Винсент молодец… Вот уж не думал, что он сможет меня ещё чем-то удивить.

Когда я говорил купить ему подарок, я не думал, что он пропадёт на час и принесёт с собой больше десятка безделушек и протянет их все Виолетте.

— Ты прости меня, если я показался грубым. Я не хотел, поэтому решил загладить вину, — искренне сказал он, протягивая свой «подарок». — Я думал, подарить что-то одно, но мне всё понравилось… Поэтому я решил купить всё. В общем, я не мастер красиво выражаться в таких моментах, так что вот. От всего сердца.

— Спасибо, Винсент, — радостно заулыбалась Виолетта. — Я обиду никакую не держу, не переживай. Мне очень приятно.

— Рад, что тебе понравилось, — улыбнулся Винсент и почесал затылок.

— Скажи честно, это ты ему посоветовал? — спросила меня тихо Алиса, так чтобы остальные не услышали.

— Угадай с трёх раз, — тихо усмехнулся я.

Оставшийся выходной прошёл спокойно и без происшествий. Мы весело погуляли по центру, отведали разных вкусностей, после чего поехали обратно в Академию. Разве что Алиса по дороге тихо подшучивала, что Винсент с Виолеттой теперь похожи на сладкую парочку.

В целом, с этим было трудно не согласиться, потому что весь оставшийся день они без остановки весело разговаривали друг с другом. Для полноты картины не хватало, чтобы они ещё держались за руки. Но до этого, думаю, еще дойдет.

На следующий же день меня ждало другое испытание. Причём сразу с утра.

— Пошли тренироваться! — заявил Винсент тоном, не допускающим никаких возражений.

— С утра пораньше? — я медленно повернул голову в его сторону. — И это говорит человек, который обычно до последнего спорит с самой идеей подъёма с кровати.

— Вот именно, — важно кивнул он, будто я сам только что подтвердил его правоту. — Раз уж я встал сам, надо пользоваться моментом. Такое случается не каждый день. Цени!

— С этим не поспоришь, — признал я, покачав головой. — Правда, я всё равно до конца не понимаю, чего тебя опять так потянуло тренироваться? Будто тебе целого месяца спаррингов с отцом было мало.

— Ну, во-первых, потому что я держу обещания! — Винсент ткнул в меня пальцем. — А во-вторых, мне теперь жизненно необходимо проверить, насколько я стал круче. Желательно на ком-то, кто не будет сразу плакать и звать целителей.

— Твоё доверие к моей живучести трогает меня до глубины души, — картинно прижал я руки к груди. — Но что-то мне подсказывает, что ты просто не хочешь встревать ни с кем в дуэль, чтобы отец во время следующих каникул не повторил свой урок.

Винсент секунды три-четыре молчал, недоверчиво глядя мне в глаза, прежде чем сказал:

— Энкрид, а эта твоя непонятная магия, случайно, не позволяет читать мысли людей?

— Кто знает, — усмехнулся я в ответ. — Ладно уж, пошли. Всё равно ты мне, считай, выбора не оставил.

Спорить на эту тему я не видел смысла. Всё равно Винсент не отстанет. Да и, по правде говоря, мне самому было любопытно проверить, насколько сильно изменился мой стиль после тренировок с Дрогом.

— Пойдём. Я уже обо всём договорился, — подмигнул мне друг. Ну да, кто бы сомневался.

Найти закрытую площадку для уединённой тренировки на заднем дворе Академии Винсенту не составило труда. Их в Академии более чем хватало, а сами ученики на выходных предпочитали отдыхать, нежели ещё больше изматывать свои тела дополнительными нагрузками.

Сама площадка выглядела как круглый полигон, ограждённый высоким каменным бордюром и защитным барьером. В остальном ничего особенного: ровная земля, несколько манекенов для оттачивания заклинаний и стойка с тренировочным оружием на любой вкус и цвет. Разве что ничего экзотического там, разумеется, не было.

А ещё рядом с ней лежала загадочная плетёная корзина, но уточнять, что в ней, я не стал.

Подойдя к стойке, я, само собой, выбрал деревянный меч, а Винсент — копьё.

— Начнём без магии? — спросил я, проверяя баланс меча. — Для разогрева.

— Само собой, — Винсент легко прокрутил копьё в руках и довольно усмехнулся. — Я бы вообще предложил разминку, но так неинтересно. К слову, даже не вздумай сдерживаться. Не смотри, что мы друзья, бить я буду в полную силу. Если попаду прямо в корпус, руку или ногу, мало не покажется.

