Мог ли человек, которого она знала всю жизнь, сосед, оказаться убийцей? У Шивон по всему телу пробежали мурашки. Она не мигая уставилась на Майка, что-то набирающего в мобильнике. Шивон запихнула паспорт под кипу бумаг и положила их на край стола.

– Извини, – сказала она, обращаясь к его скрытому кепкой затылку.

Майк отложил телефон и бросил взгляд на кипу бумаг.

– Ничего-ничего. У меня тут такой бардак. Надо бы секретаря нанять.

Шивон казалось, словно паспорт просвечивал сквозь бумагу, смотрел на нее, как жуткий демонический глаз. У нее не было ни одной безобидной теории, по которой у Майка мог оказаться паспорт убитого человека. Может, он рассказал бы, если бы она задала правильный вопрос. «Каждый человек – это замочек, – говорил па. – Чтобы кого-то открыть, надо просто подобрать нужный ключик».

Шивон демонстративно кашлянула:

– Кроме следов ботинок, ты ничего не нашел?

Майк нахмурился; на его лбу образовалась глубокая морщина. Ой-ой, кажется, она сморозила что-то лишнее.

– Что, например?

Шивон пожала плечами, словно у нее не было никаких жутких предположений.

– Может, кто-то из грабителей что-то обронил?

Паспорт, например.

Майк потянулся вниз, достал из ящика очередную банку диетической колы и открыл ее.

– У меня несколько поставок в неделю. Грузовики разъезжают туда-сюда, пацаны балуются, курят, хулиганят. Много бычков, крышек от бутылок, битого стекла, мусора – если вчера там парни что и обронили, я бы это не понял.

– То есть ничего необычного?

Майк поднялся. Он был низким, но сильным мужчиной. Судя по всему, даже качался.

– Так точно. Знаешь, мне пора возвращаться к работе.

– Спасибо, – сказала Шивон, отходя к двери.

Майк склонил голову набок:

– За что?

– Что уделил время.

– Для тебя всегда время найдется, родная, ты же знаешь.

– Спасибо, – повторила Шивон.

Не показалось ли Майку, что она его боится? Шивон словно никак не могла уйти из этого несчастного кабинета. Ей надо было немедленно поговорить с Макдарой, а ему надо было немедленно ехать к Майку и спрашивать его о паспорте. Он ему соврет? Попытается спрятать паспорт? И если так, кому поверит Макдара?

Прежде чем уйти, Шивон заглянула на задний двор у черного хода. Майк был прав. Это была помойка: жвачка, пустые пакеты от чипсов, бычки, бутылки. Майку, конечно, не помешало бы больше убираться, но в остальном Шивон ничего странного не обнаружила. Она вздрогнула, подумав о паспорте Найла, похороненном среди бумаг на столе, перекрестилась и побежала искать Макдару.

* * *

Женщина в участке сказала, что Макдара ушел на обед. Поскольку бистро было закрыто, пообедать можно было либо в закусочной, либо в китайском ресторане «У Джейд». Конечно, он мог взять обед из дома, но Шивон подозревала, что Макдара таким не занимался. Она и правда нашла его в китайском ресторане. Гарда сидел у окна, склонившись над миской лапши со всякими интересностями. Шивон никогда не была любительницей китайской кухни. Она, как ее мама, предпочитала классику.

Шивон направилась к столику Макдары и принялась молча ждать, чтобы он поднял на нее глаза.

– А я как раз тебя ищу, – сказала девушка, когда он наконец это сделал.

На секунду гарда как будто даже обрадовался.

– По делу или по личному вопросу? – спросил Макдара, заглядывая ей в глаза.

– По делу, – призналась Шивон, чувствуя, как щеки заливаются красным.

Атмосфера тут же изменилась. Он со звоном уронил ложку в миску, затем взял палочки и разломал их пополам.

– Как ты меня нашла?

– Городок у нас маленький, наше бистро закрыто, так что догадалась.

– Чем могу помочь, мисс О'Салливан?

Она снова покраснела от саркастичного тона, с которым Макдара произнес ее имя. Но Шивон не могла позволить ему путать или отвлекать ее.

– Ты должен срочно пойти к Майку Грейнджеру. Прямо в его кабинет на рынке.

Макдара усмехнулся и покачал головой.

– Да что ты?

– Да. У него…

Он тыкнул в нее палочками для еды.

– Сначала ты настаиваешь, чтобы я допросил Шейлу – что я, кстати, и сделал. А теперь говоришь, что я должен поговорить с Майком Грейнджером?

