Такси свернуло на улицу Грамши и остановилось у пятиэтажки, утопающей тополином пухе. Оля расплатилась с водителем, вышла в летнюю духоту, и тут же чихнула поправляя висящую на плече сумку с губками, перчатками и бутылкой с японской химией.

Следом за ней из салона выбрался Борр, невидимый ни для Ольги, ни для таксиста. Боровичок зевнул во всю пасть и нехотя поплёлся за напарницей, бурча себе под нос, что нормальные духи в такую рань видят сны, а не вкалывают натощак.

Оля его бурчания не слышала, она шла к подъезду уверенная в том что жизнь налаживается.

— Девушка, погодите! — окликнули её со спины.

Оля обернулась и увидела спешащего к ней крепкого мужчину лет пятидесяти.

— Не подскажете, где тут двадцать шестой дом? — спросил он. — Полчаса кругами хожу.

— Ой, я сама не местная, сейчас в навигаторе посмотрю, — отозвалась Оля и полезла свободной рукой за телефоном.

Договорить она не успела, послышались быстрые шаги, сумку с её плеча сдёрнули и мужичок в кепке со скоростью пули умчался за угол, прижимая добычу к груди.

— Держите вора!!! — заголосил крепыш и рванул следом, — стойте тут девушка! Я его догоню!

Двор мгновенно опустел, только голубям у мусорки не было никакого дела до людской суеты. Оля стояла посреди тротуара с телефоном в руке и пыталась понять, что сейчас произошло.

Оля вздохнула и набрала номер брата. Гудок, второй, а после в трубке зазвучал сонный голос:

— Оль, чего случилось?

— Дим, у меня только что средство украли! — выпалила она. — Прямо из рук сумку выхватили! Мужчина какой-то за вором погнался, а у меня заказ, мне прыскать нечем!

— Ничего не понял, — сонно проговорил брат, — Диктуй адрес, сейчас привезу новый бутылёк и ты мне всё расскажешь. Сама то хоть цела?

— Цела, только испугалась.

Оля продиктовала адрес и из трубки посыпались гудки. Она спрятала телефон и покачала головой. Странный нынче народ пошёл. На сумку с губками позарились, а телефон даже не подумали из рук вырывать.

* * *

За углом дома Гоша с разбега запрыгнул в припаркованную легковушку, а через пару секунд на водительское сиденье плюхнулся запыхавшийся Михалыч. Двигатель взревел, и машина сорвалась со двора, увозя похитителей вместе с трофеем.

— Видал, как я⁈ «Держите вора»! — Михалыч хлопнул ладонью по рулю. — МХАТ по мне плачет!

— Плачет, плачет. Главное, чтобы прокуратура не заплакала, — хохотнул Гоша, вертя в руках сумку. — Я уж думал не найдём эту бабу, спасибо Петровичу, дураку старому. — Гоша хихикнул и стал передразнивать бывшего клиента, — «Мне ваши услуги не нужны, к восьми утра приедет мастер и всё сделает». Лучшего наводчика и не придумаешь! — Гоша достал из сумки бутылку средства и усмехнулся, — Гляди-ка, даже этикетку содрали, конспираторы хреновы.

— Да и насрать! У меня одноклассник на химзаводе работает, сейчас отзвонюсь ему и пусть с составом разбирается. Правда придётся подогреть его, за бесплатно не станет горбатиться. Отличник же, привык всю жизнь за шоколадки контрольные писать, — Михалыч вырулил на проспект попутно набирая номер телефона.

После короткого разговора Михалыч повесил трубку и сказал что одноклассник охреневшая морда. Аж сто тысяч рублей потребовал за анализ химической структуры состава и ещё сотню за его воспроизведение. Но куда деваться? Либо платишь, либо остаёшься без работы. Похитители остановились у отделения банка, сняли оговорённую сумму и помчались на химический завод расположившийся на левом берегу.

Михалыч с Георгием громко хохотали, строили планы на будущее, надеясь демпингом цен вышвырнуть с рынка наглого мальца который так бесцеремонно вчера послал Михалыча. И ни один из них не догадывался, что на заднем сиденье развалился безбилетный пассажир.

Борр заскочил в салон перед самым отправлением и теперь разглядывал новых знакомых с плотоядным прищуром.

— На воре и шапка горит, а у вас скоты, всё будет гореть, — хихикнул Борр и легонько коснулся пальцем шеи Михалыча.

