Заключение большевиками сепаратного мира с центральными державами в буквальном смысле взбесило весь истеблишмент стран Антанты. Члены правительства и депутаты парламентов захлебывались злобой. Пресса всех оттенков вопила о предательстве Россией союзников. Их реакция была вполне ожидаема. Вооруженные силы центральных держав на русском фронте включали 1,9 миллиона немцев, 1,2 миллиона австрийцев с румынами при 4000 артиллерийских орудий. Турецкие силы на Кавказском фронте составляли 140 тысяч человек при 170 орудиях.

После заключения договора с Россией большая часть этих войск могла быть переброшена на Западный фронт. Соглашение о поставках продовольствия центральным державам было секретным приложением к мирному договору, но правительства стран Антанты вполне обоснованно полагали, что Россия будет поставлять продовольствие своим бывшим противникам, Германии и особенно Австро-Венгрии, находящейся на грани голода, эта помощь позволит сражаться и дальше. Все это вместе взятое делало казавшуюся совсем недавно неизбежной победу Антанты в войне не такой уж очевидной.

10 декабря на переговорах в Париже правительства Англии и Франции подписали соглашение, направленное против большевистской России. Они решили не признавать большевистское правительство и оказать поддержку военной силой и деньгами националистическим сепаратистским движениям на окраинах России. В секретном приложении к договору в России им были выделены сферы влияния. Англии отводились весь Кавказ, включая Грузию, Азербайджан и Армению, казачьи области Дона, Кубани и Терека. Франции достались Украина, Крым и Молдавия.

Из рефератов Железнякова Ленину было известно, что турки вскоре попытаются наступать, невзирая на подписанный ими мирный договор. Англия захватит военной силой Мурманск и Архангельск, японцы высадятся на Дальнем Востоке. Интервенция Антанты должна была начаться летом 1918 года. Из рефератов Ленин знал, что к 1920 году Антанта введет на Дальний Восток более 200 тысяч солдат, на Север России – 40 тысяч, и на Юг России – 50 тысяч войск. Высадка первого отряда англичан в Мурманске в истории Котова состоялась в марте 1918 года.

Всего этого было совершенно необходимо избежать. А для этого следовало задушить национальный сепаратизм в зародыше. Разогнать все «самопальные» парламенты и комитеты в национальных окраинах. Собственно говоря, этим уже занимались бригады Красной гвардии. Кроме того, в местах ожидаемой активности интервентов необходимо было спешно формировать и боеспособные армейские части. Одной Красной гвардии для отражения интервенции было бы недостаточно. Впрочем, была вполне обоснованная надежда к началу лета вывести с фронта, укомплектовать и разместить в местах постоянной дислокации на окраинах государства все запланированные декретом о Красной армии полки. Железные дороги после разгона Викжеля начали работать более-менее ритмично. Следовало успокоить сепаратистские настроения в национальных окраинах путем предоставления им той или иной степени автономии. Вопрос национального устройства Советского государства стал в связи с этим первостепенным.

Описанного в рефератах Железнякова «разброда и шатания», свойственного в первые месяцы существования большевистской власти, удалось избежать. Теперь Совнарком работал, как хорошие часы.

Ленину было достаточно понять деструктивную роль Троцкого на переговорах с Германией, приведшую к оккупации немцами всей Украины в истории Котова. Да и его собственные колебания и непоследовательность в этой катастрофе тоже сыграли свою роль. Теперь главный источник разброда Лев Давидович был «сослан» на Украину и не мешал слаженной работе ЦК. Остальных соратников по партии Ленин давил своим авторитетом, ставшим незыблемым после октябрьского переворота. Все сомневавшиеся в успехе члены ЦК были посрамлены и притихли. Тем более что Зиновьев и Каменев после октябрьского эпизода с осуждением ими переворота едва «с треском» не вылетели из партии и на время успокоились.

Личный союз Ленина со Спиридоновой оказался в высшей степени полезным. После каждого заседания СНК Ильич уединялся с Марией в своем кабинете и обсуждал повестку следующего заседания. Председателю Совнаркома уединяться со своим заместителем было вполне естественно.

