Гунь стоял на берегу Восточного моря и горько плакал, не зная, как ему быть. Он услышал звук, идущий с неба, будто бы кто-то к нему взывал. Гунь поднял глаза и увидел сову, которая била по воздуху крыльями, а под ней мирно покачивалась на волнах черепаха.

Сова некоторое время покружилась над головой Гуня, затем села на черепаху и спросила:

— Молодой владыка рек, почему ты стоишь на берегу и так горько плачешь?

— Император Яо повелел мне справиться с потопом, но водам нет конца, а у меня недостаточно камней, чтобы преградить им путь, и нет силы, которая могла бы осушить море до дна, — поведал Гунь.

— Юноша, могу ли узнать, что произошло с водой, которую ты вытянул из земли?

— Я выдохнул ее в облака, и бог облаков отдал ее морям, — сказал Гунь.

Бронзовый сосуд для вина (цзунь) в форме совы (сяо)

Поздний период династии Шан

Общая высота — 46,3 см, вес — 16 кг

Музей провинции Хэнань

Обнаружен в 1975 году в гробнице Фу Хао в Иньсюе, городской округ Аньян, провинция Хэнань. Сяо — это древнекитайское слово, которым в основном обозначали сов. Во времена династии Шан сов почитали и считали священными птицами. Представленный здесь цзунь в форме птицы является самым древним из обнаруженных. Его поверхность украшена рисунками грома, цикад, двухголовых демонов-куй, чудовищ тао-те и извивающихся змей. На клюве и грудке сосуда-птицы изображены цикады, по обеим сторонам шеи — двухголовые демоны-куй. На концах крыльев свиваются змеи.

— Если бы ты мог вобрать в себя всю воду в море, то куда бы ее переместил? — продолжила сова.

Гунь почувствовал себя не только беспомощным, но еще и глупым. Он спросил сову:

— О мудрейшая из птиц, прошу, скажи мне, что делать.

— Слышала я, будто все в мире зависит одно от другого, напрямую или вопреки. Слышала я также, будто есть на горе Куньлунь нечто под названием «саморастущая земля», которой вода нипочем. Выглядит она как глина, простирается вширь, когда касается воды, и никогда не съеживается. Если найдешь ее, то не бояться тебе больше нескончаемых вод, но…

— Но что?

— Нам пора, — раздался голос прежде молчавшей черепахи.

Сова кивнула и, с силой оттолкнувшись от панциря спутницы, взлетела. Пестрая черепаха тотчас погрузилась в море.

Следующие дни Гунь все гадал, что же такое саморастущая земля. Краткость слов совы порядком раззадорила его любопытство. В конце концов он решил посетить гору Куньлунь. В сказаниях не говорится, как именно Гунь добыл саморастущую землю, упоминается лишь, что он ее украл. Возможно, сначала полубог попросил разрешения у императора Яо, но, получив отказ, взял на себя смелость похитить диковинку. Боги, охранявшие саморастущую землю, скоро доложили императору о краже, но, поскольку Гунь приходился Желтому императору внуком, погоню посылать не стали. К тому же, если бы не визит Гуня, то император Яо и забыл бы, что у него во дворце хранится такое сокровище, сотворенное еще во времена Нюйвы, в могуществе которого он теперь хотел убедиться и сам.

Гунь рассыпал саморастущую землю по равнинам и вдоль морского берега. Он наблюдал, как волшебная земля упала в воду, быстро набухла, и огромное полотно воды превратилось сначала в болото, затем в сушу. Губительные воды прошлого либо попали в ловушку под землей (и стали хорошо известными нам сегодня грунтовыми водами), либо оказались капля за каплей оттеснены в океан.

Гунь был невероятно счастлив. Но вскоре он заметил, что береговая линия отступает, а места, в которых прежде бурно кипела морская жизнь, теперь наполнялись дышащей грязью саморастущей земли. Множество рыб и креветок, не успевших уплыть в глубины, лежали, задыхаясь, на все ширящихся отмелях. Со временем начали высыхать также озера и реки, ведь из-за саморастущей земли крокодилам и лягушкам пришлось переселиться в леса, и суша продолжала расти с невообразимой скоростью. Гунь хотел унести саморастущую землю прочь, но та уже расползлась повсюду, и от нее, словно от хвори, было непросто избавиться.

