Покорительница дворца

Корреспондент Брайс Борзопёр

Похоже, грандиозные финалы – излюбленный магический трюк Фэй Гарднер. Почти все жители королевства с нетерпением ждали испытаний, но никто и думать не мог, что Центральная зала в прямом смысле обрушится. И что из подземелья вырвется Сумеречная королева. И что наша волшебница Запад победит ее в честной схватке, а потом вернет в Солум всеобщую магию.

Но еще сильнее впечатляют изменения, которые волной прокатились по нашему королевству за последние недели. Я имею в виду даже не морских эльфов у южного побережья и не зачарованные леса на Востоке (хотя и в это трудно поверить). Лично меня больше всего поражает, с какой сноровкой наш конклав справляется с этими новыми задачами. Ученики со всех территорий помогают древним духам освоиться в непростой для них реальности! Я уже более десяти лет пишу о магии, но прежде ни разу не становился свидетелем такой прекрасной командной работы. И никогда не видел столько учеников! Молодые ведьмы и волшебники стекаются в академию в Селурдуре, а бесчисленное множество других ждут открытия подобных учебных заведений в Реуэле, Чантуине и Гхибли…

Дочитать Фэй не успела: газета вырвалась у нее из рук и скрылась в садах Селурдура. Листки сложились в орла и тяжело опустились на самую высокую ветку, сбив несколько лунофруктов. Те упали прямо на пол террасы, где завтракала Фэй. Перед ней на столе стояли тарелки: яичница с беконом, выпечка из пекарни «Из муки без муки» и ваза фруктов, собранных папиными учениками во время их последней экспедиции в оранжерею. Цвет у фруктов был странный – сапфировый, ярко-розовый и ядовито-алый. Фэй подозревала, что все эти плоды несъедобные, поэтому наклонилась и подняла упавший лунофрукт.

– Учишься сиять по утрам и читаешь статьи о себе?

Фэй вздрогнула. Под столом сидел Пак, но не бумажный, а настоящий огромный черный кот. Может, именно поэтому экземпляр «Проклятого очарования» в страхе вспорхнул на дерево.

– Тебе только тапок из кожи мантикоры не хватает! – И дух похлопал лапой по ее сапогам, покрытым грязью из курятника василисков.

– Из мантикор плохие тапки получаются, – нашлась с ответом Фэй. – Они жалят тебя в пятки и выпускают парализующий яд.

Ухмыльнувшись, Пак запрыгнул на стол и бесцеремонно понюхал кусочек бекона.

– Угощайся, – предложила Фэй.

Дух освободился и теперь волен был уйти. Вернувшись из Ретнека, Фэй расторгла его договор с Селестиусом Селурдуром. Правда, официальной волшебницей Запад ее еще не утвердили, но благодаря статье Брайса Борзопёра все ее только так и называли. Титул прилип к ней настолько прочно, что Фэй послушалось даже заклинание первого волшебника Запада, привязывающее Пака к Селурдуру.

Однако кот решил пока остаться и, к счастью, не съел никого из учеников за не сданную домашнюю работу.

Фэй завороженно смотрела, как Пак разинул пасть и проглотил бекон, яичницу и выпечку, а вот к фруктам не притронулся. Она уверенно откусила лунофрукт.

– Вообще-то статья не про меня, – сказала она, взглянув на дерево.

Пак последовал ее примеру и, прищурившись, прочел заголовок на груди орла.

– «Покорительница дворца»? – переспросил он.

– Ничего я не покоряла! – возразила Фэй. – Это Эльфрит.

Внезапно рядом с газетой нарисовался волшебник Запад, и от испуга страницы разлетелись в стороны.

– В статье лишь один раз упоминается Сумеречная королева. А обо мне вообще не говорится! – Вздохнув, призрак наблюдал, как газета улетает. – Знаете, по-моему, для этих газет используют некачественный «Анимус». Вот что значит допускать до работы студентов.

