Неделю спустя после нападения некроманта, Таленбург.

Параметр макиавеллизм +2, повысился до (75/100)

Я был бы не я, упустив такой шанс безнаказанно ударить по Остроградскому. Его дружка-некроманта где только не искали и брали на карандаш все версии. Графа завалили проверками, и тот заперся в родовом имении, пересиживая позорное поражение. Все его сообщники притаились и носу наружу не казали, а это что значит?

Черкассы, Азов, Таганрог — схроны с некромантскими «заначками» горели по всему графству, вызвав волну паники и нешуточный интерес экспедиционного корпуса. Только за один день минус восемь тайников с трупами. Дальше больше.

Родня Склодского куда хочешь без мыла пролезет. Охрана в этот момент ослабла, всем дали команду переждать расследование, и объекты остались без присмотра. А вот завязанные на ростовском графе попытались перевезти — по ним-то мы и ударили как можно быстрей.

Самое интересное началось после, когда среди обгоревших обломков пожарные бригады откопали содержимое и ужаснулись. Тут-то схема вскрылась. Если мои слова Кержапольские и Остроградский могли заглушить, не придать им важности, то вот прямые улики под коврик не заметёшь.

Москва немедленно прислала своих людей. Вновь засветились татуировки на обгоревшей коже мертвецов, ко мне даже нагрянули с визитом, показали рисунки и допросили. Я охотно запел соловьём, понося своего сюзерена всеми известными и неизвестными трелями. Наконец-то моя информация дошла до нужных людей и эти люди, о боже, выполняли свою работу!

Не знаю, смогут ли они одолеть Остроградского, задавить его уликами и растоптать в суде, но проблем я подкинул, мама не горюй. Прямым текстом указал проверить подконтрольные ему города и даже новый — Юзов. Захваченный трофей всего месяц побыл в руках графа, а сыщики откопали там пять хранилищ, пять!

Вероятно, дело в Абросимове, мол, он некромант и давайте проверять всё бывшее графство Белховичское. Проверили. Активы Зайцевых ожидаемо оказались чисты. Новости шли валом. Мне имперцы не отчитывались, но от народной молвы не спрячешься. Склодские передавали слухи по нескольку раз в день через воронов.

Теперь даже самому последнему идиоту в Российской империи стал очевиден факт подготовки к прорыву нечисти. Беспорядки и возможный захват графства — это серьёзная угроза внутренней безопасности страны.

Без сомнения — эту партию некроманты проиграли. Их агент влияния увяз в разбирательствах, а биосырьё обезврежено.

Как-то так всё совпало, и каждая деталь сыграла свою роль. Не будь Константин «Безвольный» заинтересован в безопасности герцога, расследованию не дали бы ход. Не напади некромант, не заварилась бы вся эта каша. Сработай шпионы Остроградского хуже, не узнали бы, что Гио отбыл из Таленбурга, а это и послужило спусковым крючком — с его уходом защита города ослабла. Да и Иней по удачному стечению обстоятельств тëрся в нужном месте. Повезло же зубастому…

Цепочка случайных событий привела к положительному результату. А может, часть из них не случайны, кто знает?

В течение последующей недели мы восстанавливали ловушки и придумывали новые способы слежки за границей дубравы. Требовались универсальные средства: побольше постов, патрулей с сигнальными артефактами и тревожными ракетницами. Планы Остроградского по уничтожению меня и наследника провалились, но это не конец. Надо всегда быть на два шага впереди своих соперников.

Мои и отцовские владения тесно соприкасались раньше, а теперь это один феод, значит, я могу отодвинуть угрозу от Таленбурга ещё дальше. Чтобы родовое имение не растащили, руководить туда поставил человека из ратуши, а параллельно перебросил пять сотен глипт и разбил военный лагерь. Я поручил прорабу Ермолаю и его команде возвести крепость. В помощь отрядил ему десяток способных кадетов и аккумы.

С родными запасами магической силы мальцы быстро выдыхались, но подпитка извне позволяла им творить чудеса. Сложность заклинаний, опыт и инженерный гений — всё мимо. За то делают, что скажут, и много. По объёму работ реально переплюнули Гио!

