— Ты уверена? — Франческо пытается понять, вызвана ли моя затея еще более глубоким отчаянием, или в том, что я предложила, все же есть зерно логики.

— Лидия, это же так круто!

— Аличе, не хочу опускать вас обеих с небес на землю, но у Лидии нет никакого опыта в торговле, и к тому же…

— Ну и ладно, зато ей помогу я! Все эти стажировки за границей мне для чего-нибудь пригодятся или нет? — Моя кузина вне себя от восторга, и ее пыл меня отчасти подбадривает, отчасти пугает. — Не то чтобы я хвасталась, но в «Хэрродсе», в отделе духов, я была лучшей!

— И правда, ты могла бы продать лед эскимосам, — говорю ей я, улыбаясь, — но я бы никогда не попросила от тебя такой жертвы. В магазине настоящий бардак, сначала нужно привести все в порядок по принципу, который еще предстоит придумать. Там правда придется засучить рукава.

— Прости, но ты меня обижаешь, кузина! Я эту лавочку вверх тормашками переверну!

— А как же лицензия? — Франческо возвращает мечты в рациональное русло.

— Она на имя мамы. Папе очень хотелось, чтобы она работала с ним, и он надеялся, что так она почувствует себя более вовлеченной. Конечно, напрасно: мама не перестала ненавидеть это место, — опустив голову, говорю я.

— Видишь? Все идеально складывается! Надо просто начать, — отвечает Аличе, будто пытается сказать Франческо: «И только посмей еще раз попробовать ее отговорить».

Я в таком подавленном состоянии, что позволила бы ей увести себя в ее Страну Чудес. Хотя бы потому, что мне бы это не помешало.

Если продавать или сдавать в аренду магазин — не самое разумное или осуществимое решение, по крайней мере сейчас, тогда я перетасую карты и изменю правила игры.

У папы в мастерской столько картин — попробуем для начала их пристроить. Я насчитала не меньше тридцати. Не говоря уже о тех, что хранятся в подвале или на антресоли дома. Конечно, они могут оказаться не такими красивыми, как морской пейзаж, который я отдала Миле, но его стиль ни с чем не спутать, и, что важнее всего, именно он людям и нравится. Если их продать хотя бы за половину той суммы, по две тысячи евро за штуку, будет уже шестьдесят тысяч. А еще есть и другие вещи в магазинчике, они тоже чего-нибудь да стоят.

Впереди чуть больше двух месяцев каникул до начала учебного года, и их нужно использовать по максимуму. Словом, я должна попробовать. Проще говоря, выбора у меня нет. В этот раз я не сдамся.

Мне приходит в голову фраза, которая прежде казалась мне глупостью, — что-то подобное говорят успешные люди, осмелившиеся рассуждать о выборе того, кому повезло меньше. Звучит примерно так: «Если жизнь подкидывает тебе лимоны, сделай себе лимонад». Вместо лимонов жизнь послала мне фургон с навозом, так что я попытаюсь использовать его как удобрение.

Еще десять дней назад я бы просто жаловалась на вонь и рыдала бы над ситуацией, но сейчас все иначе. Возможно, чему-то я все-таки учусь.

Возможно.