Глава 14. УТОЧНЯЮ ПЛАНЫ

Проснулся рано, оттого что энергия бурлит и переполняет источник. Ну, еще немного замерз, так как одеяло у меня нагло отжали! Настя в него чуть ли не с головой завернулась и к ней под бочок никак не лечь, не разбудив. Воспоминания прошлого вечера и ночи очень приятные. Даже не ожидал, что госпожа Исаева такая страстная и горячая. И, нет, нас никто не побеспокоил, чего я подсознательно боялся.

Осторожно встал, поправил одеяло на Насте, чтобы та могла спокойнее дышать.

— Не отдам, мне самой холодно, — прошептала та во сне. — Михаил, ты совсем обнаглел, не вздумай этого делать.

Интересно, что ей снится? Надеюсь, не станет смущаться и жалеть о том, что произошло. Удивительно, но к своей помощнице испытываю совершенно другие чувства, нежили к Вере. Разумеется, большая часть эмоций, которые дамы вызывают одинаковые, но если с актрисой хочется рисковать, пускаться в авантюры, то с бывшей старшей сестрой милосердия хочется спокойствия, тепла и уюта. Но есть еще одна общая черта, об обеих молодых женщинах беспокоюсь и желаю их защитить. Планы в отношении своих подруг не пересматривал и не собираюсь этого делать. Единственное что, так это непонятно, как сложатся наши отношения после того, как госпожа Холодная вернется в Москву. Разрывать отношения ни с одной не собираюсь, но и бегать от одной к другой неправильно. Ладно, время расставит все по местам, тем более дамы меня вскоре покинут, хотя об этом не догадываются. Госпожа Исаева не сможет отказаться от выполнения поручения, которое ее саму заинтересует. С Верой могут возникнуть проблемы. Знаю ее отношения к съемкам за границей, но тут на моей стороне выступят господа Жуков и Ханжонков.

— А где это мой начальник охраны пропал? — задался вопросом, когда вышел из ванной комнаты после водных процедур. — Он же просил дать пару часов на установление личности владельца поместья!

Честно говоря, сильно сомневался, что Эдуарду Игоревичу удастся найти хозяина дома за отведенное время. К тому же у него и других забот хватало. Нет, ругать его не собираюсь, следует даже поблагодарить, что он вечером с докладом не явился.

— И что бы мне на завтрак приготовить? — задался вопросом, разглядывая нехитрые припасы еды.

Прикинув свои кулинарные возможности, решил отправиться в ближайший трактир, благо до него рукой подать. Написал Насте записку, чтобы не беспокоилась и вышел из квартиры. Утро раннее, после ночной грозы много луж, воздух свеж и радостно чирикают птички. Прохожих почти нет, приобрел корзину с завтраком и поспешил домой, мысленно аплодирую предприимчивому владельцу трактира. Тот с меня содрал приличную сумму денег, но зато продуктовый набор выше всяких похвал. Я как только на пороге появился, то владелец заведения вежливо поздоровался, а потом от него последовал вопрос:

— Господин хороший, вам же на вынос завтрак, собранный на двоих?

— Верно, — кивнул я, а трактирщик продолжил уточнять:

— И ведь вы со своей дамой сердца впервые позавтракаете вместе, так?

— Хм, не совсем, мы не раз и не два с ней вместе принимали пищу, — хмыкнул я, но потом поправился: — Однако, любезный, ты прав, наши отношения вышли на новый уровень, и он позволяет говорить, что завтрак будет первым.

— Тогда предлагаю вам приобрести корзину любви! — широко улыбнулся в свои пышные усы, владелец трактира.

— Это что же за корзина такая? Позвольте полюбопытствовать, — озадаченно произнес я.

Оказалось, что этот делец держит для схожих случаев набор для влюбленных, в который входит: сама корзина, свежая выпечка, сладости, фрукты, несколько небольших баночек с повидлом (от них можно отказаться или выбрать с определенным вкусом) и букет цветов.