Тот поёрзал и почесал загривок. Следом палец дотянулся до Гоши, и уже через минуту оба дезинфектора чесались, как вшивые дворняги. Грибок медленно расползался по их коже, заставляя чесаться даже там, где себя трогать на людях считается неприличным.

— Да что за хрень? — покосился Михалыч на напарника.

— Ага, шея зудит, спасу нет, — пожаловался Гоша, оттягивая воротник. — Будто крапивой натёрли.

Михалыч поскрёб пятернёй грудь оставляя красные полосы и настороженно спросил:

— Слушай, а дрянь в бутылке точно для людей безвредная?

Оба уставились на трофей и услышали оглушительный гудок. Перестав следить за дорогой Михалыч едва не вылетел на встречку. Борр же развалившись на заднем сиденье беззвучно давился от хохота, а после на первом же светофоре просочился сквозь дверцу и исчез.

До химзавода на левом берегу похитители добрались за сорок минут. Миновав проходную и длинный коридор с запахом реактивов, они очутились в лаборатории, где их уже ждал одноклассник Михалыча в застиранном халате. Первым делом он запер дверь изнутри и протянул руку.

— Деньги вперёд. — Купюры перекочевали в нагрудный карман халата, а бутылка на стол под лампу. — Ну, поглядим, что тут у вас.

Одноклассник капнул пробу на предметное стекло и склонился над микроскопом. Покрутил колёсико, отстранился, а после приник к окулярам ещё раз. Макнул в состав PH полоску, посмотрел на неё, а затем поднёс бутылку к носу и шумно втянул воздух, но запаха не было. Тогда он плеснул немного на палец и лизнул.

— Ты чего творишь⁈ Это же концентрат! — ахнул Михалыч.

— Алло, тут обычная вода, наркоманы, — лаборант сунул бутылку ему обратно. — Из-под крана. Могу даже сказать из какого района, у вас на правом берегу хлоркой шибает так что эту погань пить невозможно.

— В смысле вода? — просипел Гоша. — Ты это… Перепроверь! Она плесень за считанные минуты выжигает!

Одноклассники вздохнул и выдал длинную непечатную тираду, в которой цензурным было только слово «микроскоп», но пробу всё же повторил. Капнул на свежее стекло, прогнал жидкость через гудящий прибор и распечатал листок со столбиком цифр.

— Вода. Водопроводная, — он припечатал листок к столу. — Хотите, формулу напишу? Аш два, мать его о! Вы бы ещё лужу у проходной на анализ принесли. Хотя дело ваше, придурки. Если деньги девать некуда, то приходите ещё, с радостью заберу у вас последние гроши.

— Э! Совесть имей, верни деньги то! — набычился Михалыч.

— А что деньги? Работа выполнена, состав установлен, — он похлопал себя по карману с купюрами и распахнул дверь, намекая, что приём окончен. — Скажите спасибо, что за вторую пробу доплату не прошу. А будете ерепениться охрану позову, а после и ментов. На завод то вы проникли без пропуска.

Скрежетнув зубами Михалыч вместе с Гошей покинули завод по дороге расчесав всё что только можно. Они шли и таращились на бутылку не понимая где просчитались.

— Это как так? — выдавил наконец Гоша. — Они что, плесень водой выводят?

— С этим справился бы только Кашпировский, а эти твари явно что-то скрывают, — Михалыч выхватил у него бутылку и зашвырнул в урну. — А вообще знаешь, плевать, чем они плесень травят. Либо мы их выживем с рынка любыми способами, либо пойдём с тобой дворы мести. А я в дворники наниматься желания не имею.

— И что ты предлагаешь?

— Поступим так… — хитро улыбнулся Михалыч открывая дверь своей машины.

* * *

Звонок Оли выдернул меня из сна, в котором я разгонял чертолёт до скорости света. Выслушав сестру, я повесил трубку и отправился в ванную, где на полке дожидалась своего часа запасная тара.

Производственный цикл «японского чуда» занял полминуты. Прополоскал бутылку пару раз, наполнил её водой из-под крана, накрутил пульверизатор, готово. Люблю импортозамещение, так как можно заменить что угодно используя метод «говна и палок».

