Я не знаю, зачем иду за Тенью. Наверное, потому, что мне уже все равно, кто со мной и что от меня хотят. Слишком много шокирующих событий за последние дни. Слишком много грязи, злобы, ужаса и крови. Хочется остановить этот театр абсурда, но, к сожалению, у меня нет сил это сделать. Ни у кого нет, даже у людей на порядок сильнее меня. Но они адаптировались в Эдеме, а я нет. Кажется, я почти сошла с ума. Еще немного, и что-то внутри меня точно сломается. Разум не выдержит этой пытки. Мне хочется кричать во все горло, биться о стены и рыдать. Я искусала внутреннюю сторону щек настолько, что во рту стоит металлический привкус крови.
Тень приводит меня в столовую, где уже выключена огромная яркая люстра и горят лишь тусклые светильники на стенах. Стол после ужина убран и отполирован.
– Садись, – приказывает мне Тень.
– Куда?
– Тебе важно, чтобы я указал место? – Он словно провоцирует меня.
Молча выдвигаю первый попавшийся стул и сажусь. Ложусь щекой на холодную черную мраморную столешницу, наблюдая за убийцей. В моих наивных детских фантазиях люди, которые убивают людей, выглядели иначе. А оказалось, убийцы и маньяки могут быть привлекательными.
Тень уходит на небольшую кухню, в которой можно взять воду, фрукты или сделать себе чай и кофе. На этом этаже нет недоступных нам помещений.
Прикрываю глаза, пытаясь ровно дышать. Несколько минут назад меня хотел изнасиловать Сергей, а потом я стала свидетелем жестокости Тени. Пинок в живот массивным армейским ботинком мог стать для Сергея фатальным. С одной стороны, Тень снова меня спас, с другой – неизвестно, кто из этих двоих опаснее.
Тень возвращается и что-то ставит на стол.
Открываю глаза. Передо мной бутылка красного вина, красивый бокал и фруктовая нарезка.
Тень садится напротив меня и наполняет бокал густым рубиновым напитком.
– Я не хочу, – бормочу севшим голосом. Шок отпускает, и я могу чувствовать тело. Те места, за которые меня хватал Сергей, начинает саднить.
– Это не вопрос твоего желания, Ангел, – хрипло выдыхает Тень. – Ты хочешь отключить голову и проспать всю ночь без кошмаров?
– Хочу.
– Тогда пей, желательно залпом.
– Я не могу… Боюсь, если потеряю контроль и отключусь, со мной что-то случится, – сглатываю ком в горле.
Не поднимая головы, поглаживаю стеклянную ножку бокала.
– Я тебе обещаю, этой ночью с тобой ничего не произойдет, – уверенно произносит он.
– Откуда такая уверенность? – смотрю на Тень исподлобья.
– Пей, – он уходит от ответа. – Сегодня тебе нечего бояться, твои страхи не придут за тобой.
Беру бокал, сажусь ровно и выпиваю вино большими глотками до дна. Не потому, что верю этому убийце, а потому, что реально свихнусь, если не отключу мозг.
С грохотом ставлю бокал на стол и снова ложусь щекой на столешницу, прикрывая глаза.
Напиток терпкий и сладкий. Но пустой желудок начинает жечь.
Слышу, как мой бокал наполняется снова. Тишина. Чувствую только холодный запах Тени.
– Теперь пей небольшими глотками, – приказывает он.
Беру бокал за ножку, покручивая его.
– Как ты себя чувствуешь? – открыв глаза, спрашиваю у Тени.
– Тебя интересует мое здоровье? – с иронией спрашивает он.
– Мне интересно, как чувствуют себя люди, которые недавно убили человека, – выдыхаю и снова выпиваю половину бокала вина. Чем быстрее я отключусь, тем лучше. Устала.
– Я должен себя чувствовать как-то по-особенному? – цинично спрашивает Тень.
– Ясно… – выдыхаю, опустошая бокал и ощущая, как кружится голова, а по телу разливается тепло.
Он ничего не чувствует. У Тени нет человеческих эмоций.
Снова ложусь на столешницу, мои спутанные волосы накрывают меня, создавая завесу от черного взгляда Тени.
– Акционер тебя узнал… – шепчу.
В ответ тишина.
– Почему? Что вас связывало? – Вино развязывает мне язык. Запретных тем уже нет. Все границы дозволенного стерлись в стенах Эдема.
– Насколько тебе важен мой ответ? Ты готова за него заплатить?
Слышу, как мой бокал снова наполняется.
Сажусь ровно, откидывая волосы.
– Снова хочешь мной подышать? Ты фетишист? – фыркаю я. Вино опьяняет. Скорее всего, во всем виноват голод, но так даже лучше. Делаю еще несколько глотков.
Тень смеется, запрокинув голову, а по моему телу ползут мурашки от этого звука. Мы в аду, участвуем в эксперименте больного маньяка. Этот мужчина недавно убил человека, и ему весело. А мне страшно находиться в компании того, для кого это обыденность.
– Я хуже, Ангел. Гораздо хуже, чем ты думаешь, – оскалившись, он подается вперед. Максимально. Насколько позволяет стол. – И эта информация стоит гораздо дороже.
Посмотрев на рубиновый напиток в бокале, делаю еще один глоток.
– Чего ты хочешь? Мне нечего тебе предложить.
– Только твою покорность.
– В каком смысле?
– В прямом. Мне мало запаха, я хочу телесный контакт.
– И чем ты в таком случае отличаешься от Сергея, который жаждал того же самого? – Залпом допиваю остатки вина.
