С деньгами в кармане жизнь начинает казаться легче. Конечно, это не миллионы, которые Кайн успел заработать до этого и которых он в одночасье лишился. Но всё же восемьдесят с небольшим тысяч примерно соответствуют почти трём зарплатам дворника. А это означает, что при желании на эту сумму можно прожить в районе трёх месяцев. Конечно, при условии, если не покупать поддельных документов.

Как минимум, паспорт хотя бы самого худшего качества Кайну был очень нужен. Поддельные документы хорошего качества стоят дорого. Ещё дороже стоят настоящие документы. К тому же, что при покупке первых, что вторых, можно нарваться как на мошенников, так и на представителей правопорядка, которые подобно рыбакам ловят маргиналов на наживку. Ведь обычный законопослушный гражданин поддельные документы покупать не станет.

В то же время, как пояснил бывший зек из «Колхозона», при покупке дешёвых подделок сложней нарваться на подставу. Такими делами занимаются владельцы типографий, которые не гнушаются нарушением закона. Вернее, сами владельцы бизнеса стараются не лезть в зону торговли. Они подпольно принимают заказы на печать от «хороших знакомых», которые потом распространяют документы.

По дешёвому паспорту можно в лучшем случае проехать в поезде или в автобусе. Профессионалам его лучше не показывать, то есть в банках, полицейским и прочим. А вот обычная проводница или продавец билетов на автобус фальшивку вряд ли опознает. Вообще, поезд предпочтительней, чем автобус. Хотя и считается, что железнодорожные вокзалы лучше охраняются, чем автомобильные. Там много полиции, рамки детекторов, видеонаблюдение. Но как раз из-за этой атмосферы настоящих преступников в поездах не задерживают.

Автобусы — другое дело. Сесть на них проще, как и купить билет не проблема. Но их периодически останавливают на постах дорожно-транспортного контроля, и устраивают тотальную проверку документов как раз с целью выявления преступников. Новостей о задержании беглых преступников в междугороднем автобусе намного больше, чем о таких же задержаниях в поездах.

Самый серьёзный подход к безопасности в аэропортах, особенно на международных рейсах. Вот где точно лучше не светить поддельными документами. Да и вообще там лучше вовсе не появляться, если числишься в розыске. Система опознавания по лицам в аэропортах работает с наивысшей эффективностью. Все пассажиры пробиваются по базам. В общем, стоит Кайну там появиться, как его тут же скрутят.

По наводке вора гречки, Кайн нашёл в Белгороде человека, который занимался изготовлением дешёвых и низкокачественных поддельных документов: паспортов, водительских удостоверений на различную технику, дипломов, удостоверений сотрудников разных органов и тому подобное. У него можно было купить практически что угодно, вот только ни один из этих документов не пройдёт какой-либо проверки.

Вместо пятнадцати тысяч, на которые парень рассчитывал, он заплатил всего десять тысяч. Как ему пояснил продавец, руки которого были покрыты синими татуировками, такие документы в последнее время пользуются популярностью у мошенников. Они заказывают паспорта оптом с печатями, но без фотографий. Для оптовых покупателей действуют скидки — при покупке от десяти документов цена за один экземпляр будет всего пять тысяч.

Мошенники с такими паспортами реализовывают через интернет разные схемы. В основном ненастоящая продажа чего-то дорогого. На деле же у мошенника есть на руках лишь фотографии дорогой и пользующейся спросом вещи. Цена выставляется ниже рынка, после чего «продавцу» остаётся лишь уговорить покупателя перейти с «Хламито» в другой мессенджер и провести оплату напрямую на карту. На деле же деньги поступают на карту дроппера, который даже не подозревает, что участвует в мошеннической схеме. Причём именно дроппер по итогу становится виноватым, и его ловит полиция. Сам же мошенник остаётся неуловимым.

Кайн в очередной раз задумался, тем ли он занимается? Если мошенников тут никто не ловит, то может быть, на свою ферму стоило бы зарабатывать обманом через интернет?

Впрочем, он тут же отбросил эти мысли. Логика подсказывала, что если бы никого не ловили, то синие татуировки у некоторых его шапочных знакомых отсутствовали бы.

