— Успокойся, — ответил Нурл, — Так надо. Просто так бы я не тащил эту тварь сюда. Тем более, он был не один.

Морна медленно, словно ступая по тонкому льду, двинулась к вернувшимся гнилодарцам. Очевидно, что она боялась. Возможно боялась не столько за себя, сколько за детей. Боялась потому, что сейчас была не в состоянии выдержать схватку с Измененным, а он был тут, в ее доме.

Воцарилось тяжелое, вязкое молчание. Даже Грэм и Клык, сидевшие поодаль, остановили лечение. Старик поднялся с лавки, перехватил секиру поудобнее и подошел ближе, хмуро разглядывая Измененного.

Так, похоже, разговор про Ульму откладывается. А как он хорошо начинался…

— Значит, — взволнованно спросила Морна, — он был не один?

— Да, не один. — тяжело выдохнул Нурл. Камнеголовый выглядел измотанным до предела. На его каменной коже виднелись глубокие, сочащиеся кровью борозды от когтей.

— И где остальные? — Морна обвела взглядом троицу, словно ожидая подвоха.

— От них ничего не осталось, даже костей. — ответила вместо Нурла Арна. Она прижимала руку к боку, а ее шипы, обычно топорщащиеся во все стороны, сейчас как-то безвольно поникли.

— Вот как? — Морна вскинула взгляд, и в ее желтых глазах мелькнуло подозрение.

— Да, — последней во двор зашла Орла. На ее плечах нервно переступали с лапки на лапку две взъерошенные птицы. — Могильщик… вернее, его насекомые, не оставили от тех, остальных, вообще ничего. Просто сожрали их заживо.

При упоминании Могильщика я невольно напрягся. Как и Рыхлый, стоявший неподалеку, и как и Грэм, стоявший над Измененным и готовый в любой момент опустить на его шею секиру.

— Опять он, — глухо пробормотал Грэм.

— Нам тоже не понравилось его появление, — поморщился Нурл, стирая грязной рукой пот со лба. — И я, признаться, очень не люблю, когда кто-то вмешивается в мои бои. Но тут вынужден признать честно — его появление нас спасло. Мы бы не вытянули троих Измененных.

Морна промолчала, только плотно сжала губы, а ее ноздри чуть расширились, словно втягивая запах Измененного.

— А может это он сам на вас натравил этих Измененных? — прищурилась она, — Ты не думал о таком варианте, Нурл?

— Думал, — спокойно ответил камнеголовый.

— Он мог подстроить всё так, — не унималась Морна, подходя еще ближе к телу Изменного, — Чтобы спасти вас, и чтобы вы остались ему должны. Отличная возможность чуть улучшить отношение к себе.

— Морна, — Нурл тяжело опустился на толстое бревно, где сидел Клык, и прикрыл глаза. — Я устал. Я чертовски устал и хочу отдохнуть. А ты говоришь так, будто обвиняешь меня в чем-то. Как будто я виноват, что сам не справился с тремя Измененными.

Морна сглотнула и неожиданно сказала:

— Извини, я не это имела в виду.

— Понимаю, — ответил Нурл и вытянул ноги вперед, после чего снял корзину со спины.

— Он с этим никак не связан, — вдруг подала голос Орла, — Потому что Измененные увязались за нами из самых Глубин. Мы их след еще там заметили, пытались оторваться, но они шли по пятам. Могильщик просто оказался неподалеку и…пришел на помощь.

— «Неподалеку» — это в Глубинах? — уточнил Грэм.

— Нет, — покачал головой Нурл, — Они шли за нами вплоть до Кромки, и уже там нас встретил Могильщик. И помог их убить.

— А этого чего оставил в живых? — спросил Грэм.

— Он хочет с ним…поговорить.

— Поговорить? — переспросила Морна, — С этим?

— Передаю как есть, — ответил Нурл, — И я пообещал ему, что мы не убьем «этого», прежде чем он не задаст ему вопросы.

