— Мне нужно домой, — я все еще чувствовала слабость после перемещения сквозь землю. — Родители будут волноваться.

— Домой? — Вейрон покачал головой. — Это первое место, где тебя будут искать. И не только Охотники.

— Что ты имеешь в виду?

— Совет Хранителей, — он произнёс эти слова с явным презрением. — После того, что произошло в ритуальном зале, они не оставят это просто так. А теперь, когда демоническая магия проявила себя…

— Но мои родители…

— Окажутся в большей безопасности, если не будут знать, где ты, — его голос стал жестче. — Поверь, Охотники умеют… убеждать людей говорить правду.

От его тона у меня по спине пробежал холодок. Я попыталась представить существо в сером плаще в нашей гостиной, и меня передернуло.

— Тогда куда?

— Я знаю одно место, — Вейрон осмотрелся по сторонам. — Древнее. Защищённое от чужих глаз. Правда, не был там… некоторое время.

— Некоторое время — это сколько?

— Около трёх столетий, — он пожал плечами, словно говорил о прошлой неделе. — Надеюсь, за это время его не нашли строители или археологи. Люди имеют отвратительную привычку совать нос в древние руины.

— И как мы туда доберемся? — я огляделась. Мы всё ещё были недалеко от Академии, и в любой момент нас могли обнаружить. — Снова через землю?

— Нет, — Вейрон поморщился. — Одного раза достаточно. Ты ещё не готова к таким перемещениям. Придётся идти обычным путём.

— Пешком?

— Для начала, — он пошел вперёд, явно ожидая, что я последую за ним. — Потом воспользуемся старыми тропами.

— Какими еще старыми…

— Тише, — он вдруг замер. — Слышишь?

Где-то вдалеке раздался звук, похожий на вой ветра в пустом доме. Но ветра не было.

— Они ищут, — Вейрон схватил меня за руку. — Быстрее.

Мы почти бежали по улицам города. Вейрон, казалось, точно знал, куда идти — он уверенно сворачивал в неприметные проулки, проходил через давно заброшенные дворы. Я старалась не отставать, но постоянно ловила себя на том, что отвлекаюсь на то, как перекатываются мышцы под его кожей, когда он с легкостью перемещает мешающие пройти ящики и тяжелые доски. Было что-то завораживающее в его движениях — текучих, уверенных, полных какой-то древней грации. Демон он или нет, но его тело определённо заслуживало внимания.

«Прекрати, — одернула я себя. — Не время думать о таком».

Несколько раз мы преодолевали старые ограды, и каждый раз Вейрон помогал мне перебраться, придерживая за талию. Его прикосновения обжигали, и я надеялась, что он спишет моё участившееся сердцебиение на усталость от бега.

Один раз пересекли чей-то сад, где древние яблони словно расступались перед нами. Вейрон двигался с уверенностью хищника на охоте, и было что-то пугающе притягательное в этой смеси опасности и контроля.

— Стой, — он резко остановился у полуразрушенной стены, увитой плющом. — Здесь.

— Здесь что?

Вместо ответа он провёл рукой по камням, и они… задрожали. Нет, не сами камни — воздух вокруг них словно пошёл рябью, как поверхность пруда от брошенного камня.

— Старая тропа, — в его голосе прозвучало что-то похожее на удовлетворение. — Всё ещё действует.

Он протянул мне руку.

— Держись крепче. Первый проход может быть… неприятным.

Я вложила свою ладонь в его, стараясь не думать о том, как естественно это ощущалось. Его пальцы сомкнулись вокруг моих, и на мгновение мне показалось, что тёмные линии на наших руках потянулись друг к другу.

— Что такое старая тропа? — спросила я, пытаясь отвлечься от этого зрелища.

— Путь между путями, — он шагнул к стене, увлекая меня за собой. — Что-то вроде Теней, но ближе к вашему миру. Древние маги использовали их для быстрого перемещения.

— А сейчас?

— Сейчас их почти забыли, — в его голосе мелькнула горечь. — Как и многое другое.

Стена перед нами растаяла, открывая проход в густую темноту. Вейрон шагнул вперёд, и я почувствовала, как его хватка стала крепче.

Первый шаг в темноту был похож на погружение в ледяную воду — воздух стал густым и холодным, а звуки города исчезли, сменившись гулкой тишиной. Единственным, что удерживало меня от паники, было тепло руки Вейрона.

— Не останавливайся, — его голос звучал странно, словно через толщу воды. — Тропа не любит нерешительных.