Мария, глубоко уважавшая Ленина, как значительно более опытного вождя партии и виднейшего теоретика марксизма, после обсуждения обычно принимала позицию Ленина. Тем более что по большинству обсуждаемых ими вопросов эта позиция была даже ближе к стратегической линии левых эсеров, чем к прежней линии большевиков. Этот касалось и крестьянского вопроса, и отношения к частной собственности, настолько, что встречало сопротивление левых большевиков.

На следующий день Спиридонова и Ленин проводили совещания в центральных комитетах своих партий. В левоэсеровском ЦК Мария легко добивалась одобрения своих предложений большинством членов, поскольку предлагаемые проекты декретов, в общем, соответствовали программе левых эсеров. Да и заключение договора с большевиками и вхождение левых эсеров правящую коалицию как равноправных партнеров большевиков весьма прибавило ей авторитета. Решением ЦК всех эсеров – членов Совнаркома обязывали поддержать предлагаемые проекты декретов.

Ленин занимался тем же самым в ЦК большевиков. Правые большевики поддерживали проекты как соответствующие их убеждениям, а центристы подчинялись авторитету вождя. Левые большевики Бухарин, Бубнов, Урицкий и Ломов оказывались в меньшинстве, и ЦК принимал решения, обязывающие всех большевиков – членов СНК подержать проект. В итоге, все предлагаемые Лениным важнейшие Декреты принимались без проволочек в одном заседании СНК без существенных поправок.

Созданное в наркоминделе управление по выполнению Брестского договора под неусыпным контролем Ленина разворачивало работу. Организацию этой работы он повесил лично на Троцкого, дополнительно к посту председателя Совета депутатов Украины. Чтобы у того не было возможности отвлекаться.

До конца декабря в Германию и Австро-Венгрию были отправлены первые 60 тысяч тонн продовольствия. До бывшей линии фронта собранный на Украине хлеб везли эшелонами, затем перегружали на автомобили и подводы, перевозили через фронт, на германской и австрийской территории зерно снова грузили в эшелоны. Железные дороги России и Европы имели разную ширину колеи. Не меньше России заинтересованные в соблюдении договора немцы в оплату за продовольствие без задержки перегнали в Ревель эсминец V-37. Замнаркома Щастный лично проводил приемку корабля.

Согласно договору, через фронт через 8 контрольно-пропускных пунктов с немецкой стороны в пеших колоннах ежедневно перемещалось по 11 тысяч бывших военнопленных русских солдат и офицеров. Навстречу им проходили колонны из 10 тысяч военнопленных австрияков и германцев. Отправкой пленных немцев с австрияками и приемом своих пленных на Украине также занимался Троцкий, а в Белоруссии – Рогозинский. К линии разграничения пленных подвозили эшелонами, этими же эшелонами отправляли в Россию своих возвращенных пленных.

Кроме того, с Украины и из Белоруссии ежедневно отправлялись в тыл эшелоны выводимых в места постоянной дислокации полков. А также по нескольку тысяч солдат и офицеров из расформированных полков. И этим тоже занимались Троцкий и Рогозинский. Организация вывоза вооружения подлежащих расформированию полков в тыл тоже была за ними.

Генштаб Германии перевел на Западный фронт первые 12 дивизий. Австрияки перевели 7 дивизий. На бывшем Восточном фронте командование центральных держав намеревалось оставить лишь 10 % войск в виде запасных полков. Генеральные штабы планировали завершить полный перевод войск к маю 1918 года, и тогда же перейти в решительное наступление на Западном фронте.

В Мурманск пришли из Франции первые 5 пароходов с 3 тысячами солдат Русского экспедиционного корпуса. На эти же пароходы погрузились 2400 чехов и словаков.

