Издалека город Ретнек напоминал гору.

Они летели уже несколько часов. Их одинокая тень ползла по зеленым холмам, полям цветущего чертовсполоха и безлюдным проселочным дорогам, которые в конце концов превратились в шоссе. Благодаря карте Солума из небесной библиотеки Фэй хорошо их изучила и знала, что все они ведут к процветающей столице острова, городу, в котором сходятся четыре волшебные территории. Однако, когда Фэй впервые увидела высокие белые шпили дворца короля Максимиллиана, она приняла его за заснеженную гору. Да и неудивительно: возвышаясь над оживленным городом, замок стоял на вершине гигантского холма.

В этом замке хранилась тайна.

Сумеречная королева.

Фэй пробила дрожь. Интересно, что ощутили принц Макс и принцесса Иллиан, когда вернулись во дворец, уже зная истинную историю его появления? Дело в том, что под белыми башнями Ретнека погребен дворец злой колдуньи. Она заперта там до сих пор, ожидая полнолуния, когда один из волшебников не сможет укрепить свое заклинание. Ожидая, когда ее тюрьма рухнет…

Впрочем, сейчас белоснежные башни гордо высились над процветающим городом. Когда Корнелиус опустился ниже, Фэй разглядела, что склоны возле замка короля Максимиллиана покрыты мощеными улицами с домами и магазинами, на которых покачиваются деревянные вывески. Бок о бок с конными экипажами катились блестящие автомобили. На крышах цвели сады, а в окнах домов Фэй видела жителей, которые как раз собрались поужинать. Они тоже ее увидели. Стоило только детям показать пальцем на закат, как родители вскакивали и захлопывали окна.

Хм…

Город на холме заполнился колокольным звоном.

Когда Нел подлетел ближе, перезвон сделался почти неистовым, и Фэй, наблюдая, как напуганные жители бегут в укрытие, встревожилась. Автомобили с визгом тормозили. Лошади вскидывались на дыбы. Фэй лишь надеялась, что в телегах не окажется овощей – тогда Нел наверняка за ними погонится.

– Не бойтесь! – крикнула она и помахала рукой. – Он вегетарианец!

Конечно, они ее не услышали. А в свете янтарного заката чешуя Корнелиуса так блестела, что Фэй никто, скорее всего, не видел, как и летящего рядом с ней призрака. Все, что жители были способны разглядеть, – это гигантский дракон, который когда-то, еще при первом волшебнике Западе, пытался сжечь дотла их предков. Тот волшебник несколько дней бился с чудовищем у стен Ретнека, и сцены из этой легенды даже изображались на гобеленах. Эту историю в том или ином ее виде в столице знал каждый. Просто они, похоже, были не в курсе, что дракона с тех пор успели приручить.

– Он больше не Дьяволов змей! – выкрикнула Фэй. – Он мой шофер!

Но все без толку.

Ветер заглушил ее слова, а тень дракона накрыла город, легла на целые кварталы. Даже колокола в замке короля Максимиллиана зазвонили: «БЕГИТЕ, БЕГИТЕ!» А на вершине самой высокой башни загорелись огни. Три ярких цветных огонька…

– Может, назад повернем? – крикнула она волшебнику Западу.

Призрак явно сомневался – лицо у него почти исчезло, а глаза сделались огромными. Внезапно прямо на него надвинулась стена ледяных кристаллов, и волшебник проскользнул сквозь нее. Левым крылом Нел тоже задел кристаллы и, взвизгнув, дернулся вправо. Если бы Фэй так крепко не привязала себя лианами, она наверняка свалилась бы. Ледяные кристаллы? Откуда в западном небе в это время года взялся ле…

Песчаный вихрь не дал Фэй додумать мысль до конца.

Песчинки медного цвета, похожие на светящееся заклинание на вывеске пекарни Рены, пронеслись мимо. Прищурившись, Фэй проследила, как вихрь вернулся на самую высокую башню. Туда, где горели три огонька. Так вот оно что…

Никакие это не огни.

Это заклинания.

На них напали три волшебника!

Фэй оставалось лишь держаться за усыпанную щепками спину Нела, пока дракон уклонялся от заклятий. Снег, песок, стаи тропических птиц с иголками вместо клювов, саранча, снова ледяные стрелы… Одна из них ударилась о спрятанную под накидкой Фэй коробку печенья. Времени на испуг у девочки не было. И уж тем более на то, чтобы управлять драконом. Фэй понятия не имела, ни куда подевался волшебник Запад, ни где она сама – чемодан подпрыгивал и катался по выгнутой спине Нела.

Верх был внизу.

Низ – вверху.

В волосах у Фэй был песок, ресницы покрылись льдом, а вокруг шеи обвилась лоза, которая принадлежала не Корнелиусу. Воздух вокруг окрасился удивительными оттенками. Все озарилось магией, такой же яркой, как ядовитые цветы, которыми их осыпал сейчас волшебник Юг.

