Я не знаю, поставила бы мама точку в отношениях с отцом, если бы её секрет не выдала заводская телефонистка. Решилась бы она подать на развод, если бы никто не узнал про её измену? Мне хочется верить, что да. Мне хочется верить, что способность рано или поздно переставать терпеть и уходить оттуда, где плохо, у меня от мамы. Ведь больше в нашей семье никто так не делал, а кровь, как говорит бабушка, не водица.

Мама подала на развод несмотря на то, что никто её не поддержал. Моя бабушка и мамина мама требовали забрать заявление. Мой дед и её отец не верили, что женщина сама сможет начать новую жизнь, быть без мужа. Мамина сестра запрещала ей разводиться, даже несмотря на нелюбовь к моему отцу.

Однажды мамина сестра со своей дочерью, моей двоюродной сестрой, приехала в гости с Севера и подарила нам с мамой билеты на концерт Дмитрия Маликова. Она хотела, чтобы мама увидела, какими на самом деле бывают мужчины: длинноволосыми, романтичными, богатыми. Не то что мой папа. Притом муж маминой сестры был седым, стриженным под двоечку, прапорщиком, читающим сборники анекдотов про поручика Ржевского. Никакой романтики от него ждать не стоило, но кто ж ей запретит мечтать. Тем более о звезде.

Мы поехали на концерт в саратовский цирк, мы сидели прямо под куполом. Лица Маликова нам не было видно, только силуэт и голос, который нёсся из динамиков, заполнял собой всё пространство от арены до купола, ласкал кожу. Я слушала романтические песни Маликова и думала, вдруг он заметит нас, заметит мою красивую маму, влюбится в неё и увезёт её с собой в Москву подальше от шуток отца. Когда мы вышли после концерта, мама сказала: «Голос, конечно, красивый, но волосы можно было бы и подстричь».