После официальных приветствий и речей начались танцы. Родерик извинился и отошел поговорить с какими-то джентльменами, а я осталась с семьей Розали.

— Расскажи, как тебе живется в поместье Бельмонтов? — спросила Маргарет с плохо скрываемой насмешкой. — Говорят, оно огромное.

— Да, поместье впечатляет, — ответила я. — Особенно сады.

— Сады? — хмыкнув, переспросила Маргарет. — С каких пор тебя интересуют сады? Ты всегда говорила, что ненавидишь природу и предпочитаешь городскую жизнь.

Я мысленно выругалась. Очередная деталь о Розали, которой я не знала.

— Люди меняются, — сказала я. — Особенно после замужества.

— Да, ты определенно изменилась, — пробормотал Джеймс, внимательно наблюдая за мной. — Почти не узнать.

К счастью, в этот момент к нам подошла леди Хелена с несколькими дамами.

— Герцогиня! — воскликнула она с теплотой, которая явно удивила мою семью. — Я так рада снова вас видеть. Я как раз рассказывала леди Парсонс о вашем интересе к образованию. Она, как и я, состоит в комитете по благотворительности.

Я с благодарностью улыбнулась леди Хелене, радуясь возможности сменить тему. Краем глаза я заметила, как Маргарет и мать обменялись недоуменными взглядами. Очевидно, их поражало, что я так легко общаюсь с одной из самых уважаемых дам высшего общества.

— Леди Хелена, какая приятная встреча, — произнесла я. — Леди Парсонс, рада с вами познакомиться.

— Дорогая, — продолжила леди Хелена, — я также хотела представить вас леди Бервик. — Она указала на элегантную женщину чуть за тридцать с умными глазами и тонкой улыбкой. — Я рассказала ей о вашей любви к литературе, и она очень заинтересовалась.

— Леди Бервик? — я не смогла скрыть своего удивления и восхищения. — Та самая леди Бервик, чьи… — я вовремя остановилась, вспомнив, что ее авторство романов, публикуемых под мужским псевдонимом, считалось тайной в обществе.

Леди Бервик улыбнулась еще шире.

— Леди Хелена упомянула, что вы необычайно разумны, — сказала она тихо. — Я буду рада побеседовать с вами о литературе… и, возможно, о некоторых моих скромных трудах.

— Это большая честь для меня, — искренне ответила я.

Джеймс откашлялся, явно сбитый с толку происходящим.

— Розали всегда интересовалась… чтением, — произнес он нерешительно, словно сам не верил своим словам.

— О да, — подхватила леди Хелена с энтузиазмом. — Герцогиня обладает удивительно острым умом и широким кругозором. Мы имели чудесную беседу о современной литературе во время ее последнего визита в наш дом.

Маргарет выглядела так, будто вот-вот потеряет сознание от изумления. Я едва сдержала улыбку, вспомнив, что настоящая Розали, по всей видимости, не проявляла особого интереса к книгам, предпочитая более легкомысленные развлечения.

— Да, я считаю образование крайне важным, — сказала я.

— Особенно для девочек, — добавила леди Парсонс, полная дама средних лет с добрыми глазами. — Мы как раз обсуждали новый институт для благородных девиц, который планируется открыть в следующем году.

— Это прекрасная инициатива, — согласилась я. — Хотя, на мой взгляд, стоило бы подумать и об образовании для детей из низших сословий.

Маргарет фыркнула.

— Зачем учить детей бедняков? Чтобы они забыли свое место?

— Напротив, — возразила я. — Чтобы они могли найти свое место в меняющемся мире. Образованные люди приносят больше пользы государству, независимо от их происхождения.

— Какая интересная мысль, — раздался мужской голос за моей спиной.

Я обернулась и увидела мужчину немного старше Родерика, который с интересом прислушивался к нашему разговору. Он был высок и строен, с тонкими аристократическими чертами лица, темно-каштановыми волосами и внимательными голубыми глазами. Его костюм, хоть и безупречно сшитый, был заметно проще, чем у большинства придворных — без лишних украшений и вычурности. Что-то в его манере держаться — спокойно, с достоинством, но без напыщенности — привлекло мое внимание.

Заметив, что леди Хелена и другие дамы присели в глубоком реверансе, я поспешила последовать их примеру.

— Ваше Высочество, — произнесла леди Бервик.

Только тогда я поняла, что передо мной принц Альберт — тот самый младший сын короля.

— Пожалуйста, продолжайте, — сказал принц с легкой улыбкой. — Вы говорили об образовании для низших сословий. Это тема, которая меня чрезвычайно интересует.