— Винсент, нашёл тоже кому это говорить, — хмыкнул я в ответ на такое заявление. — В бою я никогда не сдерживаюсь. Что с магией, что без.

— Вот это я понимаю боевой настрой! — радостно улыбнулся парень.

Мы разошлись примерно на десять шагов, после чего я спросил:

— Готов?

Винсент ничего не ответил и напал без предупреждения. Очень в его духе, учитывая, сколько раз он говорил, что нужно держать ухо востро при любых обстоятельствах.

Парень резко сократил дистанцию и прямым выпадом нацелился мне в грудь. В ответ на это я одним лёгким движением ушёл в сторону, позволив древку и наконечнику пройти в нескольких сантиметрах от плеча.

Открылся.

Я безо всяких проблем взмахнул клинком и примерно в четверть силы ударил Винсента по пальцам. Из-за положения копья и тела он попросту не мог сместить позицию или хоть как-то увернуться.

— Что за… — недоумённо спросил он, замерев в той же позе, в которой я попал по нему мечом. Только секунды через две-три он вернул копьё в горизонтальное положение.

— Минус пальцы, — улыбнулся я, после чего вновь разорвал дистанцию до десяти шагов. — В реальном бою ты остался бы без оружия. Раунд за мной.

— Получается, зря я думал, что показалось, — Винсент полностью проигнорировал мои слова, и по ощущениям витал где-то в облаках. — Значит… да, это многое объясняет… точно…

— Ты вообще о чём? — чуть громче спросил я, чтобы привлечь внимание парня.

— Да ещё когда мы встретились с тобой после каникул, мне показалось, что в тебе что-то поменялось, — наконец-то Винсент перестал говорить расплывчатые фразы. — Я всё понять не мог, в чём дело, а теперь понял. Ты стал двигаться иначе. Решил сменить технику боя, я правильно угадал?

— Не совсем, — спокойно ответил я, после чего протянул меч вперёд. — Начнём с того, что у Эйзенхорнов вообще нет никаких родовых техник или определённого стиля. Мы ставим упор на само искусство владения мечом и умение адаптироваться к противнику. Но мне с моими новыми способностями такой стиль боя не подходит.

— Другими словами, ты решил создать свою технику боя? — на удивление быстро догадался Винсент.

Вот когда надо он может, а на учебе вечно страдает. Правда, как мне кажется, это всё больше из-за его лени.

— Если говорить в целом, то да, — согласно кивнул я. — Но пока что это больше похоже на набор привычек и рефлексов. Сейчас я стараюсь уделять меньше внимания грубой силе и больше — ловкости. Вдобавок, я стал отдавать себе отчёт в каждом своём действии вне боя. Как видишь, такой подход принёс свои плоды.

— Значит, будем считать, что ты меня подловил, — хмыкнул Винсент, после чего взял копьё в обе руки. — Так, теперь второй раунд. Опять без магии. Хочу посмотреть, чему ты научился. И не надейся, что второй раз сможешь провернуть один и тот же трюк.

— Посмотрим, — нагло улыбнулся я в ответ, после чего перехватил меч в обе руки.

* * *

Следующие два часа мы без остановки спарринговались друг с другом без магии. Как ни странно, при этом никто из нас ни капельки не устал. Скорее уж, наоборот.

— Ничья, — сказал Винсент после того, как он прижал копьё к моему бедру, а я — меч к его шее. — Всё равно получается счёт десять-десять. Сделаем перерыв.

— Что, уже выдохся? — не мог я не подколоть друга.

— Размечтался, — рассмеялся в ответ парень. — Проголодался. Я тут бутербродов в корзине принёс. Вон в той, что у стойки. Они, кстати, от Алисы с Виолеттой. Представь, девушки сами заморочились, чтобы их приготовить и нас порадовать. Вроде мелочь, а приятно.

— Это, Винсент, называется благодарность, — на манер своего друга похлопал я того по плечу. — Мы вот девушкам приятное сделали, что сходили вместе с ними по магазинам. Они в ответ нам решили таким образом отплатить.

— Вот не надо мне говорить таких банальных вещей, — закатил глаза парень. — И хлопать по плечу тоже не надо! Это вообще моя фишка так делать, чтобы человека поддержать!

— Скорее сломать, в буквальном смысле этого слова, — усмехнулся я в ответ и добавил: — Ну знаешь, вчера мне тоже пришлось объяснять, почему…

— Так, кто старое помянет, тому глаз вон, — сразу же начал отмахиваться парень. — Пошли лучше поедим.

— У этой поговорки так-то продолжение есть, — ответил я, но решил не подтрунивать дальше над другом. Главное, что вчера он усвоил урок. Того глядишь, ещё научится обходительно вести себя с противоположным полом. — Впрочем, обед важнее и вкуснее.