— В этот набор господа или дамы, в зависимости кто его приобретает, обычно добавляют несколько бутылок шампанского или вина. Редко, но случается, что и коньячок-с берут, — намекнул трактирщик, когда я уже рассчитывался за продуктовый набор.

Каков же пройдоха! Вот у кого Вере нужно поучиться, а госпоже Светловой опыт перенять. Сомневаюсь, что в ресторане, которым управляет подруга авиатора имеется такая услуга. Впрочем, могу ошибаться.

— Хорошо, уговорил, пару бутылок шампанского возьму, — подумав, согласился я.

И, нет, не собираюсь на завтрак подавать Насте вместо кофе игристое вино, но вот вечером оно нам точно понадобится. По крайней мере на это надеюсь.

— Не желаете прикупить для него ведерко? — продолжил торговлю трактирщик. — Могу даже льда в него насыпать, заметьте, совершенно бесплатно, в подарок от заведения.

Его предложение меня развеселило и заставило рассмеяться. Пройдоха пытается даже замороженную воду преподнести, как что-то ценное.

— Нет, льда, как и ведерко не нужно, — отмахнулся я. — Давай рассчитаемся.

Как и ожидал, ценник трактирщик назвал такой, что за эти деньги легко поужинать вдвоем в Верином ресторане. И не просто перекусить, а заказывая самые лучшие блюда, дорогую выпивку, оставить большие чаевые и еще рассчитывать на сдачу!

— Любезный, а это не слишком? — хмуро спросил у владельца заведения, при этом достав портмоне.

— Господин Голицын, Михаил Юрьевич, неужели вы не хотите порадовать свою даму? — хитро блеснули глаза трактирщика.

— Ты меня знаешь? Разве мы знакомы? — удивился я.

— Земля слухами полнится, — хмыкнул тот. — Вы личность очень приметная, в газетах о вас писали, живете недалеко и не раз вас видел в разном обществе. А еще, мне о вас Сашка-молния рассказывал.

— Вот оно как, — потер я висок, не зная, как реагировать.

— Если что-то потребуется, то всегда рассчитывайте на помощь, — продолжил хозяин заведения.

Мы с Прокофием, так трактирщик представился, немного поговорили. Этот пройдоха, цену в два раза скинул, но попросил посодействовать в одном дельце, как он выразился. Оказалось, что два раза в неделю, вторник и четверг, в его заведение повадились ходить студенты. Занимают большую часть столиков, навешивают какие-то защитные заклинания и о чем-то долго спорят. А трактирщик несет убытки, заказывают молодые люди мало, но не дебоширят и ведут себя прилично. Однако, другие посетители почему-то стараются быстрее уйти.

— Прокоп, и чего же ты хочешь? Чтобы разогнал твоих посетителей? — уточнил я.

— Да, — согласно закивал трактирщик. — Надоели хуже горькой редьки! Вначале-то радовался, старый дурень, что молодежь выбрала мое заведение. Их встречи были не такие длинные, никому не мешали, да еще за порядком присматривали. А сейчас, — он махнул рукой, — становится все хуже и хуже. Убытки терплю.

— Неужели не обращался к городовому?

— Почему не обращался? — пожал тот плечами. — Трофим Митрич заходил пару раз, с господами-студентами беседовал, но ничего подозрительного или запрещенного не усмотрел. Еще и на меня наорал, чтобы радовался меньшему количеству драк и затрат на ремонт.

Припомнив, что мой собеседник знаком с Сашкой-молнией, вывод напрашивается сам-собой. Пацан обо мне многое рассказал. А может трактирщику стало известно о том, как за я графиню-служанку вступился. С другой стороны, причины не важны, а вот то, что студенчество начинает активизироваться — нехорошо.

— Разузнаю, что тут у тебя происходит, — заверил я трактирщика. — Есть такая возможность, если действительно тут что-то серьезное, то помогу.

Следует дать первое задание Савве Меркулову, ему несложно это сделать. Можно и другой вариант найти, в том числе и лично в трактир зайти. Но студента в деле необходимо проверить.