Я кивнул. Вот и интерес Могильщика прослеживается. Правда, он ведь мог поступить иначе — просто пропустить вперед гнилодарцев, а сам втихую захватить трех Измененных. Так что…в чем-то Морна права. Благотворительностью он не занимался, а везде преследовал свои цели. Да, разговор становился всё интереснее и интереснее. Клык, сидевший на своем месте, тоже вытянул шею, прислушиваясь, словно напрочь позабыв о куске кости Стража, который теперь врос в его руку.

— Да, Морна, — добавил Нурл, не открывая глаз. — Не стоит во всем подозревать чью-то злую волю и хитроумные планы. Некоторые вещи просто случаются. Мы не были слишком осторожными на обратном пути, и нас заметили. Вот и всё.

— Это моя вина, что нас заметили, — неожиданно тихо сказала Арна, опустив голову. — Мне нужен был отдых, я выдохлась. Тогда мы и подставились, остановившись там, где не следовало.

— Главное, — заметил я, — что вы все живы.

Рыхлый кивнул, соглашаясь со мной.

— Мы добыли, — Нурл открыл свои уставшие глаза и посмотрел на меня, — То, что тебе нужно, травник.

Камнеголовый похлопал своей огромной ладонью по корзине, которая стояла справа от него.

— Всё, что я заказывал? — искренне удивился я.

— Не всё, — качнул головой Нурл. — Но еще пару очень ценных ингредиентов из твоего списка мы достали. И поверь, травник, добывались они очень непросто.

— Ну, если бы они добывались просто, — фыркнул Грэм, — какая бы в них тогда ценность была? Я бы их сам в Кромке пошел и нарвал.

Нурл неожиданно захохотал и улыбнулся:

— Дело говоришь, охотник.

Хотелось броситься к корзине и посмотреть, что, собственно, они добыли, хватит ли мне ингредиентов хотя бы на один из эликсиров, или нет, но.сейчас не время.

— А что до Измененных… — Нурл помрачнел. — Те места, куда мы ходили, теперь ими патрулируются. Вот что самое поганое.

Рыхлый тихо выругался, а Морна издала что-то похожее на рык, от которого стало на мгновение страшно. Я помнил, что когда она была здорова, сил ей было не занимать, и, похоже, эти силы возвращаются.

— Поверь, — Нурл покачал головой, глядя на знахарку. — У нас у всех была точно такая же реакция, когда мы увидели их следы там, где их отродясь не бывало.

— А что это за место? — деловито уточнил Грэм.

— Гнилостные Топи, — ответил Нурл. — Самая их сердцевина.

Я нахмурился, пытаясь сопоставить это с той скудной картой Зеленого Моря, что успел составить в голове.

— А где именно это находится? — спросил я.

— За Кислыми болотами, — махнула рукой Арна, словно это должно было всё объяснить.

— Понятнее не стало, — честно признался я, почесав затылок.

— Это за вторым поясом гнили, Элиас, — пояснил Нурл, глядя на меня.

Теперь уже нахмурился Грэм.

— Не слышал такого названия. — признался он.

— Забей, охотник, — отмахнулся Нурл, заметив реакцию Грэма. — Это мы так называем эти места. У вас, в поселке, свои названия. Как вы называете эти места — я без понятия.

Грэм кивнул.

— Дело вообще не в названиях, вы не о том говорите, — встрепенулась Арна. — Проблема в том, что раньше там не было ни Измененных, ни, тем более, Гиблых. В те места они вообще не совались, им там было нечего делать. А теперь они следят, чтобы никто оттуда не вышел. Мы вошли туда, не понимая этого. И нам повезло, что мы шли очень скрытно. Туда. А обратно мы…

— Успокойся, Арна, — положила ей руку на плечо Орла, — Ты ни в чем не виновата.

