Проснулся я от ощущения, что на мне лежит кто-то увесистый. Открыв левый глаз я увидел Дашу. Она разлеглась на мне, пристроив голову на плече, и тихонько сопела, а я валялся, не шевелясь для того чтобы её не разбудить, а ещё не потревожить вчерашние ранения.

Кстати о ранах. Они почему-то не болят. Да и вообще я чувствую себя на удивление замечательно. Стоп, а это что? Я посмотрел на свой живот и обнаружил там две руки, правую и левую. Вот только руки принадлежали разным девушкам и цвет кожи у них был разный…

Я повернул голову влево и обнаружил, что с другой стороны, спит Линда. Её ночнушка из перьев обтянула пышную грудь, будто пыталась вытолкнуть её наружу. Улыбнувшись я представил какая сцена меня ждёт если Даша проснётся и перевёл взгляд на окно. Оно разумеется было распахнуто настежь, так как на улице была жарища, а у меня в квартире кондиционера отродясь не было.

Я легонько толкнул Линду локтем и так уж вышло, что локоть уткнулся в её грудь. Девушка что-то промурлыкала во сне и улыбнулась. Тогда я толкнул её ещё раз, наконец Линда приоткрыла один угольно-чёрный глаз и вместо объяснений прикусила нижнюю губу и медленно повела ладонь по направлению моего паха.

Я молча выругался используя всю доступную мимику чтобы спросить «какого хрена она делает?». Линда закатила глаза и одними губами выговорила:

— Лечу.

Что ж, теперь понятно почему раны у меня не болят. Ворона подлечила меня, а ещё подъела излишки энергии которых в последнее время у меня накопилось чертовски много. Занятно что и Линда восстановилась, так как раны которые я видел у неё когда мы ездили в детский дом, исчезли. Возможно для этого я ей и нужен. Исцеляет меня отжирая излишки энергии, чтобы после использовать их для собственного исцеления. Симбиоз так сказать!

— Спасибо, — одними губами произнёс я.

Линда кивнула и бесшумно выскользнула из-под одеяла, а через секунду на подоконнике уже сидела крупная чёрная птица. Она громко каркнула, и вылетела в окно. Вот же зараза! Готов спорить что она специально каркнула и разбудила Дашку. Даша пошевелилась, и одновременно с этим в прихожей коротко тренькнул дверной звонок.

— Ты с кем-то разговаривал или мне показалось? — сонно пробормотала она, не открывая глаз.

Врать девушке с детектором лжи занятие бессмысленное и вредное для здоровья, поэтому я выдал всё как есть, и лишь обрубил не нужные подробности:

— Линда прилетала. Только что улетела.

— Опять она, — буркнула Даша заворачиваясь в одеяло. — Я вообще-то ревную.

— Не переживай. Между нами ничего не было. — ответил я натягивая штаны.

— Надеюсь, что и не будет.

Звонок затрещал повторно и он не собирался затыкаться. Судя по всему Резо потерял терпение и просто зажал кнопку.

— Да идём мы, идём! — крикнула Даша в сторону прихожей и села на кровати, нашаривая ногой тапки. Краем глаза она заметила у меня на боку окровавленные бинты и с тревогой в голосе спросила, — Ты ранен?

— Уже нет. Линда подлатала. — Улыбнулся я.

— Надо и мне найти навык лечения, чтоб эта извращенка на тебя не пялилась, — Даша привалилась на моё плечо и тут в дверь начали стучать. — Да идём мы уже!

Улыбнувшись я наспех оделся и открыл дверь обнаружив на пороге Резо в рубашке с закатанными рукавами и двух загорелых молодчиков.

— Гамарджоба, вы что там спите что ли? День в самом разгаре! Пора делать деньги, ха-ха-ха! — пропел он и, не дожидаясь приглашения, шагнул внутрь.

— И тебе гамарджоба, — зевнул я. — Грибы как всегда на кухне.