Выгнав чертолёт из подъезда я полетел к Оле думая по пути кто и зачем мог её ограбить? В семь тридцать наркоманов не найти, даже если очень попытаться. Алкаши или бомжи совсем другое дело, эти бутылки собирают спозаранку. Хотя-я-я…

В памяти сам собой всплыл вчерашний Степан Михалыч из «ДезМастера», отправленный в чёрный список. Случайности не случайны? Впрочем, какая разница? Мне что воды жалко? Пусть забирают.

До Грамши чертолёт домчал меня минут за двадцать пять. Оля ждала у подъезда, нервно поглядывая на часы, и при виде меня расцвела.

— Держи, — я протянул ей бутылку. — Свежая партия, прямо со склада.

— Ого, а это что за пепелац, — удивилась Оля уставившись на мой скутер.

— Крутой, да? — улыбнулся я.

— Ага, когда мне было шестнадцать, я бы на таком с радостью прокатилась.

— Да идите вы, — отмахнулся я. — Отличный транспорт, куда удобнее чем пешком топать.

— Вижу не только я на этот счёт пошутила, — улыбнулась Оля, которую мой пепелац вытащил из накрывшей её паники.

— Да, да. Сплошные весельчаки кругом, топай, — умехнулся я и махнул рукой в сторону многоэтажки. — Петрович мне уже сообщений двадцать накатал. Причём гневных. Сделай ему скидку в двадцать процентов и пусть угомонится.

— Да шеф! — козырнула Оля и отправилась на трудовые подвиги.

В ту же секунду рядом со мной из асфальта вырос до неприличия довольный Борр.

— И где тебя носило? — полюбопытствовал я.

— Работал по специальности, — боровичок заложил большие пальцы за лямки штанов. — Конкурентов укравших средство, одарил грибком. Пусть теперь лечатся, юродивые.

— Грибком стопы? — уточнил я.

— Грибком всего, — с гордостью пояснил Борр. — Ничего смертельного, но чесаться будут до осени. Я с ними прокатился, планы ихние послушал. Они, между прочим, на химзавод поехали, чтобы им там рассказали из чего средство состоит и создали новое.

— Пусть развлекаются, — улыбнулся я, представив лицо химика, изучающего под микроскопом водопроводную воду. — Знаешь, а ты молодец. Если так дело и дальше пойдёт, поговорим об увеличении твоего процента от прибыли.

Борр просиял, вытянулся по стойке смирно, выпятил пузо и вскинул ладошку к шляпе пародируя жест Оли:

— Служу бездонному брюху!

Отдав честь, он рванул к подъезду догонять Олю. Я проводил его взглядом и покатил домой дивясь тому, сколько же идиотов на белом свете. Нет, ну надо же, украли бутылку воды, поди ещё и радовались этому как дети.

Во двор я вкатился со стороны гаражей, нырнул в густую тень, которую отбрасывал мой дом, и резко затормозил. Дорогу мне преградил двухметровый доходяга в застёгнутом на все пуговицы плаще. Бледное вытянутое лицо с запавшими щеками, немигающий взгляд. Со стороны он выглядел типичным извращугой, того и гляди письку покажет. А если присмотреться, то из-под верхних губ торчат длинные клыки. Понятно, извращенец, но совсем другого толка.

Я остановился в паре метров от препятствия и краем глаза искал где заканчивается тень. Вампиры ведь боятся загара, верно?

— Дмитрий, — верзила поклонился словно средневековый вельможа. — Прошу простить за внезапность. Моё имя Влад. Я из чистокровных.

— Цепеш? — уточнил я с подозрением смотря на него.

— Почти, — усмехнулся вампир. — Хочу выразить вам свою признательность. Насколько мне известно, недавно вы истребили гнездо упырей в Низах, — говорил Влад размеренно, тщательно подбирая слова. — Весьма благодарен вам за столь ответственную гражданскую позицию. Упыри порочили репутацию всех чистокровных и привлекали к нам лишнее внимание, а мы этого не любим, — по вытянутому лицу скользнула брезгливость.

— Ага, на здоровье. Я пройду? — отмахнулся я желая как можно скорее завершить этот разговор.

— Да, конечно. Но позвольте мне договорить, ведь я пришёл не только с благодарностью, но и с предложением. Кто-то из чистокровных плодит упырей в этом городе. Выясните, кто именно, и я щедро вознагражу вас за эти сведения. Если убьёте наглеца, то размер моей благодарности кратно возрастёт.