Подходя к подъезду, увидел уставшего и мрачного господина Васильева. На моем начальнике охраны новенький пиджак, а в ауре печаль. Черт возьми, забыл про его проблему, точнее, не пообщался с Нелли Генриховной. Обещал же взять на себя вину за пришедшую в негодность одежду штабс-капитана, которую ему подруга подарила.

— Эдуард Игоревич, доброе утро, — улыбнулся я Васильеву.

— Доброго и вам утречка, Михаил Юрьевич, — пожимая мою ладонь, выдавил тот из себя.

— Не переживайте, сегодня же с госпожой Зотовой переговорю, — сразу же заверил своего начальника охраны. — Надеюсь вы не разругались в пух и прах?

— Обиделась, слушать оправданий не пожелала, — вздохнул Васильев. — Но не выгнала, правда, продолжает дуться и спать пришлось на диване.

— Зато воссоединение окажется бурным, — подмигнул я ему, не скрывая своего хорошего настроения.

— А у вас с Анастасией Николаевной все, как понимаю, хорошо, — кивнул начальник охраны на корзину в моей руке.

— Госпожа Исаева пережила стресс, и он изменил ее взгляды на некоторые вещи, — уклончиво ему ответил, а потом спросил: — Что насчет наших дел? Готовы отчитаться?

— Так точно, — мгновенно стал серьезен Васильев. — В поместье ничего не напоминает о произошедшем. Остаточные аурные следы подчистили, а особо сильные пришлось переплести, чтобы их никто не прочел. Некоторые улики переправили на склад медицинского завода. Тела социал-демократов пристроили в одном из моргов в рабочем квартале. Увы, вчера не успел разузнать кто являлся владельцем поместья, простите.

— Это не так страшно, — отмахнулся я, — вы проделали хорошую работу, велю госпоже Исаевой выписать премию. Деньги между теми, кто был задействован, распределите сами.

— Благодарю, — коротко сказал Васильев.

— Так что насчет владельца поместья? Когда могу рассчитывать на сведения о нем?

— Гм, я уже все разузнал, — сказал Эдуард Игоревич. — Дом и прилегающая к нему территория сдана в аренду, не поверите через кого!

— Господин Сидорчук? — прищурился я.

— От вас ничего не скрыть, — кивнул Васильев. — Две недели назад, Вениамин Степанович оформил документы на некого графа Порохова, прибывшего в Москву из Екатеринбурга. Боюсь, такого промышленника не существует, об этом маклер мне намекнул, так как у него возникли некие сомнения. Хотя, документы не вызвали подозрений. Но самое странное, что хозяином поместья является господин Зарубин Илья Максимович.

— Вот это номер, — медленно произнес я, мысленно рассматривая произошедшие события под другим углом.

— Согласитесь, это многое меняет, — произнес Эдуард Игоревич.

— Ставит все с ног на голову, — покивал ему. — Отправьте пару человек в поместье, пусть за порядком приглядывают и никого постороннего не пускают. Если же объявится граф, снявший поместье, то за ним устроить слежку. Свои действия объяснить проверкой жильцов маклером, который отвечает за сохранность сданного имущества.

— Понял, сделаю, — ответил Васильев.

— Есть еще одно поручение, — произнес я и коротко пересказал проблемы трактирщика, а потом объяснил, что должен сделать Меркулов.

Отставной штабс-капитан внимательно выслушал, каким-то своим мыслям покивал и предложил студента подстраховать, на случай если что-то пойдет не по плану.

— Делайте так, как считаете нужным, — я не стал с ним спорить. — А с господином Зарубиным сегодня же обсужу, что в его доме произошло и какие последствия возможны. Кто-то попытался нанести удар сразу по нам обоим, при этом основной целью, похоже, являлся полковник.

— Скорее всего вы правы, пришел к такому же выводу, — согласился со мной Васильев.