— Странная фраза, но мне нравится, — сказал Винсент, подойдя к стойке и взяв корзину в руку. — Пожалуй, добавлю её в свой словарь.

Дальше мы, не торопясь, перекусили приготовленными для нас бутербродами. Надо сказать, я поначалу удивился, когда в корзине увидел их аж двадцать штук. Вдобавок там лежали два термоса и пять банок газировки.

Первая мысль, которая у меня возникла: а куда столько еды? И газировка зачем? А затем я посмотрел на Винсента, вспомнил его вкусовые предпочтения, и все вопросы разом отпали.

Из всего принесённого мне досталось только четыре бутерброда и термос с чаем. Остальное Винсент съел и выпил менее чем за полчаса. Как он при этом не подавился, для меня оставалось большой загадкой.

— Вкусно, но мало… — выдал он, закончив уплетать последний бутерброд. Из-за этих слов я чуть чаем не поперхнулся. — В следующий раз попрошу наших подруг две корзины сразу приготовить. А то это так, на один зубок.

— Боюсь, после такого запроса тебе обе эти корзины прилетят по голове, — придя в себя после услышанного, сказал я.

— Почему? — недоумённо спросил Винсент и сам же ответил: — Хотя да, ты прав. Столько еды состряпать — это слишком долго. А из столовой готовую еду выносить запретили. Значит, в следующий раз принесу на площадку мангал, шампуры, мясо и сделаю всем нам шашлык. А лучше вообще разожгу костёр и зажарю большого такого порося.

— Знаешь, я, пожалуй, не стану уточнять, шутишь ты сейчас или правду говоришь. Да и вообще, говорить что-то подобное — не подобает положению аристократа, — осторожно ответил я, после чего встал и потянулся. — Ну что, поели, теперь снова за тренировку? С магией?

— Спрашиваешь тоже! — самодовольно улыбнулся друг. — Вот теперь финал. Кто победит, тот… в общем, тот молодец. Ничего лучше в голову не лезет.

— Может, оно и к лучшему, — ответил я.

Мы снова разорвали дистанцию до десяти шагов, договорившись, что перед стартом каждый может подготовить свои козыри к бою.

Я рунным пером начертил печати «Укрепление+Скорость» и «Восприятие+Ловкость». Я долго колебался между силой и ловкостью, но в итоге выбрал второе.

Деревянным мечом я копьё никак не заблокирую. Нет, конечно, я мог наложить на него печать «Укрепление+Острота», чтобы одним ударом разрубить копьё, но это было бы совсем нечестно по отношению к моему другу. Да и смысл тренировки тогда терялся.

Так что сила в моём случае играла второстепенную роль. Ловкость, наоборот, по идее, сейчас должна была помогать мне двигаться «плавнее». По крайней мере, именно такой смысл я в неё вложил. Как оно получится на практике, мне только предстояло узнать.

Винсент со стороны так вообще никак не готовился. Единственное — вокруг него едва заметно колебались потоки маны. Впрочем, я догадывался, что он таким образом готовится использовать свою родовую технику, связанную с ветром.

Чувствую, с его скоростью мне придётся задействовать своё восприятие и реакцию на максимум. Что ж, надеюсь, все тренировки с Дрогом не прошли даром.

Ладно, остался финальный штрих.

Я вздохнул, после чего сосредоточился и прислушался к собственному телу.

«Мана — это поток. Поток нужно направлять в такт движениям тела и усиливать его в момент, когда нужно силой 'задавить» противника.

Как по-философски. Уверен, услышь сейчас Дрог мои мысли, он бы оценил. Впрочем, как ни посмотри, именно эта самая философия помогает лучше осознать суть магии и руны Воды в частности.

— Готов, — сказал я, крепче сжав деревянный меч.

— Отлично, — Винсент довольно улыбнулся и поставил копьё перед собой, чуть опустив наконечник. — Выложись на полную, Энкрид. Я далеко продвинулся в изучении «Молниеносного Копья» — это тебе не шутка. Вдобавок, с тобой сейчас будет сражаться сильная, злая и очень голодная версия Винсента.

— Последнее звучит угрожающе, — усмехнулся я, оценив юмор парня.

— Ещё бы. Голодный Винсент страшнее любого монстра из Подземелья, — мой друг хмыкнул, но через секунду его лицо стало серьёзнее. — Готовься, бить буду. Будет больно.

В ответ я только чуть согнул колени, выровнял дыхание и влил поток маны в восприятие.

Винсент первым сорвался с места.