Предложение было любопытным, вот только вопросов оно вызывало больше, чем ответов. Откуда Влад знает про Низы и про то, где я живу? И почему он сам не может вычислить собрата?

— Вознаграждение? Это мы любим. Таки шо по шекелям? — улыбнулся я наглея на глазах и откуда это во мне? Наверное от Борра переопылился.

— Ха-ха. Скажем я выплачу вам тысячу монет за информацию и пять тысяч за устранение. — Влад двумя пальцами извлёк из внутреннего кармана чёрную визитку и передал её мне.

На плотном картоне значилось одно слово «Влад» и номер телефона. Мог бы для приличия хоть логотип с летучей мышью сделать.

В этот момент хлопнула дверь, и на крыльцо выполз Валера. Мятая майка-алкоголичка, а в мутных глазах горела цель: стрельнуть мелочи и поправить пошатнувшееся здоровье.

Заметив Валерку, чистокровный вампир повёл себя странновато. Не сводя с алкаша глаз, он стал медленно пятиться назад, будто Валера нёс перед собой крестное знамя, пучок осиновых кольев и связку чеснока в придачу.

— Щедро заплачу не только за сведения, — прошелестел влад на ходу, — но и за уничтожение упырей. За каждую голову. Всего доброго, Дмитрий.

С этими словами он бросил мне небольшой кошель и исчез превратившись в чёрное облако. Я поймал подарок, заглянул внутрь и разочарованно фыркнул. На дне тускло поблёскивали десять монет.

И это щедро? По две монеты за кровососа? За такие деньги пусть сам свою репутацию отмывает… Впрочем, я мог вообще ничего не получить. А если отбросить эмоции и подумать, то оплата весьма честная. Первородный по логике вещей тварь уникальная и чертовски сильная, а упырей она может наплодить сколько угодно. Остаётся порадоваться что за информацию и убийство первородного платят более чем щедро.

Валера тем временем спустился со ступенек, прошел мимо меня заглянув в глаза и вздохнув покачал головой.

— Что не так? — спросил я, но Валерка не ответил продолжив шаркать в сторону турников.

Я остался сидеть на скутере с кошелём в одной руке и картонкой в другой. И так что мы имеем в сухом остатке? Двухметровый чистокровный, от вежливости которого сводило зубы, при виде дворового алкаша в ужасе сбежал. Он так боится перегара? Не хотел, чтобы наш разговор слышали лишние уши? Или Валера не так прост как кажется? Что-то мне подсказывает что третий вариант наиболее близок к правде.

Я убрал визитку в карман и посмотрел на турники, где Валера уже повис на перекладине, вправляя многострадальную спину. Как бы поговорить с ним не привлекая внимания Мира? Возможно этот синяк знает куда больше чем я или тот же Саня.

Докатив чертолёт до подъезда, я уже потянулся к домофону, но на полпути передумал. За последние сутки я заработал приличное количество монеток, а значит нужно снова заглянуть к пчеле. Порывшись в кармане я достал монетку номиналом в двести сорок один МК. С таким количеством эпический навык не купишь, но что-то толковое можно присмотреть.

Прыгнув на чертолёт я прилетел в Ротонду, пристегнул транспорт к торчащей из стены арматуре и пошел затариваться. Народу с утра было немного. Слизень-целитель лениво пересчитывал баночки со снадобьями, мохнатый аукционист натирал до блеска погнутый самовар в надежде втюхать его вечером.

Пчела же заметив меня радостно загудела и замахала лапками, давая понять что в прошлые разы меня не слабо надули впарив товар по завышенным ценам. Не успел я подойти, как перед моим носом возникла отдельная полочка с нацарапанной на боку надписью: «Для постоянных клиентов».

Выглядело это трогательно ровно до того момента, пока я не рассмотрел ассортимент. На полочке выстроились три пузатых флакона с этикеткой «Конский стояк». Компанию им составляли кисточки с блёстками, которые вешают на соски. А венчал натюрморт красный кляп на кожаных ремешках.

— Так, — строго сказал я, переводя взгляд с полочки на торговца. — Это что сейчас было? Я к тебе за снаряжением хожу, а ты мне пытаешься продать приданое для борделя.

Пчела задребезжала и завибрировала всем полосатым телом, наслаждаясь моим возмущением.

— Хорош ржать. Есть что-нибудь способное ускорить откачку скверны из нарывов? Если нет, то покажи предметы повышающие Дух.

