Битва с Борроузом проходила куда интенсивней, чем я предполагал. Да, он сильный маг, но я и раньше вроде как неплохо с ним справлялся. И был уверен, что после скачка в силе смогу разделать его одной левой.

Но увы, наверное, я подзабыл, что в той драке было куда больше действующих лиц, которые невольно мне помогали.

Луч некротической энергии полетел в меня, но уклоняться я не стал. Ударил алой молнией, которую теперь мог поддерживать долгое время как полноценное потоковое заклинание. Две энергии столкнулись посередине. Некоторое время напряжение в точке соприкосновения нарастало, после чего раздался взрыв, отбросивший нас в разные стороны.

С помощью Ихи я сравнялся с ним в мощности заклинаний, но не в арсенале. Его защита всё ещё была на порядок лучше моей, он словно окружён куполом какой-то мелкой пыли, что на ощупь оказалась упругой и твёрдой как для тесака, так и для магии. Сфера Праха, как сообщила Иха.

Но это был не весь арсенал. Меня то сковывали полупрозрачные путы, то атаковали призрачные создания. Последние чем-то напоминали Банши, явно принадлежали к семейству призрачных. Однако же тесак легко разрубал их надвое.

— Невозможно! Как ты их развоплотил⁈

— Сам в душе не чаю, — честно ответил я, уходя в пике и уклоняясь от очередной атаки.

Мы танцевали в небе несколько минут, меряясь арсеналом способностей и длиной тесаков. Счёт один-один. Когда стало понятно, что лёгкой победы ждать не стоит, я начал биться всерьёз.

Главное преимущество универсала перед магом — в ближнем бою. Раньше проблемой был полёт Борроуза, что в купе с его дальнобойными атаками превращало лича в невозможного противника. Сейчас же наши шансы сравнялись.

Я разогнался, летя прямо на него с тесаком в руке. Очень прямолинейная и глупая атака, расстояние позволяло Борроузу свободно применить любую способность мне в лицо. Он использовал сотканную из некротического пламени сеть.

Очень мерзкая штука, думаю, слабого спирита она буквально покромсает на кубики. Сеть расширялась с каждой секундой, что делало маневрирование бесполезным. Я на холодном расчёте сделал замах, словно собирался разрубить сеть. Скачок, я оказываюсь перед лицом Борроуза, удар.

Лезвие застревает в сером мареве, отпускаю тесак, бью кулаком, рука также вязнет в странной субстанции. Зелёная вспышка. Сфера Праха буквально стала проводником для молнии, достигнув цели. Впрочем, дохлому личу, у которого эйб-желе вместо энерготела, это не сильно повредило. Однако разрушило защитную конструкцию.

Борроуз попытался разорвать дистанцию. Риис, притянуть, удар кулаком в челюсть, дальше серия атак. Мы сцепились, и я буквально принялся выбивать из него дурь голыми руками.

Я ожидал, что у лича должен быть какой-то план на случай подобной ситуации, но я никак не мог предположить, что он просто сделает своё тело нематериальным. Мы же буквально только что это проходили.

Тело Борроуза выскользнуло из моих рук полупрозрачным маревом и медленно поплыло в сторону. Подтягиваю тесак, взмах, удар. Лезвие прошло насквозь, не причинив урона.

— Ещё раз, — произнесла Иха.

Я увидел, что металл начал подрагивать серой пеленой. Ускорение, нагнать, удар. Борроуза выбрасывает из нематериальности. Ага, вот как это работает.

Затем он буквально взрывается. К этому я уже был готов, это точно такая же способность, которой Апол пытался скинуть меня с загривка. Только там был импульс божественной энергии, а тут высвобождалась некротическая.

Кстати, урон ощущался куда болезненней. Волна не только отбросила меня, но и будто душу вытянула. В груди словно всё промёрзло насквозь, хотя защита практически не пострадала.

Борроуз же воспользовался ситуацией и… улетел. Он буквально бросился бежать, уйдя в горизонтальный полёт. При этом его тело начало мерцать и скачкообразно перемещаться вперёд и в сторону. Ну нет, такое я не догоню. Был не прав, когда надо, он меня по скорости явно уделает.

— Красиво фазирует, — прокомментировал Четверг.

— Ага. Вот ему обидно будет.

Я достал филактерию. Да, весь мордобой с кулаками был нужен только для этого. Стырить кристалл. Борроуз явно потерял самообладание, раз не почувствовал, что отдаляется от собственной души. А нет, остановился всё-таки, разворачивается. Поздно.

В руке появляется Солнечное Копьё. Я отпускаю кристалл и смотрю, как он спокойно падает вниз. Метаю заклинание следом. Желтый шар набирает такую неимоверную скорость, что в воздухе остаётся светящийся след. И я с удивлением понимаю, что теперь это действительно чем-то напоминает метание копья.

Заклинание пронизывает кристалл, раздаётся тихий хлопок, а затем волна высвободившейся энергии разлетается в стороны. Меня обдало ветром, наполнившиеся крылья понесли меня в сторону. Посмотрел на Борроуза. Замер. Нет, медленно падает, словно планирует. Руки-ноги болтаются, эйб внутри стал странным, будто пассивным.

— Вот и конец бессмертного лича, — произнёс я.

