу, — кивнула она, — поэтому не отпущу.

— Пока я буду отсиживаться у Орривана, мы потеряем время. Кучу времени. — Я покосился на перегородку между водителем и пассажирским салоном и ещё больше понизил голос. — Софи… наши цели схожи… и вы должны наконец сделать выбор. Отпустите меня прямо сейчас. Поверьте, я справлюсь и без кодо. Вы меня знаете… насквозь меня видите. Неужели вы всё ещё сомневаетесь в моих силах?

— Ты очень вёрткий малый, Рэй. Согласна. — Софи склонила голову набок и внимательно на меня посмотрела. — Тогда слушай, что я узнала… слушай внимательно. Бен Баум служил когда-то в Сабасском море, на границе с Зеолом. Именно там он нашёл Печать с вороном, а человек, который продал ему реликвию, обронил тогда странную фразу. «Если вы работаете на коллекционера, то советую попробовать вино из винограда с хэдширских плантаций. Оно столь же дорого, сколь и необычно, потому что сдобрено ядом скорпиона». Именно так он сказал. Слово в слово. И Бен был уверен, что речь шла о Печати. Торговец почему-то решил, что Бен представляет интересы какого-то коллекционера, и очень хотел ему угодить. Ты всё запомнил?

Я кивнул.

Жуткие глаза Софи, ярко-оранжевые, с белыми точками-зрачками и серебристыми ресницами, уставились на меня так пронизывающе, что внутри всё напряглось и затрепетало. Господи, если Софи когда-нибудь узнает, что именно я украл эти чёртовы Печати, которые сейчас сам же собрался искать… проклятье… не хотелось даже додумывать, каким будет её гнев.

Софи прищурила глаза и наклонилась к моему уху.

— Когда ты найдёшь утерянные Печати, принеси их мне. Если не принесёшь, я сама тебя отыщу. Из-под земли достану, можешь не сомневаться… — Она смолкла на пару секунд и снова продолжила, но уже шёпотом: — В правом рукаве моего платья, под манжетой, спрятана одна вещь, мистер Ринг… Это запретные путы, что я всегда ношу с собой на всякий случай. А под левым рукавом хранится дамский пистолет. Тоже на всякий случай… Думаю, именно сейчас наступил тот самый случай.

* * *

Дважды ей повторять не пришлось.

Всё случилось очень быстро.

Одной рукой я обхватил Софи за горло, пригвождая затылком к спинке сиденья, а второй — за запястье. Нашарил незаметный кармашек, в котором лежал моток запретных пут, быстро его вытянул и навязал Софи на обе руки так, чтобы серебристая верёвка задевала кожу, лишая женщину кодо и возможности снять путы.

Под широким рукавом другой руки Софи я нащупал кобуру для пистолета, прикреплённую к предплечью. Вынул оружие и приставил женщине к виску.

Она ещё раз посмотрела мне в глаза, будто обжигала бешеным внутренним огнём. Не отводя от неё взгляда, я взвёл курок и без промедления нажал на спуск.

От грохота выстрела водитель затормозил, но я взвёл курок ещё раз и, сунув руку в окно перегородки, приставил ствол к затылку мужчины.

— Остановишься — застрелю нахрен.

— Господи, помилуй…. Матерь Божья и все святые… — забормотал водитель, вцепившись в руль.

Автокэб дёрнулся несколько раз, чуть не заглох, но продолжил движение.

— Переулок справа. Сворачивай туда, — приказал я.

От ужаса водитель меня не услышал и надавил на газ.

— Направо! — рявкнул я.

Мужчина вздрогнул всем телом, резко затормозил и повернул куда надо.

— Останови вон там, у мусорных баков, — сказал я.

— Конечно, конечно… — выдохнул водитель и снова забормотал: — Матерь Божья и все святые… Господи, помилуй… Господи, помилуй…

Когда машина затормозила, я сильнее ткнул его в затылок стволом.

— Сними пиджак и дай сюда. И шляпу тоже.

Водитель моментально подчинился, скомкал одежду и просунул её в окошко перегородки. Я схватил шляпу, сразу же надев её на голову. Пиджак сунул подмышку и бросил прощальный взгляд на бездыханную Софи. Она лежала, завалившись на бок, с простреленной головой и с путами на руках.

Особых угрызений совести, глядя на неё, я не испытывал. Такой сильный чёрный волхв, как Софи, должна была восстановиться быстро.

Водитель продолжал бормотать просьбы к Господу, опять сжав руль до скрипа.

— Зажмурься и считай до ста, — бросил я ему, выскочил из машины и направился в сторону вокзала, накидывая пиджак и пряча под ним окровавленную майку.

* * *

До привокзальной площади я добирался закоулками.

Старался не попадаться никому на глаза, хотя на меня особо никто не обращал внимания — в городе творился хаос. По улицам сновали автокэбы, толпами мелькали люди, кто-то нёс раненых, кто-то искал родных, а кто-то, найдя, радовался до слёз. Отовсюду доносились крики, стоны, топот ног и гудение клаксонов.

В Ронстаде начинался новый день, сильно отличающийся от других дней. Только меня он уже не касался.

На площадь я вышел со стороны парковки. Той самой, прилегающей вплотную к вокзалу. Я бегло оглядел автокэбы, стоящие рядами у здания… потом оглядел ещё раз… и ещё… Внутри похолодело, когда я понял наконец, что нужного мне автокэба, в котором пряталась Хлоя, на парковке нет.

Нет, чёрт возьми!

Подавив внутреннюю панику, я ещё раз пробежался взглядом по парковке и на углу вокзала заметил знакомую рыжую шевелюру.

Терри Соло.

Она всё ещё была здесь.

Рядом с ней стояли Хинниган и Латье. Хинниган что-то быстро им рассказывал и жестикулировал. Он был напряжён и серьёзен, как и остальные. Они заметили меня, только когда я был уже в нескольких шагах.

Первым меня увидела Терри. Девчонка побледнела и прикусила губу. За её пристальным взглядом проследил Латье.

— Да ладно… неужели? — услышал я его возглас.

Хинниган обернулся. Его реакция была ещё более бурной.

— Рэй! — завопил он. — Я ничего не понял! Что там было? Какого чёрта тебя увезли…

Я выставил кулак, прося его заткнуться. Хинниган смолк в ту же секунду. Сглотнул и уставился на меня, всё ещё ожидая ответа, но вместо ответа я задал вопрос, который волновал меня сейчас больше всего:

— Где Хлоя?

За всех ответила Терри, и по её взгляду несложно было догадаться, что произошло что-то очень-очень дерьмовое.

— Рэй, прости… — Девушка умоляюще на меня посмотрела. — Я не смогла ему помешать. Он отбился от меня и сел за руль… он увёз Хлою вместе с Дженни… он увёз их…

— Кто? Кто увёз?

Губы Терри дрогнули.

— Питер.