Свет огней лайнера отражался в мерцающих морских волнах. Гао Цюн увидела, что Дьявол долго сидел на месте, прежде чем самостоятельно отправиться в каюту. Его лицо было как и всегда спокойным, словно ничего не произошло. Но Гао Цюн знала: если он не позвал А-Цзо, чтобы тот ему помог, значит, он чем-то обеспокоен.

Она пнула перила. Это не может быть госпожа Бэй Яо! Госпожа Бэй Яо никогда бы не поцеловала Дьявола! Она все еще ждала, что господин разочаруется в самозванке. Или, может, девица сама запаникует и убежит, как только они достигнут берега.

Утренний свет заливал золотом всю палубу. Море было спокойным и тихим, солнце только-только всходило.

Когда А-Цзо вытолкнул кресло Пэй Чуаня из каюты, глаза присутствующих расширились от удивления. Мужчина выглядел спокойным, и на его холодном лице красовалась черная татуировка в виде буквы «D». Сколько лет никто не видел настоящего лица Дьявола?

Под пристальными и ошеломленными взглядами подчиненных Пэй Чуань остался совершенно невозмутимым. Но на самом деле он еще не совсем привык к этому. После долгого ношения маски его кожа побледнела.

Протянув руку девушке рядом с собой, он сказал:

– Отдай.

Бэй Яо держала маску падшего ангела в руке и при этих словах машинально спрятала за спину.

Голос Пэй Чуаня был нежным:

– Будь умницей, прошу тебя.

Девушка чувствовала себя немного неловко. Еще несколько дней назад они с Пэй Чуанем были ровесниками, но сейчас Дьявол казался намного старше. Она вернула маску, и он снова надел ее. Однако выражения лиц его подчиненных так и остались немного странными.

После завтрака мужчины должны были собраться на совещание. На корабле было полно суровых и крепких работников, девушками среди них были только Гао Цюн и Бэй Яо. Пэй Чуань посмотрел на Бэй Яо и сказал Гао Цюн:

– Прогуляйся с ней.

Та неохотно согласилась – перечить господину она не могла. Бэй Яо, не желая доставлять Пэй Чуаню неприятности, тоже согласилась без сопротивления.

На острове не было женской одежды, поэтому девушке пришлось позаимствовать вещи Гао Цюн. А та, вспоминая вчерашний поцелуй, все больше раздражалась. Она окинула самозванку презрительным взглядом с ног до головы.

– На что ты смотришь? – спросила Бэй Яо.

Глаза Гао Цюн остановились на груди девушки.

Яо-Яо стало не по себе от пристального взгляда, и она слегка смутилась.

Взгляд Гао Цюн горел. «Проклятье… Мне пришлось увеличивать грудь, чтобы это платье было впору, а фальшивка носит его так, словно оно сшито для нее!» Женщина усмехнулась:

– Эй, любовь угаснет, когда угаснет красота…

Бэй Яо не любила спорить, но, когда она подумала о том, что Гао Цюн все эти годы была рядом с Пэй Чуанем, ее сердце сжалось от ревности. Поэтому она намеренно провоцировала ее:

– Что ж, иметь красоту лучше, чем не иметь ничего. Пэй Чуань любит таких девушек, как я.

Гао Цюн покраснела от гнева.

– Чего ты хочешь на самом деле? Тебя ведь не просто так отправили сюда, верно?

Бэй Яо посмотрела на нее очень серьезно.

– Конечно, у меня, как и у любого, есть цель.

Гао Цюн засияла:

– Какая?

– Любовь Дьявола.

– Ты издеваешься?!

– Почему ты не можешь принять правду? – моргнула Бэй Яо.

Гао Цюн не стала больше с ней разговаривать, но девушку это не огорчило. Она в одиночестве отправилась гулять по лайнеру, чем-то напоминавшему ей корабль из фильма «Титаник»[57]. Бэй Яо выросла далеко от моря и никогда не была в подобном путешествии. Легкий бриз придал ей взбалмошное настроение. Казалось, время вокруг замедлилось. Даже Гао Цюн почувствовала эту радость, витавшую в воздухе, и с презрением пробормотала:

– Фальшивка…

Наступило время обеда, но Яо-Яо так и не увидела Пэй Чуаня. Еду доставили прямо в каюты. Дьявол в этот день оказался очень занят. Наступила ночь, а он все не появлялся. Бэй Яо несколько раз бросала взгляды в сторону главного зала, чувствуя легкое разочарование. Она вытянула руку, позволяя сумеркам омывать кончики ее пальцев.

