Оказалось, что полицейского зовут Чжу Кан. Когда они приехали в участок, другая группа офицеров отправилась на патрулирование, оставив здесь лишь их троих.

Ночью в горах особенно холодно, а Цзыяо и Ицзе в тот вечер съели только печенье и хлеб из круглосуточного магазинчика. Поэтому, когда Чжу Кан заварил лапшу быстрого приготовления, до Цзыяо и Ицзе донесся аромат пакетиков с приправами, и оба уставились на него, глотая слюни. Из гостеприимства Чжу Кану не оставалось ничего, кроме как приготовить две дополнительные порции.

Через несколько минут он вернулся к ним с тремя тарелками лапши.

– Наш полицейский участок довольно бедный, поэтому мы не можем добавить вам яиц. Ничего не поделаешь.

– Отлично, спасибо.

Цзыяо и Ицзе с благодарностью приняли лапшу. Попробовав горячее острое блюдо, они почувствовали себя гораздо бодрее.

– Эй, лапша не бесплатная! Как полицейский, я все же хочу, чтобы вы объяснили, чем занимались в деревне Цзяюань поздно ночью. И… – Пар от лапши добрался до лица Чжу Кана, сделав его выражение несколько более мрачным. – …откуда вы узнали о госпоже Юй?

– Эй, а теперь, что ли, можно называть ее? – спросил Цзыяо.

– Мы уже не в деревне Цзяюань, все в порядке. – Чжу Кан постучал палочками, давая им понять, чтобы они поторопились сказать ему правду.

Цзыяо и Ицзе поведали Чжу Кану, как они очутились в этом месте. Офицер хмурился сильнее и сильнее, а под конец истории уже казалось, будто он собирался голыми руками арестовать опасного преступника.

После их рассказа у Чжу Кана, похоже, пропал аппетит. Он отложил палочки для еды и глубоко вздохнул. Цзыяо и Ицзе замолчали, понимая, что Чжу Кану нужно время, чтобы все осмыслить. Через несколько минут он тряхнул головой и посмотрел на Цзыяо и Ицзе.

– Честно говоря, я не ожидал, что она все еще существует. Старейшины думали, что после того, как деревню Цзяюань покинет последний житель, она исчезнет… Значит, она появилась в городе. – Чжу Кан невесело усмехнулся.

– Начальник, насколько хорошо вы знаете деревню Цзяюань? – спросил Цзыяо.

– Я там вырос, как и мастер Сюй, о котором вы упоминали. Но позже семья переехала в соседнюю деревню. Меня же отправили учиться в город. Я окончил школу, сдал экзамен в полицию и проработал там несколько лет, пока здесь не освободилось место. И вот меня перевели обратно в родные края.

– Деревня Цзяюань когда-то славилась изготовлением зонтов. Вы что-нибудь можете нам рассказать?

– Ну, насколько я помню, в деревне жила лишь пара мастеров. Мастер Сюй, вероятно, был одним из последних. Отец говорил, что деревенька действительно была известна своими бумажными зонтами, но это было очень давно, наверное, во времена японской оккупации. Позже мастеров в деревне резко стало меньше, причем в один момент. А оставшиеся лишь изредка брали заказы на стороне. Традиция создания бумажных зонтов постепенно почти сошла на нет…

– Постойте-ка, получается, с изготовителями зонтов в деревне что-то случилось? – удивился Цзыяо, не упустив важной детали, и продолжил: – Там началась эпидемия? Почему количество мастеров внезапно уменьшилось?

– Это не связано с болезнью. Для деревни Цзяюань быть изготовителем зонтов считалось проклятием.

– Проклятием? – Цзыяо не верил своим ушам.

Чжу Кан кивнул:

– Верно, проклятие хозяйки дождя.

«Наконец-то! Судя по первой реакции на имя госпожи Юй, он явно знает гораздо больше, чем мастер Сюй», – подумал Цзыяо.

В свою очередь, Ицзе осторожно спросила:

– Не могли бы вы объяснить нам, в чем на самом деле заключается проклятие хозяйки дождя?

