Глава 10. Прошлое…

–Ты не обращай внимания, – осоловело бормочет Майя. – Мир… он, конечно, иногда скотина. Но очень порядочная. Своей бывшей жене он квартиру подарил.

Я едва не закашливаюсь, превратившись в слух. Почему–то факт наличия в анамнезе Морозова женщины, на которую он надевал кольцо, меня неприятно дергает.

Хотя, меня вообще это интересовать не должно!

–А почему бывшей?

–Соня детей очень хотела. Дамир был против. Они на эту постоянно скандалили. Она страдала. А потом… в общем, там мутная история, но она вдруг ушла к его другу. К Тимуру Левину. И не просто ушла, а оказалась ещё и беременной.

–Какой кошмар….

–Мда… Кошмар в том, что Мир разделил имущество, нажитое в браке пополам и отдал Соне второй ресторан.

–Это очень благородно… – вздыхаю, понимая, что мой муж на такие широкие жесты никогда бы не пошел.

Хотя, если говорить честно, но в нашей с Семеном квартире тридцать процентов точно мои. Совместно нажитого имущества, ремонта…

Но недоказуемо!

–Дурак! – Фыркает Майя.

–Почему? – С удивлением замираю. – Нет, я понимаю, что та женщина обидела твоего брата. Но они же жили вместе…

–Да нет! – Фыркает сестра Морозова. – Дурак, потому что лучше бы ей просто денег дал! Сонька – она прям нормальная.

–Тогда почему?

–Потому что на этом красивая история заканчивается, – вздыхает Майя. – Пока Соня рожала ребёнка, Левин оформил весь бизнес на себя и в конец обнаглел. Начал пить, гулять. Ну Софа не выдержала и сбежала с ребёнком. Дамир помог ей развестись и отсудить Катюшу. Подарил квартиру.

Так вот при каких обстоятельствах! Да мужик почти святой!

–Наверное, он ее очень сильно любил?

–Любил. Тут без вариантов. Мир вообще никогда не делает того, чего не хочет. И никогда не признает ошибок… Извиниться для него – смерти подобно. Весь в отца, короче…

–А с отцом у них….

–Никаких отношений. С детства.

–Почему?

–Мне никто никогда не рассказывал. Ни Дамир, ни его мать не общались с отцом после развода. Ты знаешь, моя мама тоже горит не большим желанием поддерживать диалог.

–Твой отец ее сильно обидел?

–Ой… он вообще всех обижает. Ужасно тяжелый человек. Солафон, есть солдафон. Что с него взять.

–И тем не менее, твоя мама родила ему двоих детей.

–Мама была сильно моложе и была, как это… «сельской дурочкой». Вот.

–А потом поумнела? – Улыбаюсь.

–Ага. И решила, что он ее никогда не любил. Ты знаешь, здесь я с ней абсолютно согласна. Потому что портретов бывшей жены в кабинете при текущей молодой и красивой не держат.

–Это так грустно…

–Да.… зато преуспел по службе. Все мечтал, чтобы Ромыч по его стопам пошел.

–А он не пошел?

–Пошел. Но брат был очень добрым и мягким человеком. Его больше влекло творчество…

Мы замолкаем, думая каждая о своем.

Майя сворачиваются калачиком и, положив голову на диванную подушку, незаметно засыпает.

Я накрываю ее пледом, приглушаю свет и тихонько ухожу на кухню.

Убираю продукты в холодильник, которые остались после приготовления еды и десертов.

На сковороде остается немного жареной картошки с грибами и курицей.

Смотрю на часы. Стрелка близится к семи вечера. Сомневаюсь, что господин Морозов почтит нас сегодня своим присутствием, но еду все равно не убираю.

Привычка ждать мужчину, чтоб ее! Но она иррациональная, и я не желаю с ней пока бороться. Никому хуже не станет. Даже если эта еда испортится.