Дарен сел на пуфик в прихожей, где мы обычно переобувались, и попытался уйти от ответа, но я была начеку и опередила:

– Колдун, не заставляй проклинать тебя на правду. Лучше сам скажи.

Светлый посмотрел на меня. На дверь, которую я загораживала. Понял, что без чистосердечного его из дома не выпустят.

Вздохнул и выдал:

– Если я расскажу, обещаешь не психовать?

– Еще чего! – поразилась я наивности некоторых. – Чтобы ты понимал, светлый, психовать – это мое святое право и как ведьмы, и как обманутой женщины. Но! – выставила я указательный палец и чуть смягчилась: – Обещаю, что не буду реагировать бурно.

И ведь не соврала. Почти.

Бурно в моем случае – это разнести личные покои принца, а разносить дом, предоставленный троллями, я бы не стала, даже будучи в крайней стадии бешенства. Первое, жить я потом где буду? Второе, зачем так утруждаться и трепать себе нервы? Всегда ведь можно тихо-мирно швырнуть в колдуна парой искр или незаметно приправить ужин забористым порошком из личной коллекции запрещенного.

Как там в той поговорке? И ведьмы отомщены, и стены целы?

Дарен не то знал меня как облупленную, не то просто не был любителем доверять кому-то на слово. Особенно если это слово дает ведьма. Вдвойне подозрительно, если это вся такая внезапная огненная ведьма, как я.

Меня одарили взглядом, полным великих сомнений, и я не выдержала:

– Светлый, не томи.

– В ту ночь, когда ты натолкнулась на Каллиана, мы с Феликсом там тоже были, – на одном дыхании выпалил Дарен, хитро улыбнулся и добавил: – И ты прокляла нас.

– Правда? – удивилась я, испытав легкий приступ гордости.

С другой стороны, да, я такая. Я могла. Странно только, что этого не помню.

Хотя… Если вспомнить, как весело было на шабаше и как плохо следующим утром, то все встает на свои места.

– Правда, – кивнул светлый, быстро засовывая ноги в ботинки. – Я смог избавиться от проклятья через пару минут после того, как ты ушла, а вот бедняга Феликс еще час гулял по тому переулку и считал брусчатку на мостовой.

Упс!

– Каллиана это задело, и он решил отомстить чересчур независимой ведьме, – продолжил колдун, вставая и снимая с крючка свою куртку. – Ему показалось забавным позвать тебя на свидание, но отправить вместо себя нас с Феликсом, а после признаться и растоптать твои чувства.

И почему я не удивлена очередному нездоровому бзику принца?

Неужели привыкаю?

– Мы договорились на три свидания под его личиной. Я был первым, кто пошел с тобой. Мне неожиданно понравилось ужинать с очаровательной ведьмочкой на крыше, и я подговорил Феликса пойти вместо него. – Дарен поправил ремень на поясе, подошел и ласково провел ладонью по моей щеке и шее. – Каллиан собрался идти с тобой на третье свидание, где бы открыл всю правду, но совершенно случайно слег с пищевым отравлением.

– Так уж и случайно? – улыбнулась я, поднимая руки и обнимая колдуна за шею.

– Вот и он подумал, что дело нечисто, – не стал оправдываться Дарен. – Узнал, что я единственный, кто ходил на свидания с тобой, и сделал выводы. Думаю, Каллиан хотел, чтобы я остался при дворе и продолжил выполнять часть обязанностей по его замене на мероприятиях, подготовил договор, связывающий тебя обязательствами, но не учел твоего взрывоопасного характера… Вот и вся история. Можешь психовать.

Могу.

Вот и как на такого ругаться?

Темные боги свидетели, меня даже проклинать не тянет.

Стою. Обнимаю этого гада. Улыбаюсь.

– Дарен, а ты точно светлый? – на миг усомнилась я.

Колдун махнул рукой. Перстень на его пальце полыхнул и плюнул белоснежной искрой, которая одинокой снежинкой закружила в воздухе.

– Это еще ничего не доказывает, – уперлась я, провожая ее взглядом.

И не я одна.

С довольным «р-р-р!» из-под обувницы выскочил прятавшийся там дракончик, проскакал мимо и с восторженными глазенками принялся носиться и высоко подпрыгивать, в надежде сцапать магический огонек зубами.

– Погоди… – неожиданно вспомнила я и посмотрела на Дарена. – Значит, когда вы с Феликсом пришли в мой дом, ты уже знал, кто я такая. И достаточно хорошо знал.

– Уху… – Колдун игриво потерся кончиком своего носа о мой. – А еще был в шаге от того, чтобы схватить тебя в охапку и содрать тот провокационный халатик. Ума не приложу, как только хватило выдержки…

И, не иначе как в качестве доказательства его слов, мужские руки сползли с моей талии ниже, решительно задрали подол платья и собственническим жестом огладили то самое место, на которое обычно ищут приключения.

Взгляд колдуна сделался темным и полным желания.

– Ты же торопился на испытание к троллям, – напомнила я, шутливо толкнув его в грудь ладонями.