– Помнится мне, последнюю партию «Анимуса», которую мы отправили в типографию, приготовил ты, – напомнил ему Пак. – Но газета не из-за порошка так испугалась. А из-за нее, – и кот кивнул в сторону сада, где лучи утреннего солнца золотили кусты роз.

Сумеречная королева сидела на земле, наблюдая за верандой взглядом, который иначе как убийственным не назовешь.

– Хочешь бекона? – предложила ей Фэй. – Я сбегаю на кухню и принесу.

Колдунья здесь никак не приживалась. Селурдур категорически отказывался подпускать ее к дверям замка. Стоило ей приблизиться, как дверные проемы исчезали, а горгульи с криками набрасывались на нее. Благодаря фениксу путь в зельеварительный сарай для нее тоже был закрыт. Кустолени с трудом терпели присутствие Сумеречной королевы в садах, поэтому робокошка в основном бродила по заросшей арене.

Фэй старалась навещать ее почаще – приносила еду и полироль для серебра, которую брала у Аргона. Впрочем, ей все это нравилось намного меньше, чем прежде ухаживать за Корнелиусом.

– Бекона? Фу! – фыркнула Сумеречная королева. – Пока я сидела под горой, у меня не было времени на подобные глупости! И я по-прежнему собираюсь питаться жаждой мести!

Фэй вздохнула:

– Как хочешь.

– Ты многое теряешь, – сказал Пак.

Робокошка прижала металлические уши и спряталась в розовый куст. Фэй заметила, что по краям уши у робота потемнели. Помахивая хвостом, Пак проводил взглядом робокошку.

– Дай ей столетие-другое, и, возможно, она передумает, – беззаботно сказал он.

– К тому времени она уже заржаветь успеет, – сказала Фэй, вспомнив о запечатанных банках полироли.

Можно, конечно, заставить Сумеречную королеву сесть и в это время как следует почистить металл, но Фэй не хотелось слишком часто натягивать заклинание между ними. Фэй применила силу лишь дважды – когда потребовалось заменить батарейки и когда Эльфрит попыталась устроить короткое замыкание и прыгнуть в пруд с золотыми рыбками. Если бы Фэй вовремя не остановила колдунью, та бы и рыбок погубила.

Каждый день Фэй добавляла к заклинанию новое правило. Не подходить к воде! Не охотиться на жаб в курятнике василисков! Не обучать студентов тому, как остановить солнце! Никаких больше заговоров о мировом господстве!

Мир Сумеречной королевы и правда скукожился.

В отличие от мира Фэй.

Девочка взглянула на башню небесной библиотеки, где ее отец показывал новым ученикам, как создать безоблачный горизонт. Особое задание для особого утра. Фэй оглянулась на восток, на усыпанные плодами ветви фруктового сада. Солнце взошло несколько часов назад – если совсем точно, то три часа. Примерно столько нужно, чтобы долететь отсюда до Ретнека.

Или наоборот.

Благодаря папиным ученикам в небе не было ни облачка.

Зато появилось маленькое пятнышко.

Два маленьких пятнышка. И оба они росли.

– Пожалуй, все же сбегаю за беконом. И гнилую капусту принесу!

Нела она узнала по крыльям – он широко взмахивал ими.

Серебристый летательный аппарат рядом с ним крыльями не махал.

– Похоже, принц Макс наконец-то довел до ума свой самолет!

Накануне вечером Фэй получила маленький бумажный самолетик – он и рассказал ей об успехах принца Макса. Принц планировал отправиться на Зефире в длительный испытательный полет, а разве есть у них в королевстве место, более подходящее для посадки, чем Селурдур? Замок вытянул дорогу перед воротами настолько, что она вполне годилась для взлета и посадки. Впрочем, Нелу это и не требовалось. Он приземлился на старую арену и опустил голову. Принцесса Иллиан спрыгнула на живой ковер из волшебных труб – их семена волшебник Юг прислал в подарок сразу по возвращении в разрушенный Чантуин. После того как заклятья фундамента были сняты, три замка пришлось полностью перестраивать, и Фэй еще сильнее полюбила тот замок, который называла домом.

– Как круто снова вернуться! – воскликнула Иллиан, выбираясь из поющих труб.