С паспортом, пусть и кривым донельзя, Кайн почувствовал себя уверенней. Ещё больше уверенности ему придавало наличие денег. Наконец, он совершил то, о чём так долго мечтал в последнее время — зашёл в магазин дешёвой одежды и закупился всем необходимым для жизни. В первую очередь это были трусы, носки и футболки — всё в количестве пяти штук.

Сложно представить, каково это на протяжении нескольких недель ходить в одном и том же нижнем белье. Периодически его следует снимать и стирать. И горе тому, у кого нет сменной одежды. У Кайна её не было, из-за чего он стирал раз в несколько дней и до утра оставался без нижнего белья, чем шокировал соседей. Нет, конечно же, он не разгуливал по общежитию голышом. Но ходить по комнате проживания в одном полотенце, обёрнутом вокруг пояса — это с ним периодически приключалось. Как и спать ему приходилось обнажённым, периодически невольно светя во сне розовыми «булочками». Соседям это не нравилось, но высказать вслух свои претензии они опасались после того, как стали свидетелями расправы над вором каши.

В общем, сложностей с одним комплектом одежды у Кайна было немало. Но теперь, когда у него появились деньги, он постарался в первую очередь решить эту беду. При этом он старался не покупать слишком много вещей. Ведь он по-прежнему вёл кочевой образ жизни: сегодня в одном месте, завтра в другом. Все вещи ему предстояло таскать на своём горбу. Поэтому следовало соблюдать баланс между необходимостью и транспортной мобильностью. То есть, он не мог себе позволить покупку большого количества одежды. Но и мало вещей тоже плохо, ведь не всегда появляется возможность постираться.

Помимо нижнего белья он приобрёл спортивный костюм, кроссовки и новую куртку — красную. Хотя цвет у куртки был ярким, он считал, что так будет лучше. В ориентировках по розыску он одет в чёрный пуховик. Следовательно, он будет меньше привлекать внимания в алой куртке, чем в чёрной. Опять же, ищут парня в джинсах, а он будет щеголять в спортивке. Ну и обувь его кардинально отличалась от первоначальной. Ну и, чтобы было в чём всё это носить, он приобрёл вместительный рюкзак.

Свои прежние вещи он выбросил в мусорный бак, за исключением джинсов. Их он всё же решил оставить. Этот предмет гардероба слишком распространён, чтобы привлекать к нему лишнее внимание. Смену одежды ему всё же хотелось иметь, а денег на покупку нескольких комплектов верхней одежды у него не было. Вернее, он мог себе это позволить, но тогда пришлось бы ужаться в другом месте.

Следующим местом посещения стала парикмахерская. Там он подстригся под ноль.

Затем он купил очки без диоптрий — с обычными стёклами. Лысый очкарик в спортивном костюме и ярко-алой куртке. Такой образ был настолько диссонирующим и кричащим, что он совершенно не походил на себя прежнего, особенно с фотографий с шоу. В общем, любой полицейский вряд ли сумел бы его опознать. Даже те люди, которые с ним встречались лично, вряд ли смогли бы узнать его с первого взгляда.

Заключительной точкой посещения стал магазин сотовой связи. Там он приобрёл недорогой, но вполне неплохой смартфон и сим-карту по поддельному паспорту. Продавщице было настолько плевать на всё вокруг и она настолько сильно хотела продать хоть что-то, что она бы в этот момент приняла бы даже нарисованный от руки документ. В общем, она не заметила, что ей дали фальшивку.

За половину дня Кайн в совокупности потратил тридцать три тысячи рублей. В эти траты, в том числе, вошла шаурма, которую он купил возле автовокзала. Шаурма оказалась настолько же отвратительной, насколько дёшево она стоила. Кайн не выбросил её исключительно из-за бережливости. Он неожиданно понял, что это одна из тех точек, которую Санёк из ночлежки не рекомендовал ему посещать под страхом получить пищевое отравление. Если даже бомжи это место обходят за километр, то как вообще этот бизнес не прогорел?