Также с помощью воспитанников кадетского корпуса мы втихую расширяли главную дорогу от Таленбурга до новой крепости. Юные маги-земельники выполняли так называемую черновую работу, которую Гио терпеть не мог.

Это лёгкие, но затратные заклинания слияния камней в единое ровное полотно, укладка песка и других слоёв. Такой труд выматывал старика количеством микроопераций и отсутствием хоть какого-то творчества, но для детей — отличная тренировка!

К счастью, наши склады ломились от запасённых впрок строительных материалов, а с каменоломни давно притащили столько добра, что оно горами возвышалось за чертой города. Глипты активно взялись осваивать эти кучи: подносили песок, речной гравий и булыжники в нужном количестве. Работа спорилась.

«Я ж говорил, что построю её!» — победно отметил я про себя, наблюдая с каждым днём продвижение на сотни метров.

Скорость кладки возросла, мои восходящие звëздочки приноровились: проекции их заклинаний формировались быстрее, чëтче, механика маготворчества впитывалась на подкорку и становилась понятней. А ещё помогал стимул заполучить карманные денежки за свой труд.

Когда Таленбург только-только начинал строиться, качество дороги было не столь важно, главное, чтоб была. Аховские суммы на покупку сырья заставили задуматься о собственной добыче. В этом плане мы сейчас перешли на самообеспечение. Теперь не надо ничего ввозить из Ростова — всё можно достать с близлежащих месторождений.

Что касается их истощения, то вопросик продумали. Каменоломня у нас открытого типа, но шахта имелась, глипты спускались туда поработать. Там же был выход из подземного храма. Чтобы не трогать местные запасы, мы перетаскивали всё из Межмирья и скидывали готовые блоки камня, его оставалось только подобрать и дотащить до складов. Такая вот законспирированная ресурсная цепочка.

В небе то и дело маячил разведчик, иногда патруль сразу из пяти! Где они были в момент нашествия мертвецов чёрт его знает. Видимо, ротмистру прописали ядрëного такого императорского пенделя и, как назло, не вовремя. Теперь разведка больше мешала, и мы изгалялись вовсю, обдуривая их.

С подростками-земельниками обстряпали следующим образом: выдали им наплечные сумки с лёгкими аккумами, к которым они могли просунуть руку и незаметно подсоединиться.

С утра сегодня полное столпотворение. Доехала первая большая партия моих подданных из бывшего Белховичского графства, тысяча человек. Никогда не обрабатывал «диктатурой» такое количество за раз. Один только предварительный отбор отнял три часа!

То есть я с ними даже не разговаривал, просто указывал помощникам проводить талантливых переселенцев в отдельное помещение для ночёвки. Остальных на себя брала ратуша. Мои герои бумаги и пера подготовились и точно знали, каких профессий не хватает. Обычных умельцев распределяли по всем деревням и хуторам из расчëта на их будущий рост и потребности жителей.

Потом меня ждала беседа с каждым отобранным кандидатом. Сто десять человек. Минус восемь часов. Вот и день прошёл, но зато восемьдесят из них перебрались с семьями в Таленбург, а тридцать отосланы в Чумбур-Косу — умелый люд на побережье позарез нужен.

Во время всей этой неразберихи Святослава отыскала купца Ейчикова и подкинула ему заманчивое предложение.

— Ты хочешь купить трактир? Где, в Ростове? — уточнил он, ковыряясь пальцем в ухе, девушка не вызывала у него доверия.

— Не, здесь, здесь хочу, — указала она пальцем себе под ноги. — У меня и деньги есть.

— Знаем, слыхали про ваше богачество, только ещё разрешение от барона требуется. Это тебе не конуру слепить тяп-ляп и готово. Лицензия купеческая надобна, ты ж не купец, вот и торговать права не имеешь, акцизы до кучи платить… — загибал он пальцы.

— Разрешение есть, вот, — она достала из кармана смятую бумажку с гербовой печатью Черноярских, где совершенно отчётливо на Ейчикова смотрел двуглавый лев.

