– Нихачу! – прочавкала я попкорном, пытаясь вытянуть шею, чтобы досмотреть любимую дораму за спиной лучшей подруги Веры.

– Это не может так продолжаться! Еще немного, и ты, либо окончательно деградируешь, либо покроешься плесенью! – возмущалась она, нарочно заслоняя мне обзор из стороны в сторону, пока я качала головой в поисках лучшего обзора без необходимости отлипать от дивана.

– Меня устроят оба варианта, – безразлично отозвалась я, запивая попкорн газировкой, а после смяла жестяную банку и бросила ее куда-то в угол. На краю сознания билась мысль подняться и пойти выбросить мусор в ведро, но я себя переборола, с нескончаемым удовольствием осознавая, что теперь могу без зазрения совести вести себя как хрюндель, и никто не будет мне указывать. Мой бунтарский дух проявлялся весьма специфически. – Отойди, самое интересное пропущу! Я еще хочу узнать, признается он ей в чувствах или нет! – проворчала я, а после запаниковала, когда увидела, как подруга, потеряв терпение, просто подошла к розетке и выдернула шнур. – Ты что творишь?! – взвыв, подорвалась я на месте, поднимая настоящий вулкан из попкорна.

– Марго! – строго позвала меня Вера. – Я понимаю, что у тебя сейчас непростой период после болезненного расставания. Но ты должна взять себя в руки!

– Чего? – искренне не поняла я ее, озадаченно моргнув.

– Сейчас тебе должно быть больно…

– Вообще ни разу! – опровергла я с готовностью.

– Тоскливо, – продолжила подруга.

– Ни капельки, – покачала головой энергично, параллельно доставая попкорн из воротника.

– Одиноко…

– У тебя больное воображение, – проявила я свою тревогу за подругу.

– Ты сейчас должна чувствовать себя преданной и несчастной…

– Да я в экстазе! – призналась я, вспоминая прошлые отношения, которые, слава тебе, Боженька, закончились.

Если бы кто-то попросил меня провести аналогию с моим бывшим, то я бы однозначно сравнила его с брендовыми туфлями. Они красивые, стильные, все их хотят, их обладателям завидуют. Но равно насколько они красивые, настолько же требовательны и неудобны. Их с простыми спортивками не наденешь, долго не поносишь без риска остаться без пальцев ног из-за плохого кровотока. Им нужно соответствовать, чтобы они не выглядели на тебе инородно: прическа, макияж, модная, дорогая одежда и эксклюзивная сумочка. Только выполняя все эти требования, ты можешь иметь смелость обзавестись подобной роскошью.

Вот также и с моим бывшим, с которым я встречалась с университета. Если бы он был книжным персонажем, то непременно главным героем, по которому все сохнут, от мала до велика. Мне же не посчастливилось, из тысячи претенденток на сердце университетского мачо, каким-то чудом привлечь его внимание.

То ли по наивности, то ли из любви к стильным «туфлям» и любовным романам, но когда парень предложил мне встречаться, я, не раздумывая долго, согласилась. На тот момент с самооценкой у меня все было хорошо, потому я не сильно удивилась его выбору, как и не подумала о последствиях…

О чем после горько сожалела, так как я, в отличие от моего парня, обладала не настолько выдающейся внешностью, да и успехи в учебе у меня оказались куда более посредственные, чем мне казалось прежде. Потому стала предметом ненависти и недоумения всего универа, причем, не только женской, но и мужской части, которая считала, что я «не тяну».

Сколько ненависти, подстав и буллинга я испытала – не счесть. Уже тогда я раздумывала о том, чтобы прекратить эти отношения, ибо душевное здоровье – важнее. Но из принципа, упрямства и любви к красивым мордашкам, решила перетерпеть, наивно полагая, что настоящая любовь, достойная описания в любовном романе, и должна быть сложной, с препятствиями и борьбой. Тем более бывший был со мной довольно мил, а винить его во всеобщем обожании было как-то несправедливо.

Так я думала, правда недолго…

Не сразу поняла, что даже в романах обычно превозмогают и страдают на пути к счастью оба. В нашей паре, как-то так выходило, что все мучения доставались только мне…

Дальше – хуже.