Дарен с недовольным ворчанием отстранился и вздохнул.

– Я постараюсь поймать этого демонова барана как можно быстрее, – клятвенно пообещал он и взял с тумбочки ножны для ножа, которые цеплял к бедру.

– Иди уже, герой-любовник. Бараны ждут! – закатила глаза я и открыла дверь, недвусмысленно выпроваживая светлого на подвиги во имя ПМЖ.

Игнорируя дверь и свободу, Дарен вновь поймал меня за талию, наклонился и с жадной лаской поцеловал, после чего заправил за ухо прядь моих волос и предупредил:

– У меня большие планы на этот вечер.

Я показательно громко фыркнула, проводила своего колдуна взглядом, заперла дверь и наткнулась на обвинительный взгляд Луи-Антуана.

– Боюсь представить, как вас накроет весной, – неодобрительно проворчал кот.

Не став объяснять, что гормональная весна случилась с колдунами и ведьмами без привязки к календарю, я величественно проигнорировала одного хвостатого, обошла второго и вернулась на кухню. Допив кофе и уничтожив единственный оставшийся на тарелке бутерброд, я быстро убрала со стола и пошла к себе. Планировала почитать, ну или хотя бы полистать оставшиеся книги, что приволок наш ученый котейка, но обнаружила, что вот уже какое-то время с глупой улыбкой таращусь в никуда.

– Нет, Миранда, так не пойдет, – строго высказала я себе, убрала книги и решила переключиться на зелья, но тут из вспышки портала вывалился Арчи.

Алый гримуар тряс закладкой, морщил корешок и шуршал страничками… Короче, всем видом давал понять, что в доме неладно.

– Так, понятно, – со вздохом отодвинула я от себя котелок и, уже вставая, услышала, как в коридоре что-то грозно рухнуло.

Ругаясь и бормоча проклятия, я выскочила в коридор и замерла на месте, не в силах пошевелиться.

– Вот блин! – вырвалось у меня.

Вешалка для верхней одежды оказалась перевернута. Немногочисленные куртки, раскинув рукава, лежали на полу, как павшие солдаты. А чуть поодаль валялся разбитый горшок с геранью.

И в центре всего этого безобразия сидел маленький, несчастный дракончик… нежно-розового цвета с яркими салатовыми пятнышками.

– Ик… – грустно икнул экстремально яркий паршивец.

– Луи-Антуан! – крикнула я.

– И незачем так орать, – откликнулся кот с люстры.

Задрав голову, я строго глянула на королевского библиотекаря. Котик пытался скрыть собственное смущение, в ужасе косил одним глазом вниз и, кажется, сам до конца не понимал, как здесь очутился, но делал вид, что опасно покачивающиеся пыльные люстры – это его любимые места для отдыха и послеобеденной неги.

– Какого демона здесь случилось?

– А почему ты кричишь на меня, а не на этого невоспитанного хищника? – обиделся кот.

– Ик! – возмутился дракончик.

– Не переживай, – успокоила я обоих. – Вот пойму, что здесь случилось, и всем достанется.

– А я чего? Я ничего, – забеспокоился котик с люстры. – Я вообще мимо проходил, а этот зверь на меня напал. Я на окно. Он за мной. Я на вешалку. Он за мной. Я на люстру. Смотрю, а он уже вот такой.

Поняв, что ничего путного от Луи-Антуана я не узнаю, я присела на корточки и быстро осмотрела порозовевшего дракона в крапинку.

– Ик! – страдальчески выдал он.

Поймав кошачьего преследователя за морду, я разжала пасть и вытащила застрявшую между клыками веточку с характерным запахом герани. Видимо, в азарте погони мелкий случайно укусил не кошачий хвост, а растение, но вместо того, чтобы выплюнуть горький цветочек, заглотил.

Появившийся Арчи приволок дневник алой ведьмы и ткнул атласной закладкой в раскрытую страницу.

– Да, я тоже думаю, что это аллергия, – согласно кивнула я, краем глаза глянув на рукописные строчки, и встала. – Арчи, дай ему воды и присмотри за мелким. Я сбегаю на холм за нужными травами, чтобы сварить лекарство от аллергии.

– А как же я? – подали голос с люстры.

– А ты спускайся.

– Я не могу, – затрясся черный котик. – Мне нужна бригада пожарных… На худой конец лестница.

Переобувшись и схватив с пола куртку я, не оборачиваясь, послала в Луи-Антуана алую искру.

– Миау! – трагически взвыл тот, от шока хватаясь когтями за возмущенно закачавшуюся люстру, но магия оказалась сильнее.

Фактически отодрав объект от плафона, искра заставила голосящего дурниной котика испытать секунду свободного падения и мягко опустила на пол. Розовый в крапинку дракончик попытался воспользоваться моментом и таки сцапать противника зубами, но получил педагогическую затрещину закладочкой по морде от грозного гримуара и передумал.

Я уже вышла на улицу, вооруженная секатором и решимостью, когда редкий представитель семейства кошачьих трагически взвыл:

– Миранда, меня! Подожди меня! – и бросился следом.