Загорелые грузины, которых с лёгкостью приняли бы за итальянцев те кто никогда не видел итальянцев в живую ринулись на кухню и стали выносить оттуда подготовленные Дашей коробки. Резо по-хозяйски клацал по калькулятору, что-то прибавлял, убавлял, умножал и наверное даже вычислял интегралы. Одним словом вид у него был невероятно важный. И эта важность вела только к одному. К попытке сбить цену.

— Грибы мелковаты, — покачав головой произнёс он заглянув в один из ящик.

— Резо, в прошлый раз были точно такие же, — отозвалась Даша из-за моей спины.

Она успела переодеться и собрать волосы в хвост, превратившись из сонной девушки в коммерческого директора нашего мини предприятия.

— В прошлый раз был другой рынок! — всплеснул руками Резо. — Сейчас грибы везут из Липецка по семьсот в закупке, мамой клянусь!

— А ваша мама знает что вы всегда ею клянетесь? — со скучающим видом спросил я.

— Э-э-э! Обижаешь! Если я говорю что беру грибы по семьсот, значит так и есть.

— Готова спорить что вы врёте. — сложив руки на груди заявила Даша.

Грузин замер с калькулятором в руке и уставился на неё.

— Ты меня лжецом назвала? — Нахмурился он.

— Именно так, — с вызовом глядя в глаза произнесла Даша.

Про зелёные и красные огоньки её детектора Резо конечно же не знал, а я уже прикидывал, придётся ли мне драться с нашим деловым партнёром или всё закончится мирно.

— Ха-ха-ха! Какая проницательная женщина, — восхитился Резо и повернулся ко мне. — Я не обманывал, а просто пошутил. Вы что шуток не понимаете? — широко улыбнулся грузин, но улыбок от нас не дождался и тут же перешел к делу. — Ладно, всё забираю. Шиитаке по девятьсот, как и белые, маслята, лисички и… — Он стал перечислять наш широкий ассортимент и закончил минуты через две показав нам цифру на калькуляторе. — За всё девяносто девять тысяч шестьсот рублей. Но я дам вам ровно сто тысяч, в знак нашей дружбы.

Услышав эту чушь я невольно засмеялся. Аж четыреста рублей стоит наша дружба. Восторг!

Мы получили наличку, а через десять минут закрыли дверь избавившись от партии грибов и пошли делить наличку. Деньги разложили прямо на кухонном столе, в три стопки. Сорок тысяч Борру, тридцать мне и тридцать Даше.

— Где моя капуста? — донёсся голос боровичка с кресла.

— В огороде. Иди собирай, — ответил я забирая свою долю.

Борр зашлёпал по линолеуму босыми ступнями, схватил бумажки и снова вернулся на кресло открыв приложение доставки еды. Подумав немного он подошел к столу и положил деньги обратно.

— Саныч, закинь на карту пожалуйста. Эта макулатура мне ни к чему.

— Договорились, — кивнул я забирая себе наличку Борра.

Я открыл приложение банка и перевёл сорок тысяч боровичку, а после задумался. А на кой-чёрт мне наличка? И вообще, почему мы выращиваем грибы на кухне? Для этого стоит подыскать отдельное помещение. У Борра пиликнула СМСска о зачислении средств и он радостно взвизгнув побежал заказывать еду. Даша посмотрела ему вслед и рассмеялась.

— Знаешь, это, пожалуй, лучшая работа из всех, что у меня были, — призналась она, усаживаясь на табуретку. — Начальник не лапает, — она улыбнулась поймав мой взгляд, — хорошо, начальник лапает, но по обоюдному согласию. К тому же здесь я не обслуга, а совладелица перспективного бизнеса. Жаль на кухне однушки особо не разгуляешься. Наш предел производительности это партия грибов на сто или двести тысяч рублей в двое суток.

— Вижу у нас мысли сходятся, — улыбнулся я и протянул её семьдесят тысяч рублей наличкой. — Арендуй гараж и давай перенесём производство туда. Там будет на порядок большая площадь, к тому же сможешь нанять сотрудников для фасовки грибов. Сама же займёшься исключительно продажами.