3-я бригада Красной гвардии совместно с добровольческими отрядами армян и тремя боеспособными армейскими полками выбила турок из захваченного ими вопреки подписанному договору Трапезунда. Поскольку Кавказская армия российских императорских войск, в отличие от фронтов на германском фронте, не терпела поражений, а наоборот, успешно громила турок, моральное разложение личного состава и вызванное им дезертирство было в ней значительно слабее, чем на западных фронтах. Армейские полки в основном сохранили боеспособность. В отличие от описанной в реферате Железнякова истории, русские войска не ушли из отвоеванных у турок областей Ван, Эрзерум и Трапезунд, а остались на линии разграничения. Попытки турок продвинуться были отражены. Совнарком заявил Османской империи протест, предупредив, что Кавказский фронт может и продолжить наступление в Анатолии, если турки не прекратят провокации. Турки осознали и унялись.

9 декабря СНК принял Декрет о потребительской и сбытовой кооперации, разработанный наркомторгом на основании идей, изложенных Железняковым в соответствующем реферате. Впрочем, в реферате Железняков обильно цитировал ленинскую статью «О кооперации» от 1921 года. Ленин рассматривал потребительскую и сбытовую кооперацию как простейшие формы кооперации, которые позволят крестьянам-единоличникам и кустарям-одиночкам осознать все выгоды кооперирования с себе подобными и приобрести навык в коллективных действиях.

Потребительские кооперативы позволят участвующим в них крестьянам и горожанам закупать необходимые им продукты по низким оптовым ценам у крупных оптовиков или непосредственно у производителей товаров. А сбытовая кооперация позволит им продавать произведенные продукты и товары непосредственно потребителям, а не перекупщикам. Кроме того, членам кооперативов предусматривались и некоторые налоговые льготы. К декрету прилагались типовые уставы кооперативов и порядок их регистрации.

11 декабря самозваный парламент оккупированной Литвы провозгласил независимость Литвы от России. Немецкое командование, озабоченное тщательным соблюдением положений договора, разогнало самозванцев. Согласно договору, в октябре следующего года на всех национальных территориях планировалось провести под российским и германским контролем референдумы по этому вопросу.

В этот же день СНК принял Декрет о бесплатном среднем и высшем образовании. Ранее, 19 ноября уже был принят Декрет о всеобщем начальном образовании. Получение учащимися неполного среднего образования предусматривалось в трехлетний срок обучения после четырехлетней начальной школы.

Под школьные классы предусматривалось использование городских особняков и сельских усадеб бывших эксплуататоров, изъятых в соответствии с Декретом о национализации жилой площади.

Преподавательский состав школ набирался из демобилизованных офицеров, юнкеров и граждан со средним образованием, имевших средний балл не ниже четверки. Предусматривалось, что в среднюю школу принимались все желающие, окончившие 4 класса начальной школы со средним баллом не ниже 4,5. К 1920 учебному году планировалось принимать в среднюю школу не менее 25 % выпускников начальных школ, а к 1925 году – не менее 33 %. После окончания 7-го класса выпускники со средним баллом более 4,5 могли претендовать на перевод в 8-й класс полной средней школы, в которой им предстояло учиться еще три года.

Те, кто получал средний балл менее 4,5, могли поступить в профессионально-технические училища, где за те же 3 года готовили квалифицированных рабочих, техников, преподавателей начальных классов и младший медицинский персонал. В училищах предусматривалась выплата учащимся стипендий.

И наконец, после окончания полной средней школы выпускники могли по конкурсу поступать в высшие учебные заведения со сроком обучения еще 4-го года. Учащимся высшей школы полагались общежития и стипендии. В следующем учебном году планировалось принять на первые курсы вузов 60 тысяч человек. К 1925 году количество мест на первых курсах вузов предполагалось довести до 2 % от числа учащихся начальных школ, то есть до 200 тысяч человек. Решение всех вопросов по помещениям, преподавательскому составу, финансированию, обеспечению учебниками и оборудованием поручалось наркомату образования. Он же должен был к следующему учебному году подготовить программы образования для всех ступеней и для всех специальностей.

12 декабря Совнарком двинул 8-ю бригаду Красной гвардии из Петрограда в Мурманск, чтобы предостеречь англичан от соблазна воспользоваться нахождением там чехословаков и высадить десант в порту, как это было в реальности Котова.