Гао Цюн усмехнулась, откровенно наслаждаясь моментом.

– Не ты ли сегодня утром хвасталась, что Дьяволу нравятся такие девушки, как ты? Может, он и занят, но не настолько, чтобы не пообщаться со своей любимой?

Тем же вечером Бэй Яо постучала в каюту Пэй Чуаня.

– Войдите, – раздался спокойный голос из-за двери.

Она открыла дверь и увидела, что он читал.

Пэй Чуань посмотрел на нерешительную девушку в дверном проеме.

– Что случилось?

– Ничего, – ответила Бэй Яо.

Она не была навязчивой, просто в этом новом мире чувствовала себя не в своей тарелке. Вчерашняя нежность Пэй Чуаня все еще хранилась в ее памяти. Она не понимала, почему он вдруг так резко охладел к ней. Это пугало.

– Отдохни немного, – сказал мужчина.

Внезапно успокоившись, Яо-Яо повернулась и пошла в свою каюту. Пэй Чуань смотрел ей вслед. Как только она скрылась из виду, он закашлялся.

Когда Юй Шансянь пришел с врачом, он нахмурился:

– Когда это началось?

Впервые резкая боль в груди возникла во время встречи с новой Бэй Яо.

Пэй Чуань сохранял спокойствие:

– Ничего страшного. Пусть сначала меня осмотрит доктор.

Врач долго осматривал его, прежде чем заговорить:

– Вам нужно лучше заботиться о себе. Постарайтесь контролировать свои эмоции.

– Я понял, – кивнул мужчина.

Необычайно разозлившись, Юй Шансянь крикнул:

– Что за бред?! Кто за этим стоит? Мы не разглашали местоположение острова, и до сегодняшнего дня ваше здоровье было в порядке! Я допрошу каждого на острове! Если не получу ответов, убью всех к чертям!

Пэй Чуань поднял голову:

– Ты слишком много думаешь. Это не так уж страшно.

Не страшно? Тогда почему он упал в обморок от боли?

– Доктор останется, а ты иди, – холодно произнес Пэй Чуань. – О моей болезни никому ни слова.

Юй Шансянь опустил глаза в пол.

– Да, господин.

На палубе он мгновенно столкнулся с Гао Цюн, которая, казалось, пребывала в хорошем настроении.

– В каюте самозванки рано погас свет. Думаю, к нему она не сунется!

– В последние несколько дней ты проводишь с ней много времени, – прищурился мужчина. – Что скажешь?

Гао Цюн и хотела бы сказать что-то резкое, но даже для нее Бэй Яо не казалась человеком, которого легко невзлюбить. Женщина надулась:

– Так себе.

– Как ты думаешь, зачем она здесь? Она может навредить Дьяволу?

Глаза Гао Цюн загорелись.

– Ты тоже считаешь, что с ней что-то не так? Она определенно замышляет недоброе!

Юй Шансянь посмотрел на воодушевленную Гао Цюн, и ему показалось, что они говорят о совершенно разном. Мужчина слабо улыбнулся, не выдавая себя.

– Помнишь, что сделал Дьявол в год смерти госпожи Бэй Яо? – спросил он.

– Он допустил утечку данных о чипе, и последовал настоящий хаос. Он заперся в своей комнате, и все думали, что он не может справиться со смертью жены. Но Дьявол – настоящий мужчина, всего через несколько дней он вернулся как ни в чем не бывало. А почему ты спрашиваешь?

– Просто так, – задумчиво отозвался Юй Шансянь.

– Ты ведешь себя странно. Я иду к нему.

Однако мужчина остановил ее:

– Дьявол уже спит.

– Так рано?

Гао Цюн усмехнулась: «Сон в любом случае лучше, чем прогулки под звездами с самозванкой». После этого она молча ушла к себе. Юй Шансянь же замедлил шаг: у него зародилось внезапное подозрение.

* * *

Когда Пэй Чуань проснулся следующим утром, цвет его лица заметно улучшился. А-Цзо, всегда простой и искренний, подошел и спросил с беспокойством:

– Дьявол, как вы себя чувствуете?

– Я в порядке, – спокойно ответил Пэй Чуань.

Наверху, в столовой, горел мягкий теплый свет. Мужчина слегка нахмурился.

– Где она?