Я чувствовала, как что-то касается моего лица — то ли ветер, то ли невидимые пальцы. В темноте начали проступать очертания… чего-то. Древние колонны, полуразрушенные арки, осколки давно забытых строений — все это проплывало мимо нас, словно театральные декорации в тумане.

— Что это за места? — шёпотом спросила я.

— Воспоминания, — Вейрон слегка потянул меня вправо, уводя от особенно темного провала между колоннами. — Тропа помнит всё, что когда-либо стояло на её пути. Даже то, что давно исчезло в вашем мире.

«В вашем мире». Странно было слышать это от существа, которое час назад помогало мне перелезать через забор.

Внезапно впереди что-то вспыхнуло — искра света, похожая на падающую звезду. Вейрон резко остановился: — Не смотри.

— Почему?

— Некоторые воспоминания лучше не тревожить.

***

Путешествие по старой тропе закончилось так же внезапно, как и началось — темнота расступилась, выпуская нас в реальный мир. Мы оказались перед входом в то, что когда-то, видимо, было храмом или святилищем. Теперь от него остались только полуразрушенные стены, поросшие мхом, да несколько колонн, которые каким-то чудом всё ещё держали остатки крыши.

— Здесь? — я с сомнением оглядела руины.

— Не всё то, чем кажется, — Вейрон отпустил мою руку и направился к едва заметной трещине в одной из стен. — Под храмом есть более… жилые помещения.

«Жилые» оказалось слишком оптимистичным определением. Узкий проход вел в подземный зал, где воздух был затхлым и влажным. Древние светильники на стенах вспыхнули тусклым огнем, когда Вейрон щелкнул пальцами, освещая облупившуюся фреску на дальней стене и горку щебня в углу — видимо, часть потолка всё-таки не выдержала испытания временем.

— Мило, — пробормотала я, заметив в углу что-то похожее на паутину. Очень большую паутину. — А здесь точно… безопасно?

— От Охотников — да, — он провёл рукой по стене, и древние руны защиты слабо засветились. — От местных обитателей… — он замолчал, прислушиваясь к шороху где-то в глубине зала. — Скажем так, придётся договариваться.

— Договариваться? С кем?

Словно в ответ на мой вопрос из темноты донеслось низкое шипение.

Из темноты медленно выползло… нечто. Сначала я решила, что это просто тени так причудливо двигаются в неверном свете магических светильников. Но нет — у теней обычно не бывает десятка светящихся глаз и чешуи, переливающейся всеми оттенками черноты.

— Что это? — я инстинктивно шагнула ближе к Вейрону.

— Хранители, — он говорил спокойно, но я заметила, как напряглись его плечи. — Они присматривают за этим местом с тех времён, когда оно ещё было храмом.

Существо — или существа? я никак не могла понять, где заканчивается одно и начинается другое — продолжало выползать из темноты. Теперь я видела, что оно похоже на помесь змеи и тени, если такое вообще возможно.

«Пришшшёл, — прошелестело оно. — Сссспустя столько времени».

— Да, — Вейрон слегка склонил голову. — И мне нужно убежище. Для нас обоих.

Существо заколебалось, его глаза сфокусировались на мне: «Она пахнет… знакомо. Как та, прежняя».

Я почувствовала, как Вейрон застыл.

«Но место давно не предназначено для приема гостей, — существо скользнуло вперед и заколыхалось в нескольких метрах от нас. — Много веков никто не приносил жертв, не зажигал благовоний. Мы голодны».

— Я помню ваши ритуалы, — голос Вейрона стал жёстче. — Мы заключим договор. Как раньше.

«Как раньше? — существо издало звук, похожий на смех. — Ничто не будет как раньше, Архонт Бездны».

— Но мы… можем обсудить условия.

«Условия? — существо заскользило по спирали вокруг нас, сужая круги. — Раньше ты приносил жертвы. Кровь. Силу. А теперь… что ты можешь предложить, скованный?»

Я заметила, как дернулись цепи на запястьях Вейрона.

— У меня есть то, что ценнее крови, — его голос звучал спокойно, но за этим спокойствием чувствовалась сталь. — Знания. Магия, забытая в вашем храме.

«Знания? — глаза существа вспыхнули ярче. — О чём?»

— О старых тропах. О путях между мирами. О том, как призывать подношения из пустоты.

Существо заколебалось.

«А девчонка?»

— Она под моей защитой, — в голосе Вейрона появились новые нотки — глубокие, властные. — И её сила… она часть уговора.

«Её сила…» — существо потянулось ко мне своей тенеподобной головой, принюхиваясь. — «Да, мы чувствуем её. Тёмная. Древняя. Как у той, что приходила раньше».