В итоге от вполне себе неплохих денег с заработка на складе Колхозона осталось чуть меньше пятидесяти тысяч, что очень опечалило Кайна. Он снова ощутил давно утерянное чувство, когда зарабатываешь вроде бы неплохие деньги, но стоит только зайти в магазин и начать их тратить, как понимаешь, что это копейки.

Сразу после смены образа Кайн погрузился в мир интернета, по которому очень сильно скучал. Новенький телефон стал для него окном в безграничный мир информации. И первым делом он начал искать квартиру для аренды, поскольку устал жить в общежитии и уж точно не горел желанием ночевать на улице. Хоть и наступил апрель, но погода всё ещё стояла холодная. Ночёвка на открытом воздухе могла привести к печальным последствиям для организма.

В первую очередь парень обращал внимание на дешевизну. Комнаты ему были неинтересны, поскольку он хотел жить в квартире один без соседей. Местоположение жилья для него тоже не играло существенной роли. Да и не знал он Белгорода, чтобы выбирать, в какой части города поселиться. Но и совсем убитые варианты жилья ему были неинтересны.

К примеру, после сортировки по цене от дешёвого к дорогому, первой предлагалась двухкомнатная квартира за шесть тысяч в месяц. Казалось бы, предложение невероятно выгодное. Но Кайн чуял подвох, которым от этого объявления разило за километр. Во-первых, ремонт в первый и в последний раз в этой хате делали лет пятьдесят назад. Мебель там настолько в стиле «а ля бабушка», что казалось, будто прямо с экрана доносился запах той самой бабушки, которая жила в этом месте и, скорее всего, там же отдала богу душу. Во-вторых, на одной фотографии в рамах были видны не щели, а дыры... Огромные дырищи на месте, в котором должны были быть вставлены оконные стёкла. Такое «дизайнерское решение» можно было назвать очень смелым, но оно потенциальному арендатору не понравилось.

Следующая квартира выглядела более интересно. Однушка в хрущовке за десять тысяч в месяц, плюс четыре с половиной тысячи залога. Хотя за что оставлять залог — оставалось для Кайна загадкой. Ведь из ценного он там ничего не заметил. Разве что маленький холодильник на кухне и древняя газовая плита. Если их продать, то возможно, эта сумма и наберётся, но это не точно. В остальном же мебель там была из разряда выкинуть жалко, потому что до помойки таскать далеко. Или же она была притащена с той самой ближайшей помойки после того, как кто-то из соседей её выбросил. Единственным исключением являлись мойка с краном. Что та, что другой сияли первозданной новизной. А вот кухонный гарнитур подкачал. Его словно притащили с той же помойки, после чего торжественно врезали в него новенькую мойку с краном. Впрочем, Кайна эта квартира полностью устраивала. Ей не хватало лишь электрического чайника и стиральной машины с микроволновкой. Эти три бытовых прибора были для него важны, поскольку он к ним успел привыкнуть за время «хорошей» жизни. Поэтому он продолжил просмотр объявлений.

Следующая квартира, тоже однокомнатная, стоила уже двенадцать тысяч. За ней дальше дороже — тринадцать. И комиссию за их подбор уже просили в половину цены, а значит, их сдавали через риелторов. И хотя цена парня устраивала, но вот риэлторы. Он считал, что через них снимать жильё невыгодно. Мало того, что ему придётся заплатить залог в размере месячной платы, так ещё и комиссию.

Ему квартира нужна была на неопределённый срок, возможно, что всего лишь на месяц. И отдавать за неё лишние деньги ему не хотелось. Поэтому он старался игнорировать объявления с комиссией и залогом, по крайней мере, большим. В итоге он дошёл до двухкомнатной квартиры в хрущовке, которая стоила четырнадцать тысяч в месяц, а залог был указан чисто символический — всего пятьсот рублей. Главное — сдавал жильё собственник напрямую без посредничества риэлторов, которых Кайн с Москвы не любил. Ремонт там был уже из девяностых. Вся бытовая техника пусть и не новая, но в наличии. Мебель приемлемого качества. На этом варианте Кайн решил остановиться.