Гао Цюн огляделась, но не увидела Бэй Яо. Заметив, что Пэй Чуань смотрит в ее сторону, она покачала головой:

– Я тоже не знаю. Вчера мы гуляли, но она довольно рано уснула.

За исключением дня, когда она покинула остров, пунктуальная и вежливая Бэй Яо никогда не опаздывала.

– Может, пока пойти поесть? – предложила Гаю Цюн. – Я схожу за ней.

Юй Шансянь, видя, что господин молчит и смотрит в пол, улыбнулся:

– Этой девушке всего девятнадцать. Большинство из нас старше нее на десять лет и больше. Дьявол, ты когда-нибудь воспитывал младшую сестру? Может, ей просто одиноко или она закатила истерику…

– Садитесь завтракать, – сказал Пэй Чуань. – Я сам проверю, как она там.

А-Цзо быстро поднялся, чтобы подтолкнуть инвалидное кресло, но Пэй Чуань махнул рукой и отправился один.

Постучавшись в комнату девушки, он мягко заговорил:

– Бэй Яо, прости меня, этот мир, должно быть, так незнаком тебе… Мне не стоило оставлять тебя одну так надолго.

В комнате стояла полная тишина. Пэй Чуань задумался над словами Юй Шансяня: «Неужели она действительно расстроилась?» Он тихо вздохнул:

– Как насчет того, чтобы провести сегодняшний день вместе? Я попрошу остановить лайнер, мы сможем порыбачить, – Он выдержал паузу и тихо добавил: – Если тебе чего-то хочется, достаточно сказать мне.

Пэй Чуань долго прождал у ее двери. Нежный утренний бриз играл с ветряными колокольчиками у ее окна, которые звенели звонко и ярко.

Через некоторое время Пэй Чуань протянул руку и толкнул дверь. Комната была совершенно пуста. Ветряные колокольчики из ракушек мягко покачивались на ветру. Ее кровать была аккуратно застелена. В стеклянной чаше тихо плавали две маленькие тропические рыбки.

Ее не забрали. Она ушла сама. Пэй Чуань закрыл глаза. А он-то поверил словам Юй Шансяня, что она просто закатила истерику. Но он не мог ее ни в чем винить. За двадцать семь лет он понял одно: какими бы впечатляющими ни были его возможности, победить судьбу ему не под силу. Если судьба захотела, чтобы эта девушка была в его жизни, – она появилась. Судьба захотела, чтобы она тихо ушла, – и она исчезла. Пэй Чуань прижал руку к груди. Было больно.

Тем временем никто за столом не осмелился притронуться к завтраку. Прошло уже все утро, а Пэй Чуань так и не возвращался. И вот, когда все обменивались неловкими взглядами, а выражение лица Гао Цюн становилось все более грустным, Пэй Чуань наконец появился в одиночестве. Он был совершенно невозмутим.

– Ешьте.

Гао Цюн удивленно уставилась на него: на шее не было следов помады, одежда не помялась. Не понимая, в чем дело, она посмотрела на Юй Шансяня. Тот тоже слегка нахмурился и в замешательстве спросил:

– Юная леди не придет поесть?

– Она не придет, – все так же спокойно ответил Дьявол.

Море за окном было темно-синим, а небо бледно-голубым.

Пэй Чуань добавил:

– Она вернулась домой. Заприте эту каюту.

Никто не понял, что произошло. Что значит «вернулась домой»? Юй Шансянь выглядел растерянным. Все ели в напряжении, боясь, что Дьявол вдруг выйдет из себя. Но господин сохранял спокойствие. Он закончил трапезу, вытер руки и позволил А-Цзо отвезти себя в кабинет.

После его ухода Гао Цюн выдвинула забавное преподложение:

– Неужели господин бросил самозванку в море на корм рыбкам?

Юй Шансянь поднял бровь:

– Кажется, ты слишком этому рада.

– Я… не настолько. Просто он слишком непредсказуем. Он ведь не влюбился в эту шпионку?

– Кто знает? – улыбнулся мужчина.

– Нет, конечно же нет, – пробормотала Гао Цюн. – Иначе как бы он остался таким спокойным после ее исчезновения?

Однако даже ей было не по себе от того, что Бэй Яо просто исчезла. Женщина часто грозилась вживить ей чип, но никогда не пыталась этого сделать. Гао Цюн неловко потрогала нос, не зная, что сказать, и осмотрелась, но самозванки и вправду нигде не было видно.

