— Печати пали! — выдохнул отец. — Я боялся этого с тех самых пор, как поселился здесь. Но Полагаю, у нас есть немного времени, чтобы убраться из города. Эмили, бери девочек и

— Я остаюсь! — категорически воспротивилась Морейн, перебив отца.

— Нет, ты уходишь! — рявкнул на нее он.

Впервые на моей памяти папа разговаривал так жестко, но Морейн не испугалась.

— Папа, я тут некромант, и я чувствую, как повсюду поднимается нежить! Кто ее сдержит? Или в Роузенкрик появился еще один после моего отъезда?

Морейн была права. До того, как основали Роузенкрик, на месте долины было поле боя, и теперь прорыв темной магии поднимал похороненные в земле костяки, а из леса тянулись иные чудовища и сущности.

Родители переглянулись, и мама решительно тряхнула волосами.

— Похоже, мы все остаемся, — сказала она то, чего от нее никто не ожидал.

— Эмили? — выдохнул отец.

Его удивление было логичным. Прорыв — не то событие, на котором стоило бы поприсутствовать. Это едва ли не самое страшное, что могло здесь случиться. Но мама твердо сказала:

— Берт, не спорь. Просто послушай. Там, — она ткнула пальцем себе за спину, где деревенька за прошедшие годы превратилась в небольшой городок с десятком тысяч жителей, — люди. Простые. Есть маги, но совсем слабые и их мало. Мы должны их защитить.

— Но наши дочери, Эмили… — попытался воззвать отец к ее здравому смыслу.

— Они тоже маги! Я обучила их многому. Их резерв поможет сдержать тьму до прихода помощи.

— Аристократку включила? — недовольно проворчал отец, как обычно, когда сердился на маму, и вздохнул сдаваясь. — Ладно. Будь по-твоему, Эми. Командуй.

Мама кивнула, и я увидела, как подозрительно блеснули ее глаза. Но она тут же взяла себя в руки и гордо вскинула голову.

— Триша, бери Виолетту и

— Но, мама! Мы тоже никуда не пойдем! — наперебой завели сестры.

— Дослушайте! — рявкнула наша хрупкая, но порой такая строгая мамочка. — Бегите в ратушу. Свяжитесь со столичной канцелярией.

— Но как? Кто нас допустит к кристаллу связи? — растерялась Триша.

— Просто бегите и кричите во весь голос, что печати в Запретном Лесу пали, и скоро здесь будет тьма! Сообщи главе города, чтобы вызвал подмогу и начинал эвакуацию. Без паники, без вещей. Не до них сейчас. Делай что хочешь, создавай иллюзии, пугай, угрожай, уговаривай, но люди должны покинуть город в течение часа-двух. Поняла?

Триша неуверенно кивнула, осознав масштабы бедствия.

— Ви, помоги ей во всем, хорошо?

— Да, мама! — откликнулась наша младшенькая и первой бросилась к выходу со двора.

Триша — за ней.

Задача, которую поручила мама сестрам, показалась мне непосильной для двух девчонок семнадцати и четырнадцати лет от роду. Но никто и не подумал спорить. Проводив их взглядом, мы с Ри переглянулись и уточнили хором:

— А что нам делать?

— Мы пойдем туда и будем прикрывать Роузенкрик и наш дом, пока не придет помощь, — ответила мама.

Тьма пришла быстрее, чем мы полагали. И начался сущий кошмар.

Отец с помощью своего голема воздвиг каменный барьер на пути нежити, истощив свой резерв почти до донышка. Морейн не успела до конца покрыть его рунами по схеме, что подсказала мама, как древнее зло накатило, ударило запахом тлена и паникой, заставив нас скрючиться и зажать уши.

Оно шептало, норовя забраться в голову, и лишь защитное заклинание, совершенно новое, которому мама обучила нас каких-то полчаса назад, помогло хоть как-то справиться. К этому моменту солнце скрылось за черными тучами и стало так темно, словно и не день был вовсе, а ночь.

Мы стояли плечом к плечу с мамой и отцом. Перед нами каменный голем, на удивления изящный и похожий на рыцаря со щитом и короткой пикой. Между нами и древним злом — сияющий защитными знаками каменный барьер, раскинувшийся на несколько миль в обе стороны.

Барьер должен был задержать нежить и всех тех, кто ковылял, волочил ноги, шаркал и ползал. Но не тех, кто летал и прыгал. И не бестелесных духов, для которых такое и не считалось преградой.

Мама Наша любимая мамочка, которая отлично видела любые конструкции и потоки, беспрестанно командовала, помогая и подсказывая. Только благодаря ей мы, вообще, хоть как-то успели подготовиться, и орда восставшей нежити все еще не прорвалась дальше, захлестнув город и посеяв панику среди жителей.

Наверху земляного вала стояла Морейн, упокаивая нежить, но она и не думала заканчиваться. Мы с Ри и отцом перебрались на ту сторону и пытались проредить ряды чудовищ.

Отец бил нежить здоровенным топором и создавал каменные щиты, отражая удары. Не отставал и его голем, протыкая врагов насквозь своей пикой. Мы с Ри заметались, размахивая мечами. Отец научил нас всему, что знал сам. А чему не научил он, постарался магистр фехтования, который жил в Роузенкрик какое-то время.