Я заметил, что довольно тихо появился Иглыш, встретить сестру. Он ничего не говорил, просто слушал.

Я же задумался. Могло ли это быть связано с тем, что нам банально мешали собирать нужные для излечения ресурсы? Мог тот же Целитель знать состав эликсиров, которые помогают? Допустим узнать, что я собираюсь помочь гнилодарцам он мог, но вот рецепт? Это не так просто.

— В любом случае, — сказал Рыхлый, — Арна права. Гнилостные топи — это не Хмарь. Это, в принципе, проходимая даже для меня территория. Не самые опасные места. Так близко Измененные еще никогда не находились к нам.

— Так и Целителя у них тоже раньше не было, — резонно заметил Грэм. — И гнилодарцев раньше не уводили в Глубины. Много чего не было, а вот теперь есть.

Наверное, с полминуты все молчали, обдумывая новую информацию.

— Это усложнит добычу ингредиентов, — обронила Морна.

— Тех самых, — добавил Рыхлый, — От которых зависит излечение наших духовных корней.

И конечно же, — мелькнула у меня мысль, — Могильщик в такой ситуации наверняка готов предоставить свою помощь. Совсем не удивился бы. Мол, проведу вас в нужные места и прикрою от нехороших Измененных. Добудете всё, что нужно, ведь я тоже хочу, чтобы вы вылечились. Может, он уже что-то подобное Нурлу и озвучивал?

Непонятно.

— Не бойся, Рыхлый, — неожиданно улыбнулся Нурл, — Найдем в других местах. Лес огромен.

— Меня беспокоит не только это, — мрачно сказал Морна, — Меня беспокоит то, что по следам этих Измененных могут пойти другие. И найти нас.

— Могу тебя успокоить Морна, — сказал камнеголовый, — Могильщик, прежде чем исчезнуть, сказал одну вещь. Он заявил, что не пустит ни одного Измененного в Кромку.

— Он так сказал? — прищурилась Морна.

— Ага, — кивнул Нурл. — Слово в слово. Что ни один Измененный теперь в Кромку не войдет.

Я же думал иначе. Это не было похоже на защиту людей, скорее на обычный раздел сфер влияния. Могильщик просто обозначил границы: «Вы ко мне не лезьте, и я вас трогать не буду. Кромка — моя». Я переглянулся с Рыхлым и по его глазам понял, что он пришел к точно такому же выводу.

Морна покачала головой и присела возле мохнатого тела Измененного.

Она приподняла его руку и внезапно застыла, словно обратившись в камень.

— Что такое? — напрягся Рыхлый. — Ты его знаешь?

— Еще как знаю, — голос Морны дрогнул, но тут же налился ледяной ненавистью. — Это Чернорук. Правая рука Чернобрюхого.

А с кличками они там не заморачиваются, — мелькнула у меня мысль. А потом я вспомнил как назвал мурлыка и Рассветницу, и понял, что ничем не лучше их — с именами у меня тоже туго.

— Вот почему он, тварь, был так силен, — сплюнул Нурл. — Мы втроем еле его сдерживали. Не совсем обычный Измененный.

— Не то слово, — выплюнула эти слова знахарка.

Морна рывком перевернула руку Измененного, демонстрируя нам внутреннюю сторону предплечья. Там сквозь густую шерсть виднелись старые, глубокие шрамы от когтей, которые так и не заросли шерстью. Четыре параллельные полосы.

— Моя работа, — пояснила она с мрачным удовлетворением. — Он отвечал за новеньких самок. За их охрану. Следил, чтобы они не сбежали, пока… пока не станет слишком поздно.

— Но тебе удалось, — заметил Грэм.

Морна бросила на старика тяжелый взгляд.

— Потому что я не хотела превращаться в безмозглое животное и не хотела рожать этому ублюдку выводок за выводком тварей, которые даже не люди! — выплюнула она. — Да…этого урода я ни с кем не спутаю.