— Ты серьёзно? — Даша уставилась на пачку мятых купюр.

— А почему нет? Так мы сможем больше зарабатывать и Борр наконец то обзаведётся четвёртым подбородком.

— В гараж не поеду! — глухо донеслось из кресла.

— А если там будет холодильник до отказа забитый колбасой и сыром? — хитро прищурившись спросил я.

В квартире стало тихо, а через полминуты Борр сдался.

— Ты хотел сказать двухкамерный холодильник.

— Само собой.

— Так и быть, но мне ещё понадобится мягкое кресло чтобы отдыхать от работы.

— Он хотел сказать отлынивать от работы? — Прошептала Даша давясь от смеха.

— Что вы там шепчетесь⁈ Опять против меня что-то замышляете⁈ — Возмутился Борр, вскочил с кресла и уставился на нас.

— Да, решили посадить тебя на колбасную диету. — Отмахнулся я.

— Звучит неплохо, — миролюбиво произнёс Борр и плюхнулся обратно в кресло.

— Тогда я займусь этим прямо сейчас! — Даша чмокнула меня в щёку и уже на ходу открывала на телефоне объявления об аренде гаражей.

Даша уехала, а я нарезал бутербродов, треть из которых захапал Борр. Заварил чая, и лениво жевал смотря в окно за которым на подоконнике сидел голубь с человеческими зубами и пялился на меня.

— Что надо? — Спросил я и голубь дёрнул головой вперёд, а потом назад. — Хочешь бутер? — Голубь кивнул.

Мои слова услышал Борр, влетел в кухню и со всего размаха швырнул в стекло материализовавшуюся в руке поганку. Голубь испуганно спрыгнул с подоконника и улетел, а может разбился об асфальт, не знаю.

— Пошел отсюда нахлебник! — Заорал он, вырвал у меня из руки бутерброд и убежал на кресло жуя на ходу. — Буфет он ефё буфербфодами рафкидыфатьфя. Фамим мало.

Поразившись в очередной раз жадности Жировичка, я отхлебнул чая и увидел что на экране телефона высветилось имя «Оля».

— Дим, привет. Слушай, неловко тебя просить, но ты не мог бы взять Светку и съездить с ней к педиатру? — без предисловий выпалила сестра.

— А что случилось? Ей стало хуже? — с тревогой произнёс я.

— Да нет, наоборот, выздоровела. Носится по двору как бешеная. Но на секции, тьфу, на танцах короче справку требуют что она здорова. Боятся что перезаражает всю группу. Поможешь?

— Да без проблем, съезжу. — Улыбнулся я и облегчённо выдохнул, помогли всё-таки часики.

— Спасибо, Дим. А то я целый день с мамой и Лёшкой кручусь. Маме, кстати, полегче стало. Уже сама ходит, точнее с палочкой, но всё равно, это прогресс!

Услышав это, я почувствовал как по сердцу разливается тепло. Всё же не зря я создал сгусток. Кстати, давненько я не подбрасывал в него монет. Скорее всего его ёмкость сильно просела, а это не порядок! Нужно исправляться.

— Это отличные новости, Оль. Собирай Светку, через час буду у вас.

Я повесил трубку и бодро побежал вниз седлать свой чертолёт. Выгнал его из подъезда и увидел на ступеньках соседнего подъезда Валерку. Судя по всему он был трезв и возвращался из магазина с продуктами. Заметив меня, он коротко кивнул и закрыл за собой стальную дверь. Занятно, даже мелочи не стрельнул. И всё же интересно кто он такой?

Спустив скутер по ступеням, я сел на седушку и вылетел на Московский проспект. Жарища была несусветная, горячий воздух обжигал лицо, а я всё ехал и ехал, жалея о том что у меня навык ледяная поступь, а не ледяной покров. Так бы мчал себе с комфортом, но нет, только ступни в прохладе, а остальное тело медленно прожаривается.