— Хватит, — оборвал его Вейрон. — Мы заключаем договор или нет?

Существо отстранилось, его глаза мерцали в полумраке как гаснущие угли: «Три дня. Ты научишь нас призывать подношения, а мы позволим вам остаться. И защитим от чужих глаз».

— Идёт.

«Но помни, Архонт, — существо начало растворяться в темноте. — Если не сдержишь слово… мы очень, очень голодны».

При этих словах у меня засосало под ложечкой, и не только от страха. Я вдруг явственно осознала, что не ела уже больше двух дней. В то утро перед ритуалом я так нервничала, что едва притронулась к завтраку, а потом… потом было явно не до еды.

Теперь же, когда первый страх от встречи с жуткими хранителями начал отступать, навалилась дикая слабость. Сочетание голода, магического истощения и пережитого стресса внезапно ударило разом. В глазах потемнело, колени подкосились…

— Проклятье! — сквозь наползающую темноту я услышала, как выругался Вейрон.

Последнее, что я почувствовала перед тем, как провалиться в беспамятство — это как сильные руки подхватили меня, не давая упасть. От его прикосновения по телу разлилось знакомое тепло, но удержаться в сознании это уже не помогло.

Очнулась я от запаха жареного мяса. Подо мной обнаружилось что-то мягкое — я не сразу поняла, что это тот самый черный плащ, который я видела на Вейроне. Тот, что казался соткан из живых теней. Сейчас, расстеленный на каменном полу, он выглядел почти обычным, хотя ткань всё ещё хранила необычное тепло и запах озона. Я невольно замерла, осознавая этот неожиданный жест заботы. В нескольких шагах потрескивал небольшой костер, над которым на самодельном вертеле жарился… кролик?

Вейрон сидел у огня, задумчиво глядя на пламя. Его профиль в отблесках костра казался высеченным из тёмного камня.

— Сколько… сколько я была без сознания? — мой голос прозвучал хрипло.

— Пару часов, — он даже не повернулся. — Тебе нужно поесть. Демоническая магия отнимает много сил.

— А ты откуда…

— Знаю? — он усмехнулся. — Я чувствую твою слабость через нашу связь. К тому же, — он наконец посмотрел на меня, — твой желудок очень… красноречиво урчал, пока ты была без сознания.

Я почувствовала, как краска заливает щеки.

— А кролик?..

— Пришлось немного поохотиться, — он пожал плечами. — В конце концов, мой контракт предполагает, что ты останешься… жизнеспособной.

Несмотря на его отстраненный тон, я улыбнулась.

***

Мясо оказалось на удивление вкусным. Я даже не подозревала, что настолько голодна, пока не начала есть. Вейрон молча наблюдал за мной, и в его взгляде читалось что-то похожее на… удовлетворение?

— Спасибо, — я вытерла руки о мантию, мысленно радуясь, что мама этого не видит. — Не знала, что демоны умеют готовить.

— Когда общаешься с людьми, учишься многому, — он бросил в костёр ещё одну ветку, и пламя на мгновение окрасило его лицо в золотистые тона.

— Значит, тебя уже призывали раньше? — я подтянула колени к груди, устраиваясь поудобнее. После еды навалилась сонливость, но спать не хотелось — слишком много вопросов требовали ответов.

Что-то промелькнуло в его глазах — отблеск какой-то старой боли? Тоски?

— Это было… очень давно, — он отвернулся к огню, и его голос стал отстраненным. — И сейчас есть вещи поважнее.

— Например?

— Например, то, что Охотник узнал твой запах. И теперь от него будет… сложнее скрываться.

— Запах? — я поежилась, вспомнив существо в сером плаще. — Что это вообще было? Оно выглядело…

— Мёртвым? — Вейрон усмехнулся, но в его усмешке не было веселья. — Потому что оно и есть мёртвое. Охотники — это то, что остается от особенно… фанатичных магов, когда они отказываются от своей человечности ради силы.

— Как это — отказываются?

— Они считают, что эмоции, привязанности, всё человеческое — это слабость. Что истинной силы можно достичь, только избавившись от этого.

В его голосе появились новые нотки — что-то среднее между презрением и застарелой яростью.

— И ради этого они… умирают?

— Не совсем, — он поворошил угли в костре. — Они проводят особый ритуал. Отдают свою душу, своё тело, всё, что делает их людьми. Остаётся только воля и жажда силы.

— Но зачем?

— Сила, — он произнёс это слово с таким отвращением, словно оно было ядовитым. — Всегда только сила. Они охотятся за любыми проявлениями древней магии, пытаются… присвоить её.