Гунь понял, что совершил ошибку столь огромную, что ее впору было увековечить в бронзе, и отправился к горе Вэйюй, чтобы принять от Небесного императора наказание. Там во тьме Северного полюса, где никогда не сияет солнце, стоял на страже дракон со свечой во рту. В ее неясном свете Гунь ожидал своей участи.

«Таинственная черепаха» (фрагмент)

Династия Цзинь

Чжан Гуй (даты жизни неизвестны)

Рисунок тушью и красками на шелке

Высота — 26,5 см, ширина — 53,3 см

Дворцовый музей, Пекин

Священная черепаха и дракон, феникс и цилинь известны как четверка священных животных. Черепаха всегда считалась благоприятным символом долгой жизни. Черепаха поднимает голову, и из ее рта вырывается струйка пара. Красное солнце (внутри него иероглифы) показывается среди благопожелательных облаков, изображение окутывает атмосфера великой тайны.

Вскоре на спине огненного дракона прибыл бог огня Чжужун с пламенными змеями в ушах.

— Ты знаешь, почему я здесь, Гунь, — произнес Чжужун, не сходя со спины дракона.

— Знаю, — ответил Гунь.

— Некоторые боги встали на твою защиту, уверяя, будто ты годами трудился днем и ночью, сдерживая воды потопа. Однако боги четырех холмов и боги моря не готовы забыть о содеянном, они винят тебя в том, что ты разрушил горы и попытался заполнить море землей, дабы помочь человечеству, оставив многих духов гор и морских обитателей без дома.

— И они правы.

— Помимо этого, император Яо разгневан. Ты пренебрег его советом и выкрал саморастущую землю, и это великое прегрешение. Не желая поступать как подобает, ты понапрасну навлек на человечество новое бедствие взамен старого. Такое злодеяние нельзя простить.

— Что сейчас с человечеством? — спросил Гунь.

— Потоки схлынули, но наступила великая засуха и повсюду простерлась голая суша. Саморастущая земля продолжает шириться, а море сжиматься.

Гунь потерял дар речи.

— Только принеся в жертву кровь виновного бога, можно остановить саморастущую землю, — провозгласил Чжужун и, помолчав, продолжил: — Пусть ты благородного происхождения и приходишься потомком Желтому императору, тебе не уйти от ответа перед непреложным законом. Владыка рек, тебе есть что сказать?

— Я хочу знать, почему верховный бог наслал на людей потоп, с которым так сложно совладать, если не собирался вновь уничтожать человечество. И почему он пожелал, чтобы я взялся за задачу, которую нельзя было выполнить. — Произнеся это, Гунь вдруг вспомнил, что то же самое он некогда спросил у своего отца Ломина.

— Мне неведом ответ на этот вопрос, — вздохнул Чжужун и тотчас убил Гуня. В то самое мгновение, когда брызнула теплая кровь Гуня, саморастущая земля, которая неудержимо разрасталась, вмиг остановилась, точно замерзший в движении водопад.

Бронзовая маска с зоркими глазами

Ок. 1700–1200 гг. до н. э.

Высота — 66 см, ширина — 1,38 м

Музей Саньсиндуй, провинция Сычуань

Обнаружена в яме № 2 на территории археологического комплекса Саньсиндуй. На лбу маски находится продолговатая дыра. Брови приподняты, глаза прищурены. Глазные яблоки вытянуты вперед на 16 см. Переносица высокая, рот, широкий и глубокий, складывается в загадочную улыбку.

В мифологии Древнего Китая был небесный дракон-свеча, который повелевал светом и тьмой на небесах и на земле. Вытянутые глаза — одна из его отличительных черт. Внешний вид маски позволяет предположить, что она тем или иным способом связана с драконом-свечой из древних текстов.