Повисла тяжелая пауза.

— А другие девушки? — вдруг тихо спросила Арна. — Были другие, как ты, сбежавшие?

По ее голосу, и по ее изменившемуся лицу стало понятно, что с историей Морны она не знакома. И, похоже, Орла тоже.

— Было несколько беглянок, — Морна опустила глаза. — Но их возвращали. Чернорук ловил их и притаскивал обратно. Но побег возможен, только пока ты остаешься человеком, но как только ты окончательно превращаешься… — Морна тяжело вздохнула и покачала головой, — То всё. Из стаи ты уже никогда не сбежишь.

Да, звучало как приговор.

— Почему? — вырвалось у Арны.

— Потому что ты становишься зверем. А инстинкты у зверя простые: подчиняться сильному и защищать свое потомство. Они остаются сами, по своей воле, становясь частью стаи. Даже если кто-то сохраняет разум больше остальных, то что им делать среди людей? Их там убьют. Только в стае их примут.

Мы молчали. Я быстро прикинул в уме: если у Чернобрюхого много самок, и все они рожают выводками, то сколько же в его стае особей? Сотни? Это уже не просто стая, это небольшая армия Измененных. Правда, это не моя забота. Грэм и Джарл прекрасно осведомлены о Чернобрюхом и его возможностях.

— Понятно, — Нурл первым заговорил.

— А метка Гиблых на нем есть? — спросил я, подходя ближе к Измененному.

— Конечно, — кивнула Морна и показала мне предплечье, где красовался силуэт черного древа.

Эх…сюда бы сейчас Виа и скормить ей эту метку. Вот только сегодняшние проценты эволюции она уже потратила. Новые будут только завтра. Ладно, в любом случае это не вариант. Тут слишком много лишних глаз.

— Ладно, — Нурл со стоном поднялся с бревна. — Поговорили и хватит. Мне бы раны обработать. Острые у этой твари были когти, жжет как огнем.

— Иди в дом. — кивнула ему Морна, — Я помогу.

Вслед за Нурлом в дом потянулись Арна и Орла. У них тоже хватало ран, пусть и не таких серьезных, как у гиганта, принявшего на себя основной удар Измененного.

Грэм поглядел-поглядел на Измененного, и вернулся обратно к Клыку, плюхнувшись рядом. Я подошел к ним и, не долго думая, дал им обоим своей живы.

— Долго еще с костью деда? — спросил я Клыка.

— Нет, — покачал головой Клык. — Почти закончили. Сегодня дело идет быстрее. Левая рука не настолько поврежденная как правая, поэтому и времени нужно меньше.

Я кивнул, убрал руку и отошел в сторону. Морна не пошла сразу в дом, а осталась стоять у крыльца, оцепенело глядя на тело Измененного. Я мог лишь догадываться, что она сейчас чувствует. Хотелось хоть немного ее отвлечь.

Я осторожно подошел и прикоснулся к ее руке. Знахарка вздрогнула, словно вынырнув из транса, и перевела на меня расфокусированный взгляд.

— Да, Элиас, — горько усмехнулась она. — Прошлое не отпускает. Как бы далеко ты ни убежал, оно всегда рядом.

Оно в тебе, — хотелось мне добавить, но я промолчал. Но наш незаконченный разговор не давал мне покоя.

— Ты говорила про Ульму, — тихо произнес я. — И что она дала тебе зелье. Выходит, она спасла тебя от превращения вот в такое?

Я кивнул на тело Чернорука.

— Да, Элиас. Спасла, — Морна прикрыла глаза. — И не только этим. Я же жила у нее одно время. Точнее, пряталась в ее старой хижине в Кромке. Давно это было… Очень давно. Именно она убедила меня, что я смогу жить нормальной жизнью. Ну, или почти нормальной.

Ее лицо смягчилось, желтые глаза словно подернулись дымкой воспоминаний. И в этот раз они не были плохими и болезненными.

