Как и подозревал Цзыяо, каменные столбы позади святилища действительно оказались надгробиями. Поскольку кладбище долгое время находилось в запущенном состоянии, стелы покрылись мхом, из-за чего надписи стали неразборчивыми.

Цзыяо поднял какой-то камень и соскреб мох с одного из надгробий, обнаружив, что оно относится к эпохе Сёва, когда Японией правил император Хирохито.

Значит, кладбище и правда существовало во времена японской оккупации. Возможно, здесь похоронена и госпожа Юй? Но какое надгробие принадлежит ей?

– Ицзе, иди сюда! – Цзыяо присел на корточки перед надгробием и помахал рукой, но не услышал ответа.

Цзыяо поднялся и понял, что он – единственный человек на этой территории. Ицзе куда-то исчезла.

– Эй! Ицзе! Где ты? – Цзыяо быстро побежал к воротам, выкрикивая имя Ицзе, но из леса доносился лишь шелест листьев.

Как такое могло случиться? Руки Цзыяо задрожали и сжались в кулаки.

«Ицзе бросила меня? Нет. Возможно, госпожа Юй забрала ее. Чтобы спасти сестру, Ицзе, не колеблясь, решилась и в одиночку отправилась в ловушку госпожи Юй…»

Цзыяо остановился под воротами, пытаясь собраться с мыслями и обдумать дальнейшие действия. Было тихо, и вдруг из леса впереди послышался шорох. Из-за деревьев медленно появилась фигура. Сначала Цзыяо подумал, что это Ицзе, но, увидев лицо совершенно другого человека, затаил дыхание, гадая, зачем он появился вновь.

Выйдя из леса, Сюаньхун замер, чтобы посмотреть на Цзыяо. Он выглядел так же, как и в магазине зонтов Цзунган – буквально источающий ауру смерти, – но Цзыяо не ощущал страха. Он предчувствовал, что Сюаньхун здесь, чтобы помочь ему.

Внезапно Сюаньхун поднял правую руку, вытянул указательный палец и начал что-то рисовать в воздухе. Сначала он провел прямую линию вверх, затем резко дернул влево, потом повел вправо, и снова провел линию наверх. Наконец он нарисовал маленький кружок в конце линии, словно говоря Цзыяо: «Это здесь».

Сюаньхун опустил руку. Его взгляд был прикован к Цзыяо. Хотя его глаза были пусты и казалось, что душа покинула мертвое тело, Цзыяо знал, что это все тот же Сюаньхун.

Когда призрак повернулся и двинулся в лес, Цзыяо не стал его преследовать. Он знал: это бессмысленно. Важна была зацепка, которую оставил друг.

Линии, нарисованные Сюаньхуном в воздухе… Цзыяо знал, что они означают, ведь он изучал их бесчисленное количество раз. Это были пешеходные маршруты, которыми прошли Сюаньхун и Синьцзе перед своим исчезновением.

«Идите прямо, поверните налево, потом направо, а затем все время прямо – пока не дойдете до конца».

Госпожа Юй – там, а ворота тории – отправная точка маршрута.

Цзыяо посмотрел на тропинку у ворот и сделал первый шаг.

* * *

Ицзе поняла, что, как бы она ни старалась догнать сестру, расстояние между ними не сокращалось.

Синьцзе была прямо перед ней, но с каждым шагом Ицзе ее младшая сестра с той же скоростью уходила в лес, словно не желая, чтобы Ицзе догнала ее, а стремилась привести в определенное место.

Ицзе ничего не оставалось, кроме как пытаться не отстать.

И вдруг Синьцзе пропала из виду. Ицзе потеряла цель и была вынуждена остановиться, переводя дух.

Погоня измотала ее. Она прислонилась к дереву, глубоко дыша. Лес молчал. Призрака сестры нигде не было.

Ицзе охватило жуткое ощущение: словно таракан полз по ее спине, замораживая кожу по сантиметру, стягивая ее льдом.

«Она сзади?..»

Ицзе повернула голову и увидела госпожу Юй и Синьцзе.

Бумажный зонт теперь держала госпожа Юй. Она стискивала его обеими руками, прижимая к плечу.

Синьцзе стояла под тем же зонтом с отсутствующим выражением лица, бездумно глядя в небо, словно душа покинула ее.

– Что ты сделала с Синьцзе?.. – Ицзе отошла от дерева и направилась к госпоже Юй.