— Самый быстросдохший бессмертный Логоса, — произнёс Четверг. — Несите приз.

Вместе с душой умерло и сознание. Осталась лишь оболочка. То есть сейчас передо мной находилась обычная немного разумная нежить вроде тех же Полководцев. Борроуз был сильным магом, значит, осколки его личности должны были выжить внутри эйба. Но это был уже не сам командующий.

— Апол, — позвал я дракона. — Забери эту оболочку и сохрани до моего возвращения. Он мне еще понадобится.

— Могли сразу так сделать, — проворчал Четверг.

— И тогда бесхозная нежить грохнула бы особняк вместе с моими людьми. Да и кто ж знал, я думал, его все равно придется убивать.

Дракон медленно взмахнул крыльями и полетел к Борроузу. Затем прямо в полёте просто проглотил то, что осталось от ублюдка. Ну да, так точно никуда не денется. Молодец, дракоша, соображает. Главное, чтобы потом смог обратно выплюнуть. Лич мне позарез нужен для моих дальнейших планов.

Я же вернулся к Чаду и просто плюхнулся рядом.

— Всё? — произнёс он без тени эмоций. — Закончил свои дела?

— Нет. Ещё третий раунд. Но там уже серьёзно всё. Тут я победить не смогу.

— И что мне тогда делать?

Я посидел, вглядываясь в горизонт. Фигуру Маркуса уже можно было разглядеть невооружённым взглядом. Минут через десять паладин Эбола будет тут.

— Не знаю, — ответил я и задумался. — В любой непонятной ситуации вступай в Культ.

— Что за культ? — с безразличием спросил Чад.

— Просто Культ. С большой буквы.

— Ясно. Нет, спасибо.

— Ну тогда сиди тут, жди своих.

— Эй, Рейн. Ты ведь на самом деле не собираешься разрушать мир?

— Выходи из своей башни почаще. Очень быстро поймёшь, что разрушать тут нечего.

На этом я оставил Чада в покое. Парень явно был не в себе и сейчас как-то сумел абстрагироваться от реальности. Ничего, его заберут, приведут в чувство, скушает пироженку, выспится на пушистой перине, посрёт в золотой горшочек и забудет это всё как страшный сон.

Я же вернулся к Глотке, нашёл подходящий выступ и забрался на самый край. Внизу, в темноте, бурлила и переливалась странная жидкость, похожая одновременно на ртуть и на смолу. Громадный портал, самый большой, что я видел. Наверное, много тварей лезет во время прорыва.

Ладно, не страшно. Дракон проследит за Чадом, заодно прибьёт всё, что лезет с глубины. Когда появятся паладины, он улетит на самый край полуострова. Если понадобится, то ещё дальше. Когда паладины уйдут, Апол вернётся и продолжит следить за колодцем.

Нормальный план.

— Эй-ей, — раздался голос у меня за спиной. — Уже уходишь?

Я обернулся и посмотрел на Маркуса. Босой паладин, кажется, ещё больше осунулся. Мешки под глазами налились нехорошей синевой. Совсем плох, бедолага, крайняя степень истощения. Зато эйба вокруг него… Мда.

— Я готова, господин, — уверенно произнесла Иха. — Я докажу, что ни в чём не уступаю.

— Ты как минимум в эйбе уступаешь. Как минимум пятикратно. Это очевидно, Иха, так что успокойся.

— Паршиво выглядишь, Маркус, — произнёс я вслух. — Тебе бы поспать.

— Как я могу спать, когда реликвии вне храма, а вор не понёс наказания.

— Вообще не спал всё это время? Бедолага.

— Закончу и высплюсь, — он подходил всё ближе и ближе.

Очевидно, что с паладином я уже не справлюсь. Тут ни Иха, ни Апол не помогут. Дракона я вообще отвёл подальше. Помню, как Маркус швырял его о землю, словно тряпичную куклу.

— Ты же знаешь, где реликвии, — произнёс я. — Мог давно забрать.

— Верно. Но мне нужен был и ты тоже. Ты должен понести наказание за содеянное, иначе решат, что любой может просто явиться в храм и взять, что хочет.

— Тоже верно. Ну что, вот он я.

Моё тело подняла в воздух невидимая сила. На этот раз Маркусу потребовалось куда больше времени, чтобы применить на меня телекинез. Четверг быстро подогнал биополе в резонанс с его энергией, и я вновь опустился на край уступа.

— А ты подрос, вор.

— Есть такое, — кивнул я без особой радости. — В основном твоими стараниями, так что считаю, что я тебе задолжал. И пришло время вернуть долг.

— Твоей жизни будет достаточно.

— Мою жизнь ты отнять не сможешь, Маркус. Не переживай, у меня для тебя есть кое-что получше. Я сделаю так, что ты наконец сможешь спать столько, сколько захочешь.

Я бросил вниз очередной ключ-маяк, активируя портал в глубину.

— Сбегаешь?

— Нет.

Риис со свистом делает полукруг, цепь наматывается на Маркуса. Иха обнимает нас обоих серой пеленой в подобие кокона. Я делаю шаг в пропасть, и мы с паладином летим вниз.

Это был единственный способ победить Маркуса. Лишить его бесконечной подпитки, а для этого надо покинуть Логос. Потому что в глубине нет Эбола. В глубине буду только я.