Я же покосился на корзину и наручные часы. Предполагаемый приятный завтрак с Настей, который наверняка имел бы некое приятное продолжение, похоже, придется сократить. Ничего, наверстаем позже. К обеду требуется побывать в издательстве, а до этого найти Зарубина. Не забыть дать указания Сашке-молнии, наведаться на заводик по производству заживляющего бинта. А к своему мастеровому, мастеру на все руки, уже вряд ли сегодня успею. И ведь Кузьме планировал дать отмашку на запуск новой игровой продукции, но сейчас следует и это пересмотреть. Что-то мне не нравится, как события стали разворачиваться. Еще и на кинофабрику собирался, но там время терпит, Вера-то еще не соизволила вернуться. Правда, подготовка к съемкам фильма, да еще и из нескольких серий не так проста. Я уже молчу, что он должен сниматься во Франции! Даже не представляю, во сколько это обойдется и как отреагирует на такое предложение господин Ханжонков! Ничего, Александр Алексеевич умеет широко мыслить, да и первый фильм из тринадцати серий уже вышел и оказался очень успешен. Картина идет длительностью четыре часа двадцать минут, а если судить по очередям за билетами, то французский проект, киностудии Gaumont или, если в переводе на русский — Гомо́н многократно окупился. Почему бы не повторить этот успех? А он будет обеспечен, так как собираюсь предложить парочку нововведений, точнее, технических решений. В общем, переговоры с Ханжонковым обещают быть жаркими.

— Около двенадцати часов планирую побывать в издательстве. Если появятся какие-либо новые вводные — отыщите меня там. Специально не приезжайте, вам лучше всего с Нелли Генриховной встретиться вечерком. К этому времени она полностью свыкнется с мыслью, что оказалась не права, — сказал я.

— Сомневаюсь, — не поверил мой начальник охраны.

— У вас все будет хорошо, — похлопал его по плечу, — доверьтесь мне.

На этой ноте мы простились, и я поспешил к Насте, надеясь, что та еще не проснулась. Но оказалось, что девушка уже встала и занимается водными процедурами. К моему разочарованию, в ванную комнату дверь оказалась заперта, а на просьбу открыть, госпожа Исаева ответила отказом.

— Насть, не будь букой, впусти, — попросил я. — Мне крайне необходимо незамедлительно рассказать тебе новости.

— Поручик, вы меня за дурочку держите? — рассмеялась та. — Ваши большие, впечатляющие и интересные новости вы продемонстрировали ночью во всей красе!

— Так у меня еще есть, — усмехнулся я. — Госпожа Исаева, сжалься, впусти, соскучился — сил нет.

— Боюсь, что их у вас предостаточно! — парировала девушка, а потом совершенно другим тоном сказала: — Михаил, если сейчас тебе открою, то мы сегодня вряд ли из квартиры выйдем. Следовательно, никаких тобой намеченных дел не сделаем. Ну так как, тебя впустить?

Голос Насти стал очень близко, похоже нас разделяет только дверное полотно. А еще девушка перестала шутить и ждет, что ей отвечу. Тяжело вздохнув, мысленно признал ее правоту и буркнул:

— Ты права, пойду заниматься завтраком, а потом поедем к господину Зарубину. Но, учти, вечером тебе сбежать или спрятаться не позволю.

— Ой, как страшно! Прямо-таки напугал и вся дрожу! — рассмеялась моя помощница, ставшая очень близкой подругой.

Отвечать ей не стал, отправился на кухню, сервировать стол. Трактирщик расстарался, много чего положил в корзину, о чем забыл предупредить. Пожалуй, даже первый ценник был оправдан, хотя и казался большим. По факту же, зная примерные стоимости блюд, правда по ресторанным расценкам, то Прокофий сделал большую скидку. Или это такого рода взятка, чтобы решил его вопрос? А я еще не знаю, как отреагирую на сборища студентов. Но то, что они не просто так там заседают — понятно, иначе бы не ставили магическую защиту. Что-то замышляют и наверняка мне это не понравится.

— Нет, но чего ты вскочила так рано? — попенял Насте, когда та появилась на кухне.

— Проснулась оттого, что ощутила пустоту. Кто-то меня одну оставил и не стал охранять!

— Извини, хотел тебя удивить и завтрак в постель подать, — делая шажок к девушке, сказал я.

