— Это еще кто? — недовольно пробурчала, высвобождаясь из хватки Тутанхамона. — В нашем дурдоме новые постояльцы?
Надо же, как увлеклась, даже карету не услышала. Хотя чему удивляться — попробуй услышь что-нибудь, когда тебя обнимает мумия. Очень сомневаюсь, что кто-то пришел пешком в наши дебри.
Спешно поднялась по лестнице и ворвалась в кабинет деда, откуда раздавались гневные возгласы. Судя по тональности — там либо скандал, либо Мариэль снова довела деда. Хуже всего, когда одновременно.
— Это все ты виновата! — потрясал кулаками мужчина, указывая на спокойно висящую в воздухе бабу Машу. Женщина рядом что-то невразумительно мычала, поддакивая. Что-то лица знакомые. — Задурила пацану голову, вот он и сбежал с простушкой из села.
А, вспомнила. Это ж родители Маника. В прошлый раз они выглядели поприличнее. Или я тогда не приглядывалась. А сейчас… Папаня красный как рак, надутый, словно воздушный шарик, того и гляди лопнет. Как бы его удар не хватил. А то придется еще от тела избавляться, могилу копать.
Лопату не дам!
Женушка его полная противоположность — бледная аки смерть, краше в гроб кладут. Хотя у нас в доме это, строго говоря, не оскорбление, а жизненный путь. Щеки впалые, руки трясутся, стоит, качается, как былинка на ветру. Впечатление, что из нее выкачали весь воздух и в муженька закачали. Пузырь и соломинка, ей-богу. Лаптя не хватает для целостности картины. Хотя нет — для полноты картины не хватало еще арфы и трагического заката, а это я могу им устроить.
Вот прямо сейчас, если верещать не перестанут!
— Что тут происходит? — рявкнула я, и все сразу посмотрели на меня.
Ну… мне показалось, что рявкнула, на деле, скорее, пискнула — примерно как мышь, которой неожиданно наступили на хвост. Но факт остается фактом — все разом развернулись. Видимо, даже писк некроманта здесь воспринимается серьезно.
— Она, — рыкнул отец Маника, указывая пальцем на Мариэль, — виновата в том, что мой сын сбежал с этой… этой…
— Пальцем показывать неприлично, между прочим. Даже если тот, на кого указывают, не совсем жив. Где ваше воспитание? Вам что, не объясняли в детстве? Или вы решили, что правила этикета на покойников не распространяются? Смею вас разочаровать — у нас тут больше мертвых, чем живых, а вы слишком ретиво пытаетесь пополнить их ряды!
— Что-о-о? — буквально взревел мужчина, покраснев еще больше. Его сейчас точно удар хватит. Я мысленно прикинула, где у нас лежит запасная лопата, и решила схоронить информацию поглубже. — Да ты… ты…
— Да, я! Корнелия Ладран, и так кричать в этом доме могут лишь те, кто желает немедля устроить себе похороны!
— Милый, успокойся. — Жена принялась поглаживать его по руке, но он, казалось, даже не замечал этого.
Выпучил на меня налившиеся кровью глаза и хватал воздух ртом, как рыба, выброшенная на берег. Думал, я от этого взгляда что, съежусь? Исчезну? Ха, я тоже умею матом смотреть, не на ту напали. Я живу с чокнутым дедом, шальным призраком, а в доме чаще пахнет мертвечиной, чем выпечкой .
Эльф отвел взгляд и смог перевести дух. Краснота немного сошла с его лица, вернувшись от свеклы обратно к раку. Прогресс, так сказать. Динамика положительная.
— Повторюсь, что тут происходит?
— Происходит то, милочка, — вступила в беседу мать Маника, а я от обращения скривилась так, словно мне предложили лимон с хреном, — что мой сын, поддавшись тлетворному влиянию своей прабабки, твоего деда и тебя, возомнил себя слишком взрослым и сбежал с какой-то оборванкой.
— Во-первых, — загнула палец, — я вам не милочка. Я некромант. Не такой могущественный, как мой дед, но тоже могу вас сделать нашими клиентами. — Гостья сглотнула и посмотрела на мужа, который чуть побелел, но все еще не вернулся к естественному цвету — застрял где-то между алебастром и испугом. — Во-вторых, — загнула второй палец, — никакого влияния никто на него не оказывал. Он принял решение и осуществил его. Вы же хотели его женить? Ну и вот — пожалуйста, получите и распишитесь. Мечты сбываются, иногда даже без вашего участия.
— Но мы хотели, чтобы он взял в жены благородную девицу, а не какое-то отребье!