Никогда еще на нее не направляли столько мощных заклинаний. Даже когда Ранкор пытался заставить кандидатов в волшебники Запада окончательно превратить ее в кошку…

– У меня есть приглашение! Даже три! Пожалуйста, остановите эти заклятья! – попыталась было крикнуть Фэй, но лоза крепко стиснула ей горло. Вцепившись в нее обеими руками, Фэй яростно оттянула лозу в сторону.

В этот миг Нел резко спикировал, уклоняясь от одного из заклинаний волшебника Севера. На лианы, которыми Фэй привязала себя к дракону, попали голубоватые искры, и лианы покрылись льдом. А затем рассыпались.

Фэй зачарованно наблюдала, как они разлетаются на мельчайшие кусочки.

Сама она зависла в воздухе.

Кошачий хвост, благодаря которому Фэй обычно приземлялась на ноги, здесь, на такой высоте, был бесполезен. Она вспоминала заклинание полета, заклинание парения, хоть какое-нибудь заклинание, вот только белые здания внизу приближались слишком быстро. А Нел оказался слишком далеко. Еще немного, и Фэй разобьется о брусчатку, которой вымощены старинные улочки…

И тут воздух вокруг Фэй стал сгущаться.

Она падала все медленнее.

И не понимала, что с ней такое творится, пока рядом не нарисовался волшебник Запад.

– Уфф! – прошипел он ей на ухо. – Что ты сегодня на обед ела? Камни?

Призрак сумел придать себе плотности и поймать Фэй. Далось ему это, как она поняла, с большим трудом.

– Постарайся не дергаться!

– А то уроните? – пискнула Фэй.

– Что? Нет! Может быть! Я в том смысле, что остальные трое смотрят! И сейчас они меня не видят. Тебе же лучше, если они решат, будто это благодаря заклинанию парения.

Фэй взглянула на башню, моргнула, и у нее закружилась голова. Волшебник Запад не из тех, кто позволяет другим присваивать его заслуги, но сейчас он, вероятно, был прав.

Другие волшебники наверняка видели, как она свалилась с драконьей спины. Магия исчезла, хотя дракон теперь кружил над Западным кварталом. Ее чемодан и выпавшая из него тщательно подобранная волшебником Западом одежда валялись на дороге.

Приземлившись на брошенную посреди улицы тачку с капустой, Фэй ощутила себя такой же нелепой, как и пара зависших в воздухе трусов.

Не так она представляла себе свой приезд в столицу.

– Что будем делать? – спросила в пустоту за плечом. – Пойдем до дворца пешком?

– Это так высоко на горе… – пробурчал волшебник Запад, словно он не летел, а шагал ногами. – Предлагаю подождать. Они наверняка пошлют за нами кого-нибудь!

Фэй огляделась.

– Даже не знаю… – Улица казалась пустой, хотя в обычное время народу здесь явно хватало.

Под окнами повсюду валялись цветочные горшки, в спешке сбитые захлопнутыми ставнями. Магазины стояли запертыми на засов. На углу размахивала крыльями брошенная газетчиком стопка «Проклятого очарования». Фэй подумала, что завтра ее собственная персона наверняка окажется на первых страницах.

Над головой маячил Нел. Дракон отыскал их, но приземлиться ему было негде. Привести его в этот город – ужасная идея.

И придумал это волшебник Запад.

Фэй спрыгнула с тачки и стряхнула с мантии-занавески капустный лист. Хорошо, что она прицепила на пояс сумку. Во-первых, благодаря поясу уцелела коробка с лакомствами от Рены, а во-вторых, мысль о том, что ее любимая сумка украсила бы чей-нибудь сад, была невыносима.

– Я пойду пешком, – заявила она.

С виду до дворца короля Максимиллиана было недалеко, но это потому, что дворец оказался огромным. Самый настоящий город на вершине другого города. Под скалами разрослись сады, а перед первой стеной Фэй заметила королевский дирижабль, похожий на лимон-переросток, правда, прежде, на лужайках Селурдура, дирижабль казался существенно больше.

Разбираясь в тропинках Ретнека, Фэй ориентировалась на дирижабль: со всех сторон десятки тупиков, а остановиться и спросить дорогу не у кого.

Колокола замолчали, и через несколько минут Фэй услышала тихое ворчание двигателя, а вскоре в угасающих сумерках разглядела и автомобиль. По крайней мере, она решила, что это автомобиль… На дорогах Селурдура она не видела таких низеньких моделей.

Водитель радостно замахал ей рукой, а подъехав, остановил машину и вышел.

– Фэй! Так я и знал, что это ты! И Нела я тоже узнал! Я хотел предупредить волшебников, чтобы те прекратили атаку, но не успел я до них добежать, как ты упала!