К моему удивлению, из его тела больше не вырывались потоки маны. Вместо этого магические нити окутали почти невидимой пеленой его тело и оружие. Вообще не похоже на то, что я видел во время его сражения с кобольдом и дуэли на арене.

Впрочем, я слишком рано сделал выводы.

Уже в следующее мгновение за его спиной вспыхнули потоки маны и тут же закрутились плотной невидимой волной. Со стороны это выглядело так, будто ветер толкал его вперёд. Причём настолько, что он больше напоминал летящий по прямой снаряд.

Как в первый раз, он начал атаку с прямого выпада. Внутреннее предчувствие говорило мне, что здесь какой-то подвох. Парень ни за что не стал бы наступать на те же грабли, полагаясь только на скорость, однако у меня не осталось выбора.

Отскочить в сторону и не открыться под удар я вряд ли успел бы. Парировать удар? Ещё хуже. На такой скорости у меня, скорее, сломается меч, нежели я смогу сместить удар. Про блок тем более говорить нечего. Так что вариантов у меня осталось немного.

Вместо восприятия, я наполнил маной знаки «Ускорение» и «Ловкость» на максимум, после чего сделал шаг в сторону и развернул корпус. Наконечник пулей просвистел мимо моего плеча. Винсент разорвал дистанцию, и я внезапно почувствовал, как по руке течёт что-то тёплое.

На мгновение отведя взгляд от противника, я увидел сначала кровь, а затем порез на плече. Как? Когда только успел? Я ведь точно увернулся от атаки. И с каких пор деревянное оружие могло оставить резаную рану?

Винсент не дал мне времени на раздумья.

Поток за спиной толкнул его вперёд. Второй выпад вышел ещё резче первого. Я сместился влево и пропустил удар наконечником рядом с боком.

На моём теле снова появился порез. Кто бы сомневался. Хотя теперь я догадываюсь, в чём дело.

Третий рывок не заставил себя ждать. Винсент не собирался сбавлять темп. Поток воздуха каждый раз подталкивал его тело, разгоняя его за пределы возможностей. Из-за этого он сильно ограничивал себя в движениях, зато его техника компенсировала недостаток опыта чудовищным разгоном.

Я вновь ушёл от удара и снова получил неглубокий порез. Теперь на ноге, чуть выше колена. Действует прямо по методике Валарийцев — нанести как можно больше ран, чтобы противник первым выдохся.

Правда, в случае с моим другом, первым выдохнется он сам. Я-то хорошо представляю, какие нагрузки сейчас испытывает его тело. Хватит ли его с таким подходом надолго? Сомневаюсь.

К тому же, я разгадал секрет, как он по мне попадает даже без восприятия маны.

— Хитрый трюк, — сказал я, не отрывая взгляда от друга. Тот, в свою очередь, остановился, видимо, чтобы перевести дыхание. — Я всё думал, зачем ты своё оружие маной окутал. Если ничего не путаю, то… В момент удара ты сгущаешь её вокруг наконечника, создаёшь новый слой и придаёшь ему острую форму. В какой-то степени ты на ходу кастуешь крохотный барьер с острым наконечником и лезвиями по бокам. Из-за крохотных размеров очень сложно что-либо заметить или почувствовать. Верно?

Глаза у Винсента округлились, пока он слушал мои выводы. Он ещё несколько секунд стоял в молчаливом шоке, пока вслух не сказал:

— Ты сейчас за три моих атаки понял, по какому принципу работает моя родовая техника? — будто не веря своим же словам, задал он мне вопрос.

— В целом, ничего сложного, — пожал я плечами. — Когда ты знаешь, по каким принципам работает множество видов заклинаний, сложить одно с другим нетрудно. Я уже молчу о том, что сам практиковал схожий приём на мече, придавая тому рунами острую форму.

— Да? — всё с тем же удивлением дёрнул он плечами. — Нет, так хотя бы понятнее становится. Хотя со стороны ты выглядишь как гений, способный анализировать и просчитывать сотни шагов оппонента наперёд.

— Не надо преувеличивать с оценкой… — покачал я головой.

— Так говорю же, по ощущениям все это! — Винсент даже слегка возмущённо посмотрел на меня. — Знаешь ли, всё равно непривычно, когда кто-то с ходу разгадывает твой план. Я так-то надеялся, что ты станешь серьёзнее и будешь контратаковать, а не просто уклоняться.

— У тебя план — подольше потянуть время, чтобы дать телу отдохнуть. Отдыхай, я не против, — улыбнулся я в ответ на такое заявление. — Ты на максимум нагружаешь энергетические каналы и само тело. Страдают связки, мышцы и в том числе органы. К тому же, ты не можешь до конца контролировать тело и поток ветра, чтобы на ходу менять траекторию. Атаки получаются слишком прямолинейными. Продолжишь в том же духе — проиграешь.