«Как демоническую магию, — поняла я внезапно. — Как мою магию».

— И Селена… — я запнулась, не зная, как сформулировать вопрос.

— Твоя кузина не Охотник. Пока что, — его взгляд стал жестче. — Но она определённо работает на них.

— Ты что-то недоговариваешь, — я подалась вперёд, всматриваясь в его лицо в неверном свете костра. — О Селене. Обо мне. Обо всём этом.

— Многое, — неожиданно честно ответил он. — Но некоторые вещи… опасно знать раньше времени.

— Опасно для кого?

— Для всех, — он поднял руку, и пламя костра вдруг взметнулось выше, отбрасывая причудливые тени на стены. — Знание — это сила. А сила привлекает внимание. Не только Охотников.

— И поэтому ты не расскажешь мне, почему моя кузина работает на древних фанатиков? Или почему у меня вдруг обнаружилась демоническая магия? Или почему то существо сказало, что я пахну как «та, прежняя»?

Последний вопрос явно застал его врасплох — я заметила, как дрогнули его пальцы, а пламя костра на мгновение стало почти черным.

— Тебе нужно отдохнуть, — его голос снова стал отстраненным. — Завтра будет сложный день. Хранители не из тех, кто любит ждать.

— Нет, — я выпрямилась, чувствуя, как внутри поднимается волна возмущения. — Ты не можешь просто… уходить от ответа каждый раз, когда разговор становится неудобным!

Демоническая магия откликнулась на мои эмоции — тёмные линии снова начали проступать на коже, а воздух вокруг потяжелел.

— Успокойся, — в его голосе появились властные нотки. — Ты ещё не готова контролировать силу.

— Тогда научи меня! — огонь в костре взметнулся выше, отражая мое состояние. — Я устала быть в неведении, устала, что все вокруг что-то знают, о чём-то договариваются за моей спиной. Сначала Селена, теперь ты…

— Кайла, послушай…

— Нет, ты послушай! — я вскочила на ноги, хотя голова все еще немного кружилась. — Может, для тебя это всё часть какого-то великого плана, может, ты привык манипулировать людьми, но это моя жизнь! Моя семья! Моя магия! И я имею право…

Я не закончила фразу. Потому что Вейрон вдруг оказался совсем близко — так быстро, что я даже не заметила, как он двигался. Его глаза горели расплавленным золотом, а от фигуры исходила почти осязаемая волна силы.

— Ты хочешь знать правду? — его голос стал глубже, древнее. — Ты думаешь, что готова к ней?

Я должна была испугаться. Любой здравомыслящий человек испугался бы, оказавшись лицом к лицу с разъяренным демоном. Но вместо страха я чувствовала, как моя собственная сила отзывается на его присутствие — темные линии на коже пульсировали в такт сердцебиению, а воздух между нами, казалось, потрескивал от напряжения.

— Да, — мой голос дрожал, но не от страха. — Я хочу знать.

Что-то промелькнуло в его взгляде — ярость? сожаление? — а потом он внезапно отступил, и момент был разрушен.

— Нет, — его голос снова стал спокойным и отстраненным. — Не сейчас.

— Почему? — я ненавидела, как жалобно это прозвучало.

— Потому что некоторые знания… — он отвернулся к костру, — могут причинить больше вреда, чем неведение.

— Знаешь что? — я почувствовала, как внутри что-то надламывается. Усталость, страх, злость — всё смешалось в одно выматывающее чувство. — Делай что хочешь. Храни свои тайны. Я просто… я просто пойду спать.

Я развернулась, намереваясь уйти… куда угодно, лишь бы подальше от этого костра, от его пронзительного взгляда, от собственных непрошеных эмоций.

— Кайла, — его голос прозвучал мягче. — Ты должна понять…

— Нет, — я не обернулась. — Не должна. Как и ты не должен мне ничего объяснять. В конце концов, это просто контракт, верно? Ты учишь меня контролировать силу, я помогаю тебе освободиться. Всё остальное… неважно.

Повисла тяжелая пауза. Где-то в глубине подземного убежища послышалось шипение хранителей — похоже, наша перепалка их заинтересовала.

— Иди спать, — наконец произнес Вейрон. — Завтра нам предстоит много работы.

Я ушла вглубь зала, туда, где в нише у стены всё ещё лежал постеленный им плащ. От ткани как и раньше исходило тепло и словно впитавшееся в неё присутствие демона. Это почему-то только усилило горечь.

«Просто контракт, — напомнила я себе, сворачиваясь калачиком на импровизированной постели. — Ничего больше».