Торгаш отсмеялся, вытер лапки о брюхо и полез под прилавок. На доски легла бархатная подушечка, а на ней гранёный синий кристалл. Камень сиял, будто включённый ночник. Я сосредоточился на кристалле и присвистнул:

Пассивный кристалл навыка «Живоглот».

Редкость: Редкий.

Эффект: Скорость откачки энергии +25%.

Описание: Повысить уровень невозможно, он и так прекрасен, в отличии от тебя.

Несмотря на хамское описание товара, я был восхищён. Во-первых прибавкой к скорости откачки, а во-вторых тем что существуют кристаллы пассивных навыков. Подобных я не встречал ранее. Сейчас я могу вытянуть четыре единицы скверны в минуту, а с этой штукой выйдет пять. Да, пока результат скромный, но когда я подниму навык переливания до десятого уровня, то выберу модификатор дающий ×2 к скорости откачки и тогда смогу очищать обычных осквернённых за считанные секунды.

— И сколько ты хочешь за этот мусор? — равнодушно спросил я, хотя внутри всё зудело от желания заполучить этот камешек, и судя по всему пчела это поняла.

Полосатая вооружилась листочком, и на бумаге появилось число сто. Я моргнул, но нолик отваливаться отказался.

— Сто монет? Да за сотню мне гном полный комплект снаряги скуёт! — начал блефовать я, хотя это было глупо и я и пчела знали что Харбор за сотню монет даже задницу не почешет. — Даю шестьдесят!

Листок перевернулся, и на обороте обнаружилось: «Сто монет и с меня подарок».

— Восемьдесят! — я хлопнул ладонью по прилавку. — Больше не дам даже если ты меня ужалишь!

Торгаш демонстративно зевнул во все жвалы и дважды подчеркнул цифру сто, а рядом нарисовал мешочек над которым висела корона. Видимо так он намекал что подарок за покупку будет очень хорошим.

— Девяносто, грабитель ты полосатый!

Новая записка гласила: «Не думал устроиться в синагогу? Ваши там также торгуются.». Прочитав эту чушь я прыснул со смеху. Вот же ксенофобка полосатая.

— Ладно. Что за подарок? — согласился я.

Ответом стало одно слово: «Сюрприз».

— Ненавижу сюрпризы. Но я согласен. — я выложил на прилавок монетку номиналом в сотню и строго добавил. — Только учти, подарок теперь обязан быть королевским.

Пчела провела по монете лапкой, кругляш исчез, а пока полосатая ходила за подарком, я раздавил кристалл.

Изучен пассивный навык «Живоглот».

Следом я открыл окно характеристик. Духа у меня шестнадцать, с учётом амулета двадцать. А ещё имеются четыре свободных очка характеристик за девятый и десятый уровень. Если вложу их в Дух, то скорость откачки повысится до шести, а если мир расщедрится и округлит в большую сторону, то и до семи. Впрочем, пусть пока полежат. Тратить их я пока не собираюсь.

Кряхтя пчела вернулась с бумажным свёртком, перевязанным бечёвкой, и вручила мне подарок с торжественным поклоном.

— Ты бы его ещё в пупырку замотала, — усмехнулся я забирая подарок.

Призвал тяпку, срезал бечевку и заржал в голос.

— Ну ты и скотина. — хохотнул я видя что в газетку бережно завёрнуты кожаные штаны с вырезом на заднице.

Поверх штанов белела записка: «Сияй!». Видимо сиять я должен был голой задницей. Я посмотрел на пчелу и мы синхронно заржали. Да уж, отличный подарок, который скорее всего невозможно продать и никому не передаришь. Впрочем, оставлю штаны себе. Мало ли, вдруг Сане пригодятся. У меня ещё остались монеты, но после такого подарка я растерял желание торговаться.

На улице я отстегнул чертолёт от арматуры и достал телефон позвонив Константинычу.

— Караваев? Дай угадаю, ты опять нашёл чьи-нибудь кости. — весело поинтересовался прокурор.

— Пока нет, но разговор напрямую связан с костями. Встретимся?

— Ну раз такое дело, подъезжай в прокуратуру, я тут до вечера. Дежурному скажу, чтобы пропустил.

Дорога до прокуратуры заняла от силы пять минут. Я пристроил скутер у крыльца между служебной Грантой и клумбой. Уже собирался идти к Константинычу и заметил пару полицейских с интересом смотрящих на чертолёт.