Риана, точно богиня войны, разила созданий темной магии изящным клинком и ветвистыми молниями. От нее не отставала и я. Вот только с молниями у меня не получалось.

У меня, вообще, ни с чем не получалось.

Резерв был приличный, но я толком не умела его применять. Била чистой силой, расходуя ее направо и налево, вот и вся моя боевая магия. Но в тот момент мне не было до этого дела. Я сражалась, думая только о том, как продержаться до подмоги, и не позволить добраться тьме до близких.

Эмили Вайтстоун стояла позади барьера на высоком земляном постаменте, пока не ввязываясь в бой, и наблюдала за нами. В ее правой руке был тонкий длинный меч из белоснежной стали, на котором светились руны. Она что-то тихо шептала, создавая сложное заклинание.

Заметив, что папа стал сдавать, потратив много магии на строительство вала, я переместилась к нему ближе, чтобы помочь. И вдруг по ту сторону из-под земли вырвался высокий клуб дыма Нет! Это было существо, которое двигалось против ветра и размахивало когтистыми лапами, похожими на плети с крюками на конце!

Отец создал лестницу, и я рванула обратно через вал, наперерез твари, вокруг которой чернела земля, трава вяла на глазах, а мелкие букашки замирали и тлели.

Чудовище огляделось, а затем неожиданно ускорилось. На лице мамы появился испуг, она явно не успевала закончить заклинание. Я замахнулась мечом и рубанула тварь, вложив всю свою ненависть и страх.

Бесполезно! И, как назло, перестала работать моя магия. Я словно бы разучилась ее использовать совсем…

Ровно до этих пор мне казалось, что надежда еще есть, но теперь я окончательно ее потеряла. Вместе с Ри и папой я кричала и рубила монстра еще и еще. Плакала, пытаясь остановить тварь и уворачиваясь от теневых отростков, но понимала — бесполезно.

И вдруг я заметила, что Ри, мама и папа почему-то больше не двигаются, словно на них наслали стазис. Морейн бессильно лежала на вершине барьера, а теневых монстров вокруг становилось все больше и больше!

А мне — все страшнее и страшнее

Неуязвимое для моего меча существо уже почти коснулось маминого лица своими щупальцами, когда я прорычала исступленно, срывая горло:

— Стоять!

Внутри словно что-то взорвалось. На миг стало больно в груди. Очень больно! А потом я ощутила, как там раскрылось и развернулось что-то пустое и огромное

Тварь остановилась в нерешительности, так и не коснувшись маминой щеки, а затем, словно нехотя, изменила курс и поплыла в мою сторону. Одновременно очнулись родители. Что-то закричали мне, замахали руками, отступая, но я не обращала внимания.

— Ко мне, я сказала! Ко мне! — звала я тварь, потихоньку уводя ее подальше.

С кончиков моих пальцев закапало, не касаясь земли, что-то такое же темное, как и монстр, с которым я тщетно сражалась.

— На! — выбросила я вперед руки, действуя по наитию.

Тьма, порожденная моим источником, вырвалась наружу и схлестнулась с другой, на удивление легко смяв ее и поглотив. С остальными я поступила точно так же, очистив пространство перед барьером.

С каждой поглощенной тварью, я чувствовала себя все сильнее. Ощутив небывалое могущество, одним прыжком заскочила на вал, высотой с рост человека, и замерла, уставившись в ужасе на долину.

Целое полчище тварей, таких же, как те, медленно плыли в нашу сторону. Таких и других, страшнее и больше

Я поняла, что поглотить их всех не получится. Их было много. Очень. Настолько, что казалось, всю долину затянуло дымом! Но раздумывать было некогда. Я протянула руки и ударила по ближайшей. Потом по той, что была рядом с ней. И по следующей, которая уже поднималась, переваливая через воздвигнутую нами преграду слева от меня

Я била-била-била!

Била, пока в груди вдруг не стало больно и холодно. Руки уже не поднимались. Казалось, еще немного и я рухну вниз, где тьма меня поглотит, отомстив за все то, что я ей причинила…

В очередной раз я подняла руки и уничтожила подошедшую слишком близко теневую тварь одним залпом. Внутри совсем опустело, и я пошатнулась, но заставила себя держаться на ногах. А потом стали появляться маги. Их было много — из столицы, из гильдий, изо всех академий. Все явились на наш зов в Роузенкрик.

У Виолетты и Триши получилось!

Один из магов оказался совсем рядом, бросил на меня короткий взгляд, залитыми чернотой глазами. Всего мгновение, но внутри вдруг потеплело. Я словно ощутила в нем тоже, что было во мне. Чувство было такое, что его магия коснулась меня, точно погладив, и тут же отступила.

— Беги, мелкая. Дальше я сам, — бросил он нарочито небрежно и с показной легкостью выкосил целое полчище чудовищ перед барьером.

Я окинула помощника внимательным взглядом. Высокий и сильный. И очень-очень симпатичный. Он понимал, что делал, и ничего не боялся.

А я Я позволила себе на миг расслабиться и, теряя сознание, свалилась с барьера прямо в чьи-то ласковые руки. Узнала папины, после чего позволила миру померкнуть окончательно. Вот через что я прошла.

— А тут всего лишь какие-то несчастные кролики. Белые и пушистые — пробормотала недовольно под нос и перевернулась набок.