Почему я так боюсь любви?

Любовь всегда вызывает страх, ведь любовь — это умирание, гораздо большая смерть, чем тот обычный конец, о котором тебе известно.

С приходом обычной смерти тело умирает, однако это вовсе не смерть. Тело — что платье: когда оно устаревает, ты покупаешь себе новое. Это не смерть, это смена — смена платья, смена дома или пристанища. Но ты остаешься, остается твой ум — все тот же старый ум в ином теле, все то же старое вино в новых бутылках. Меняется форма, но не ум, меняется очертание, но ум остается прежним. Потому смерть в обычном понимании — не истинная смерть; любовь — вот истинная смерть: тело не умирает, но умирает ум, тело остается прежним, но эго исчезает.

Если ты любишь, тебе придется отбросить все представления о самом себе. Если ты любишь, ты не можешь быть эго, потому что эго не допустит любви. Между ними существует вражда. Если ты встанешь на стороне эго, то не сможешь впустить любовь. Если выберешь любовь, то будешь вынужден отбросить эго. Отсюда — страх.

Когда к тебе приходит любовь, тебя охватывает страх — больший, чем страх смерти. Именно поэтому любовь покинула мир. Лишь совсем изредка случается так, что на кого-то нисходит любовь.

То, что ты зовешь любовью, — просто фальшивая монетка: ты сам ее выдумал, ведь без любви жить очень трудно. Трудно, потому что жизнь утрачивает смысл, становится ничего не значащей. Без любви жизнь лишена поэзии. Без любви дерево растет, но не может расцвести. Не зная любви, ты не способен танцевать, праздновать, испытывать благодарность, молиться. Храм, не наполненный любовью, превращается в обыкновенное здание, но с приходом любви даже обычный дом трансформируется, преображается в храм. Без любви ты остаешься просто потенциалом — пустым жестом.

Когда в тебе есть любовь, твое существование впервые обретает смысл. С возникновением любви — впервые — пробуждается твоя душа. Эго растворяется, а душа воскресает.

Без любви жить невозможно, оттого человечество и пустилось на эту уловку. Люди изобрели некую хитрость, трюк, состоящий в следующем: они стали изображать видимость любви, дабы эго могло благополучно существовать само по себе. Ничто не меняется, и ты можешь вести эту игру в любовь: можешь продолжать думать, будто любишь, продолжать верить в свою любовь. Но взгляни на свою любовь — что она несет? — ничего, кроме несчастий, ничего, кроме ада, ничего, кроме конфликтов, раздоров, насилия.

Проанализируй свои любовные отношения. Они скорее сродни отношениям ненависти, чем любви. И уж лучше называть их ненавистными отношениями, чем любовными отношениями. Но из-за того, что все вокруг живут именно так, тебе и в голову не приходит, что это неправильно. Каждый носит в кармане фальшивую монету, вот тебе и невдомек. Цена подлинной монеты любви неимоверно высока: приобрести ее можно лишь ценой утраты самого себя. Другой возможности не существует.

Потому вопрос совершенно уместный.

Твое эго — нечто фальшивое, просто понятие, за которым не кроется ничего, туча в небе твоего естества; просто туман, нечто невещественное, лишь видение. Любовь вынуждает тебя отбросить все, что не является твоим, и готова раскрыть пред тобой все то, что у тебя есть и всегда было. Любовь возвращает тебе тебя; эго упорно скрывает тебя от себя самого, тогда как любовь приподнимает эту завесу. От этого возникает страх. Страх естествен, но тебе нужно его преодолеть.

Имей мужество, довольно быть трусом. Подлинная прочность твоего существа испытывается с возникновением любви. Прежде ты и сам не знал, из какого теста ты вылеплен. В обычной жизни, на рыночной площади, среди обыденности и суеты, в мире амбиций и политических игр твой истинный характер не подвергался проверке. Ты никогда не проходил испытания огнем.

Любовь — это огонь.

«Соте Follow То You», том 4, глава 6

Отчего любовь приносит столько боли?

Любовь приносит боль, потому что открывает путь к блаженству. Любовь приносит боль, потому что она трансформирует, любовь — это перемена.

Любая трансформация болезненна: на смену старому приходит новое. Старое хорошо знакомо, надежно, безопасно, тогда как новое совершенно неведомо. Ты словно попадаешь в океан, не отмеченный на карте. Сталкиваясь с новым, твой ум теряется, это со старым он был в своей тарелке. Ум способен функционировать лишь в хорошо известном; с появлением нового он предельно бесполезен.