На мальчике были авиаторские очки со специальными закаленными стеклами. Такая же пара хранилась у Фэй дома.

– Макс! – Фэй расплылась в улыбке. – Как же я рада тебя видеть!

Принц Макс – начинающий изобретатель и наследник престола Солума, хотя сам он занять его совершенно не стремился. Фэй хотела обнять принца, но сомневалась, что это безопасно. Автомобиль Макса нагнали несколько конных стражников. Они остановились по бокам от машины. В свете фар их золотые доспехи сияли, создавая удивительный контраст с автомобилем.

С прошлой их встречи принц тоже изменился.

Он стал выше.

Дело не только в том, что принц больше не сутулился – он и впрямь вырос на несколько сантиметров.

– Слава Равновесию, с тобой ничего не случилось! – Голос у него тоже начал ломаться. – Я как увидел, что ты с Нела свалилась, чуть не умер от страха! И падала ты так быстро! Иллиан заплакала, и я не сомневался, что… В общем, ты мне обязательно объясни, как это полетное заклинание действует. Я же самолет строю, мне пригодится!

«Поймай призрака и запри его в кабине пилотов», – с усмешкой подумала Фэй. Ей не хотелось врать Максу. Она вообще никому не хотела врать, поэтому сменила тему:

– Где принцесса Иллиан? Я по ней ужасно соскучилась!

Услышав имя своей сестры-близняшки, Макс скорчил рожицу:

– Здесь так сразу не объяснишь…

Из автомобиля вышла девушка. Или, по крайней мере, попыталась выйти. Когда на платье столько оборок, без посторонней помощи даже с сиденья не слезешь. Из-за ярко-розовых, собранных на талии юбок Иллиан напоминала розу.

– Макс! Ты чего копаешься? В машине у тебя бензином воняет, а одна из этих лошадей, я почти уверена, только что пукнула! Давай быстрей во дворец вернемся!

Фэй моргнула.

Иллиан что, тоже выросла? Выше принцесса не стала, но казалась не такой, как в Селурдуре. Платье безупречно чистое. Щеки не разрумянились. Волосы уложены в сложную прическу. На Фэй принцесса едва взглянула.

– Привет, Иллиан! – помахала она рукой.

Принцесса присела в чопорном реверансе:

– Добро пожаловать в Ретнек. Будь любезна, не позволяй своему дракону сжечь наш прекрасный город…

Фэй нахмурилась:

– Ты же знаешь, что Нел никогда бы этого не сделал! Он и тело волшебника Запада спалил только потому, что в него вселился слуга Сумеречной королевы.

Ей показалось или один из стражников в золотых доспехах вздрогнул?

Макс оглядел темноватую улицу вокруг:

– Волшебник Запад здесь?

Иллиан как-то странно посмотрела на брата:

– Волшебник Запад мертв, с чего ему быть…

– БУ!

Иллиан вскрикнула – в свете фар обозначился силуэт Запада. Одна из лошадей встала на дыбы, а стражники выхватили мечи. Макс встал перед ними – впрочем, какая разница, ведь призраку клинки все равно не страшны.

– Все в порядке! Успокойтесь! – воскликнул принц. – Это дружественный призрак!

– Чаще всего да, – добавила Фэй.

Прищурившись, волшебник Запад оглядел лошадей с вытаращенными глазами и их встревоженных всадников.

– Вы все на нервах, да? Заколдованные мечи и доспехи. Не знай я наверняка, то решил бы, что вы к битве готовитесь.

– Наш дракон никому не причинит вреда, – повторила Фэй.

– Они не из-за Корнелиуса волнуются, – объяснил Макс. – А из-за Сумеречной королевы.

Охранник опять задрожал. Фэй его отлично понимала, особенно после всего, что несколько месяцев назад произошло в Селурдуре. Она так и не забыла, каково это, когда стоишь на краю черного колодца, а жутковатая холодная магия Сумеречной королевы подбирается к твоим ногам. Фэй старательно гнала от себя мысли о том, что произошло бы, если бы им не удалось укрепить заклинание, которое удерживает злую колдунью в темнице.

– Не переживайте, – сказала она стражникам. – Заклинания Селурдура никуда не делись. Сумеречная королева надежно заперта.

Хоть бы оно и дальше так было.

– Я им то же самое говорю, – сказал Макс, – но они Вэнса наслушались.

– Вэнс тоже тут? – На этот раз вздрогнула Фэй.

Недавно племянник короля едва не стал преемником Запада и едва не выпустил на свободу Сумеречную королеву – как сам он утверждал, по случайности. Да, это он привез в Селурдур дымчатую крысу, но только потому, что Ранкор пообещал сделать Вэнса Грейвсворта великим волшебником. Достаточно великим, чтобы воскресить собственного отца… Однако, к чести Вэнса, узнав, что вместо великого волшебника он сделался приспешником Сумеречной королевы, он пришел на помощь Фэй, когда та спасала Селурдур.