Достойно пройдя испытание огнём, спустя сорок минут я прибыл в Чертовицы. Загнал чертолёт во двор и увидел маму. Она медленно брела по саду вдоль грядок с палочкой в руке. Каждые пару шагов она наклонялась чтобы что-нибудь сделать. Тут сорняк выдернет, там помидорный куст подвяжет.

— Мам, ты чего без конвоя? — окликнул я её от калитки.

— Димка! — Она обернулась, и помахала мне палочкой. — А ты чего без невесты?

— Сперва решил сам проверить правда ли ты в полумарафонцы записалась, а уже потом тебя Дашке показывать. Вот, вижу Оля не наврала.

— Хи-хи. — засмеялась она и мамино лицо наполнилось запредельным счастьем. Такой я её видел в последний раз до побега отца. — Как видишь хожу потихоньку, — с гордостью подтвердила мама и для наглядности прошла пару метров до яблони. — Раньше у меня был бег лёжа, теперь ходьба, полу Скандинавская.

— Это как?

— Там с двумя палками ходят, а у меня одна. Вот и полу Скандинавская, — пошутила мама.

На радостях я подскочил к маме, крепко обнял и оторвал от земли.

— Умница. Скоро совсем поправишься. — произнёс я и поцеловал её в щеку.

— Ясное дело поправлюсь, куда ж я денусь? Ну всё, иди. А то Оля там с ума сходит. Светка каждые пять минут спрашивает не приехал ли ты. И кстати, она твои часики даже в ванной не снимает. Говорит они удачу приносят.

— Конечно приносят, часики то с единорогом! — Заявил я ткнув пальцем в небо и пошел спасать от допроса сестру.

Едва я поднялся на крыльцо, дверь распахнулась, и в меня врезалась семилетняя ракета в сарафане. На запястье у неё розовели часики с единорогом.

— Дядя Дима! Мы к врачу поедем? А мороженое купим? А где Даша? А когда поженитесь? А вы меня крёстной сделаете когда лялька родится?

От обилия вопросов у меня моментально закипела голова.

— Если сократим количество вопросов до одного, то мороженое купим.

— Эммм… Хорошо… — задумчиво проговорила Светка. — Мы на скутере поедем?

— Нет. На такси. На чертолёте жарко и долго.

Из-за Светкиной спины выглянул Лёшка и, сверкнув щербатой улыбкой, потребовал взять его тоже, но был перехвачен Олей за шиворот.

— Стоять! Дядя Дима уже уезжает! — Сестра схватила на руки Лёшку, а мне сунула папку с медкартой. — Толик в музее, а у меня вон, видишь какой дурдом. Но завтра я готова выйти на работу.

— Договорились, напишу клиентам и отправишься зарабатывать миллионы, — я подмигнул сестре и вышел за двор, где нас уже ждал таксист на ладе баклажанового цвета.

Я усадил Светку в детское кресло, пристегнул ремнями, а после разместился рядом и с ходу заявил таксисту:

— Если включите «Лада седан, баклажан», я выпрыгну из машины.

— Чего? Вы о чём вообще? — Опешив уставился на меня дед с переднего сиденья.

— Не обращайте внимания. Чувство юмора сегодня дало сбой, — улыбнулся я и мы поехали в поликлинику.

Всю дорогу Светка рассказывала водителю про единорогов, а водитель кивал и прибавлял громкость радио до тех пор, пока Светка не начала кричать. После он обречённо вырубил громкость и стал слушать о том чем единороги отличаются от лошадей. Вы бы видели его счастливую физиономию когда мы выходили из машины. Дед просто сиял от радости.

Оказавшись на солнцепёке я увидел приличное здание. Свежая плитка, фасад обит то ли пластиком, то ли металлом, у крыльца две огромные клумбы с цветами. Вот только стоило нам войти внутрь, как тут же попали в филиал ада.

В холле стояла духота, пахло лекарствами и потом. Восприятие выхватывало из толпы такое, отчего тянуло развернуться и увезти Светку домой.