Отсюда и возникает страх, а следом за ним боль: приходится покидать старый, комфортный, безопасный мир, где все привычно и удобно. Эта боль сравнима с той, которую испытывает ребенок, покидая лоно матери. Эта боль сродни той, которую испытывает птенец, вылупляясь из яйца. Она похожа на боль, испытываемую птенцом, впервые становящимся на крыло.

Страх неизвестного вместо надежности знакомого, опасность неизвестного, непредсказуемость неизвестного делают из тебя испуганного человека.

И оттого, что трансформация происходит от самости к не-самости, агония велика. Но испытать экстаз, не пройдя через агонию, невозможно. Для того чтобы очиститься от примесей, золото должно пройти огонь.

Любовь — это огонь.

Именно из-за боязни боли миллионы людей проживают жизнь, лишенную любви. И хотя им все равно не удается избежать страданий, их страдания оказываются тщетными. Страдание в любви — это не напрасное страдание. Такое страдание продуктивно, оно возносит тебя к более высоким уровням сознания. Страдание без любви совершенно бесплодно, оно не приведет тебя никуда, не поможет выйти за пределы постылого порочного круга.

Человек, избегающий любви, становится нарциссом, он закрыт. Он знает лишь себя. Но насколько глубоким будет это его знание, если он не потрудился узнать другого, — ведь только другой служит для нас зеркалом? Тебе ни за что не познать себя, пока ты не познаешь другого. Любовь является еще одним прекрасным источником познания самого себя. Тот, кто не познал другого благодаря глубокому к нему чувству, благодаря всепоглощающей страсти, высшему экстазу, не сможет узнать ничего о себе, ибо у него не будет зеркала, в котором он узрел бы себя.

Отношения двоих и являются этим зеркалом, и чем чище их любовь, чем она возвышенней, тем лучше и отчетливей будет отражать зеркало. Однако возвышенная любовь требует от тебя открытости. Возвышенная любовь требует уязвимости. Тебе придется сложить все доспехи — это больно. Тебе придется перестать быть всегда начеку. Тебе придется отбросить расчетливый ум. Тут не обойтись без риска. Придется жить в опасности. Другой может причинить тебе боль; в этом и состоит страх уязвимости. Другой может отказать тебе; в этом и заключается боязнь любви.

Отражение себя в другом может оказаться уродливым — поэтому ты так тревожишься. Ты стараешься избежать встречи с зеркалом. Но, избегая зеркала, ты никогда не станешь прекрасным. Уходя от ситуации, чреватой опасностью, ты утратишь возможность роста. Прими брошенный вызов.

Не стоит избегать любви. Она — первый шаг навстречу Богу, и его никак не миновать. Тем, кто пытается пойти в обход, не встречаясь с любовью, никогда не прийти к Богу. Это совершенно необходимый шаг, ибо ты осознаешь свою тотальность лишь в присутствии другого, — когда твое собственное присутствие во сто крат усиливается им, когда тебя вытаскивают из твоего нарциссического, закупоренного мирка на яркое солнышко, под открытое небо.

Любовь — это открытое небо. Любить — значит парить в небесах. А бескрайнее небо, по вполне понятным причинам, вызывает страх.

Несомненно, отбросить эго не удастся без боли, ведь нас приучили его культивировать. Мы полагаем, будто эго — наше единственное сокровище. Мы его непрестанно холили и лелеяли, то и дело полировали до блеска, так что, когда любовь вдруг стучится в дверь и все, что от нас требуется, — это отбросить эго, нам, конечно же, становится больно. Ведь это было делом всей твоей жизни, это все, что ты создал, — свое уродливое эго, это дурацкое представление: «Я отделен от бытия».

Это представление уродливо, потому что оно неверно. Оно — сплошь иллюзия, однако все наше общество базируется на представлении, будто каждая личность — это личность, но никак не присутствие.

Но истина как раз и состоит в том, что в мире вообще нет никакой личности; есть только присутствие. Тебя нет — нет как эго, отделенного от целого. Ты являешься частью целого. Целое проникает в тебя, оно дышит в тебе, пульсирует в тебе, целое — твоя жизнь.