Так что теперь они больше не враги, но и союзниками их не назовешь.

Макса, похоже, это не особо трогало.

– Он здесь, а с ним и остальные ученики волшебника Юга. Ты знала, что его приняли на обучение в Чантуин? Он даже сорняки полоть научился! А помнишь, как он над тобой издевался, потому что ты в земле ковыряешься? Вот оно, торжество справедливости!

Фэй удивленно вскинула брови.

– Вэнс – ученик волшебника Юга?

– Да, – ответил Макс, – но в ближайшее время волшебником ему не стать. Он совсем зеленый. В смысле, новичок. Да ты и сама зеленоватая, – пробормотал Макс. – Впрочем, после нападения любой бы позеленел. Пошли, отвезу тебя во дворец, и чувствуй себя как дома.

Как дома. Фэй сомневалась, что когда-нибудь снова себя так почувствует. Она шагала за принцем Максом к его машине, и ей казалось, будто она парит над землей, словно после падения тоже превратилась в призрака.

Стражники, поблескивая заколдованными мечами, поскакали обратно в гору, ко дворцу. Извилистая дорога змеей уходила все выше и выше, и Фэй даже почудилось, будто она снова летит. Отсюда огни Западного квартала Ретнека походили на звезды, а истории, нарисованные на дворцовых витражах, становились все более красочными.

На них в основном красовались изображения королей былых времен – всегда королей и непременно в короне и с мечом.

Интересно, они сами меняются, как витражи в Селурдуре, или Иллиан придется менять стекло, чтобы когда-нибудь повесить там свой коронационный портрет?

Автомобиль остановился, и Фэй взглянула на принцессу. Во время их последних приключений Иллиан призналась, что они с братом собираются изменить закон о преемственности трона в Солуме. Тот самый, который запрещал женщинам наследовать трон. Его издали вскоре после свержения Сумеречной королевы, и примерно тогда же женщинам запретили практиковать магию. Люди слишком боялись, что ими снова будет править злая колдунья!

Принцесса одной из первых поддержала Фэй с ее волшебством – она заявила, что Равновесие несправедливо и что Фэй заслуживает стать преемницей волшебника Запада. И еще она сказала, что как только ее, Иллиан, коронуют, они вместе изменят мир. А теперь принцесса не произнесла ни слова. Пригладив волосы, она лишь поправила юбку и важно прошествовала во дворец.

– Иллиан на меня за что-то обиделась? – шепнула Фэй Максу.

Принц выскочил из машины и сдвинул на лоб очки.

– О, не обращай на нее внимания. Она… в последнее время не в себе. – Макс заговорщицки подмигнул.

Настроение у Фэй от этого не улучшилось.

Следом за принцем она вошла в распахнутые западные двери дворца. Замок, так же как и город внизу, был разделен на кварталы, чтобы волшебники не покидали своих территорий. Насколько помнила Фэй, в ее квартале находились королевские бани и библиотека, но, шагая по мраморным залам за принцем Максом, она не видела ни книг, ни мыльных пузырьков.

Впрочем, Фэй и так, не спрашивая, знала, куда они направляются. В самом центре дворца располагалась Центральная зала, сердце королевства, точка, где сходились Север, Юг, Восток и Запад, место, где волшебники собираются, чтобы обсудить вопросы магии. Фэй читала об этом в договоре Пака, но понятия не имела, чего ожидать. Четыре трона? Круглый стол? Стойку с закусками? Фэй крепко прижала к груди коробку с надписью «Из муки без муки» и уже толком не понимала, что это так колотится – ее собственное сердце или разбушевавшиеся в коробке драпончики.

Наконец коридор закончился, но стук у нее в груди не утих.

Иллиан уже ждала у закрытой двери. Она бесстрастно посмотрела на них. Макс остановился рядом с сестрой.

– Тебе, наверное, этого совсем не хочется, – сказал он Фэй, – но другие волшебники настояли на том, чтобы я встретил тебя и сразу же привел к ним на чай. Они хотят поближе с тобой познакомиться.

– Оно и понятно, – пробормотала Иллиан. – Когда ты так эффектно прилетела на драконе…

– Они что, злятся? – спросила Фэй.

Принцесса смерила ее уничижительным взглядом, почти таким же холодным, как ветерок, который обдувал кошачьи уши Фэй – прямо у нее над головой парил волшебник Запад.

– Они вообще вечно ворчат! – отмахнулся Макс. – Давай-ка расправь плечи! И умоляю, хватит извиняться за Корнелиуса! Это они перегнули палку и едва тебя не убили!

Фэй кивнула и вздохнула. Дверь Центральной залы распахнулась, и девочка вошла внутрь.

Туда, где ее ждали Трое.