— Чего⁈ — он на эмоциях выхватил у Волковой документ, ошибка исключена — Дмитрий слишком часто видел эту символику. — Как… Как тебе удалось? Он мне столько раз отказывал… — обиженно осведомился торгаш.

— Его благородие за оборону города пожаловал. Я вместо денег попросила, — шмыгнула носом двухметровая воительница. — Ну так что?

— Я тебе зачем? — Ейчиков с осадочком вернул ей разрешение.

Настроение было испорчено. В прошлом Дмитрий владел целой питейной империей и в торговле для него это как первая любовь: в сердце на всю жизнь. По сей день матëрый спекулянт ностальгировал, тысячи раз прокручивая в уме всевозможные способы обхода императорского указа. Махал кулаками после драки.

— Сделай всё как надо, а я в долю возьму.

— На кой-эта морока? У тебя столько деньжищ — внукам хватит, если не транжирить.

— Что толку от денег без занятия по душе, смекаешь? Стану я старой, а пойти некуда, не с кем поговорить за кружечкой пенного. Так, хоть дело своё будет, — мечтательно произнесла она. — Давай пятьдесят на пятьдесят, с меня деньги и разрешение — с тебя все хлопоты. Сейчас некогда самой вникать, человека проверенного ищу. Ну соглашайся, вижу, глазки загорелись, а, Дмитрий Генрихович, тряхнёшь стариной? — она больно ткнула его локтем в плечо, и купец поморщился.

— Ну хорошо, по рукам, — не без удовольствия согласился он. — Второй заход, значит? А была не была…

* * *

День спустя, Жёлтый-70, 3360 км от колонии имперцев.

— Мне кажется, или их стало в разы больше? — спросил я, поглядывая наверх.

Мы с Александром и Пелагеей находились внутри священного дерева, приютившего стаю цветков «Anima refectio». Оба учёных делали беглые записи и зарисовки карандашами, слушая меня вполуха.

— Сто сорок три, — пробубнила Кох, она сейчас была с разогнанным до 70% мозгом, считала за секунды.

— Понял, что посоветуете?

— Я предлагаю забрать сорок особей, — сощурил один глаз Александр.

— Поддерживаю. Потенциал у фермы на три постоянные сотни, предлагаю поставить ещё парочку аккумов для привлечения внимания. 20% народилось, остальные 80% это новенькие. Нужно время.

— Нужно время, — поддержал Чечевичкин.

Через полчаса они взялись за сачки и аккуратно собрали «урожай», стараясь не тревожить медузоподобных обжор. По классификации Александра, анима — это цветок-паразит, собирающий из окружающего пространства крошки магической энергии.

Храмовник тщательно изучил их анатомию и провёл ряд опытов, выяснив, что редкий цветок обладал специальным органом-фильтром, позволяющим всю жизнь пропускать через себя воздух и задерживать микроворсинками почти неуловимые следы «пищи».

Из-за этого внутри дерева странно пахло мятными нотками, дышалось свободней. Можно представить, насколько они приспособились длительное время голодать с таким жалким рационом, а тут привалил пир вселенского масштаба. Естественно, слетится уйма гостей!

— Я думаю их ключ к выживанию — воздух «Жёлтого-70», — заявил на обратном пути Александр.

— Почему? — спросил я, покачиваясь рядом на глипте.

— Анима не способна нигде в другом мире добывать себе пропитание, даже в нашем.

— Погоди, да-к, что стоит впихнуть им теплицу и этих ящиков на прокорм? — возразил Мефодий, ехавший позади.

— Не-а, не выживают. Я пробовал.

— Бедолажки, — вздохнул богатырь.

— Именно воздух «Жёлтого-70» даёт им способность к фильтрации и потреблению энергии. Некий растворённый в нём неизвестный газ, аналог нашего кислорода, только в экстремально низких пропорциях. Он, кстати, и причина бурного роста всех здешних растений.

— Хм, интересно. Возьмëм пробы, — удивить Пелагею сложно, но Чечевичкин справился с этой задачей, я заметил на его лице блуждающую улыбку.

Хоть он и не был столь же въедлив в деталях, как Кох, но порой объединял совершенно не соприкасающиеся друг с другом сферы и получал удивительный результат.