Квартира находилась в пятиэтажке на окраине Белгорода, в районе, который местные называли «старым городом». Двор был заставлен машинами, но выглядел ухоженно — видно, что жильцы следили за порядком.

Собственницей оказалась женщина лет пятидесяти пяти, представившаяся Людмилой Петровной. Она была одета в аккуратный, но поношенный серый пуловер и тёмные штаны, а её короткие седые волосы были уложены простой, но тщательной укладкой. В её глазах отображались усталость и лёгкая настороженность, свойственная людям, которые сдают жилье не первый раз и насмотрелись на разный контингент. Однако когда она увидела Кайна — лысого, в очках и яркой куртке, но с открытым, почти наивным лицом, которое он специально старался сделать максимально «простым», её выражение смягчилось.

— Дима, говоришь? Заходи, — пригласила она его внутрь, окидывая оценивающим взглядом. — Ты надолго квартиру ищешь? А то мне однодневки тут не нужны — мороки с ними много.

— Да, Людмила Петровна, очень надеюсь, что надолго, — с энтузиазмом ответил Кайн, входя в прихожую. Квартира пахло приятной свежестью, словно после недавней уборки. — Мне в предыдущей квартире неожиданно резко задрали цену. Наверное, думали, что я сын Рокфеллера. А я студент, у меня бюджет ограниченный. Вот и пришлось срочно искать что-то новое.

Он заранее продумал легенду, по которой он простой парень из села, который приехал в Белгород учиться в медицинской академии на травматолога. Его выбор остановился именно на этой специальности, потому что она звучала солидно и вызывала уважение, но не была слишком «звёздной» вроде хирургии. И травматолог — это про физическую силу и выносливость, что хорошо ложилось на его атлетическую фигуру.

— Студент? — Людмила Петровна вздёрнула брови, изучающе глядя на него. — А на каком курсе? И из какого села?

— С Обояни я, это в Курской области, — Кайн назвал первое пришедшее в голову название райцентра, который он мельком видел на карте. — Я на третьем курсе медицинской академии. Хочу пойти специализироваться в травматологию — это же важно, людей на ноги ставить.

Он старался говорить чуть простовато, с лёгким деревенским акцентом, который подметил у некоторых работяг на «Колхозоне». Казалось, будто это сработало. Настороженность в глазах хозяйки начала таять, уступая место деловой заинтересованности и даже лёгкой симпатии. Настоящий доктор трижды подумал бы, прежде чем пожилому человеку признаваться в своей профессии. «Лучше пусть считают меня проституткой, чем узнают, что я терапевт», — так думали многие врачи про своих соседей.

— О, травматолог — это серьёзно, — кивнула Людмила Петровна, и в её голосе прозвучали нотки одобрения. — Я вот прошлой зимой ногу сломала — к вам на приём сложно было попасть. Вот было бы у нас побольше врачей, к вам попасть было бы проще, а не как сейчас, - прорезалось у неё осуждение. Но тут же она вернулась к делу: — Ну что, давай я покажу тебе квартиру.

Она провела его по небольшой, но чистой квартире. Вживую всё выглядело так же, как на фотографиях: скромная мебель советских времен, но в хорошем состоянии, телевизор с «пузатым» экраном, исправно работающий холодильник времен ранних двухтысячных. На кухне стояла стиральная машина-автомат, пусть и старенькая, и микроволновка. Это было именно то, что нужно Кайну.

— А что у вас с интернетом? — мысленно он уже был готов заплатить за эту квартиру.

— Интернет есть, просто не оплачен, — пояснила хозяйка. — Я дам тебе номер, на который можно скинуть деньги, и интернет заработает. Если что — звони мне, и я поругаюсь с провайдером. Что ещё? Хм... Коммуналка включена в цену, но свет, воду и газ ты будешь оплачивать по счётчику. Обычно это выходит не дороже трёх тысяч, конечно же, если не лить воду постоянно и не бездумно жечь электричество. Залог чисто символический, пятьсот рублей, на случай, если ключи потеряешь или ещё что. Главное — содержать квартиру в порядке. Не курить, не шуметь, не мусорить. У меня тут люди нормальные живут, соседи пенсионеры в основном, тихие. Они очень не любят шума.