— В-третьих, — третий палец последовал за своими собратьями, — не смейте называть мою горничную отребьем. Воспитана она, между прочим, куда лучше вас. Что, к слову, сейчас прекрасно видно и слышно.
— Да как ты смеешь?
Женщина даже замахнулась на меня, но ее руку внезапно перехватил… нет, не дед, он не успел подбежать. А Тутанхамон. Оказывается, он все это время стоял за моей спиной.
Пожалуй, надо имя его узнать, заслужил!
— Лирида, не позорься, — произнесла Мариэль голосом человека, которому неловко за гостей, как бывает неловко за родственника на корпоративе. — Ты ведешь себя, как торговка. Может, это опыт сказывается? Ты ведь сама не голубых кровей. Ну-ка, вспомни, из какой помойки тебя мой внук вытащил.
— Мы его, можно сказать, на помойке нашли, отмыли, очистили от очисток… — пробурчала я под нос, вспомнив известный мультик. Осталось только, чтобы эта нахалка вигвам нарисовала.
— Что? — спросил отец Маника. Он стоял ближе и явно слышал мое бурчание.
— А вы не только пальцем тычете во всех подряд, но еще и подслушивать любитель? — насмешливо посмотрела на эльфа, а того аж перекосило. — Так, либо приводите нормальные аргументы в пользу своего незваного и нежеланного визита, либо запрягайте коней и отправляйтесь восвояси. Давайте, начинайте.
— Что начинать? — вытаращилась на меня мать Маника.
— Объясняйте, почему Нари не подходит вашему сыну. Внятно, по пунктам, без истерики.
Устав стоять, я прошла мимо этой парочки и плюхнулась в кресло у стола деда. Ох, хорошо. Вытянула ноги, скрестила руки на груди и воззрилась на этот Твикс недоделанный. Все-таки надо было их упокаивать, а не бабку.
Вспомнилась детская песенка: жили у бабуси два веселых гуся, один серый, другой белый, оба… туповаты!
— Вещайте, мы все внимательно слушаем
Они то по очереди, то одновременно что-то мычали, блеяли, жестикулировали — этакий авангардный театральный этюд на тему «родительское негодование».
Баба Маша, глядя на этот цирк с конями, сначала усмехнулась, запотом хихикала, а в конце уже откровенно ржала во весь голос.
Кем эта особа Мариэль приходится? Невесткой? Ну будем считать, что да — семья у нас нестандартная, тут всякое бывает. Так вот, эта самая невестка покраснела вместо мужа, щеки пылали, как два костра в ночи, глаза метали молнии, она постоянно огрызалась то на мужа, то на Мариэль, то просто в пространство — на всякий случай. Когда же она попыталась обвинить меня, я вскочила.
— Хватит! Сереня-я-я-я! — Скелет, быстро перебирая костями с деловитостью курьера, тут же возник на пороге. — Отведи-ка эту сладкую парочку к карете. Да проследи, чтобы они покинули наши земли.
— Да как ты смеешь! — воскликнули они в один голос с такой синхронностью, что я невольно зааплодировала бы, если б не была занята всем остальным. — Ладран!
— Ваше сиятельство герцог Ладран, с вашего позволения, — ледяным тоном произнес дед, вставая с места. Он точно умел себя подать. — Будьте добры покинуть мои владения. Ни я, ни моя внучка не несем ответственности за действия вашего сына. Между прочим, он совершеннолетний и имеет право поступать по своему усмотрению.
Совершеннолетний? Это что же, он старше меня минимум лет на пятьдесят? Никогда бы не подумала.
— Вы за это ответите! — в один голос вскрикнули родители Маника, настойчиво подталкиваемые в спины Сережей. Тот вошел в роль и получал от нее удовольствие — судя по тому, как энергично перебирал костями.
— Да-да, конечно, — зевнула я.
Утомили — сил нет. Даже голова разболелась. Теперь понятно, почему дед больше нежить любит.
— Браво, даже я не смогла бы лучше. Аплодирую стоя! — Баба Маша и правда встала, хлопая в призрачные ладоши. — Таки горжусь тобой, девочка.
— Корнелия, вы просто великолепны, — произнес Тутанхамон торжественно. — Если я когда-нибудь стану самим собой — снова обрету плоть, лицо, имя и желательно нормальный гардероб, — готов жениться на вас.
Реплика была настолько неожиданной, что я аж поперхнулась. В тишине кабинета это прозвучало особенно выразительно.
— То есть не успев избавиться от одного проклятья, вы готовы взвалить на себя новое? — усмехнулась я, когда откашлялась. — Не торопитесь, вы еще успеете повидаться с предками и без моей помощи.