Каждый третий ребёнок оказался одержимым: пацан с ушами хорька грыз поручень, а подросток с клыками до нижней губы скалился на всех, кто проходил мимо. На шеях у родителей висели паразиты, сизые пиявки и студенистые медузы. У старухи в плече торчал чёрный гвоздь, и ругалась она на девушку из регистратуры так, будто это она его туда вбила.

Я застыл в дверях, вспоминая областную больницу, где с месяц назад всё выглядело примерно так же, но тогда я списывал это на сотрясение. Сейчас списывать было не на что: поликлиника не просто производила негатив, она была пропитана им насквозь. По стенам бежали чёрные смолянистые нити, похожие на паутину, плитка и вовсе дышала. Наступаешь на плитку, а из её швов вытекает чёрная жижа.

— Дядя Дима, ты чего встал? — дёрнула меня за руку Светка. — Нам в регистратуру, вон туда, где все стоят.

Там и правда стояли все. Все кто живут в Чертовицах по меньшей мере. Хвост очереди начинался у гардероба и, обогнув колонну, упирался в окошко, за которым виднелась макушка регистраторши. Мы пристроились в конец, и я принялся изучать соседей.

Прямо перед нами стояла женщина лет тридцати с серым лицом и сыном лет пяти. Из-под чёлки у мальчишки торчали два бугорка-рожка, а зрачки горели красными точками. Ухмылка же у него была такая гадкая, что хоть крестись. Вёл он себя соответственно: то дёргал мать за подол, то принимался орать на весь холл без всякой причины. А когда она наклонялась его успокоить, лупил её кулаком по лицу и довольно хихикал.

Женщина была так измучена, что даже не ругалась, только вздрагивала и извинялась перед очередью. На шее у неё, под самым ухом, раздувалась сизая пиявка размером с палец, причём скверна собираемая пиявкой через тонкую нить перетекала к сыну женщины.

— Раз, два, три, четыре, пять, начинаю исцелять, — прошептал я и сосредоточившись на пацане запустил навык переливания.

Скверна разом хлынула в мою ладонь и из мальчишки и из пиявки, которая быстро стала скукоживаться. Пацан же моментально законючил прося мать поскорее уйти домой. Минуты через три парень перестал дёргать мать и просто стоял, хлопая глазами, а пиявка лопнула. Ещё через пять бугорки под чёлкой паренька втянулись, а красные точки в зрачках погасли.

К тому моменту, когда до окошка оставалось человек пять, он забрался матери на руки и уснул, уткнувшись ей в плечо. Женщина замерла, боясь пошевелиться, а потом осторожно погладила его по спине и тихо заплакала, не вытирая слёз.

Вы очистили одержимого. Получено 9 ОК.

«Кокон» получил 2 ОК.

Паразит уничтожен. Получено 3 ОК.

Вы значительно повлияли на судьбу человека. Получено 12 ОК.

Следом о плитку звякнули монеты, три штуки, и закатились под ноги женщине впереди. Никто, кроме меня, звона не услышал, зато все увидели, как я нагибаюсь и выуживаю что-то из-под чужих кроссовок, делая вид, что поправляю обувь.

Пока мы доползли до окошка, я успел очистить ещё одного одержимого и взорвал целых пять паразитов. За каждого убиенного Мир платил монетами, и каждый раз они падали не в ладонь, а на пол. Мир будто издевался заставляя гнуть меня спину, а тут ещё Светка не выдержала и спросила:

— Дядя Дима, у тебя что, снова шнурки развязались? — громким шёпотом поинтересовалась она. — Хочешь, научу тебя их завязывать? — По глазам было видно что она шутит.

— Да, было бы неплохо, — кивнул я. — Но только после того, как получим справку у врача.

Когда мы наконец то добрались до регистратуры, то девушка не поднимая головы, выдала нам талон и буркнула, что педиатр принимает в двадцать третьем кабинете на втором этаже. С радостью мы покинули одну очередь, чтобы встать в другую. Ещё большую очередь…

В этот момент я почувствовал что сам скоро стану одержимым и начну сквернословить. Хммм, кстати насколько точное выражение. СКВЕРНОсловие. Говоришь плохие слова и создаёшь скверну. Предки оставили нам кучу подсказок о существовании которых додумается только одарённый или видящий.