— Да я сам тихий и не люблю шума, Людмила Петровна, — поспешно заверил её Кайн. — У студентов меда настолько много учёбы, что нам не до гулянок. Да и сессия скоро.

— Это похвально, — сказала женщина, и на её лице появилась настоящая улыбка.

Кайн будто наяву видел, как она мысленно оценила его: не буянит и не пьёт (во всяком случае, так выглядит), учится на врача — идеальный жилец для её скромной квартиры.

— Документы есть? — продолжила она. — Паспорт, студенческий?

Сердце Кайна на мгновение ёкнуло, но он сохранил спокойствие. В следующее мгновение он достал из рюкзака свой новенький фальшивый паспорт и столь же фальшивый студенческий билет, который он купил после паспорта всего за тысячу рублей после покупки смартфона. Предприимчивый «татуированный мастер» предложил ему сделать «комплект для студентов». Он заверил его в том, что тот быстро окупиться, ведь для студента одни лишь скидки на проездной покроют все затраты в течение месяца. Но Кайн сразу такую покупку совершать не стал. Он сделал это лишь после, когда задумался над арендой жилья.

Тогда же он решил, что поддельный студенческий отличить от настоящего в разы сложнее, чем паспорт. Ведь студенческие билеты ваяют секретарши практически на коленке. Пожалуй, подделка выглядела даже более солидной, чем оригинал.

Вообще, он решил, что в случае остановки полицией, лучше будет предъявить им студенческий, чем насквозь фальшивый паспорт. Выглядел он молодо, так что на студента был очень сильно похож. Если бы он окончил школу и поступил в ВУЗ, то как раз в это время был бы третьекурсником. Ну и профессия у него солидная — медик. От такого человека подсознательно подлянки не ожидают. В общем, идеальный образ.

Людмила Петровна бегло взглянула на разворот паспорта с фотографией, переписала данные в договор и вернула документ.

— Ну что ж, Дмитрий, всё в порядке, — её тон стал совсем тёплым и дружелюбным. — У тебя деньги есть? С тебя четырнадцать пятьсот.

Кайн отсчитал ей четырнадцать тысяч пятьсот рублей — оплату за месяц и залог. Хозяйка аккуратно пересчитала купюры, убрала их в дамскую сумочку и вручила парню один экземпляр договора аренды.

— Вот ключи, — Людмила Петровна протянула ему два ключа на простом стальном колечке. — Мой телефон у тебя есть. Если что-то сломается — не чини сам, сразу звони мне. Я живу недалеко. И, Дима… — она на секунду задержала взгляд на его лице. — Учись хорошо. Врачи нужны. Сейчас как в поликлинику ни пойдёшь — очереди до горизонта и половины врачей нет: ни травматолога, ни гастроэнтеролога, ни отоларинголога. И квартиру береги. Она хоть и не роскошная, но мы с покойным мужем в ней тридцать лет прожили.

Кайн кивнул, внезапно почувствовав неловкость за то, что он обманывал этого человека, который проявил к нему доверие. Но что ему оставалось делать? Если бы он сказал ей правду, она бы тут же вызвала бы полицию и во всю глотку вопила бы о том, что рядом с ней беглый сектант-живодёр.

— Обязательно, Людмила Петровна. Спасибо вам большое. Я всё сделаю, как надо.

После того как хозяйка ушла, Кайн запер дверь и прислонился к ней спиной. Тишина дарила ему покой. Он сделал глубокий вдох. Впервые за долгие недели он был под своей, пусть и временной, крышей. У него появилась точка опоры. Теперь можно было выдохнуть, осмотреться и, наконец, как следует подумать над дальнейшими действиями. Как минимум у него в запасе был месяц.

Первым делом он проверил все розетки, краны и работу техники. Всё функционировало. Затем он положил на кухонный стол очки и подошёл к окну. Вид открывался на тот же двор, серые пятиэтажки и пока ещё голые деревья. Обычный, ничем непримечательный пейзаж. И это было прекрасно. Никаких охранников, камер и пристальных взглядов.