Глава 18. Ответственность

Дамир Морозов

Рассматриваю раскрасневшуюся от жара кухни Настю. Красивая… Готовилась к встрече с коллективом. Мда? Мда…

А попала снова прицельным в мое сердце. И как обыкновенному тестостероновому пацану мне хочется подергать ее за эти кудряшки, что высыпаются из–под сетчатой шапочки и обрамляют нежное лицо.

Заливая песочные корзиночки красивыми шапками крема, Настя закусывает губу. Старается. Улыбается, любуясь работой.

На столе стоит несколько кондитерских досок с десертами. Чтобы сильно не драконить народ, договор на испыталку с ней будет подписан после дегустации.

Настя устало мнется с ноги на ногу. Болит? Ну конечно! Она с обеда на ногах. А сейчас уже… шесть вечера.

Мне хочется принести ей стул или вообще – поросить больше не работать. Зачем? Я бы мог…

Ничего ты Морозов бы не мог! Своими проблемами займись!

Видимо, почувствовав мое присутствие, Настя оборачивается.

–Оо… Дамир Алексеевич. У меня почти все готово.

–Вижу.

Мое сердце начинает стучать быстрее от ее смущенной улыбки и перепачканых в муке щек с ямочками. Девчонка ещё совсем, а уже сама скоро будет с ребёнком. От мужа…

Почувствовав волну горячего удушья, дергаю верхние пуговицы рубашки.

–Хотите…

Очень хочу. Много чего такого, что во всем цивилизованном мире называется «харасментом».

–Хотите первым попробовать, – мнет Настя в руках полотенце. – Я могу попросить вам чай налить…

–Это ты в моем ресторане решила мне чай налить? – Резковато хмыкаю.

А нехрен тут задницей крутить перед моими сотрудниками. Сергей известный дамский угодник. Уже сдружились?

–Я…. – тушуется Настя. – Извините. Просто хотела, как лучше.

–Попробую в общем порядке. Если все готово, то вернусь с Шефами через десять минут.

–Хорошо…

Проходя мимо зала, слышу, как Луиза снова отрывается на официантах.

–Что здесь происходит?

–Работать никто не хочет! – Взмахивает руками моя администратор. – Все с тряпками бегают, а она стоит, как королева!

Рассматриваю девушку. Из стареньких. Работает уже около полугода. На обыкновенный саботаж не похоже.

–Что случилось? – Смотрю молодой женщине в глаза.

Опускает. Молча поднимает руку и стягивает перчатку. Под ней кожа вся в пятнах красных.

–У меня аллергия на моющую химию.

–Почему сразу не сказали?

–Думала, что в перчатках будет нормально… – расстроено.

–Идите домой. Завтра сможете заступить на смену с утра?

–Смогу.

–Дамир Алексеевич…. – шипит Луиза. – Она с такими руками не сможет работать!

–Она наденет белые перчатки! – Рявкаю. – Выдать столько, сколько нужно. Ясно?

Разворачиваюсь и, бросив строгий взгляд на свою администратора ухожу.

Формально – она права. Но мы абсолютно не в том положении, чтобы разбрасываться сотрудниками. Особенно когда аллергия – это не вина человека.

Захожу в горячий цех.

–Марко, Артур…

Оборачиваются, переставая методично работать ножами. Кое–что все равно пришлось перевести в замороженные заготовки.

–Пойдемте. Проэкзаменуем новую сотрудницу. Ни у кого нет принципиальных или рациональных возражений?

–Дамир Алексеевич… – разводит руками Артур. – Ты в этом доме хозяин… Тебе решать, как правильно.

Нравится мне эта черта в его культуре. А может быть, это просто мудрость. Артур немолод. Всякого повидал.

По дороге цепляем Сергея, бухгалтера и пару официантов девочек из «старичков». Пусть будет независимое мнение.

Луизу приглашаю в самый последний момент, сомневаясь стоит ли вообще. Но и без нее как–то неправильно.

Настя, замерев возле стенки, ждёт вердикта, пока каждый снимает пробу с десертов.

Девчонки постанывают, съедая слоеные трубочки целиком, улыбаются.

Таким темпом на все десерты их не хватит, но мне, в целом, уже и так все понятно. Они за время работы натаскали с кухни разного.

Сергей тихо говорит Насте что–то ободряющее. Смеются…

Меня это иррационально бесит. Но предъявить то нечего.

–Марко? – Киваю ему.

Он молчалив.