Ведь и правда, флора «Жёлтого-70» — это самый лютый и мерзкий враг людей. Чудовищно быстрый рост растений не давал им зайти глубже, никакие обширные лесные пожары не помогали.

Чего только РГОшники не перепробовали, чтобы отогнать эту гадость подальше от своей колонии, но в итоге остановились на банальной ежедневной вырубке по периметру стен. Человечество проиграло природе, а виноват оказался… воздух!

«Хохма».

Нынешних запасов анимы мне хватит ровно на 194 человека, так как мы уже использовали один грамм стебля на внучку Гио. А если брать в разработку само цветоложе, то 650 полных восстановлений энергии.

«32.5 млн рублей по курсу императора», — хмыкнул я.

Пока не решил, стоит ли такую вещь продавать, а если и стоит, то точно не за полмиллиона. Найдутся покупатели пощедрее. Будем копить, откладывать и обеспечивать свою армию в первую очередь.

Марина все эти дни занималась оформлением бумаг на землю, и с её слов, проблем отец больше не доставит — она обошла необходимые инстанции и там заверили о невозможности подать в суд. Тылы прикрыты, теперь баронство защищено ещё и юридически.

Надо было видеть лицо мачехи, когда она обо всём узнала. Моë обещание сослать в Неклюево уже не казалось ей мальчишеским выпадом. Дело пахло серьëзными неприятностями для обоих родственников.

В Таленбурге Агриппина как сыр в масле каталась: обслуживание на высшем уровне, богатый дом, лучшая еда, денежное содержание, лекарь всегда под рукой, да и рынок в последние месяцы ожил — прибавилось товаров и новых купцов, всегда что-то интересное происходило. В глухой деревне такого не сыщешь.

— Мы можем остаться? — спросила та сутки спустя, я как раз собирался в экспедицию в Ростов и был при полном параде, мы столкнулись на выходе из терема.

Спесь сошла с мачехи ещё со свадьбы, а сейчас она встревоженно пыталась угадать моë настроение. Вся напряжённая, губы покусаны, глаза бегают, а переплетëнные на животе пальцы аж побелели от сжатия. Я взял её за плечи.

— Мне нравится, как вы в последнее время себя вели, гостите и дальше. За воротами нынче опасно.

На нас смотрели снизу гридни и прочий народ, заставший своего барона этим утром. На виду у всех я обнял её и шепнул предупреждение.

— Не пытайся обмануть ведуна.

С улыбкой отстранившись, я покинул еë, сойдя по ступенькам.

— Благослови тебя господь за твоë милосердие, — легонько склонила та голову.

Теоретически Остроградский попытался бы взять их с Фенечкой в заложники и шантажировать. Отдавать такой инструмент влияния глупо — я больше стращал Агриппину Геннадьевну.

Почему этот ход сработает на меня и придётся вписываться? Во-первых, смерти я никому не желал — это излишне, отыгрываться на женщинах и детях не в моих правилах, а во-вторых, бездействие подаст дурной пример: каждая собака увидит, что Черноярских можно красть как скот, и за это не прилетит по морде. Позор любому главе рода, кто бросает своих.

«Пока живы мои враги, никаких ссылок».

— Едем! — скомандовал я, садясь на транспортного глипта.

Снаружи за железными воротами Таленбурга, ждало полтысячи его сородичей, готовых рваться в бой, а также первый отряд (Нобу, Мефодий, Склодский, Маркел, Святослава) и второй (Щукин с пятнадцатью гриднями). Таким вот составом мы доехали до ростовского храма.

На улицах на нас глазели и тыкали пальцами, группа реально была огромной. Я велел бойцам спускаться на минус четвёртый этаж, а сам заглянул к ротмистру в кабинет.

— Помощь ещё нужна? — спросил я Олзоса Баировича, тоскливо смотревшего в окно, в руках у него была тарелка салата, обильно заправленного сметаной. — Приятного аппетита, — хмыкнул я, подходя к его столу.

— Благодарю, Владимир Денисович, и за это, и за вашу, кхм, инициативу. Простите, — он убрал в сторону тарелку и присел, приглашая меня на стул напротив.