— И сколько эта дура валит? — спросил полицейский доставая сигарету.

— Как сколько? Шестьдесят километров в час, больше ведь по городу нельзя, — улыбнулся я.

Собеседник сразу же понял что я вру, а я этого и не скрывал, вместо этого протянул полицейскому ключи:

— Хочешь прокатиться? Только не долго. Минут через двадцать мне домой надо будет.

— Ого! Спасибо, — обрадовался он и взял ключи. — А то я на такой давно засматриваюсь. Живу в Медовке, а там речка рядом. На машине ездить туда неудобно, да и дорогой бензин сейчас. А вот такой тарантас в самый раз.

— Тогда вперёд. Прокатишься и как раз поймёшь надо оно тебе или нет, — я по дружески хлопнул его по плечу и тут же услышал.

— Ай! Нападение на полицейского! Вызывайте наряд!

Я слегка опешил от такого, но парень вместе с напарником расхохотался в голос:

— Не обращай внимания, это наш местный юмор. И ещё раз спасибо!

Я улыбнулся и пошел к Константинычу. Без стука вошел в кабинет где обнаружил прокурора сгорбившегося над жужжащим компьютером.

— Присаживайся, — кивнул он на стул. — Кофе будешь?

— Нет, спасибо. Мне бы номерок пробить, — я положил на стол чёрную визитку Цепеша, а после рассказал о нежданной встрече.

Слушал Константиныч не перебивая и мрачнел на глазах. Дослушав, он покрутил ус и полез в сейф, вытащив оттуда потрёпанную папку с завязками.

— Смотри сюда. Чистокровные у меня все наперечёт, каждый с адресом проживания и численностью упырей в прислуге, — он развязал тесёмки и разложил передо мной листы с фотографиями. — После твоих Низов я эту публику опросил всех до единого. Каждый поклялся, что упырей не плодит, а обходится теми которых обратил больше тридцати лет тому назад.

— И вы поверили кровососам на слово?

— Не на слово, конечно. Заставил клятву на крови принести, а Мир её заверил. Соврёшь под такой, и до заката не доживёшь.

Я рассмотрел фотографии чистокровок и понял что среди них Влада нет.

— Эммм, а где Влад?

— Видишь ли Дима какая оказия. Если ты тут Влада не нашел, стало быть он не из наших. Не из местных. — Константиныч цокнул языком и громко вздохнул.

Новость мне не понравилась, а прокурор уже вернулся к сейфу и добыл вторую папку. Эта оказалась заметно толще первой.

— Полюбуйся. Тут пропавшие без вести с начала лета.

Он выкладывал снимки один за другим, и с каждым новым лицом становилось понятно почему на улице в последнее время трудно встретить бомжа или алкаша. Вот они, все тут, в этой папке пропавших без вести.

— Пятьдесят шесть человек, — прокомментировал Константиныч. — И все как на подбор: одинокие да пьющие. Родни ни у кого нет, переживать никто не станет.

— Такое ощущение что кто-то собирает армию, — протянул я.

— Ага. Из невидимок, — кивнул прокурор, придвигая к себе стационарный телефон. — Давай пробьём твоего благодетеля по базе номеров, может там засветится.

Константиныч потыкал в кнопки, продиктовал цифры с визитки дежурному, а спустя пару минут поблагодарил и медленно вернул трубку на место.

— Ну что там?

— Да как всегда. Номер оформлен на гражданина, который умер десять лет назад. Лежит себе на кладбище и, как понимаешь сотовым не пользуется. Во, смотри, фото уже скинули, — Константиныч повернул ко мне монитор, но на фото был толстый старик, совсем не похожий на Влада.

— Это не он, — машинально прокоментировал я.

— Ясное дело не он. Твой знакомец шифруется. И гляди как интересно получается. Он гуляет по городу средь бела дня. Его нет ни в одной базе. Люди пропадают пачками. И тут этот Влад приходит к одарённому, выкосившему гнездо, и сулит золотые горы за поиски виновника. — Прокурор подался вперёд, и старый стул жалобно скрипнул. — Вопрос на миллион, Дима. Влад ищет того, кто плодит упырей… или проверяет, кто способен выйти на его собственный след?

В кабинете стало тихо, только компьютер заунывно выл. Я смотрел на чёрную картонку под прокурорской ладонью и понимал, что снова встречаться с Владом у меня нет никакого желания.