Служебный автомобиль подъехал к гостинице в половине восьмого. Отечественный темно-зеленый внедорожник с брызгами грязи на порогах и дверцах.

Из него вышел невысокий плотный водитель в выцветшей куртке.

– Николай, – представился он.

Анна кивнула и села вперед на пассажирское кресло.

– В «Карельский бастион»? – уточнил водитель и кивнул, будто подтверждая свою догадку.

Машина тронулась и выехала за ограду гостиницы. Асфальт кончился быстро – через несколько минут после последнего городского светофора. Началась узкая дорога, уходящая в лес.

– Интересуетесь финскими укреплениями? – спросил Николай, не глядя на Анну.

– С чего вы так решили?

– Зачем же еще туда ехать? – Он сбавил скорость перед поворотом. – После войны многое подорвали. Но кое-что осталось.

Стерхова смотрела вперед. Стволы сосен мелькали за стеклом, как частокол.

– Бывали там?

– По молодости лазил. Потом перестал.

Машину тряхнуло на яме. Ремень безопасности впился в плечо, и Анна ослабила его.

– Сейчас не бываете?

– Нет. – Николай посмотрел в зеркало заднего вида. – Сейчас туда и ходить-то незачем.

– Почему?

В салоне повисла пауза.

Николай сбавил скорость, перевел взгляд с дороги на зеркало, с зеркала на дорогу.

– Да так… – Пожал он плечом. – Лет десять назад охотники провалились под землю. В старые ходы, говорят. Теперь даже лесники туда не суются.

Стерхова повернула голову. Их глаза встретились на долю секунды. Николай первым отвел взгляд.

– И что? – уточнила она.

– Выбрались. Один сломал ногу. А второй…

Он замолчал.

– Что второй? – напомнила Анна.

– Головой, видать, повредился. Сказал, будто там была комната. Не нора, не щель – нормальная комната. Стены, как в подвале. И пол – бетонный. Сказал, что в комнате видел свет. – Хмыкнул Николай. – Но кто ему поверит.

Машину снова тряхнуло. Колеса прошли по гравийной россыпи, камни застучали по днищу.

Стерхова смотрела вперед.

– Давно это было?

– Сказал же – лет десять назад.

Поблизости, за стволами мелькнула россыпь серых валунов. Огромных, замшелых, хаотично разбросанных по лесу, похожих на остатки стены.

– С Мелентьевым давно работаете? – спросила Анна.

– Лет двадцать. Он – строгий. – Николай выдержал паузу. – И справедливый… если всё делать по правилам.

Он не пояснил, что именно имел в виду.

Стерхова не стала уточнять. Мнение водителя полностью совпало с ее собственными наблюдениями.

Машина замедлила ход. Впереди, за поворотом, показался металлический щит, стоявший на двух столбах. Белый фон, синяя краска:

«Историко-мемориальный комплекс „Карельский бастион“»

Николай включил поворотник, хотя сворачивать было некуда – дорога упиралась в парковку, засыпанную мелкой щебенкой.

– Приехали. Вы идите. Я здесь подожду.

Стерхова вышла из машины и захлопнула дверцу. Воздух пах сосновой смолой и каменной пылью от щебенки. Парковка была полупустой: экскурсионный автобус и две легковушки. Впереди, за невысоким забором из грубо обтесанных бревен, торчали две деревянные башни с остроконечными крышами.

Анна прошла через открытые ворота на территорию комплекса. Туристов было немного: экскурсионная группа из нескольких человек и многодетная семья на свободном выгуле. Голос экскурсовода перекрывался шумом сосновых крон.

Она подошла к информационной стойке. Девушка в кожаном ободке и льняной рубахе вскинула голову.

– Вы на экскурсию?

– Мне нужен ваш руководитель.

Она на мгновение замялась, потом кивнула.

– Подождите. – И тут же скрылась за тяжелой занавеской в дверном проеме.

Через минуту оттуда вышла женщина лет тридцати пяти. Короткая стрижка. Одежда без намёка на стилизацию: темные брюки, серая водолазка. Взгляд цепкий и быстрый.

– Елена, – представилась она. – Заместитель директора. Чем могу вам помочь?

Стерхова достала удостоверение.

– Нужна информация по расположению финских укреплений и катакомб.

– Идемте.

Елена обогнула стойку и зашагала вдоль забора. Анна двинулась за ней.

Они прошли мимо очага с потухшим костром. Мимо конюшни, откуда пахло сеном и лошадиным потом. Остановилась у двери в торце музейного павильона. Елена достала ключ и открыла дверь.

В зале был высокий, сводчатый потолок, бревенчатые стены, и тусклый свет из узких окон. В центре – огромный стол с подсветкой. В торце во всю стену висела большая карта, испещренная обозначениями.

Елена приблизилась к карте, и жестом обвела территорию.

– Карельский перешеек. Система оборонительных сооружений, которую возводили финны на случай войны с Советским Союзом. Вплоть до 1939 года.