— Она научила меня не только контролировать вспышки гнева и звериные инстинкты. Она научила меня лечить, вправлять кости, готовить мази, варить настойки… Рассказывала о лечебных растениях, показывала где они растут и что с ними делать.

Морна вздохнула, обхватив себя руками.

— Она долго добывала для меня эликсир Укрощения Зверя. Или делала сама, я не знаю. Она не рассказывала. В общем, она мне его давала…пока не ушла.

Я, уже знавший от Хабена об уходе Ульмы в Глубины, решил всё же уточнить:

— В Глубины?

— Туда, — кивнула Морна.

— А куда именно, ты не знаешь? — спросил я, надеясь получить ответ.

— Увы, — Морна пожала плечами. — Мы с ней поссорились тогда. Сильно. Я, несмотря на все попытки контроля, в молодости оставалась слишком дикой. Вспыльчивой. Наговорила ей лишнего. Но ты не подумай, ушла она не из-за этого. Именно из-за ее желания уйти в Глубины мы и поссорились, я ее отговаривала…но она была непреклонна.

Я обдумывал сказанное.

— Я даже не подозревал, что это именно она тебе помогла.

— Да, — на губах Морны появилась слабая, грустная улыбка. — Хорошая была старуха. Жесткая, но справедливая. Но обиделась на всех — на гильдию, на меня, на жизнь…

— Ну, — заметил я, вспоминая историю с предательством Хабена и остальных, — причины у нее были веские.

— Были, — согласилась Морна. — Она даже со своей родней рассорилась. Правда, то было чуть раньше.

— У нее была родня? — я искренне удивился. Хабен об этом словом не обмолвился.

— Да, дочь. — кивнула Морна, — И дочь не хотела «торчать в этой дыре», как она выражалась. Рвалась в столицу, к красивой жизни. Она была тогда еще беременна, когда они разругались окончательно.

Я застыл.

— Ульма обиделась, что дочь не захотела называть ребенка ее именем, — усмехнулась Морна, не замечая моего состояния. — Старуха хотела, чтобы традиция продолжалась.

— А как хотела назвать дочь? — как-то машинально спросил.

— Эйной, — пожала плечами Морна. — Кажется так.

Я как стоял, так и застыл с открытым ртом.

— А… — я сглотнул, возвращая себе самообладание. — Сколько лет назад это было?

Морна покачала головой, отгоняя воспоминания.

— Не помню точно. Может двадцать, может чуть больше. Те года у меня слиплись в один сплошной кровавый ком. Я пыталась просто выжить и не потерять контроль над зверем внутри. Да и какая теперь разница?

— Да… — протянул я, — Никакой.

— Да, подтвердила Морна, — Это осталось в прошлом.

Она тряхнула волосами и повернулась к двери.

— Ладно, я пошла. Нурлу нужно срочно обработать раны, — а потом улыбнулась мне, — Извини, Элиас, похоже твоя мазь сегодня уйдет на него, а не на меня.

— Ничего, — на автомате ответил я. — Сделаю еще.

Я думал — совпадение имен и не более? Но возраст…и Дар травницы, как будто указывают на это. У Ульмы дар ведь был очень сильный — это слова Хабена, а у Эйны он тоже такой. Да и дочь Ульмы, уехавшая в столицу…

Или всё это слишком поспешные выводы? Все-таки по королевству имен Эйна скорее всего тьма.

Я тряхнул головой. Может я всё это придумываю? Нужно знать точные даты, чтобы строить предположения. И Хабен точно должен их знать.

Дорогие читатели. Спасибо всем вам, за то, что продолжаете читать эту историю.

Не забывайте ставить лайки и добавлять новый том в библиотеку ( это помогает книге стоять выше на сайте и ее видят чуть больше людей).

Ну и за комментарии вам отдельное спасибо, очень поддерживают)