— Стой! — выставила ладошку та. — Господин Голицын, на твоем лице намерения написаны крупными буквами! Вспомни, о чем недавно договорились! И потом, — она дотронулась до своих губ, — боюсь, что выгляжу странно. Скажи, сильно заметна припухлость?

— Дай-ка рассмотрю, — прищурился я, уперевшись грудью в ее ладонь и склонив голову к лицу подруги. — Приоткрой, пожалуйста, свой красивый рот, а то плохо вижу.

— А не сходить ли тебе проверить зрение⁈ — усмехнулась Настя, пятясь.

На девушке шелковый халатик, под которым угадывается ночнушка. Макияж и подобие прически она успела сделать, но платье почему-то не стала надевать. А еще от нее исходит приятный и свежий аромат, но не духов. Аура у госпожи Исаевой светится от радости.

— Давай завтракать, а про губы ничего не могу сказать, мне их следует на ощупь проверить, — сказал я, сделал резкое движение, поймал подругу и коротко поцеловал. — Доброе утро, — шепнул ей на ушко и добавил: — Мы же еще друг друга не поприветствовали, а это непорядок.

— Доброе, — кивнула та и попросила: — Давай кушать, а то меня ноги не держат.

— Что такое? Слабость накатила или готова к моим ногам упасть? Уверен, дело в последнем, ты боишься, что сама с собой не справишься.

— Михаил, будь последователен, — хмыкнула моя подруга. — Как сочетается упасть и не справиться с собой?

— Не догадываешься?

— Не-а, — покачала головой госпожа Исаева.

— Упала, я к тебе наклонился, чтобы помочь и вот тут-то ты на меня набросишься!

— Какие странные у тебя фантазии, — задумчиво произнесла та и буркнула: — Надо взять на вооружение и как-нибудь проверить на практике.

— Язык — враг мой, — усмехнулся я.

Перешучиваясь и подкалывая друг друга, мы позавтракали, после чего Настя пошла переодеваться, а я подумывал засесть в кабинете и набросать план действий. Нет, на память не жалуюсь, но бывает так, что, изложив мысль на бумаге, возникают различные варианты действий. В том числе и было бы интересно посмотреть на схему происшествия в поместье, что с чем связано, кто за этим может стоять и какого результата добивался неизвестный враг. Хотя, почему неизвестный? Его уже вычислил, точнее, товарища Рыкова сдал Иващенков. Последнему могу доверять, так как он клятву верности принес. Может ли ее кто-то снять или переиначить? Не исключено, но в подвале мещанин или господин в котелке, как про себя его называю, говорил правду и врать не мог. Тем не менее, для чего-то социал-демократам, точнее, как минимум одному из них, потребовалось меня и полковника отодвинуть от дел. Сам ли он такое придумал или подсказал кто-то?

— Представляешь какое совпадение, поместье, куда тебя вчера отвезли, принадлежит господину Зарубину, — сказал Насте, которая спустя пару минут появилась на пороге кабинета, хотя по моим прикидкам ей требовалось больше времени на переодевание.

— Не верю, что он за всем этим стоит, — нахмурилась моя подруга и помощница.

— Поместье он сдал в аренду, так что полковник и сам оказался под ударом, — поведал ей, наблюдая, как госпожа Исаева еще сильнее помрачнела.

— Только не говори, что сдачей занимался Вениамин!

— А зачем Илье Максимовичу к кому-то незнакомому по такому вопросу обращаться? — пожал я плечами. — Господин Сидорчук свою работу выполнил, правда, по словам Эдуарда Игоревича у нашего маклера имелись какие-то сомнения насчет личности съемщика.

— Так почему бы нам его не навестить в первую очередь? — задала вопрос Настя.

— И чем это поможет? Допустим, подтвердит Вениамин Степанович, что граф Прохоров…

— Это кто? — перебила меня девушка.

— Прибывший из Екатеринбурга промышленник, которому потребовалось жилье, — пояснил я и продолжил: — Так вот, господин Сидорчук заявит, что почуял фальшь, но бумаги не вызвали вопросов, а торговался граф вяло и сразу оплатил нужную сумму.