Еще на последних курсах его заметило модельное агентство и предложило работу, которая в последствии захватила даже актерскую деятельность. С его внешними данными и харизмой, парень быстро стал популярным. А меня обсуждать и ненавидеть стали буквально в национальном масштабе.

Мало того, что мне приходилось терпеть не только ненависть, критику и одержимую любовь этих бешеных фанаток моего парня, так еще и начавшиеся откровенные угрозы!

Тогда я во второй раз задумалась, что пора с этим заканчивать. Но, поговорив с парнем, который каких-то реальных шагов по моей защите не предпринял, боясь разочаровать фанатов, мы пришли к компромиссу в виде дополнительной охраны дома и телохранителя. Он же внушил мне, что все непременно наладится и проблемы травли в интернете закончатся, если я стану ему соответствовать немного… больше.

И началось!

Углубившись в эту тему, оказалось, что ему не нравится во мне довольно многое, начиная с внешности, заканчивая поведением и даже происхождением. Команда пиарщиков взяла меня в оборот, и в течение нескольких месяцев лепили из меня «кондицию», до которой я не дотягивала, по их мнению, буквально во всем. Фитнес, косметолог, курсы по самообразованию, даже изучение этикета! Все это я должна была впитывать как губка, если не хотела быть разорванной на трофейные тряпочки озабоченными фанатками моего благоверного.

Однако, после того, как я вытерпела все это, вышла на очередное светское мероприятие, практически как другая личность, в итоге все равно получила критику в интернете от фанатов, чем очень огорчила мои «туфли». И это горе «звезда», не придумала ничего лучше, как предложить мне сделать пластическую операцию, ибо мои пропорции на его взгляд… были несколько скудными, что оскорбляло чувства фанатов.

Что оскорбляло мои чувства, разумеется, никого, кроме меня, не интересовало.

Прикинув, что я сделала ради проблемного, но популярного бойфренда и сколько терпела в этих отношениях несколько лет, перекраивая себя до неузнаваемости, решила, что с меня хватит, и счастливо послала его не только устно, но еще и официально со своего аккаунта, под радостные и злорадные вопли его воздыхательниц.

И вот, месяц спустя, я не могла нарадоваться наставшему спокойствию и возможности просто расслабиться. Без вечного контроля всего и вся в моей жизни, где даже в собственном доме я должна была быть «при параде», а сам дом содержать в идеальной чистоте, просто на всякий случай, если к нам заявится кто-то из многочисленных богемных дружков моих «туфель».

Потому сейчас я искренне негодовала, за озабоченность Веры моим состоянием, которое я за последние несколько лет могла охарактеризовать максимально безмятежным и стрессовоустойчивым!

– Ты видела, что творится в интернете? – с сомнением спросила Вера.

– Не-а, – беззаботно хмыкнула я. Подруга с облегчением вздохнула, давая понять, что еще полгода мне туда лучше даже не заглядывать.

После того, как я опубликовала тот знаменательный пост о нашем расставании, на меня обрушились просто волны сообщений, как от друзей и родственников, так и от поклонников, которые несколько неуместно негодовали из-за моего разрыва, о котором прежде они едва ли не молили. Сейчас же осуждали меня за высокомерие, незнание своего места и прочее, мол, как я посмела бросить их идола, да и кем вообще себя возомнила, чтобы разбивать его трепетное сердечко. А еще неблагодарная, тварь такая, не смогла оценить чувства их великолепного и великодушного кумира к такому ничтожеству, как я, потому теперь их «звезда», решила попиариться на своих «страдашках» по поводу неожиданного разрыва продолжительных отношений.

Потому я отключила интернет.

Но тут подключились родители, которые едва не разорвали мне телефон своими звонками с призывами «одуматься» и вернуться к бывшему, которого, по их словам, я и без того была недостойна. В этом мои родители были на удивление единодушны с мнением большинства. Потому мне следовало прекратить выпендриваться и вернуться к нему, слезно умоляя меня простить и принять.

Вспомнив, что мои родители любили и гордились моим звездным бывшим больше, чем собственной дочерью, я так же решительно выключила телефон, порадовавшись своему своевременному решению учиться в другом городе, далеко от родных мест, где все еще оставались родители. Потому их внезапного приезда для нравоучений не опасалась.

