Ибн Исхак рассказывает, Хосров собрал своих марзбанов и мудрых советников, с которыми он имел обыкновение советоваться, и спросил: «Что вы думаете об этом человеке [Сайфе ибн Зу-Йазане. — В. Д.] и предложении, которое он сделал?» Один из них сказал: «О, царь, в твоих тюрьмах есть разные люди, которых ты заключил туда, чтобы казнить их. Почему бы тебе не отправить их [в Йемен] с Сайфом? Если они погибнут, то такова будет их судьба, которую ты им уже определил. Если же они овладеют его [Сайфа. — В. Д.] страной, то это приумножит твое царство». Хосров воскликнул: «Это хорошая мысль! Посчитайте и сообщите мне, сколько людей содержится в моих тюрьмах». Содержащиеся в тюрьмах люди были подсчитаны, и таковых в общей сложности оказалось 800 человек. Затем Хосров приказал: «Найдите среди них человека наиболее заслуженного и благородного, чтобы он стал их предводителем». Оказалось, что человеком, наиболее соответствовавшим предъявленным царем требованиям, был Вахриз, находившийся в весьма преклонном возрасте. Его-то Хосров и решил послать [в Йемен] вместе с Сайфом, назначив командиром войска.

Он предоставил им восемь кораблей, на каждом из которых было сто человек, а также снаряжение и припасы, необходимые для морского путешествия. Однако когда они вышли в открытое море, то два корабля потерпели крушение и утонули со всеми людьми и грузом. Но шесть кораблей благополучно достигли побережья Йемена [и пристали к берегу] в районе Адена, и в них находилось шестьсот человек, включая Вахриза и Сайфа ибн Зу-Йазана.

Когда они благополучно сошли на берег, Вахриз сказал Сайфу: «Какими силами ты располагаешь?» Сайф ответил: «[Я могу привести] столько арабских воинов и арабских лошадей, сколько ты пожелаешь. И я встану с тобой плечом к плечу, чтобы мы вместе либо умерли, либо победили». <...> И Сайф привел под знамена Вахриза столько людей, сколько смог.

Масрук ибн Абраха узнал об их прибытии. Он собрал вокруг себя абиссинскую армию и выступил против них. Две армии двинулись навстречу друг другу и расположились одна напротив другой. Тогда Вахриз выслал вперед своего сына по имени Навзад с отрядом всадников и дал ему такое указание: «Вступите в перестрелку с вражеской армией, чтобы мы могли увидеть, как они сражаются». Навзад ринулся вперед и вступил с противником в перестрелку, но внезапно оказался окружен врагами и был ими убит. Это вызвало у Вахриза приступ ярости и еще более ожесточило его. Когда оба войска выстроились на поле боя и приготовились к сражению, Вахриз сказал: «Покажите мне их царя». Ему ответили: «Вы видите восседающего на слоне человека с короной, украшенной красным рубином? <...> Это и есть их король!» <...> Затем он натянул свой лук (говорят, что никто, кроме самого Вахриза, не мог согнуть его). Он... поместил стрелу в лук, как можно сильнее натянул его и выпустил стрелу. Она угодила прямо в рубин на короне Масрука и пробила его голову, выйдя через затылок.

Масрук пал на землю, и абиссинцы плотным строем окружили его. Персы атаковали их, а абиссинцы потерпели поражение. Персы учинили страшную резню. <...> Вахриз двинулся к Сане и уже готовился вступить в город, но, подойдя к городским воротам [высота которых была невелика. — В. Д.], сказал: «Мой стяг никогда не войдет [во вражеский город], склонившись перед ним!» Тогда ворота Саны были разрушены, и он вошел в город с высоко поднятым знаменем.

После того как Вахриз овладел Йеменом и изгнал оттуда абиссинцев, он написал Хосрову: «Я подчинил Йемен для Вас и изгнал абиссинцев, владевших им», — и отправил царю захваченные богатства. Хосров назначил Сайфа ибн Зу-Йазана правителем Йемена... Он также приказал Вахризу вернуться к нему, и Вахриз сделал это.