Сначала она хотела схватить сестру, забрав ее у госпожи Юй, но реакция хозяйки дождя заставила Ицзе замешкаться. С самого начала Синьцзе даже ни разу не посмотрела на Ицзе. Она стояла, кротко опустив голову, уставившись в землю перед собой.

Ицзе остановилась. Она на время подавила желание спасти Синьцзе и проследила за опущенным взглядом госпожи Юй. И действительно, впереди на земле лежал какой-то предмет.

Камень, наполовину скрытый землей. Она вгляделась – в нем было что-то крайне необычное.

На поверхности отсутствовали типичные для камня узоры, из-за странной кривизны он напоминал скорее фрагмент человеческого черепа.

Ицзе спросила у госпожи Юй:

– Вы привели меня сюда именно ради этого?

Госпожа Юй подняла голову, встретившись взглядом с Ицзе. Черты лица хозяйки дождя были настолько изящны, что казалось, будто их тщательно прорисовали. Ицзе невольно затаила дыхание. Подобное прекрасное лицо должно было излучать жизненную силу, дарить радость и восторг, но Ицзе чувствовала лишь бесконечную печаль. Госпожа Юй была красива, но то была красота неизбывной скорби.

Отвлекшись, Ицзе будто выпала из реальности. Когда она очнулась от наваждения, то обнаружила себя сидящей на корточках и голыми руками выкапывающей из земли полускрытый череп.

«Почему я это делаю? Мной управляет госпожа Юй? Или же я просто поддалась влиянию ее скорбной красоты? – Ицзе копала и пыталась разобраться в ситуации. – Все же она необычайно хороша. Но кто-то погубил эту красоту. Неужели хозяйка дождя пробудила во мне жалость и сострадание? Я хочу добиться справедливости? Или теперь невольно помогаю демону?»

Даже в более спокойной ситуации Ицзе не смогла бы ничего понять.

По мере того как ее руки все глубже погружались в почву, очертания черепа, погребенного в земле, становились все четче. Наконец Ицзе взяла в руки выкопанный череп и медленно поднялась. Тот на удивление хорошо сохранился: челюстная кость и зубы до сих пор соединялись.

Словно в процессе ритуала, Ицзе протянула руки с черепом к хозяйке дождя и спросила:

– Это ты, не так ли?

В истории о госпоже Юй дикие звери жестоко растерзали тело женщины, но найти ее голову люди так и не смогли. Оказалось, она была здесь.

Внезапно Ицзе уловила звук начавшегося дождя. Он слышала стук падающих капель, но не чувствовала запаха влаги и не ощущала, как вода касается ее тела.

Затем Ицзе поняла, что дождь идет лишь над головой госпожи Юй.

Ярко-красный дождь из крови.

Струя попала на бумажный зонтик госпожи Юй и полилась на землю. Зонт быстро промок и окрасился в багряный цвет. На земле образовалось круглое кровавое озерцо, в центре которого стояли госпожа Юй и Синьцзе.

Ицзе вздрогнула от ужасающей сцены, но сразу же сообразила, почему хозяйка дождя показала ей это.

«Когда тебя убили, шел дождь!»

Неудивительно, что госпожа Юй появлялась только в ненастье и зациклилась на непогоде – ведь она погибла в один из таких дней.

Хруп, хруп.

Череп в руках Ицзе внезапно затрещал.

Она потрясла его и вновь услышала треск. Повернув череп, Ицзе обнаружила что-то застрявшее между зубами. Ицзе раздвинула челюсть, затем кончиками пальцев аккуратно вытащила предмет.

Это была продолговатая деревянная пластинка сантиметров в десять длиной. Она долго лежала в земле, поэтому ее изначальную форму распознать уже было нельзя. Когда Ицзе провела по ее поверхности ногтем, выяснилось, что прежде там были вырезаны иероглифы.

Тем временем госпожа Юй впилась в пластинку взглядом. Похоже, истинной целью для нее был как раз старый кусок дерева.

Ицзе, опустив голову, рассматривала находку и, не сдержавшись, произнесла:

– Да что же это такое, в конце концов?

– Та вещь, которая ей нужна. Она приложила все силы, чтобы мы нашли ее, – произнес голос за ее спиной.

Ицзе резко развернулась и обнаружила Цзыяо. Он подкрался так тихо, что она не знала, как давно он там стоит и что ему удалось увидеть.

Цзыяо запыхался от бешеного бега по тропинке, штаны оказались забрызганы грязью, а руки изрезаны колючками. Еще страшнее было выражение лица, с которым он смотрел на госпожу Юй. Он был готов ее испепелить.