Кто бы мог знать, что в мои размеренные, полные деградации будни ворвется Вера – школьная подруга, приехавшая учиться вместе со мной и, на тот момент, одна из немногих, кто изначально не одобряла мои отношения с популярным парнем, полагая, что это принесет мне несчастья. И как в воду глядела. Но я была слишком гордой и упрямой, чтобы вовремя одуматься и признать ее правоту, потому постепенно наше общение сошло на «нет».

Кто же знал, что она меня вновь отыщет в искреннем беспокойстве после моего расставания?

Я и предположить не могла, но вот, она здесь, и мешает мне наслаждаться беззаботными, а главное уютными буднями, о которых я грезила несколько лет.

– Тебе нужно развеяться.

– Мне нужно заказать доставку еды, – не согласилась я, вспоминая, что из всего съестного у меня дома был только попкорн… еще со вчерашнего вечера. И тот теперь по полу рассыпан. Досадно, однако.

Если так подумать… может, я действительно немного… ладно, излишне расслабилась?

– Собирайся.

– Куда это? – заподозрила я неладное в мотивах подруги. Ну и то, что за дни лежания и ничегонеделанья, банально разучилась ходить.

– Встряхнемся, – загадочно улыбнулась она.

Я подозрительно прищурилась и уже собиралась отказаться, но тут осмотрелась по сторонам на дом, который некогда сиял чистотой, а теперь больше напоминал приют для бомжей. Затем на себя, в линявой, запачканной соусами от фастфуда, трехдневной футболке и растянутых спортивках.

А после на Веру, которая, в отличие от меня, всегда рассуждала здраво и предвидела мой несчастный конец в этих отношениях.

Пришлось признать, что из нас двоих, ее слова заслуживают большего доверия, потому, кряхтя, поднялась с дивана, рассыпая по полу гору крошек, и помедлила.

– Но сначала схожу в душ и закажу клининговые услуги, – потерла я нос немного смущенно.

Моя загадочная подруга не уточнила, что место, для «встряхнемся», было в трех часах езды от города, потому, словно извиняясь, всунула мне свой недописанный роман.

– Можешь почитать, пока не приедем на место. Заодно хочу услышать твою оценку. Помнится, на нашем факультете ты была лучшей, – напомнила она мне о том, что мы с ней обе были с факультета филологии, обучаясь литературе и журналистике.

Однако мне со своей карьерой, несмотря на диплом, пришлось повременить. Угадайте почему?

Правильно, потому что я – идиотка, которая карьеру парня поставила на первое место!

В отличие от меня, Вера время даром не теряла и начала сотрудничать с издательствами еще во время обучения, потому сейчас могла с гордостью называться популярным писателем. Та в студенческие годы, хотела даже меня в это втянуть, но я отказалась, хотя мне и было интересно попробовать свои силы.

Потому сейчас я брала в руки ее недописанную рукопись со странным, очень сложным чувством трепета, зависти, сожаления и гордости за подругу. А так же вины и стыда перед ней же.

Читать категорически не хотелось из-за этого, но видя искренность Веры, я не смогла отказать ей и медленно вчиталась в произведение.

Сюжет был довольно клишированный, но это нисколько не мешало истории затянуть меня. Тем более, Вера уже была профессиональным писателем и умела подавать историю читателю так, чтобы было интересно.

Потому, когда мы приехали на место, я с некоторым разочарованием поняла, что история обрывается.

– Ну как? – улыбнулась подруга.

– Стиль, как всегда, отличный, да и история интересная… вот только… – начала я было, боясь ее обидеть. Но подруга не только не обиделась, но и с энтузиазмом подхватила мысль:

– Но как будто чего-то не хватает, да? Вот и мне так кажется, – согласилась она. – Мой редактор в восторге, а вот мне – не нравится. Слишком сыро. Потому рада, что ты разделяешь мои взгляды. Я уже боялась, что это признак выгорания.

– Есть несколько нелогичных мест в сюжете и нехарактерных поступков героев, – видя, что она готова к критике, осторожно прокомментировала она.

– Точно! Именно то, что я искала. Видела, что с историей что-то не то, но не могла определить. Как же я рада, что ты посмотрела!

– Я ничего не сделала, – скромно потупилась я.

