Пробуждение было внезапным. Я открыл глаза и увидел незнакомый потолок. Сквозь шторы пробивались лучи солнца, а с улицы доносился смех детей. Я тяжело сел и ойкнул от занывшей поясницы. Сколько времени я пролежал на спине?

Над ухом тут же раздался голос:

— Костя! — Аня подскочила со своего места и крепко обняла меня. — Ты так долго спал!

— Где мы? — прохрипел я.

— У Валентины.

— У Вале… А…

Соображалось туго. Последнее, что я помнил, — это желание телепортироваться в безопасное и тихое место. Нос учуял запах благовоний, и я вспомнил, что именно образ её квартиры всплыл перед глазами во время прыжка.

— Как ты? — спросила она, отстранившись.

— Голова раскалывается… Что с…

— Всё хорошо.

— Все здесь?

— Артём и Вика ушли в магазин, а остальные тут.

— В магазин?.. — вяло спросил я. — Как они…

— Они под иллюзией, не беспокойся.

— А деньги?

— Валентина дала.

Я убрал одеяло, поднялся на ноги и почувствовал лёгкое головокружение.

— Костя…

— Нормально, — произнёс я, устояв на ногах. — Всё нормально.

Я схватился за подставленное Аней плечо и тихонечко зашагал к двери. Мы выбрались в коридор, и я услышал голоса:

— Будем думать потом, — сказал Илья. — Сейчас у нас есть и другие проблемы.

— Я могла бы проверить, если хочешь, — произнесла Даша. — Вдруг что-то осталось?

— Нет! Никуда не дёргаемся, пока я со всем не разберусь!

Мы прошли в зал, и все взгляды устремились на меня.

— Проснулся, — улыбнулась Валентина.

Свободного места на диванах и креслах не осталось: кто-то сидел на полу, кто-то — на табуретках. На всех был странный прикид: какие-то халаты, платья, поношенные штаны и футболки. Я вдруг вспомнил, что перенёс всех чуть ли не в одних трусах.

— Ваша одежда…

— Что было, то из шкафов и достала. Как ты, дорогой?

— Неплохо…

— Садись, — сказала Соня, вставая со своего места.

Я не стал отказываться и уселся на освободившемся краешке дивана.

— Как Маркус нашёл нас? — требовательно спросил меня Илья.

— Скорее всего, узнал от Флоры.

— «Узнал»?

— Допросил, — ответил я. — Других вариантов нет.

— То есть она взяла и всё выложила? — мрачно спросил он. — Рассказала о нас!

— Илья, не нужно кричать, — успокаивающе произнесла Юля. — Пожалуйста.

— Он что-то с ней сделал.

— Что?

— Не знаю, — сказал я. — Ничего хорошего…

— Вот так просто, чёрт возьми… Вот так просто!

— Илья, пожалуйста, — снова попросила Юля. — Мы все натерпелись.

— Это всё моя вина, — тихо сказал я. — Я признаю.

— Ты не виноват, — произнесла Аня. — И ты хотел как лучше.

Меня утешала мысль, что Маркус узнал от Флоры не всё — кажется, он немного удивился, когда прочитал мысли о симуляции. Может, ещё удастся сохранить этот козырь. Повисло неловкое молчание, и я неожиданно понял:

— Он ведь мог проверить компьютеры.

— Там нет ничего важного, — отмахнулся Илья.

— Он не найдёт маму с папой?

— Я не храню такую информацию. К тому же, на меня ничего не оформлено.

— А записи о других командах эксфэров?

— Костя, я не идиот.

— А твоя строительная фир…

— Уже сказал всем закругляться, — перебил он. — Деньги выведут на другие счета доверенные лица. Мне хватило ума перестраховаться заранее.

Я с облегчением кивнул, и Соня задала, наверное, самый важный вопрос:

— Маркус может найти нас сейчас?

— Не должен, — ответил я.

— Точно?

— Мы чувствуем друг друга, когда находимся рядом.

— Флора же тебя как-то нашла.

— В форме духа, — произнёс я. — Это не какая-то способность, а её личное… умение.

— И всё же.

— Я ни в чём не уверен, — признался я. — Но раз он здесь не появился, то вряд ли объявится.

— Костя, может, приляжешь обратно? — спросила Юля. — Ты неважно выглядишь.

— Не хочу, — сказал я и, медленно поднявшись, добавил: — Мне надо умыться.

Я вышел под всеобщее молчание и направился в туалет. Справив нужду, я умылся холодной водой и уставился в зеркало: синяки под глазами, осунувшееся лицо, покрасневшие глаза — весь комплект в сборе.

— Третья сила, значит, — прошептал я.

Прав был Гаранкин: я переоценил себя. Переоценил всех нас. Ведь знал, что Маркус может заподозрить неладное. И что теперь с Флорой? Что он мог с ней сделать?

В прихожей вдруг раздался звонок.

— Иду-иду, — громко произнесла Валентина.

До меня донеслось звучание наддверных колокольчиков, а затем и голос Вики:

— Домофон не работает, что ли?

— Отключила, чтобы не надоедали, — ответила Валентина. — Чего в окно не постучали?

— Не подумали как-то, — раздался голос Артёма.

— Да и чего вы дверью-то пользуетесь? Телепорт тебе на что, Виктория?

— Там же камеры повсюду.

Я вышел в коридор, и увидел кучу пакетов на полу.

— Костя, — улыбнулась Вика. — Проснулся.

— Привет.

Она подошла ближе и обхватила моё лицо руками:

— Как ты?

— Терпимо.

— Не делай так больше, — сказала она. — После такого перемещения и умереть можно.

— Не было времени на раздумье.

На прихожую потихоньку начали выходить остальные, и стало тесновато.

— Что купили? — поинтересовался Богдан.