Впрочем это открытие никак не приблизило нас к кабинету двадцать три, у которого в бескрайней очереди томились двадцать человек.

Светка продержалась с четверть часа, потом повисла у меня на руке и заныла:

— Дядя Ди-и-им, я домой хочу. Тут скучно и воняет.

Над её макушкой собиралось тёмное облачко размером с кулак. С другого конца коридора, от дремавшего на подоконнике мужика с медузой на загривке, к Светкиному плечу тянулось полупрозрачное щупальце. Тварь почуяла свежий негатив и решила переехать на новое место.

Я сгрёб Светку в охапку и переставил на два метра в правее, подальше от подоконника.

— Так, боец. Предлагаю сделку. Собираешь волю в кулак и ждёшь пока нас примет врач, а после я расскажу тебе один секрет.

— А что за секрет? — У Светки загорелись глаза, а я понятия не имел что за секрет расскажу, главное утихомирить племянницу, а там разберёмся.

— После приёма узнаешь.

— Договорились, я собрала её, ну в смысле волю, — Светка показала мне два сжатых кулачка и улыбнулась.

В этот момент щупальце паразита изменило направление и снова потянулось к Светке, но зря он это сделал. Скверна в ту же секунду хлынула из паразита ко мне и он начал усыхать на глазах. Спустя минуту эта пакость взорвалась золотистыми искрами.

Спустя два часа я упокоил десяток энергетических паразитов и шестерым одержимым вернул человеческое обличье. От потери энергии меня покачивало, зато душа пела! И Миру моё пение понравилось:

Поздравляем, вы получили новый уровень! Доступно 2 свободных очка характеристик.

Минздрав предупреждает: очистка одержимых в очередях вызывает привыкание:)

Два очка с прошлого уровня так и висели нераспределёнными, теперь к ним добавились ещё два, и я без колебаний вложил все четыре в живучесть. После вчерашних кошаков и Саниной лекции про разогрев спорить с собственными коленями я больше не собирался. По телу прокатилась волна жара и усталость как рукой сняло.

Ещё через двадцать минут очередь рассосалась и мы пулей рванули в кабинет. За столом сидела женщина в белом халате с таким усталым лицом, что хотелось открыть ей рот и влить туда всё кофе мира.

— Фамилия? Жалобы есть? — не поднимая глаз от бумаг, пробубнила она.

— Нет, — честно ответила Светка.

— Температура?

— Нет.

— Кашель, сопли?

— Не-а.

— Здорова, — заключила врач и вывела на бланке несколько строк.

Ни фонендоскопа, ни взгляда в горло, зато печать она шлёпнула с таким размахом, что подпрыгнул стакан с ручками, и выдохнула:

— Следующий.

Весь приём занял полторы минуты, и с тем же успехом нас мог принять автомат по продаже справок. Одержимой врач не была, её просто выжал досуха бесконечный поток пациентов, и я её понимал. За три часа принять двадцать пять пациентов невозможно чисто физически и уж тем более уделить каждому время. По уму здесь должно сидеть втрое больше врачей, но то по уму, а в реальности оно как-то так.

Мы со Светкой вывалились на улицу и вздохнули полной грудью жаркий и пыльный воздух. После больничных ароматов он казался весьма освежающим.

— Ты обещал мороженку и секрет! — Напомнила Светка.

— Да, идём, — кивнул я и потащил её к ларьку с мороженым, который стоял через дорогу.

Светка выбрала эскимо в шоколаде. А я плодово ягодное. Не ел его со школы. Мы уселись на скамейку в тени и стали наслаждаться прохладой.

— Дядя Дима, а мне очень нравятся часики, — сообщила Светка, слизывая шоколад и поворачивая запястье так, чтобы единорог ловил солнечные блики. — Как ты и сказал, я с ними мигом выздоровела!

— Я же говорил, часики волшебные!

Светка вдруг прыснула со смеху и ткнула пальцем куда-то мне за спину:

— Дядя Дима, посмотри, какой чудик!