— Если чеком, то будет возможность разузнать об этом графе многое!

— Готов поспорить, что он заплатил наличными, — усмехнулся я.

— И все же нам следует наведаться в маклерскую контору! Исходя из прочитанных детективов, то преступники часто допускают ошибки, сами того не желая, — упрямо заявила девушка. — Если хочешь — можем разделиться. Ты отправляйся к Илье Максимовичу, а я к Вениамину Степановичу.

— Неужели тебя маклер настолько привлекает, что готова отказаться от моего общества?

— Михаил Юрьевич, мы сэкономим время и ничего другого! Не забывайте, что госпожа Красоткина на Сидорчука глаз положила, а тот сам от нее млеет и слюнки пускает, — парировала Анастасия.

— Ладно, убедила, заедем в маклерскую контору, — согласился немного подкорректировать план, тем более что ничего не теряю и нам по пути.

Руссо-Балт не подвел, завелся с одного нажатия на кнопку. А вот Сидорчука на рабочем месте не оказалось. Маклер изволил сообщить через «Агентство Кадры», позвонив туда, чтобы кто-то оправился в его контору и предупредил, что на сегодня у него выходной. И где же с ним пересекся мой начальник охраны? Скорее всего Вениамин гостит у Евгении, ну, либо она у него.

— Едем к авиатору, — сказал я, когда мы с Настей вышли из конторы маклера.

— Не забыл, что хотел побывать на медицинском производстве? — уточнила девушка, устраиваясь на пассажирском месте.

— Скорее всего мы туда отправимся с Зарубиным, мне есть что ему показать, — усмехнулся я.

Илью Максимовича застали на летном поле, где он распекал двух нерадивых пилотов. Причину недовольства полковника я не понял, зато увидел, как те обрадовались нашему с Настей появлению. Их ауры засветились от счастья, Зарубину пришлось отложить выволочку неучам, как он выразился и обратить свое внимание на нас.

— Очень рад встрече! — улыбнулся авиатор. — Здравствуйте, гости дорогие и желанные!

— Добрый день, — одновременно с Настей сказал я.

— Анастасия Николаевна, голубушка, да вы сегодня прямо-таки красавица-раскрасавица! Не будь у меня Марии Викторовны, то за вами бы приударил, ей Богу! Позвольте вашу ручку, запечатлеть свое почтение! — Илья Максимович с обожанием на госпожу Исаеву смотрит, при этом он ни словом не соврал и не пытается ее обаять.

— Господин полковник, право слово, вы мне льстите, — улыбнулась Настя, но ладошку протянула, а авиатор мгновенно ее облобызал, при этом бросив на меня быстрый взгляд.

Хм, так это он пытается меня из себя вывести? Ничего, сейчас с него веселье разом слетит!

— Илья Максимович, видите ли, дело, которое нас к вам сегодня привело, как-то дурно пахнет, — вздохнул я.

Госпожа Исаева на меня с удивлением посмотрела, но промолчала, хотя в ее глазах возникло множество вопросов.

— Что такое? Чем могу помочь? — нахмурился полковник.

— Вчера, средь бела дня, мою помощницу, прямо у меня на глазах, похитили! За мерзавцами по всему городу гнался. Да они были на пролетке, а я на машине. Оторвались от меня в одной из подворотен, в которой Руссо-Балт из-за своих габаритов проехать не мог, — неспешно произнес я, следя за реакцией Зарубина.

— Настенька, вы в порядке? С вами все хорошо? — обратился полковник к девушке.

— Все позади и страшного не произошло. Господин Голицын меня спас, — опустила взгляд моя помощница и не смогла удержаться от смущения — покраснела.

Ну, думаю не из-за покушения, а того, что произошло намного позже. Я же взял паузу, обдумывая, как вернуть полковнику должок, за его неуместное поведение. А то, видите ли, взял моду следовать этикету и моей даме на летном поле ручку лобызать! И этак двусмысленно нас с ней оглядывать!