<...>

Что касается Хишама ибн Мухаммада, он повествует об этом следующим образом. <...> Хосров обратился за советом к своим министрам по поводу отправки армии [в Йемен]. И верховный мобед сказал ему: «...В царских тюрьмах [содержатся] люди, полные доблести и боевой силы. Пусть царь пошлет этих людей с сыном Зу-Йазана, и если они победят, это станет победой и для царя, а если они все погибнут, царь обретет спокойствие, уничтожив исходящую от них опасность, и избавит от них своих подданных...» Хосров ответил: «Это мудрый совет», — и дал указание подсчитать, сколько подходящих людей находится в тюрьмах. Таковых нашлось 800 человек. Командиром над ними Хосров поставил человека из числа своих всадников по имени Вахриз, которого царь считал равным тысяче воинов. Он снабдил их оружием и снаряжением и приказал доставить их [в Йемен] на восьми кораблях, на каждом из которых находилось по 100 человек.

Флот вышел в море, но два корабля из восьми затонули, остальные же шесть остались целы и невредимы и пристали к побережью Хадрамаута. Масрук выступил против них с армией в 100 тысяч человек, включая абиссинцев, химьяритов и бедуинов. Но значительное количество людей присоединилось и к сыну Зу-Йазана. Вахриз расположился на берегу, оставив море позади себя. Когда Масрук увидел, как их мало, он выступил против них.

[Вахриз и Масрук договорились о перемирии.]

<...>

Оба войска оставались в своих лагерях. По прошествии 10 дней сын Вахриза сел на одну из своих лошадей и поскакал вперед, пока не приблизился к лагерю противника. Но лошадь понесла его вперед, и он оказался во вражеском лагере, где и был убит... Когда новость о гибели сына достигла Вахриза, он отправил сообщение Масруку: «Как ты хорошо знаешь, между нами был заключен договор, так почему ты убил моего сына?» Масрук ответил: «Твой сын напал на наш лагерь, и некоторые из моих воинов, отличающиеся необузданным нравом, убили его. Сам же я сожалею о его гибели». Вахриз велел гонцу: «Передай ему [Масруку. — В. Д.], что это был не мой сын, а сын какой-то шлюхи; если бы погибший был моим сыном, он бы терпеливо ждал и не нарушил перемирие между нами...» Затем он приказал разместить труп так, чтобы он был всем виден, и дал клятву, что не будет пить вино и умащивать голову благовониями, пока перемирие не закончится.

Когда до конца перемирия остался всего один день, Вахриз приказал [своим воинам] сжечь корабли, на которых они сюда приплыли, а также все лишние вещи, которые у них имелись, оставив своих людей только с тем, что было на них самих и у них за спиной. Затем он приказал, чтобы вся имевшаяся у его воинов провизия была собрана в одном месте, и дал указание своим солдатам есть ее. Поэтому они ели [столько, сколько могли]. Когда они закончили, он приказал бросить то, что осталось, в море. После этого Вахриз... обратился к ним с речью: «Что касается кораблей, которые было приказано сжечь, то я хотел, чтобы вы поняли, что у вас нет возможности вернуться домой. Ваши вещи были сожжены для того, чтобы, если абиссинцы одержат победу над вами, они не попали в руки врага. Что касается вашей пищи, которую я заставил бросить в море, то это я сделал для того, чтобы вы не имели пропитания [в случае вашего поражения].

<...>

Утром того дня, когда перемирие закончилось, Вахриз построил своих воинов так, чтобы в тылу у них находилось море. Он... призвал их проявить стойкость и сказал, что у них есть только два пути: либо победить врага, либо славно умереть. Он приказал им подготовить свои луки и сказал: «Когда я дам приказ стрелять, пусть летят в них быстрые залпы из пяти стрел...» Вахриз сказал: «Приподнимите мои веки», — но поскольку он был очень стар, то веки вновь опустились и закрыли ему глаза. По этой причине веки пришлось удерживать с помощью специальной повязки. Затем он вынул стрелу, положил ее в центр лука и сказал: «Покажите мне, кто из них Масрук», — и Вахризу указали на него... Он натянул свой лук изо всех сил и выпустил стрелу. Она... попала Масруку прямо в лоб... Огромное количество людей было убито дождем [пущенных персами] стрел...

Вахриз немедленно отдал приказ о погребении тела своего сына и приказал, чтобы труп Масрука был помещен на его место. В лагере побежденной армии была обнаружена добыча в количествах, не поддающихся ни счету, ни описанию. Каждый персидский всадник получил по пятьдесят или шестьдесят пленных абиссинцев, химьяритов или бедуинов... Абиссинцев в тот день убивали до тех пор, пока не осталось ни одного из них. Бедуинам удалось бежать на своих верблюдах... Вахриз двинулся вперед, вступил в Сану и покорил весь Йемен.