* * *

Когда Бэй Яо открыла глаза, до порта оставалось еще два дня. Было темно, чувствовался запах морской воды и сырых досок. Ее запястья были прикованы наручниками к деревянному столбу. Вскоре вошел мужчина.

– Юй Шансянь?

– Ты в порядке? – спросил он.

Бэй Яо нахмурилась:

– Ты притворился Пэй Чуанем и обманул меня! Что тебе нужно?

Вечером ей позвонил Дьявол и попросил зайти. Но едва она вышла из каюты, в глазах у нее потемнело. Когда она пришла в себя, то обнаружила, что спрятана в самой глубине грузового отсека. В голове пронеслась тысяча мыслей. Неужели он задумал вот так избавиться от господина и занять его место?!

Юй Шансянь поднял руки:

– Я не хочу ничего плохого. Просто… мне стало слишком любопытно. А еще я боюсь, что Дьявол погубит себя, поэтому я возьму на себя смелость попросить тебя остаться здесь на некоторое время.

Бэй Яо уловила ключевую фразу:

– Что значит «Дьявол погубит себя»?

– Ты знаешь, что такое «Ваншэн»? – спросил он.

Что-то Бэй Яо слышала от Гао Цюн, но какой-то конкретной информацией с ней никто так и не поделился.

Юй Шансянь начал объяснять:

– «Ваншэн» – это чип, который вживляется в мозг и контролирует мысли и эмоции человека. Его нельзя удалить и невозможно ослушаться.

Бэй Яо посмотрела на него очень серьезно. Мужчина продолжил:

– Ты правильно догадалась. И у меня, и у Гао Цюн стоит чип. Но у нас итоговая версия, стабильная и полностью отлаженная. Они не причиняют нам вреда. А самые ранние версии «Ваншэн» были смертельно опасны. Богачи кинулись их скупать, и многие погибли во время имплантации.

Бэй Яо молча поджала губы, а Юй Шансянь поднял бровь.

– Не напрягайся так. Я просто подозреваю, что Дьявол имплантировал себе первую версию чипа. Он слишком горд, чтобы позволить кому-то контролировать себя, поэтому решил отдать себе команду сам.

– И что же это была за команда? – тихо спросила Бэй Яо.

– Давай попробуем угадать… – Юй Шансянь постучал пальцем по подбородку. – После твоего появления у него начались симптомы неподчинения этой команде – боль в груди и сильный кашель… – Видя, как волнуется девушка, он добавил: – Как я понимаю, он приказал себе «не любить Бэй Яо слишком сильно». А теперь появилась ты, и, хотя внешне он выглядит спокойным, «Ваншэн» разрушает его изнутри. Ужасно, не так ли? Но давай я тебя сначала развяжу.

Юй Шансянь быстро освободил Бэй Яо от наручников, и она тут же спросила:

– Можно ли как-то извлечь чип? Или… вылечить?

– Нет, – сразу же ответил мужчина. – После смерти человек превращается в пыль. Мы сами на это подписались. Рано или поздно нам придется с этим смириться. Судя по твоему обеспокоенному виду, есть лишь один способ: не позволяй Дьяволу заботиться о себе.

У Бэй Яо дернулся уголок губ.

– Так вот почему ты обманом заманил меня сюда?

Юй Шансянь кивнул.

– Тебе кто-нибудь когда-нибудь нравился? – снова спросила Бэй Яо.

Мужчина поднял брови и покачал головой.

«Неудивительно…» – подумала девушка. Она понятия не имела, где Пэй Чуань нашел этих нелепых помощников. Неужели все гении настолько безумны? Двое уставились друг на друга, и Юй Шансянь сказал:

– И что ты можешь предложить?

В этот момент люк в потолке внезапно распахнулся, являя им лицо Пэй Чуаня в маске. Снаружи дул мягкий июньский бриз. Он посмотрел вниз, а сидевшая в грузовом отсеке Бэй Яо подняла глаза. Их взгляды встретились, и в ее ярких глазах отразилась его фигура. Стоявший в стороне Юй Шансянь вздрогнул.

Пэй Чуань лишь протянул руку и сказал:

– Поднимайся.

Девушка вдруг почувствовала себя виноватой. Она не была уверена, слышал ли Пэй Чуань их разговор. Юй Шансянь, напротив, был готов к самому жестокому наказанию. Как только Бэй Яо освободилась и взобралась на лестницу, тот с грохотом упал на колени, признавая свою вину с небывалым энтузиазмом:

– Я виноват, я был неправ, я сам пойду к рыбам!