Хоть и изучала литературу, но становиться писателем не особо горела желанием. Не было той усидчивости и терпения, чтобы самой создавать миры и сюжеты. А вот читать я любила всегда. Потому мечтала когда-нибудь стать редактором в каком-нибудь крупном издательстве.

– А где мы вообще? – нахмурилась я, обратив внимание, что находимся в какой-то лесополосе.

– Сюрприз! – коварно прищурилась она, а я запоздало вспомнила, что из нас двоих Вера всегда была заводилой и сорвиголовой. – «Сюрпри-и-из»! – чуть погодя щедрым жестом окинула она пропасть под моими ногами, а рядом хлипкое, даже на вид, сооружение для прыжков с тарзанки.

– Если ты меня изначально хотела убить, могла бы сразу сказать, я бы так усиленно не собиралась, – сыронизировала я, понимая, что при падении с такой высоты, криминалистам и грибникам, которые отыщут меня, будет глубоко плевать, чищенные у меня зубы или нет.

– Я так скучала по твоим шуткам, – умилилась подруга, а после потянула меня в сторону обрыва. Вот тут я уже серьезно струхнула.

– Ни за что! – отчаянно замотала я головой. – Я не прыгну! Не хочу, я боюсь!

– Не говори глупости! Я все проверила, это сертифицированная фирма развлечений.

Я посмотрела на «сертифицированный» персонал с явно неместной национальностью, которые и на нашем языке говорили с большим трудом, исключительно заученными фразами. И расценила, что самым «сертифицированным» был помост. По крайней мере, точно отечественный, еще советского производства, что делало его ровесником минимум моих родителей.

– Нет! – категорично рявкнула я, намереваясь уйти к машине.

– Я тебе докажу, что это – безопасно! – не уступала Вера, а после смело шагнула к инструктору, который ловко застегнул на ней защитное снаряжение и прикрепил массивный карабин с веревкой и страховочным тросом.

Я не могла не волноваться, в то время, как Вера не выказывала ни капли страха. На ее фоне я всерьез начала сомневаться в своей силе духа.

Девушка отважно спрыгнула вниз, а после, с помощью персонала, благополучно была возвращена на вершину.

– Вот видишь! – с горящими от адреналина и возбуждения глазами, уговорила она меня. – Я ведь говорила, что это – безопасно!

– Ага! – без особого энтузиазма кивнула я, не торопясь прыгать щучкой в снаряжение.

– Не дрейфь! Тебе это нужно! Помнишь, как мы отрывались прежде? Лишние мысли сами из головы вылетают!

– А знаешь, что еще из головы может вылететь? – уточнила я у нее. – Мозги! Мозги из головы вылетают еще красочнее, чем мысли! – нравоучительно подняла я палец, но уже не так категорично, как прежде. Потому что она была права. Прежде Вера всегда таскала меня в подобные места, чтобы привести мысли в порядок, когда в жизни у меня наступал мрачный период.

И, сколько бы я ни храбрилась, сейчас должна признать, что после этих продолжительных отношений… я несколько опустошена. Я посвятила им не только годы жизни, но и чуть не потеряла в них собственное «я», отказавшись от личный желаний, взглядов, принципов и амбиций.

А теперь я… банально не знала, как привести все в порядок и с чего следует начать. Казалось, что я оказалась в тупике, выбраться из которого довольно затруднительно. Потому по привычке притворялась, что все нормально и моя деградация меня полностью устраивает. Когда нет никакого плана, такие оптимисты, как я, стараются даже неудачи записывать, как план. Потому пряталась в собственном доме, боясь столкнуться с пугающей реальностью и необходимостью что-то начать делать.

– Ладно, давайте сделаем это быстро, – позволила себя уговорить и надела снаряжение. А после, стоя на помосте и слушая едва вменяемую речь мигранта, косящего под «сертифицированного работника», отвечающего за мою экипировку, распознала знакомое слово, после которого Вера прежде прыгнула, что и приняла за призыв к действию.

Боясь передумать, повернулась спиной к обрыву и пригнула, заметив круглые, испуганные глаза персонала и Веры, которая в ужасе закрыла рот руками. Лишь после я поняла, что массивный карабин с веревкой, остался в руках персонала…

…

– Бл**ь!!! – вместо вопля восторга, завизжала я от страха, обиды и разочарования.