– Конечно я могу. Хотя вряд ли услышанная мной версия точна. Старейшины в деревне Цзяюань могли кое-что утаивать от детей. – Полицейский горько улыбнулся. – Мастер Сюй, например, в курсе, что хозяйка дождя появляется раз в пять лет, но не знает истории, стоящей за проклятием. Вероятно, его отец побоялся рассказывать ему подробности.

– Но нам-то вы должны все рассказать! – с жаром воскликнула Ицзе, уставившись на офицера с неподдельной искренностью.

– Да уж придется, и не надо смотреть на меня такими глазами!

Чжу Кан отвел взгляд. Вздохнув, он начал рассказ о хозяйке дождя, который еще в детстве слышал от старших…

* * *

В период японской оккупации деревня Цзяюань переживала расцвет производства бумажных зонтов. В те годы почти в каждом доме была своя мастерская и большинство жителей владели старинным ремеслом.

В деревне тогда жила молодая вдова, за которой ухаживали многие мастера, но она неизменно их отвергала. Она оставалась в одиночестве и вела непорочную жизнь, занимаясь саморазвитием.

Однажды местные наткнулись на ее мертвое тело в диком, безлюдном месте. Кимоно разорвано в клочья. Тело, некогда прекрасное, как статуя, превратилось в изуродованное месиво. Зрелище поистине кошмарное!

Еще более ужасающим было то, что жители деревни так и не смогли обнаружить ее голову. Наконец они убедились, что покойная – та самая вдова, поскольку она всегда носила именно это черно-красное кимоно.

Люди решили, что вдову растерзали звери и какой-то из них унес голову погибшей, поэтому ее и не нашли.

Один из мастеров особенно сильно втайне любил ее. Он нарисовал портрет погибшей на бумажном зонте и после кремации останков положил его рядом с прахом.

Так зонт с портретом оказался в могиле несчастной вдовы на кладбище.

В то время никто в деревне Цзяюань и представить не мог, что это станет началом проклятия госпожи Юй.

С той поры каждые пять лет во время сильного дождя вдова стала появляться среди обитателей деревни. При ней всегда был бумажный зонт, который положили в ее могилу.

Всякий раз один из жителей исчезал, а в день следующего дождя деревенские находили его мертвым.

Постепенно жители забыли первоначальное имя вдовы. Ее стали называть хозяйкой дождя.

Поскольку почти все убитые ею были изготовителями зонтов, люди начали подозревать, что в смерти вдовы скрыто нечто большее, чем можно предположить. Возможно, кто-то из мастеров совершил преступление и замаскировал убийство под нападение дикого животного. Теперь она возвращается в деревню на охоту, чтобы показать, что ее убил кто-то из местных.

Однако ее кремировали и захоронили, поэтому улик было не найти. Жителям не оставалось ничего, кроме как покинуть дома, надеясь избежать проклятия хозяйки дождя.

Деревня Цзяюань так и не оправилась от этого.

Мастера, которые остались в живых, разбрелись по другим местам. Некоторые по-прежнему продолжали производство бумажных зонтов, другие же, наоборот, забросили прошлое занятие и начали новую деятельность.

После того как последняя семья покинула деревню Цзяюань, все думали, что госпожа Юй отпустит свою обиду, перестанет мстить и навсегда исчезнет…

* * *

Выслушав историю госпожи Юй, Цзыяо сказал:

– Похоже, жители деревни ошибались. Мало того что госпожа Юй никуда не делась, она еще и добралась до города и стала вредить другим. Сюаньхун, Синьцзе… Она делала все ради того, чтобы люди вернулись в деревню Цзяюань и нашли ее.

– Возможно, за ее смертью и правда стояла какая-то несправедливость, поэтому она так и поступает, – ответила Ицзе. – Надеется, что кто-нибудь докопается до правды и расскажет о ней другим…

– Однако она не должна была причинять зло невинным людям! – стиснув зубы, с горечью произнес Цзыяо. – Для меня неважно, умерла она справедливо или нет – она убила Сюаньхуна, и я ни за что ее не прощу!