— Нет, ты, правда, скрытый гений Академии, — неожиданно весело расхохотался Винсент и показал большой палец вверх. — Или всего Амрателя. Мне лично так кажется. Из всего перечисленного ты везде попал в точку. Нагрузка и впрямь серьёзная. Мой рекорд — двенадцать таких выпадов подряд. После этого мана заканчивается, и я двигаться не могу. Вот вообще никак.

— Значит, четверть запаса ты потратил на эти несчастные три раны, — не удержался я, чтобы не подколоть парня.

— Так кто ж знал, что ты такой изворотливый, — ответил улыбкой на улыбку Винсент. — С магией ты стал резче.

— Логично. Я же усиливаю тело, — приподнял я бровь, не до конца понимая, зачем мой друг говорит столь очевидные вещи.

— Я не совсем про скорость, — с этими словами он стукнул древком копья по земле, словно пытался таким образом привести мысли в порядок. — Сложно объяснить это простыми словами. Ты будто в момент моего удара резче становишься и уходишь от него.

— Не замечал этого за собой, — задумчиво ответил я и через пару секунд добавил: — Хотя, кажется, я понял, о чём ты. Это часть моей силы. Говоря простым языком, я могу, например, заметно ускорить своё тело, пожертвовав защитой. Сделать тело гибче, сильнее или, наоборот, расширить восприятие на максимум настолько, чтобы время вокруг меня замедлилось.

— Другими словами, ты этой своей магией способен делать то, на что способны только искусные воины с многолетним мастерством… — бросил на меня многозначительный взгляд Винсент. — Это круто! Прямо очень. Но это значит, что теперь я не имею права тебе проиграть!

— Почему это? — приподнял я бровь.

— Да ты такого прогресса достиг за сколько? За пару месяцев? Тогда представь, какого прогресса ты достигнешь через год. Я не имею никакого права от тебя отставать! — протараторил он, из-за чего я не сразу понял, о чём он говорит.

— Не накручивай себя, — нахмурил я брови и серьёзно посмотрел на своего друга. — Ты никому ничего не должен. Можно стремиться превзойти…

— Так, я, кажется, понимаю, куда ты клонишь, и сразу говорю: нет, — Винсент неожиданно перебил меня и встал в боевую стойку. — Я без фанатизма говорю. Всегда будет кто-то сильнее тебя. Если ты сможешь обогнать меня по силе и навыкам, я, наоборот, буду только рад за тебя. Мы ведь, чёрт возьми, друзья. У меня от этого тоска или зависть не появятся. Я про то, что нужно держать себя в бодрости духа и самому становиться сильнее. Извини, сам понимаешь, я иногда так изъясняюсь, что… ну ты понимаешь.

— Да нормально ты изъясняешься, — не согласился я с таким доводом. — Вышло недопонимание. Бывает.

— Я то же самое говорил своему учителю амрательского, но он с моим доводом не согласился, — неожиданно улыбнулся Винсент.

— В каком плане не согласился? — с интересом спросил я.

— Забавная история. Писал сочинение, не прошёл тест на грамотность, — весело ответил он и стукнул себя ладонью по колену. — Кто ж знал, что есть слово «гвардеец», но нет слова «гвардейка». Мой учитель саркастично благодарил меня за то, что хотя бы «индейка» в сочинении не появилась.

— Само слово «гвардейка» странно звучит… Тебя вообще ничего не смутило? — с лёгким недоверием приподнял я бровь.

— Не знаю, мне нормально, — пожал плечами Винсент. — А вот для учителя — нет. Я это слово раз двадцать в предложениях использовал. Бедного преподавателя до «кровавых слёз» довёл. Что уж поделать, грамматика — это не моя сильная сторона.

— Надо тебя будет познакомить с одним моим другом, вы на этой почве сразу подружитесь. Он, кстати, тоже любитель вкусно и много покушать, — весело ответил я, после чего встал в боевую стойку. — Ну что, голодный Винсент, продолжим бой? А то что-то мы совсем разговорились.

Я пером обновил рунные печати, убрав восприятие и добавив силу. Внутреннее предчувствие подсказывало мне, что сейчас она мне куда больше пригодится.

— Значит, план сработал как надо! Считай, всю ману восполнил! — с не меньшим весельем ответил Винсент и перехватил копьё поудобнее. — Держись, Энкрид. Можешь считать, что настоящий бой начался только сейчас.