Глава 7

Глава 7

Тамара.

Я смотрела на дорогу, убегающую под колёса, и слушала, как урчит мотор. Фургон мягко покачивался на ухабах, вибрация от сиденья отдавала в спину. Я покосилась на руки садовника, лежащие на руле: крупные, загорелые, с едва заметными царапинами от веток. Он вёл машину спокойно, но я видела, как напряжена его шея, мужчина старается не смотреть в мою сторону.

Молчание висело между нами, как густой летний зной. Оно было не враждебным, но полным недосказанности. Я вспоминала вчерашний вечер: его слова, прозвучавшие так, будто он обжёгся о них сам, и то, как он сбежал, опрокинув стул. Это было почти трогательно. Но я слишком хорошо знала, чем заканчиваются такие истории, где женщина старше, а мужчина младше. Я не хотела быть ни чьим-то мимолётным увлечением, ни, упаси боже, объектом жалости.

– Пётр, – начала я, не поворачивая головы.

Он вздрогнул, пальцы сжались на руле, и в ту же секунду фургон огласил окрестности оглушительным, пронзительным клаксоном. Я вздрогнула, зажмурившись на мгновение, а он, выругавшись сквозь зубы, поспешно убрал руку.

– Простите, – выдохнул мужчина, краснея кончиками ушей. – Случайно. Нервное.

Я тихо вздохнула, приходя в себя. Сердце колотилось, но отчего-то этот нелепый звук снял часть напряжения, и я даже улыбнулась уголками губ.

– Вчерашний разговор, – продолжила, стараясь говорить мягко, но твёрдо. – Я признательна за твои слова, правда. Но лучше тебе дальше не лезть.

Он резко повернул голову, я впервые за весь день встретила его взгляд – удивлённый, почти растерянный. Брови сошлись на переносице, а губы приоткрылись, будто он хотел возразить, но не находил слов. Я поспешила отвернуться, уставившись в окно, за которым проплывали заборы и кусты, размытые скоростью.

– Я довольно стара для тебя, – добавила с лёгкой, грустной усмешкой. – Уверена, ты ещё сможешь найти кого-то своего возраста. Молодую, красивую, без багажа в виде бывшего мужа и разорённого гнезда.

Последние слова произнесла уже тише, почти про себя, но в тишине салона они прозвучали отчётливо. Пётр молчал. Я чувствовала, как его взгляд всё ещё обжигает мне висок, но не решалась обернуться. Мне вдруг стало невыносимо жарко, и я потянулась к ручке окна, чтобы впустить немного воздуха.

– Тамара, – позвал он негромко. – Посмотрите на меня.

Я замерла, не в силах пошевелиться. В его тоне не было ни обиды, ни насмешки – только спокойная, почти осязаемая твёрдость. Я медленно, словно преодолевая сопротивление воздуха, повернула голову.

Его серые глаза смотрели на меня в упор. В них было не упрямство, а что-то взрослое, твёрдое, что я не ожидала увидеть.

– Вы не старая, – сказал он, чётко выговаривая каждое слово. – Вы самая очаровательная женщина из всех, кого я встречал. И не вам решать, кто мне подходит.

Внутри всё сжалось. Я хотела возразить, отшутиться, но не смогла. Вместо этого лишь покачала головой и отвернулась к окну, чувствуя, как предательски дрожат пальцы на коленях. Мотор снова заурчал ровнее, фургон качнулся на повороте, а я так и не произнесла больше ни слова до самой остановки.