Я обернулся и увидел, что по тротуару мимо крыльца шли мамаша с коляской и мужик с пакетом из аптеки. Смеялась Светка явно не с них, так как чуть правее парочки топал дух. Ростом он был как Борр, а борода такая длиннющая что тащилась позади него подметая асфальт. Дух шлёпал по асфальту в резиновых сапогах и на ходу подбирал бахилы которые, что посетители поликлиники бросили мимо урны.

— Эм… Ты о ком? — уточнил я насторожившись.

— Ну вот же! Дяденька с бородой, и бахилы ворует! — Светка зашлась от смеха.

Твою мать… Неужели системные вещи сделали Светку видящей? Или она всегда была видящей, а часики только пробудили этот дар? Хотя какой к чёрту дар? Выходит она видела всё что происходило в поликлинике? Одержимых, паразитов, то как я откачиваю скверну и собираю монеты?

— А что ещё необычного ты видела? Ну, кроме чудика в сапогах. — Спросил я делая вид, будто в бородаче нет ничего удивительного.

— Много чего, — пожала плечами Светка и с удовольствием откусила эскимо. — У нас дома домовой живёт. Он… — Она замерла с набитым ртом и в ужасе округлила глаза. — Ой. Я же обещала ему, что никому не расскажу.

— Не переживай, — успокоил я. — Мне можно. Это я Кузьмича в наш дом привёл.

— Правда⁈ — Восхищённо воскликнула Светка. — Так это ты? А он говорил, что его барин прислал! Кузьмич самый лучший домовой на свете! Он меня учит гвозди забивать, когда никто не видит. У меня уже почти получается. — Гордо заявила Светка и смущённо добавила. — Только один раз Кузьмичу по пальцу попала…

Услышав это я представил картину и прыснул со смеху. Домовой держит гвоздь, а Светка со всего размаху фигачит молотком ему по пальцу. Надо Кузьмичу премию в размере пары монет выдать что ли.

Я уже собирался рассказать Светке тайну про сгусток в подвале, но в кармане завибрировал телефон, и на экране высветился Саня.

— Здорова! — Радостно выпалил Саня. — Димон, короче, завтра в десять утра в Кривоборье.

— А чё там?

— Как чё? Я Вальке предложение сделал. Завтра свадьба. — Опешил Саня, будто я должен был это знать.

— И как ты так быстро всё провернул? Там же очередь в ЗАГСсе на месяц вперёд.

— Дим, ну ты чего, — снисходительно протянул Саня. — Для свадьбы с духом ЗАГС не нужен. Борисыч речь толкнёт, а Мир нас распишет. Ну а когда Валька плоть обретёт, тогда и в ЗАГС сходим, роспись, штамп, всё как положено. А завтра свадьба будет для своих. Шашлычок под коньячок и прочие радости, вдали от людей. У Борисыча как раз ключи есть от заброшенной турбазы, вот там и отметим.

— Даже удивительно что это ты придумал такой план. — Хмыкнул я.

— Эт Валька всё. Моё дело маленькое, организовать праздник. Кстати! Мне потребуется твоя помощь. Подъезжай завтра к десяти утра. Два часа украшаем базу, а потом отрываемся до ночи.

— С радостью, — улыбнулся я. — Только чур не нажираться и драки не устраивать.

— Димон, ты меня знаешь! Я и на трезвую могу драку найти, а уж на собственной свадьбе, так сам Бог велел. Ха-ха-ха!

Саня заржал и повесил трубку. Да, этот и правда может и обязательно найдёт неприятности даже там, где их возникнуть не должно. Я убрал телефон и посмотрел на Светку, которая махала вслед бородатому духу. Забавно, но тот обернулся и помахал в ответ.

— Ну что, едем домой?

— Домой! — согласилась она. — Только давай купим ещё одно мороженое.

— Тогда купим сразу десяток. Уверен твоя мама не откажется охладиться, — я подмигнул племяшке и мы снова направились к ларьку.