Сегодня на принцессе было очень удобное платье. И не розовое, а сочетающееся по цвету с янтарным блеском летных очков, в которых отражались башни замка. Принцесса с любовью окинула его взглядом.

– Как же я соскучилась!

Похоже, это чувство было взаимным: специально для принцессы замок расстелил на веранде длинный ворсистый ковер.

Фэй улыбнулась.

– Вижу, ты теперь тоже укротительница драконов!

– Нел любезно разрешил мне прокатиться на нем. Мне не хотелось, чтобы Макс летел в одиночку, – сказала Иллиан, поднимаясь по лестнице.

Она сдвинула на лоб очки и наблюдала, как Зефир пролетел над крышей замка. Широко раскрыв глаза, Фэй тоже смотрела на самолет. Пропеллером тот едва не задел пегаса на флюгере, да и то лишь потому, что Селурдур в последний момент уменьшил высоту башни.

– Ему еще надо кое-что доработать.

В конце концов самолет благополучно приземлился. Когда Фэй с подругой подошли к парадному входу, вокруг пернатого корпуса Зефира уже собрались зеваки. Студенты, присев на корточки, восторженно осматривали двигатель, а у самого большого самца-кустоленя вместо рогов на голове вырос пропеллер. В кабине улыбался Макс.

– Фэй! – помахал он ей. – Ты это видела? У меня получилось! Я наконец-то взлетел! Теперь все будет проще! Мне не придется неделю бродить по северным горам, чтобы договориться с этим упрямым единорогом! Никак не хочет открывать нам дорожное сообщение с Реуэлом.

– Ты хотел сказать, «нам не придется»? – спросила Иллиан брата, когда тот отстегнул ремень безопасности. – Переговоры-то веду я.

Близнецы с головой ушли в новую внутреннюю политику Солума – в основном потому, что принц Макс прочел немало книг о древних духах и о том, как их умиротворить. Он даже взял на себя ответственность за драконью кладку: яйца лежали в самом центре Центральной залы. Десять чешуйчатых, дымящихся камней. По наблюдениям Макса, по крайней мере восемь из них вот-вот проклюнутся. В ожидании этого события во дворец даже заказали дополнительную партию брюссельской капусты.

– Верно. – Макс нахмурился и взглянул на Нела, который переместился с арены к дверям на кухню. – Когда появятся птенцы, Корнелиус перестанет тебя возить. Пока детеныши дракона учатся летать, сам дракон, как правило, держится в пределах лиги от гнезда. Мне придется скорректировать расчеты и построить летательный аппарат, рассчитанный в том числе и на пассажиров.

– Сначала отпразднуем! – заявила Фэй. – Когда я сказала, что вы прилетите, Рена напекла крылопончиков!

Повариха открыла окно кухни, и три крылопончика вырвались на свободу. В руках у Рены было ведро с морковной кожурой для Нела. Дракон принялся за угощение, а сахарные крылопончики кружились вокруг его ушей и взмывали к невидимым башням небесной библиотеки. Отец Фэй поймал их облачным лассо и, выглянув из окна, помахал рукой принцу с принцессой.

– О, а можно нам в небесную библиотеку? – Макс помахал в ответ. – Хочу посмотреть, получится ли переплести воздушные потоки и сократить время обратного полета.

– А я лучше печенье попробую, – объявила Иллиан и пошла к дверям Селурдура. Перед принцессой двери распахнулись, а коврик с надписью «Добро пожаловать» радостно затрепетал.

– И я тоже рада тебя видеть!