–Что скажешь?

–Непрофессионально, но душевно, – выносит вердикт. – А что здесь?

Кивает на бисквитный торт.

–Оооо… – краснеет Настя. – Рикоты не было. Я взяла творог со сметаной. Так получается нежнее и менее сладко.

–Так делать категорически нельзя. Нужно прописывать в составе.

–Формально это… – трясется голос Насти. – Взаимозаменяемые продукты. Творог даже легче. Подходит для тех, у кого есть аллергия на сывороточные белки.

С интересом пробую предмет спора. И… это действительно неожиданно вкусно. Не так убивающе приторно, как это обычно бывает в классике.

–Оставляем. В меню нужно будет добавить поправку.

Артур останется, в целом, тоже очень доволен. Девочки официанты вместе в бухгалтером выпрашивают остатки десертов домой.

Луиза претенциозно молчит.

–Конструктивные замечания? – Подхожу к ней.

–Разве мое мнение имеет значение?

–Перестань. И давай строго по делу.

–Где ты ее подобрал?

Хмыкаю.

–Там больше нету.

Демонстративно оставляя вилку на столе, Луиза уходит.

–Вы здесь и без меня справитесь.

Выдыхаю с облегчением. Это хорошо, что она воздержалась от комментариев.

–Господа, давайте вынесем решение… – обвожу команду взглядом.

–Я считаю, что вы хорошее приобретение для «Сезонов», – выдает Марко.

В своем стиле протягивает руку Насте и вдруг вместо пожатия оставляет на ее тыльной стороне поцелуй.

–Benvenuti a "Sezoni*! Добро пожаловать!

Настя краснеет.

–Спа…. благодарю.

Сергей приобнимает ее за плечи.

Артур пафосно выдает фирменный фартук.

–Надеюсь, вы понимаете, что ситуация вас ждёт непростая.

–Я понимаю, – кивает Настя.

Бросает на меня взгляд.

–Тогда остались формальности, – киваю ей. – Прошу…

Мы снова идём вдвоем в мой кабинет.

Вдруг в коридоре Настя резко останавливается и хватается за стенку.

–Что случилось? – Подхватываю ее.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Делаю глубокий вдох, чувствуя запах, с которым провел ночь, как что–то очень родное и такое… что позволяет сжать женщину чуть сильнее, чем предполагает приличие.

Оооо… черт возьми! Чувствую, как у меня неизбежно становится тесно в штанах.

–Я… – хлопает Настя ресницами. – Прошу прощения. Просто переволновалась.

–Идти можешь?

Кивает, но не идет.

Подхватываю на руки.

Да, тут да кабинета шагов десять. Но мне хочется вот так ее в него доставить.

Заношу и сажаю Настю на кресло.

Всовываю ей в руки открытую бутылку воды и жду, когда девушка сделает пару глотков.

–Нормально?

–Да… – выдыхает. – Вы не подумайте. Я могу работать. Это просто минутная слабость!

–Я ничего и не думаю, – качаю головой.

Подаю ей давно распечатанный документ.

Настя подписывает его, даже не прочитав.

Строго смотрю на нее.

–Больше так никогда не делай.

–П… почему? – Теряется.

–Мало ли что тебе подсунут на подпись.

–А… оооо…

Зажимая переносицу, тяжело вздыхаю. Да что ж тебе, Морозов, так везет на рафинированных фей.

Моя бывшая жена была такой же. Сейчас, конечно, жизнь ее сильно подрихтовала. И мне категорически не хочется, чтобы Настя когда–то тоже попала под похожие жернова.

–У тебя есть родители, Настя?

Да, я пытаюсь снять с себя уже взятую ответственность.

У Сони, по крайней мере, была в Италии мать. И о них с девочкой сейчас есть кому позаботиться.

–Нет… – опускает взгляд Настя. – Я поздний ребёнок. Родителей уже нет.

Да чтоб тебя!

–Ладно. Иди убирай рабочее место и поедем домой.

–Вместе?

–Хмм… – задумываюсь. – Да, ты права. Это будет несколько компрометирующе.

А тебе, Морозов, хотелось бы ее по городу покатать, да?

–Напиши, как будешь готова. Вызову такси. Кстати, ты помнишь, про прием у травматолога?

–Конечно. Я как раз хотела сказать…

–Не переживай. Просто оставишь несколько заготовок. Как–нибудь пару часов без кондитера ресторан поживет.

Все равно терять ему особенно нечего.