Любовь дарует тебе первое переживание — пребывать в едином звучании с чем-то, что не является твоим эго. Любовь дарует тебе первый урок — ты способен гармонировать с кем-то, кто никогда не был частью твоего эго. Если ты способен пребывать в гармонии с женщиной, с другом, с мужчиной, со своим ребенком либо матерью, то почему бы тебе не быть также в гармонии со всеми человеческими существами? Если пребывание в гармонии с одним человеком приносит столько радости, то что будет, когда ты сольешься со всеми? А если удастся гармонировать со всеми людьми, то почему бы не попробовать то же с животными, птицами, деревьями? Один шаг порождает следующий.

Любовь — это лестница. Начинаясь с одного человека, она приводит к тотальности. Любовь — это первая ступенька, вершина — это Бог. Бояться любви, бояться мук любви — значит оставаться запертым в темнице.

Современный человек обитает в темнице — своем нарциссизме.

Нарциссизм — величайшая одержимость сегодняшнего ума.

Вследствие этого возникают проблемы — проблемы сплошь бессмысленные. Бывают проблемы стимулирующие — они ведут тебя к высшим уровням осознанности. А бывают проблемы, ведущие в никуда, которые просто тебя ограничивают, не позволяя выбраться из старого хлама, держат в заточении.

Да, с любовью приходят и проблемы. Ты можешь их избежать, избегая любви. Но эти проблемы тебе необходимы! С ними нужно встретиться, столкнуться лицом к лицу, их нужно пережить, пройти через них и выйти за их пределы. За пределы можно выйти, лишь пройдя через них. Любовь — это единственное подлинное переживание, достойное того, чтобы через него пройти. Все прочее вторично. Если оно способствует любви, отлично. Все остальное — просто средства, любовь — вот конечная цель. Потому, какой бы сильной ни была боль, отдайся любви.

Если ты не отважишься — как не отважились многие, — то так и останешься жить в своем футляре. Тогда твоя жизнь не превратится в паломничество, не станет рекой, устремленной к океану; она так и останется мутным застойным прудом, и в ближайшем будущем не ожидай в нем ничего, кроме тины да ила. Чтобы оставаться чистым, нужно непрестанно течь. Река сохраняет чистоту благодаря тому, что течет. Течение — это процесс поддержания непорочной чистоты.

Любящий остается девственно чистым. Все любящие чисты и непорочны. Те, кто уходят от любви, не могут сохранить чистоту; они впадают в спячку, застаиваются; рано или поздно начинают источать дурной запах — и скорее рано, чем поздно, — ведь им некуда идти. Их жизнь остановилась.

Именно в таком положении оказывается современный ум, и вследствие этого вокруг буйствуют всяческие неврозы, какие угодно безумия. Расстройства ума принимают масштабы эпидемии. Умственными разладами страдают уже не отдельные индивидуумы — вся планета стала сплошным сумасшедшим домом. Все человечество поражено каким-то неврозом.

Истоки этого невроза следует искать в твоей застойной самовлюбленности. Все ухватились за свои иллюзии отделенности — вот и сходят с ума. Но это сумасшествие не имеет никакого смысла, оно непродуктивно, лишено творческого начала. Еще один выход — самоубийство. Только вот будет ли самоубийство творческим и продуктивным?

Вовсе не обязательно совершать самоубийство, приняв яду, бросившись вниз со скалы или пустив себе пулю в лоб; оно может быть медленным и постепенным — а как раз это и происходит. Редко кто лишает себя жизни, следуя внезапному порыву. Основная масса людей выбирает медленный вариант; не торопясь, день за днем они приближают свою смерть. И эта самоубийственная тенденция стала почти универсальной.

Это не настоящая жизнь, и причиной, основной причиной тому стало то, что мы позабыли язык любви. Нам больше недостает храбрости пуститься в приключение по имени любовь.

Потому люди и предпочли секс — с ним хлопот меньше. Это ненадолго, и ты не привязываешься. Любовь — это привязанность; она предполагает определенные обязательства. Любовь требует близости — только когда вы близки, вы становитесь отражением друг друга. При сексуальном контакте с женщиной или мужчиной никакого близкого знакомства не происходит; по правде говоря, душа другого человека остается незатронутой. Ты всего лишь пользуешься его телом и уходишь восвояси, твой партнер поступает так же. Вы так и не достигаете той степени близости, когда открываете друг другу свои истинные лица.

Любовь — это величайший дзэнский коан.