Стерхова окинула взглядом карту – линии, точки, цифры. Она указала пальцем.

– Что за обозначения?

– ДОТ[3] и окопный рубеж. Как видите, линия Маннергейма – это не сплошной защитный вал, а череда узлов обороны.

– Какова его протяженность?

– Около ста тридцати километров.

Стерхова достала из сумки карту Мелентьева. Развернула, сверила с картой на стене. Потом очертила пальцем участок на схеме укреплений.

– Меня интересует этот район.

– Окрестности деревни Вуори? – уточнила Елена. – Там несколько сооружений. После войны многие были взорваны советскими воинами. Большая часть заросла кустарником и деревьями.

– На карте обозначены катакомбы? – спросила Анна.

– Катакомбы и заглубленные казематы строились финнами в условиях секретности. О них нам ничего неизвестно.

Стерхова молчала, глядя на карту, выстраивая логическую цепочку.

Объект не нанесен на карту – документация хранится отдельно.

Отдельное хранение – отдельный доступ.

Отдельный доступ – конкретные фамилии.

Значит, необходимо найти, к кому обратиться.

Она повернулась к Елене.

– Уверена, эта информация где-то есть.

– Многие подземелья не найдены до сих пор, – заметила та. – Местные охотники иногда натыкаются на провалы в земле. Или на заросшие бетонные оголовки, которых нет на карте.

– Мне об этом рассказывали. – Стерхова непроизвольно поморщилась. – Что такое оголовки?

Елена указала на точки, разбросанные по зеленому массиву.

– Видите? Бетонные оголовки – надземная часть укрытия. Само помещение уходит под землю или вглубь скалы.

– Мне нужна копия карты этого района со всеми укреплениями.

Елена кивнула.

– Я поняла. Вплоть до «Сампо Ранта»?

Стерхова подняла глаза.

– Что это?

– База отдыха «Сампо Ранта». – Елена помолчала. – Известное место с историей. Туристы со всей России.

– Как переводится название?

– Берег Сампо. Стоит на берегу Ладожского озера. – Она отошла от карты. – Подождите меня здесь.

Елена вернулась через несколько минут. В ее руках был свернутый лист, плотный, с пожелтевшими краями.

– Нашла в запаснике. Карта района, который вас интересует.

Стерхова развернула карту. Те же квадраты, те же линии. Пометки карандашом и выцветшими чернилами. Несколько крестиков в глубине леса.

Она убрала карту в сумку и достала лист с рисунком Макко Кеттунена. Развернула. Положила перед Еленой.

– Знаете, что это?

Елена посмотрела на лист. Потом подвела Анну к стенду в углу музейного зала.

Там на камне, вмонтированном в стенд, были выбиты схематичные фигуры, лодки, звери и солнце.

– Это петроглиф. Такой же, как эти. Изображения выбитые на скалах.

Стерхова уточнила.

– Когда их выбивали?

– Около пяти тысяч лет назад.

Елена взяла рисунок, повернула к свету и еще раз оглядела.

– Интересный сюжет.

– Видели похожий?

– Пожалуй, нет.

Последовала пауза.

– Жаль, – проронила Анна.

Елена вернула лист.

– А вы поезжайте в Вуори. Там есть маленький этномузей, который держится на энтузиазме одной старушки. Вера Сергеевна Майорова. Спросите у нее. Она вам подскажет.

Стерхова убрала рисунок в сумку.

– Спасибо.

Когда она вышла из музея, солнце стояло высоко. Туристы расположились на лавках у входа – кто-то пил воду, кто-то разглядывал сувениры.

Задержавшись у крыльца, Анна достала телефон и набрала номер.

Гудок. Второй. Третий.

– Слушаю. – Голос Мелентьева низкий, без приветствия.

– Здравствуйте, Матти.

Пауза.

– Где вы?

– В «Карельском бастионе». Теперь мне нужно ехать в деревню Вуори.

Тишина.

Было слышно, как дышит Мелентьев. Размеренно. Тяжело.

– Зачем?

Не ответив на вопрос, Стерхова спросила:

– Кто меня отвезет?

Последовала пауза. Длинная, слишком длинная для простого ответа. Потом тихий шорох – будто он провел рукой по лицу.

– Скажите Николаю, чтобы ехал к отделу. Я сам отвезу вас в Вуори.

Она отключилась. Постояла пару секунд и зашагала к машине.

Николай курил, прислонившись к сосне. Увидел ее – бросил окурок в траву, затоптал.

– В отдел, – сказала Анна.

Он кивнул и распахнул перед ней дверцу.

Машина выехала с парковки. Башни «Карельского бастиона» в зеркале заднего вида становились все меньше и меньше, пока совсем не скрылись за соснами.

Стерхова смотрела вперед…

Решение Мелентьев принял не сразу. Почему?

Пауза означала расчёт. Он что-то сопоставлял.