Я отказался.

— Не напрягайтесь, ничего требовать с вас не стану, — успокоил я его. — Мои ребята уже спускаются в «Чёрный-4». Всё, что мне нужно — это воздушное сопровождение (двадцать птичек), сведения о противнике и ваше письменное разрешение на проход. Давайте надерём врагу задницу.

Моя решимость пришлась Олзосу по душе, через минуту он послал помощника собирать разведчиков, а далее во всех красках расписал отличительные черты надоедавшего им некроманта.

— Значит так, — сказал я, дослушав, — на время экспедиции главный я, и ваши люди полностью подчиняются мне. Это не обсуждается.

— Идёт, — согласился бурят.

— Отлично, тогда разговоры больше ни к чему.

Я вышел от удивлённого ротмистра и спустился в самые глубины ада. Чёрные миры по праву могли так называться: огромная смертность, враждебное окружение под каждым кустом, не убиваемые с первого раза твари, сверхсильные некры — желающих охотиться там не то что бы много. Требования к витязям и экипировке запредельные.

Что касается последнего, весь личный состав носил огнеупорную артефакторную броню и перешëл на новые мечи из межмирового железа. Кузнец Выжига заказ выполнил, ковка шла теперь на запас. Работа с особыми металлами для него дело всей жизни. Каждый меч, как произведение искусства, с которым не стыдно выслеживать некромантов.

Также мы тайком пронесли компактные аккумы. Гридни имели к ним доступ в транспортной коробке своего глипта, поэтому проблем с магической энергией не предвидится.

«А ещё у нас есть Святослава».

О да, моё оружие массового поражения, жемчужина коллекции. В последнее время у неё отбоя не было от желающих подружиться, и не только подружиться. Однако огненная валькирия предпочитала их обществу Николая Зимина, бывшего лесоруба, что составлял ей компанию в спаррингах. Перспективный малый, но пока слабенький. Будущий разведчик.

— Где эта тварь, дружище? — спросил Мефодий, после марш-броска по захваченным территориям, за несколько часов мы подобрались ко второму кольцу обороны и той самой крепости.

— Вы про кого? — не понял измученный разведчик, лицо осунулось, посерело от напряжённых боёв с бессмертными миньонами некроманта.

— Про того, кто шлёт на вас мертвецов.

— А Варда, он там, — защитник указал пальцем в густой туман. — Только туда бесполезно ходить…

— Это мы без тебя разберёмся. Радуйся, скоро получишь отгул, — перебил его богатырь, и наша армия побежала трусцой дальше.

Некромант Варда отличался мерзкой особенностью поднимать внушительное количество слуг и тюкать ими незваных гостей. Силушки у него водилось в достатке, хватало сутками совершать мелкие рейды. Тем самым лишал защитников сна, тут не угадаешь: придëт десяток противников, сотня, тысяча или вся паршивая компания с главарëм. Приходилось быть начеку.

Тëмный маг брал измором, а близко подлетавших виверн убивал на раз два. Чувствовал себя хозяином положения и любил поглумиться над разведчиками, пуская на передовую их же умерщвлённых товарищей.

Но у всего есть цена. Варда слыхом не слыхивал про никсорианскую руду, потому далеко находиться от поднятых слуг не мог — личный контроль привязывал к местности.

— Вперёд!

Глипты выпустили сапфировые лезвия и ломанулись стенка на стенку с трупаками. Те не кричали, только скрипели и щёлкали зубами, как псы. Наш первый ряд их опрокинул, а последующие втоптали в землю. В тумане сложно было оценить масштаб войска Варды, но Олзос мне сообщил о четырёх тысячах: обычные зомби, многие из них с оторванными конечностями и еле передвигались.

Мы потихоньку сбавили ход. На пятой растоптанной волне наше каре увязло в лавинах мертвечины. Это был бой качества против количества.

— Маркел!

— Выполняю! — по заранее обговорённой команде элементалист поднял тринадцать щитов вверх своими призрачными щупальцами и раскрутил по часовой стрелке.