Они втроем поднялись по лестницам, в том числе и по невидимым ступенькам, которые вели к башне небесной библиотеки. К счастью, папины ученики разошлись: библиотека и так была заставлена корзинами с облаками и стеллажами со слайдами заката. Немало места, более трети башни, занимала и карта Солума: Фэй заметила, что к сегодняшнему утру она увеличилась. Прежде ни сам остров, ни карта размер не меняли, а сейчас берег, омываемый Бездонным морем, продолжал сдвигаться. Игрушечный поезд едва протиснулся между новыми горами Севера и остановился возле недавно обнаруженной шахты, где добывали драгоценные камни. Из-за изменчивой топографии дороги тоже вели себя непредсказуемо. Если бы Макс сконструировал побольше Зефиров, они наверняка приобрели бы популярность. Судя по крохотным деревьям, вырастающим в просторной пустыне, совсем скоро страну наводнят фрукты. Граница между Югом и Востоком стиралась, и то же самое, кажется, происходило на Западе, где поселился древний озерный дух, но Фэй с Паком, принцем и принцессой вовремя договорились с ним, и озеро успокоилось.

Каждый день группы поддержки отправлялись помогать духам-хранителям обосноваться на новом месте. Пока получалось неплохо – ни один город не разрушили, а многие жители страны почувствовали, что новая магия идет им на пользу. Колодцы никогда не пересыхали. Сады каждый вечер радовали свежими фруктами к ужину. Все эти изменения Фэй не очень волновали.

Солум видел штуки и похуже.

Намного.

– Ваши Высочества! – Папа обрадованно шагнул к принцу с принцессой, когда те вошли в библиотеку. – Добро пожаловать обратно!

Папа привязал к крохотным сахарным крылопончикам тонкие облачные нити, и теперь крылопончики смахивали на игрушки, какие дети носят с собой. Иллиан тотчас же схватила один из них.

– Макс хотел выяснить, возможно ли переплести воздушные потоки, чтобы сократить время пути, когда они будут возвращаться, – сказала Фэй.

– Не уверен, – ответил папа, – ветры до сих пор запутаны в штормах Сумеречной королевы. – Он показал на карту. Над ее краями висело кольцо темных облаков. – По определенной причине никто из предыдущих волшебников не смог распутать их.

– Власть, которую ей дала тиара Короля ужаса, верно? – подсказала Иллиан и откусила кусочек крылопончика. – Но теперь, когда ее больше нет, можно ли развеять их?

– Теоретически да, но для этого нужна очень сильная магия, а сейчас все наши силы уходят на управление землей, – ответил папа. – Сначала справимся с капризными горными духами и буйными озерными эльфами. Как только на острове все уладится, мы посмотрим на то, что вокруг него. К тому же ты и так не опоздал, значит, самолет летает как положено!

Фэй выдохнула – она и сама не ожидала, что папины слова так ее обрадуют. Темные тучи, конечно, страшные, но от незнания, что находится за ними, ей было еще страшнее. С другой стороны, неизвестность всегда пугает.

– Путешествия по королевству он, безусловно, упростит, – сказал принц Макс и, склонившись над картой острова, поставил сахарный крылопончик рядом с миниатюрной моделью Селурдура. – Как же приятно, что теперь мы можем прилетать к тебе в гости, когда захочется.

Где-то внизу словно заиграл орган. Фэй улыбнулась.

– Селурдур с тобой согласен.

– О, смотрите! – Папа указал на карту, где над зелеными холмами Запада парил маленький летающий ковер. – Гости прибывают!

Фэй посмотрела вдаль и сквозь прозрачную стену увидела, как по небу скользит ковер волшебника Востока. Следом за ним мчались запряженные летающими оленями сани, за ними – торнадо из листьев и несколько «Демонососов-7056».

Число участников конклава увеличилось: в него вошли не только трое волшебников, леди Бортрам и старшие «ночные садовницы», но и Фэй, принц с принцессой, Сафра, Пак, Нел и отец Фэй. Тринадцать, вот сколько их стало. Собрания конклава длились бесконечно. Участники успевали выпить не одну чашку чая и съесть немыслимое количество выпечки, но по окончании встреч в Фэй пробуждалась надежда. Открыли новую школу. Еще один дух нашел дом. Они потихоньку двигались вперед, меняя мир к лучшему.

Конечно, чтобы улучшить мир, надо много работать.

Но хлопот Фэй Гарднер не боялась. Она посмотрела на друзей и улыбнулась.

– Ну что ж, пошли вниз? Конклав собрался!