— Одежда, телефоны, обувь и всего по мелочи.

— Константин, не стой, как изваяние, сейчас чаю попьём, — сказала Валентина. — Виктория, Артём, вы тоже разувайтесь, мойте руки и шуруйте за стол.

Ребята начали копаться в пакетах, а я прошёл на кухню. Усевшись в углу, закрыл глаза и прислонился спиной к холодной стене. Вика не зря беспокоилась: я чувствовал, что энергии почти не осталось. Мне нужно было взять паузу и восстановиться.

— Тебя не тошнит? — раздался голос Валентины.

Я открыл глаза:

— Нет.

— Вот и хорошо. Сейчас что-нибудь поешь.

— Валентина, извините за это… Я просто не знал, куда переместиться.

— Ничего страшного, дорогой, — сказала она, поставив чайник на плиту. — А ты оказался полон сюрпризов. Способности, значит, впитываешь?

— Впитываю, — слабо улыбнулся я. — Вам всё рассказали?

— В общих чертах. Надеюсь, ты не огорчён?

— Раз мы здесь, вы должны всё знать, — ответил я и добавил: — У вас теперь лишняя головная боль…

— Ничего, — пробормотала она. — На старости лет не привыкать.

Я поднял взгляд и увидел Илью в проёме.

— Мы не задержимся здесь, — сказал он.

— Не говори ерунды, — произнесла Валентина. — В тесноте, да не в обиде.

— Мы найдём дом к вечеру.

— Ох, твоё бы упрямство да в нужное русло, Илья…

Вскоре на кухню вошли и Артём с Викой. Все уселись за стол, и Илья посмотрел на меня:

— Ты ведь был в симуляции? Сражался с ним?

— Да.

— Как прошёл бой?

— Никак, — ответил я. — Ни одна атака не задела его.

— Совсем?

— Совсем, — вздохнул я. — Ни молния, ни нож со спины, ни Даша.

— Даша тоже сражалась? — удивился Артём. — Когда успела?

— Она превратилась в тигра.

— И?

— Он разорвал её на части.

— Ты не пытался застать его врасплох?

— Маркус смог остановить даже телепортацию.

— В смысле? — взволнованно спросила Вика.

— Если попасть в его барьер, переместиться не получится.

— Как?..

— Не знаю, — ответил я. — Ситуация не простая.

— Не раскисай, Костя, — подбодрил меня Артём. — Что-нибудь придумаем.

— Придумывать тут нечего, — сказал Илья. — Мы заляжем на дно.

— Нет, — произнёс я. — Мы не можем. Пока есть шанс, надо собрать всех, кто готов сражаться.

— Представляешь, скольким придётся умереть, чтобы оставить на нём хотя бы царапину?

— Не считая его сторонников, — тихо сказала Вика. — Он ведь не один.

— Если будем прятаться, то рано или поздно Маркус убьёт всех несогласных, — сказал я. — Разве можно бросить всё вот так? Мы ведь…

— Дорогой, — перебила меня Валентина. — Ты кое-чего не понимаешь.

— Простите?

Валентина открыла окно, и внутрь ворвался декабрьский свежий воздух. Она достала сигареты, закурила и, выпустив облачко дыма, произнесла:

— Я помогаю людям уже многие годы. И за эти годы уяснила одно: все желают, чтобы проблемы решились по мановению волшебной палочки.

— К чему вы клоните?

— Никто не пойдёт за тобой только потому, что ты другой.

— Но…

— Тебя никто не знает, — сказала она. — Выступи ты хоть завтра по центральному телевидению, ничего не изменится. Люди будут ждать решения проблемы и не захотят решать её сами.

— Но…

— Идею надо взращивать постепенно — шаг за шагом, чтобы в неё поверили. Сейчас у всех в голове крутится лишь одна мысль: убраться куда подальше. Никому не интересны твои заботы. Поверь, многие готовы жить при любой власти. Мы очень быстро привыкаем к изменениям — так уж мы устроены.

— А как же эксфэры?

— Разве умом мы отличаемся от обычных людей? Будь у тебя год или даже два, то, может, что-то бы да выгорело. Но сейчас… Твоя затея лишь спровоцирует «Лотос».

Я поймал себя на мысли, что в чём-то Валентина была права. Может, поэтому Флора всё время торопила меня? Хотела, чтобы подготовил почву?

— Костя?

— И всё равно не могу, — сказал я. — Не могу вот так взять и бросить всё.

— Дорогой, иногда нужно брать паузу.

— Тебе не хватило того, что сделал Маркус? — спросил Илья. — Ты подставляешь других.

— Я завершу начатое сам, а если надо — уйду.

— Нет! — повысила голос Вика. — Совсем сдурел? Никто никуда не уйдёт!

Все ненадолго умолкли, погрузившись в свои мысли, и Артём произнёс:

— У Маркуса должны быть слабые места.

— Их нет, — сказал Илья. — По крайней мере, мы об этом не знаем.

— Костя, может Флора что-нибудь говорила?

— Я бы запомнил.

— Как насчёт Сони? — предложил Артём.

— Предлагаешь замучить его кошмарами?

— Почему нет? Хоть что-то.

— Во-первых, ей сначала надо его коснуться, — сказала Вика, — а во-вторых, ты не знаешь, на что ещё способен Маркус. Вдруг он тоже умеет управлять снами? Что тогда?

— Согласен…

— Маркуса нельзя касаться, — кивнул я. — Иначе его барьер тебя уже не отпустит.

Валентина выключила плиту и принялась возиться с чайником. Запах завариваемого чая был особенный: терпкий, с нотками ягод и каких-то незнакомых трав. Я тяжело вздохнул, посмотрел в открытое окно, и меня вдруг осенило:

— Что на счёт способности Валерии?