Получились своеобразные лопасти, разгоняющие туман. Следом помогли два мага ветра из отряда Щукина. Прогресс зафиксировался, а разведчики с неба увидели наше местоположение.

Мы намеревались долго так стоять, потому два десятка магов с воздуха без опаски обрушили на войско Варды метеоритный дождь. Вышло эффективно, но не так, как это сделала бы Святослава.

— Скоро? — спросила она.

— Ждём, — велел я.

У нас всего один шанс на убийство, если некромант поймёт, что мы сильнее, то в следующие разы никогда так в открытую не выйдет. Будет прятаться, пережидать.

Склодский разбросал по всем пчёлок элементалей и держал руку на пульсе, чтобы никто не пострадал, а по глиптам параллельно пробегался цепным лечением. Это выглядело расточительством, но… Какого чёрта? У него под боком аккум. Малейшая рана камнекожего бойца сшивалась за секунды, а их ещё попробуй проткни.

Месиво длилось где-то с час, но мы стояли как крепкий орешек, полностью окружённые мёртвым воинством: их зубы, кости, ржавые клинки и стрелы ломались о природную броню глипт. Пятьсот трёхметровых широкоплечих магзверей весом под четыре центнера каждый. На что Варда рассчитывал?

— ВЫ КТО⁈ — заорал впереди гнусавый голос.

— Волкова!

— А? — не понял обнаруживший себя некромант, но он уже ошибся, его открытая пасть и желание покрасоваться сотворили с ним злую шутку.

Есть заклинания конусовидные, есть копьевидные, шарообразные, всяких форм и размеров. Одни летят быстро и рассчитаны на маленькую смертоносную рану, другие медленно, но своим попаданием сминают цель. Что те, что те для некроманта безвредны — срегенерирует или увернётся на нечеловеческой реакции.

— Есть! — ответила Святослава.

А вот «красная жатва» выбивалась из общих правил. Она работала по огромной площади и далеко от хозяйки. Алое цветочное поле разъело ноги Варды, кости оплавились и туловище упало в раскалëнную жижу. Ловушка захлопнулась: быстро встать невозможно, кисти тоже разъедаются — никакой точки опоры.

— ЧТО ЭТО ТАКОЕ? — заорал некромант с нотками страха в голосе, а я в этот момент уже мчался на Лёлике вперёд к границе дымящегося квадрата.

Глипт на ходу вынул меня двумя руками из транспортной коробки и вытянул их вперёд, продолжая бежать. Отпустил, только когда жар обжёг пальцы. Мне же с него ноль вреда. Во-первых, огнеупорная броня и обувь, во-вторых, активированный меч Аластора.

Дальше я рванул в одиночку на голос Варды, говорливый подонок попался. Сквозь дым по мне чуть левее прилетел фиолетовый гнилостный канат магии, затем ещё семь и все разбились о щит божественной искры.

Оказывается, некр оторвал себе нижнюю часть тела и прополз дальше, потому и намеченный маршрут отклонился. Его конечности дымились, пульсировали, плоть проталкивалась, как по колбасной кишке. Бесформенная масса уже вылезала наружу, готовая заменить собой утерянное мясо…

— ТВАРЬ, ТЫ ОБМАНУЛ МЕНЯ…

Я не дал ему договорить.

Выскочил прямиком на скорченного, прилипшего к земле урода с разбухшей, как у гидроцефала башкой и нанёс рубящий удар, потом второй, третий, и так пока этот кусок дерьма не перестал верещать. Мертвятина рассыпалась в прах.

Я выпрямился и осмотрелся. Из-за смеси тумана и дыма не видно ни зги, мог ведь так заблудиться… Выйдя за край огненного квадрата, я сразу же наткнулся на первый ряд подошедших глипт. Выжженное поле потихоньку остывало.

— Закончили, — сообщил я им, хотя гридни и так это поняли — покойники угомонились.

Параметр отвага +1, повысился до (91/100)

Параметр лидерство +2, повысился до (86/100)

Параметр командная работа +2, повысился до (27/100)

Параметр организованность +2, повысился до (35/100)

Параметр самообладание +1, повысился до (64/100)