– Он хотел взять тебя силой, а мне ты отдашься сама.
– Тогда мне не нужна эта информация. Нечем платить, – развожу руками, наблюдая, как Тень наполняет мой бокал, опустошая бутылку. Столовая начинает кружиться, а мысли путаются… Хорошо.
– Это пока, Ангел мой. Скоро в тебе появится этот ресурс. И поверь, я возьму сполна. – Звучит угрожающе.
– Ты не ответишь ни на один мой вопрос, потому что мне нечем платить? – Неторопливо тяну напиток, вкуса которого уже не чувствую.
– Смотря о чем ты хочешь спросить.
– Почему пуля не настигла никого из нас, а твоя попала в цель?
– Тебе было бы легче, если бы случилось иначе? Так было бы честнее и не вызвало бы вопросов? – с той же иронией, словно играя со мной, спрашивает Тень.
– Мне было бы легче, если бы все это оказалось только кошмарным сном! – нервно бросаю я, залпом допивая вино.
Вскакиваю, чтобы покинуть столовую. Правдивых ответов все равно не получить.
На ноги поднимаюсь легко и так же легко оседаю, схватившись за стул. Я и не подозревала, насколько пьяна, пока не встала. Столовая плывет, ноги ватные. Все кружится, кружится…
Пытаюсь обрести равновесие, сделать шаг и снова оседаю. Зачем-то усмехаюсь, словно идиотка.
Еще пару шагов – и меня кидает на стену. Но я не падаю, ибо меня подхватывают сильные мужские руки, прижимая к стене.
– Что было в вине? – заплетающимся языком спрашиваю у Тени, образ которого расплывается. Тело отказывает, а вот чувства, наоборот, обостряются. Его ладони на моей талии обжигают кожу, его запах душит, заполняя собой все пространство.
– В вине было лишь вино, Ангел, – выдыхает он мне в лицо. – Так работает алкоголь на голодный желудок. Начинай есть, иначе тебя начнет так отключать на трезвую голову. – Он вжимает меня в стену сильнее, всем своим мощным телом. – Что приведет к твоему скорому выбыванию из игры, – шепчет он, почти касаясь губ.
Пытаюсь избавиться от навязчивой близости Тени, но тело настолько слабое, что я просто хватаюсь за мужские плечи, сжимая их, пытаясь найти точку опоры.
– Отпусти… – хриплю я, голоса нет. Голова тяжелая, как чугунный шар, мысли путаются, словно вязкий сироп. Мы стоим на месте, но кажется, что качаемся.
– Куда? – Его низкий, бархатный голос звучит прямо в ухо. Горячие губы едва не касаются мочки. – Упадешь. Разобьешься… А я этого не хочу. – Руки на моей талии сжимаются, пальцы впиваются в ребра.
Мне кажется, что он говорит сейчас не о моем опьянении. Все гораздо глубже.
– Просто… Отойди… – повторяю я, закрывая глаза. Темнота не помогает, ощущение близости обостряется, ватное тело начинает гореть и покалывать. Пытаюсь отвернуться, но сильная мужская ладонь зарывается в мои волосы, сжимая их, фиксируя голову на месте. Ему даже не нужно применять силу, я податливая, как тряпичная кукла.
– Ты устала. – Его шепот звучит гипнотически, проникает в мой разум сквозь алкогольный туман. – Устала бояться. Устала думать. Устала сопротивляться неизбежному.
Рука в моих волосах достигает затылка, большие пальцы упираются в основание черепа. Нажим точечный, сильный. В висках пульсирует боль.
– Расслабься. Дыши. Глубоко. Вдох…
Я не хочу подчиняться, но мое безвольное тело, измученное стрессом и алкоголем, реагирует само. Грудная клетка судорожно расширяется на вдохе, мужской запах становится еще гуще, одурманивает.
– Выдох… – снова хриплая, но властная команда. Пальцы на затылке массируют кожу. Неприятное давление сменяется странным тяжелым расслаблением. Мышцы шеи ослабевают, голова клонится вперед, упираясь лбом в плечо Тени. – Умница. Хорошая девочка. Снова вдох… Выдох…
Он дышит вместе со мной. Наше дыхание синхронизируется и становится общим. Теперь Тень мой единственный якорь в уплывающей реальности.
Страх не уходит, но он притупляется, растворяется в этой монотонной, навязанной цикличности. Мысли замедляются и становятся бессвязными.
– Ты в безопасности. – Горячие губы вжимаются в мои волосы. Бархатный шепот обволакивает. – Сегодня никто тебя не тронет, Ангел мой. Никто не причинит боли. Я – твоя стена. Твоя Тень.
Сильная рука на моей талии скользит от бедра до груди. Движения плавные, ласковые. Без интимного подтекста. Успокаивающие. Контролирующие.
– Просто отпусти себя. Перестань бороться. Это так… изнурительно и бессмысленно. Ты принадлежишь Эдему, а Эдем… – Его голос становится еще тише. – Это я. Закрой глаза.
Веки слипаются сами. Остаются только темнота, покой, холодный мужской запах и бархатный, вибрирующий шепот. Я словно лечу в черную бездну, которая меня поглощает, но мне совсем не страшно. Чувствую, как отрываюсь от пола, оказываюсь на руках у Тени. Парю. А потом меня медленно опускают на мягкую кровать.
Объятия разжимаются, прохладная ткань простыни обволакивает, но мужской запах и горячее ровное дыхание остаются со мной.
– Спи, Ангел… – последние слова, которые я слышу, прежде чем окончательно упасть в черную бездну.