– Я только что у него была, и…

– Что ты там делала?

Шивон на секунду задумалась. Она не могла сказать, что вела свое следствие в отношении Майка Грейнджера, иначе гнева Макдары ей не миновать.

– Закупалась. Всякими штучками-дрючками.

Макдара оглядел ее сверху вниз:

– И где они?

– Кто?

– Ты говоришь, что покупала штучки-дрючки. Почему у тебя в руках нет ни штучек, ни дрючек?

– Я… я…

– Ты. Ты. Снова за свое, да?

– Нет. Нет. В магазине я поняла, что забыла сумку, поэтому ушла. Потом зайду, чтобы все забрать.

– Майк разрешил бы тебе отнести покупки домой и заплатить за них позже.

– Да, конечно. Просто не хочется этим злоупотреблять. Ты послушай: когда я там была, я…

– Хочешь сказать, что если мы с тобой сейчас пойдем в магазин Майка, то у кассы обнаружим твои штучки-дрючки?

– Нет, до этого я не дошла. Я поняла, что забыла сумку, еще не начав покупки. Интересная штука в том…

– Так и знал. Какая-то «интересная штука».

– Я разговорилась с Майком в его кабинете…

Макдара поднял руку:

– Я же сказал тебе оставить это.

– У него паспорт Найла Мерфи.

– Что?

Все недовольство как рукой сняло.

– На столе среди бумаг. Он не знает, что я его увидела.

– Боже.

– Я не говорю, что он как-то навредил Найлу. В ночь убийства Деклан видел, как за его магазином шастают какие-то парни. Там мог быть и Найл. И он мог уронить свой паспорт.

Только вот если все было так, почему Майк ей об этом не сказал?

– С чего вдруг Найлу таскать паспорт с собой?[5] – спросил Макдара.

– Это прекрасный вопрос, – сказала Шивон. – Почему бы тебе не найти на него ответ?

Макдара достал кошелек, бросил пару купюр на стол и направился к двери. Шивон поспешила за ним.

– Мне даже печеньку с предсказанием принести не успели, чтоб ее, – пробурчал он.

– Так попроси сейчас. И пусть тебе остатки с собой соберут.

– Нет, ты испортила мне аппетит. Я все равно знаю, какое предсказание мне досталось бы. «Остерегайся рыжей, которая сует свой нос куда не следует».

– Очень смешно. – Шивон закатила глаза. Они вышли на улицу и зашагали в сторону бистро и магазина Майка. Шивон еле поспевала за Макдарой. – Что ты узнал от Шейлы?

– Не лезь в это, – сказал он.

– Она объяснила, что это был за мешок? Битое стекло?

Макдара остановился и развернулся. Шивон чуть на него не налетела. Их лица разделяла пара сантиметров. Вблизи он был не менее привлекательным.

– Когда мне будет, что́ тебе сказать, я скажу. Неужели у тебя сейчас нет более важных дел?

– Каких же?

– Например, придумать, как снова созвать народ в бистро. Может, для начала подавать чай и свежий черный хлеб, пока снова не раскачаетесь. И вот тебе мой совет – не обвиняй посетителей в убийстве.

– Ты правда думаешь, что люди захотят к нам ходить? После такого?

– Правда. Но, может, не по лучшей причине.

– В смысле?

– Сама посуди: людям будет интересно побывать на месте преступления. На миру и смерть красна, ты сама это знаешь.

Макдара прав. В конце концов, разве важно, почему люди приходят, если они действительно приходят и платят? Не говоря уже о том, что, если народ начнет собираться в бистро, они начнут и болтать. Шивон сможет что-то разузнать. Макдара не сможет ни в чем обвинить ее, если люди сами будут приходить и что-то рассказывать по доброй воле, правда же?

– Ладно, ладно, ты прав. Спасибо, – сказала Шивон.

Макдара выглядел удивленно, затем на его лице появилось довольное выражение. Вот и ключ. Ему нравилось быть полезным.

– Что ты собралась взять в магазине? Я могу занести к тебе, если хочешь.

Чипсы, вино, шоколад.

– Не стоит, не переживай, – сказала Шивон. – Раз уж мне открывать бистро, надо составить новый список.

Макдара кивнул и, бросив на девушку последний долгий взгляд, в одиночестве направился к магазину Майка. Шивон дождалась, чтобы он скрылся из виду, и направилась в противоположную сторону. Была у нее одна идея, как можно завлечь всех в бистро, но сначала надо получить одобрение в самом неожиданном месте.