Я почувствовала, как краснею под его внимательным взглядом.

— Я просто считаю, что образование должно быть доступно всем, кто стремится к знаниям, — сказала я. — Это позволит выявить таланты, которые иначе могли бы остаться незамеченными.

— Совершенно верно, — кивнул принц. — Я давно продвигаю идею создания общедоступных школ. Но многие считают это… революционным.

— Потому что это и есть революционное предложение! — воскликнула Маргарет. — Простите, Ваше Высочество, но если мы начнем учить всех подряд, кто будет работать на фабриках и в полях?

— Те же люди, — ответила я, прежде чем принц успел возразить. — Но они будут делать это более эффективно, с пониманием процессов и возможностью их улучшить. Разве это не принесет пользу всем?

Принц Альберт смотрел на меня с явным одобрением.

— Вы выразили мои мысли лучше, чем я сам мог бы это сделать, — сказал он. — Позвольте узнать ваше имя.

— Герцогиня Бельмонт, Ваше Высочество, — представила меня леди Хелена.

— Ах, да, — кивнул принц. — Я слышал о вашем недавнем браке. Герцог Бельмонт — достойный человек.

— Благодарю, Ваше Высочество, — произнес Родерик, неожиданно появившийся рядом со мной. — Я вижу, вы познакомились с моей женой.

— И должен сказать, что восхищен ее умом и прогрессивными взглядами, — улыбнулся принц. — Вам повезло, герцог. Не каждый день встретишь женщину, которая так глубоко понимает важность образования для всех слоев общества.

Я заметила, как что-то промелькнуло в глазах Родерика.

— Да, мне действительно повезло, — сказал он, глядя на меня с непривычным выражением. — Моя жена полна сюрпризов.

Принц Альберт еще несколько минут беседовал с нами о своих будущих проектах и планах по улучшению городской инфраструктуры, затем извинился и отошел, чтобы поприветствовать других гостей.

— Вы произвели впечатление на принца, — заметил Родерик, когда мы остались одни. В его голосе звучала странная смесь гордости и чего-то еще, что я не могла точно определить.

— Надеюсь, это хорошо? — спросила я с легкой улыбкой.

— Да, конечно, — ответил он, но его взгляд на мгновение метнулся в сторону, где стоял принц Альберт. — Хотя его высочество, кажется, проявил к вам… особый интерес.

— Он просто заинтересовался моими взглядами, — пояснила я, внимательно наблюдая за реакцией Родерика.

— Разумеется, — произнес он с едва заметной ноткой сарказма. Затем, словно приняв какое-то решение, он выпрямился и протянул мне руку. — Позвольте пригласить вас на танец?

Предложение прозвучало так неожиданно, что я на мгновение потеряла дар речи.

— С удовольствием, — ответила я, вкладывая свою руку в его.

Родерик вывел меня в центр зала, где уже формировались пары для следующего танца. Это был вальс — танец, требующий близости партнеров, что заставило мое сердце биться чаще.

Когда зазвучала музыка, Родерик положил руку мне на талию и привлек к себе — чуть ближе, чем того требовали правила приличия. Я почувствовала тепло его тела и уловила легкий аромат одеколона. Его ладонь на моей спине была теплой и уверенной, а пальцы слегка сжимали мою руку. Эта неожиданная близость вызвала странное головокружение, словно воздух вокруг нас стал разреженным.

Мы начали двигаться в такт музыке, и я была удивлена тем, как легко мы вписались в ритм друг друга. Будто наши тела знали какой-то секрет, о котором не догадывались мы сами.

— О чем вы говорили с принцем Альбертом? — спросил Родерик, ведя меня в повороте. Его голос звучал небрежно, но я заметила, как внимательно он наблюдал за моей реакцией.

— Об образовании, — ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, несмотря на то, что его близость лишала меня способности ясно мыслить. — О том, что оно должно быть доступно не только аристократии.

— И принц разделяет эти взгляды? — В его тоне промелькнуло что-то похожее на напряжение.

— Да, вполне. Он даже упомянул о каких-то своих проектах, — я подняла глаза и встретилась с его взглядом. — Вас это беспокоит?

Родерик сделал вид, что не понял вопроса.

— Почему меня должны беспокоить образовательные проекты принца?

— Я имела в виду его внимание… ко мне, — уточнила я, сама удивляясь своей смелости.

Его рука на моей талии чуть напряглась, притягивая меня еще ближе.

— Принц известен своим интересом к умным женщинам, — сказал он после паузы. — Но вы — герцогиня Бельмонт. Моя жена.

В этих последних словах прозвучало что-то собственническое, отчего по моей спине пробежала дрожь.