С этими словами он повернулся и побежал по лестнице. Через несколько минут Бэй Яо услышала слабый всплеск. Юй Шансянь привязал себя веревкой к судну и прыгнул в море. Теперь он беспомощно волочился за лайнером, как неупокоенная душа.

Пэй Чуань молча наблюдал за сценой и лишь потом обратился к девушке удивительно мягким тоном:

– В грузовом отсеке сыро. Твоя юбка промокла, лучше переодеться.

Несмотря на разгар лета, небо было пасмурным, а бриз – прохладным.

Бэй Яо прикусила губу. Ей хотелось подойти ближе, но на мгновение она почувствовала себя потерянной. Каждая ее улыбка, каждое прикосновение – все это вызывало у него сильнейшие муки… Бэй Яо не знала, что именно происходит, когда кто-то пытается ослушаться чипа, но, судя по тому, как покорны Гао Цюн и Юй Шансянь, боль должна быть страшнее смерти.

Она хотела что-то сказать, но вместо этого послушно пошла переодеваться.

Вскоре Бэй Яо вернулась в нежно-желтом платье, тускло светившемся под слабым солнечным светом. Она была похожа на летний полевой цветок.

Пэй Чуань кивнул ей:

– Иди сюда.

Он сделал жест, и через несколько мгновений лайнер остановился.

Море было спокойным и неподвижным, почти как его манера держаться. Дьявол взял удочку и сказал:

– Вчера у меня не было времени составить тебе компанию. Но сегодня я свободен.

Бэй Яо молча опустила голову, и он осторожно спросил:

– Тебе не нравится? Тогда чего бы ты хотела?

Девушка покачала головой, сжимая удочку. Юй Шансянь все еще болтался на веревке и выглядел совершенно несчастным. Она догадалась, что Пэй Чуань не слышал их разговора – скорее всего, он просто увидел их вдвоем, когда открыл люк.

– Думаешь, я скучный?

– Вовсе нет! – мгновенно отозвалась она.

Пэй Чуань продолжил:

– Я многого не понимаю и не очень хорошо угадываю мысли девушек. Если ты расстроилась из-за того, что я вчера не нашел для тебя времени, то я больше не буду так делать. Пожалуйста, не прячься от меня. Я подумал… ты вернулась домой…

Он говорил об этом так спокойно, что у Бэй Яо почему-то навернулись слезы. Выходит, он подумал, что она закатила скандал и объединилась с Юй Шансянем, чтобы сбежать от него?!

– А что, если я действительно вернусь домой? – спросила она.

Пэй Чуань повернул к ней голову. За маской падшего ангела его взгляд был необычайно нежным и мягким.

– Я буду тосковать по тебе, – ответил он.

Глаза Бэй Яо внезапно покраснели.

Дьявол действительно скучал по ней. Каждый раз ему казалось, что сердце разрывается на части. Он тосковал, но не забывал ее. И неважно, ушла она или осталась, – он никогда не сможет избавиться от боли, которую причиняет «Ваншэн».

Впервые Бэй Яо захотелось, чтобы он полюбил Гао Цюн. От одной фразы «Я буду тосковать по тебе» она чуть не разрыдалась.

– Я что-то не так сказал? – осторожно спросил Пэй Чуань.

Его пальцы замерли, а затем нежно коснулись ее щеки. Она провела ладонью по его груди. Даже сквозь черную рубашку его обожгло жаром. Бэй Яо мягко спросила:

– Тебе не больно?

Пэй Чуань слегка напрягся.

– Часто болит? – добавила она.

Мужчина долго молчал, но через некоторое время наконец ответил:

– По сто три раза на дню.

Только с помощью «Ваншэн» ему удалось преодолеть боль утраты. Со временем ему стало казаться, что он уже не так сильно скучает по Бэй Яо и что она навсегда покинула его мир. Но потом она вернулась и теперь смотрела на него тем самым взглядом, по которому Пэй Чуань тосковал сильнее всего. В тот день он влюбился в нее заново.

Бэй Яо взяла его за руку и сказала:

– Дьявол, я не вернусь домой.

Он молча смотрел на нее.

– Пэй Чуань, – назвала она его настоящим именем, глядя в тихие темные глаза мужчины. – Бэй Яо очень любит тебя.