Она причиняет боль, однако не стоит пытаться ее избежать. Если ты не примешь этот вызов, то лишишься прекраснейшей возможности роста. Отдайся ей, прими выпавшие страдания, ибо через страдание приходит величайший экстаз. Да, приходится испытать мучения, но именно в мучениях рождается экстаз. Да, тебе придется умереть как эго, но если ты сможешь умереть как эго, ты возродишься как Бог, как Будда. И твоя любовь позволит тебе вкусить начала Дао, суфизма, дзэн. Любовь подарит тебе первое доказательство того, что Бог существует, что жизнь не лишена смысла.

Люди, утверждающие, будто в жизни нет никакого смысла, никогда не знали любви. Все их речи свидетельствуют лишь о том, что в своей жизни они упустили любовь.

Не бойся боли, не бойся страдания. Пройди сквозь непроглядную ночь — и впереди тебя ожидает великолепный восход. Только из сумрака ночи рождается солнце. Лишь преодолев ночную мглу, можно встретить утро.

Все мои усилия устремлены к любви. Я учу исключительно любви и ничему иному. Можешь забыть о Боге; это всего лишь пустое слово. Можешь забыть о молитвах — они суть ритуалы, навязанные тебе другими. Любовь — вот естественная молитва, не навязанная никем. Ты рожден с ней.

Любовь — вот истинный Бог, не Бог теологов, но Бог Будды, Иисуса, Магомета, Бог суфиев. Любовь — это тарика, метод, позволяющий уничтожить тебя как отдельного индивидуума и помочь тебе стать бесконечным.

Исчезни как роса и стань океаном, — но для этого тебе придется пройти сквозь двери любви.

Несомненно, когда ты начинаешь исчезать, как роса, прожив так долго, ты испытываешь боль, ведь ты думаешь: «Я такой, но я должен от этого отказаться. Мне настал конец». Тебе на самом деле не пришел конец, это не более чем иллюзия смерти. Ты отождествился с иллюзией, это правда, но она от этого не перестает быть иллюзией. Лишь только когда иллюзия рассеется, ты сможешь увидеть, кто ты есть. И это открытие приведет тебя к наивысшему пику радости, блаженства, праздника.

«The Secret», глава 2

Не расскажешь ли Ты об отличии между здоровой любовью к себе и гордыней?

Между ними существует огромная разница, хотя с виду они очень похожи. Здоровая любовь к себе — величайшая религиозная ценность. Человек, который не любит себя, не сможет полюбить кого-то еще — никогда. Первый всплеск любви должен зародиться в твоем сердце. Если он не возник во имя тебя, то тем более не возникнет во имя другого, ведь других отделяет от тебя некоторое расстояние.

Точно как с камнем, брошенным в безмолвную гладь озера: круги рождаются вокруг камня, распространяясь все дальше и дальше от него. Первый всплеск любви должен разойтись от тебя кругами. Нужно любить свое тело, любить свою душу, любить свою тотальность.

Это естественно, ведь по-другому тебе не выжить. Такая любовь красива — ведь она наполняет тебя красотой. Человек, любящий себя, становится грациозным, изящным. Человек, любящий себя, непременно станет более безмолвным, более медитативным, более молитвенным по сравнению с тем, кто себя не любит.

Если ты не любишь свой дом, ты не станешь содержать его в чистоте; если ты не любишь свой дом, то не будешь его красить, не разобьешь вокруг него прекрасный сад с лотосовым прудом. Когда ты исполнен любви к себе, то создашь вокруг себя сад. Ты станешь взращивать свой потенциал, попытаешься поделиться с миром всем тем ценным, чем ты обладаешь. Когда эта любовь есть, ты будешь орошать и подпитывать себя.

Если ты любишь себя, то, к своему удивлению, обнаружишь: другие тоже испытывают к тебе любовь. Никто не полюбит человека, который не любит себя. Если уж ты сам себя не полюбил, разве кто-то другой станет утруждать себя подобным? Кроме того, человек, не испытывающий любви к себе, не сможет оставаться нейтральным. Учти: в жизни нет нейтрального.

Человек, лишенный любви к себе, ненавидит, ему придется ненавидеть — жизни чужда нейтральность. Жизнь — это постоянный выбор. Если ты не любишь, то это вовсе не значит, что ты всегда будешь пребывать в этом состоянии нелюбви. Отнюдь — ты станешь ненавидеть.

А человек, ненавидящий себя, становится деструктивным. Человек, полный ненависти к себе, воспылает ненавистью и ко всем остальным — сделается злым, ожесточенным, гневливым. Как может тот, кто ненавидит себя, надеяться, что другие полюбят его? Вся его жизнь будет разрушена. Любовь к себе — величайшая религиозная ценность.

«The Secret», глава 18