Марк

— ЖК был построен три года назад. Нынешние владельцы купили квартиру, сделали ремонт, но не жили в ней. Выставили на продажу по причине развода. Почти двести квадратных метров, четыре комнаты, три санузла, панорамный вид из окон…

Риелтор — мужчина лет сорока в очках и с торчащими передними зубами, как у кролика — распинается изо всех сил. Он это рассказывает по второму кругу. Я уже обошел всю квартиру, и она мне понравилась. Я готов купить ее.

Для нас с Анжелой.

У меня останется несколько месяцев на то, чтобы обставить квартиру мебелью. К возвращению жены из Германии я успею все сделать.

— Я понял, — обрываю риелтора, когда он в третий раз рассказывает о преимуществе декоративной штукатурки, нанесенной на стены коридора. — А что по продаже моей квартиры?

Нашу нынешнюю с Анжелой квартиру я, как и обещал, выставил на продажу. В мое отсутствие риелтор приводит потенциальных покупателей. Но точного ответа пока никто не дал. Продать старую квартиру к возвращению Анжелы гораздо важнее, чем купить новую. Я не хочу, чтобы моя жена хотя бы на день задержалась в квартире, с которой связано слишком много болезненных воспоминаний. Ее вещи я соберу и вывезу сам.

— Ходят, смотрят, думают.

— Нужно продать квартиру до марта.

— Да успеем.

— Точно? — с подозрением прищуриваю глаза.

— Да, конечно! Ну если совсем тяжело идти будет, снизим немного цену.

— Хорошо.

— А что вы решили насчет этой? — глаза риелтора загораются в предвкушении.

Так как он продает и мою квартиру тоже, я знаю какой процент от сделки он берет. Если я куплю эту квартиру, он озолотится.

— Она мне нравится.

— Берете? — с придыханием.

— Да. Передайте владельцам, что я готов внести задаток.

Риелтор чуть ли не скачет от радости. Я смотрю на часы. Девять вечера. Мне пора ехать в бар. Я встречаюсь со своими друзьями — Севастьяном и Германом. Также приедет Эвелина. Я так и не понял, откуда именно она приедет. Эви не захотела говорить, только настояла на том, чтобы я ниоткуда ее не забирал.

По дороге в бар я думаю о том, что в моей жизни все стало слишком запутанно. Предложение Анжелы о ребенке через эко и с помощью суррогатной матери висит на повестке дня. Я не ответил жене однозначно, когда она предложила мне такой вариант. Я сказал, что мне нужно подумать. И я думаю уже три недели. Анж спрашивает меня по телефону и ждет моего нового визита в Германию. Ждёт скорее для того, чтобы снова об этом поговорить, а не потому что ей там скучно, и она хочет меня увидеть.

На самом деле тут не о чем размышлять. Анж права. Для того, чтобы начать все заново, нам мало продать старую квартиру и переехать в новую. Нам нужен ребенок.

Анжела вылечится, у нас будет новое жилье, с которым не связаны неприятные воспоминания, мы обратимся в хорошую клинику репродуктологии, найдем суррогатную мать, у нас родится долгожданный малыш. Казалось бы, что тут не так?

Но меня что-то гложет. Что-то препятствует сразу и без сомнений согласиться на предложение Анжелы. Я сильнее стискиваю руль. Эвелина? Не знаю. Черт… Эта девушка сама таит в себе вагон загадок. Думает, я не замечаю, как она недоговаривает о себе правду. Казалось бы, какие могут быть секреты у двадцатилетней студентки? Но она ведь неспроста захотела стать моей любовницей и скрывает о себе реальную информацию. Есть причина.

Да впрочем… Плевать.

Наверное.

Я паркуюсь у бара. Это тот бар, в который я приводил Эвелину несколько недель назад. Ей здесь понравилось, и она согласилась проводить время только здесь. Тоже странный момент. Избегает ресторанов.

Я приезжаю первым. Администратор провожает меня до забронированного столика. К слову, это тот же столик, за которым мы с Эви сидели в прошлый раз. Я заказываю напитки, и, когда официантка уходит, появляется Эвелина.

Я засматриваюсь на нее, пока она шагает через весь зал по направлению ко мне. На ней высокие замшевые ботфорты и обтягивающее чёрное платье. На шее висит длинная золотая цепочка с кулоном. Эви смотрит на меня и улыбается голливудской улыбкой, от которой у меня замирает сердце. Я не дышу, пока смотрю на приближающуюся ко мне Эвелину. Она словно сошла с обложки модного журнала.

— Привет! Давно ждешь?

Эви садится на диван рядом со мной, и я сразу оказываюсь в облаке ее умопомрачительного аромата. Не говоря ни слова, хватаю ладонями ее лицо и целую в губы.

Она на вкус как конфета.

Самая вкусная и самая сладкая конфета в мире. Вкус Эвелины попадает на рецепторы языка, и я в ту же секунду отправляюсь в нирвану. Судорожно выдохнув, запускаю пятерню в ее шелковистые волосы и просеиваю их через пальцы. Член моментально наливается кровью. Эви обнимает меня за шею, прижимается ко мне телом. Я опускаю ладонь на свободный участок ее ноги между платьем и ботфортами.

— Я скучал, — признаюсь ей в губы.

— Мы виделись позавчера, — хихикает.

— Я скучал.

Эви проводит отросшими ноготками по моей шее. Меня аж электрическим разрядом прошибает. Трется носом о мою скулу.

— Я тоже соскучилась.

Девушка-загадка. Ничего о себе не рассказывает. Может, поэтому меня к ней и тянет?

— Сейчас приедут мои друзья, — говорю. — Извини, что не предупредил заранее. Мы давно собирались встретиться, и Герман сегодня написал…

Эви моментально меняется в лице.

— Какие еще друзья?

— Ты их знаешь. Севастьян и Герман. Я был с ними в ресторане, когда мы с тобой познакомились. Помнишь?

Эви задумывается, будто пытается вспомнить, о ком я, и у нее на лбу выступает мимическая морщинка.

— Ах, да, — выдыхает с облегчением. — Их я помню.