Маша и Алтимар сидели в гостевой комнате в загородном дворце. Король предложил, перед тем как отправиться спать, побаловать себя расслабляющим чаем.

— Думаю, нам обоим немного не помешает расслабиться.

Маша согласно кивнула. Ей хотелось спать, но больше хотелось еще немного побыть рядом с Алтимаром. Она удобно расположилась в кресле и, откинувшись на спинку, расслабленно протянула:

— Никогда не думала, что балы это так утомительно.

Алтимар хмыкнул, наблюдая, как горничная расставляет чашки с травяным чаем, улыбнулся и спросил:

— Как тебе бал?

— Нормально, — пожала плечами Маша и, увидев недоумение на лице короля, тихо рассмеявшись, пояснила: — Я ожидала немного другое. Думала, будут просто танцы. Кавалеры будут размеренно переходить от дамы к даме, а дамы, обмахиваясь веерами, сидеть в ожидании приглашения на танец. А оказалось, что это светский фуршет, где приглашенные решают свои вопросы, после расслабляются на танцполе.

Алтимар весело рассмеялся и покрутил головой.

— Ты разочарована? — смеясь поинтересовался он.

— Нет, — спокойно ответила девушка. — Немного удивлена, да. И еще удивили наряды. Честно признаться, я ожидала, что все будут одеты немного иначе: дамы в пышных платьях с глубоким декольте, мужчины в черных фраках, черных брюках, белых рубашках, лаковых ботинках и шляпах. А оказалось, что мужчины были в деловых костюмах, некоторые женщины в платьях, похожих на мое, без пышных юбок и удушающих корсетов. Но были и исключения, — иронично хмыкнула Маша.

— Ты намекаешь на Гордею? — с сарказмом поинтересовался Алтимар.

— Да, — спокойно кивнула девушка. — Странная женщина.

— Она несчастная женщина, — тяжело вздохнул Алтимар. — Она живет иллюзиями и мечтами. Реальность ее пугает. Я много раз разговаривал и с ней, и с ее отцом по поводу наших с ней взаимоотношения. Мистер Лиандр здравомыслящий мужчина, он все понимает, но, к сожалению, сделать ничего не может. Гордея нарисовала себе в своих мечтах счастливую жизнь рядом со мной и не хочет принимать действительность.

Маша не стала пересказывать ее разговор с мисс Лиандр. Она лишь улыбнулась в ответ, устало зевнула и сделала глоток ароматного чая.

— Устала? — участливо поинтересовался Алтимар.

— Очень, — сонно улыбнулась девушка.

— Думаю, пора проводить тебя в твою комнату, — с улыбкой проговорил король.

Он поставил чашку с недопитым чаем на стол и поднялся. Подойдя к Маше, подал руку, помогая подняться. Они молча вышли из гостиной, поднялись на второй этаж и подошли к ее спальне. Девушка не хотела, чтобы он уходил. Но и боялась, что он может остаться.

— Спасибо за прекрасный вечер, — прошептала Маша.

— К сожалению, я не смог уделить тебе достаточно внимания, — с невеселой улыбкой ответил Алтимар. — Но с этим прекрасно справился Транати.

— Мне кажется, ты ревнуешь? — удивленно подняла брови девушка.

— Удивительно, но это так, — выдохнул он.

И прежде чем Маша успела что-то сказать в ответ, Алтимар притянул ее к себе и впился в ее губы. Она хотела его оттолкнуть, хотела сбежать в свою комнату, но не могла. Чувства, которые она прятала, вырвались наружу. Они вихрем обрушились на нее, отключив остатки разума. Маша знала, что потом пожалеет об этом, но в данную минуту ей было все равно. Она хотела быть с ним. Путь и на пару мгновений, но вспомнить, как это, когда он тебя любит...

Глаза слипались и очень хотелось спать. За окном уже забрезжил рассвет. Маша счастливо улыбнулась, лежа на груди Алтимара. Может, у них действительно есть будущее? Может, этот мир примет ее? Но Алтимар, задумчиво молчавший и смотревший на медленно просыпающее солнце, убил все ее надежды.

— Ты правда ревновал? — с мечтательной улыбкой поинтересовалась Маша.

— К сожалению, да, — невесело ответил Алтимар.

Девушка приподнялась на локте и удивленно уставилась на короля. Он не смотрел на нее. Алтимар задумчиво следил за восходящим солнцем, окрашивающий предрассветное небо в ярко-розовы цвет. В его глазах отчетливо читалась грусть и растерянность. В них не было чувств к ней. В них был холод, разрывающий сердце на части.

Прикрыв глаза, Маша еле слышно произнесла:

— Я видела ее. В твоем кабинете висит ее портрет...

— Я знаю, что ты была в моем кабинете, — спокойно ответил он.

Маша вздрогнула.

— Откуда?.. — растерянно прошептала она. Но кое-что вспомнив, невесело хмыкнула: — Бутерброд... — Алтимар не глядя на нее, утвердительно кивнул. — Я оставила на столе бутерброд, когда разглядывала ее портрет, — немного помолчав, тихо добавила: — Она очень красива. Мне точно не конкурировать с ней.

— Прости, — прошептал он.

Алтимар поднялся, собрал свою одежду с пола. Быстро одевшись, он с грустью посмотрел на застывшую Машу и печально покрутив головой, вышел из ее комнаты.

Как только за ним закрылась дверь, девушка прикрыла глаза. Слезы заструились по щекам. Она знала, что так будет. Она знала, что он никогда не забудет свою Лайретту. Знала, но все равно не остановилась. И теперь, кроме себя самой, ей не кого винить в том, что ее сердце разбито вдребезги, и она уже его ни за что не соберет. Если только в совочек, чтобы выкинуть в мусорное ведро.

Она почувствовала шевеление в ногах. Приоткрыв глаза, Маша слабо улыбнулась Фентишу, устраивающемуся на одеяле.

— Ты все слышал? — прошептала Маша.

— Спи, — с тяжелым вздохом ответил кот. — Ты сегодня очень устала.

— Сегодня я потеряла свое сердце, — всхлипнула девушка.

— Значит, надо его найти, — улыбнулся Фентиш и повторил: — Спи, Маша. Как ты любишь говорить: утро вечера мудренее.

Выдавив из себя улыбку, Маша согласно кивнула и прикрыла глаза. На удивление, несмотря на душевную боль, она провалилась в сон практически мгновенно.

Тем временем Алтимар вошел в свою комнату, подошел к кровати и застыл. В том, что случилось сегодня между ним и Машей не было ничего особенного. Особенным было то, что творилось у него внутри. Он медленно опустился на пол и прислонившись спиной к кровати, прикрыл глаза.

— Алтимар... — начала было Кайла, материализовавшись в комнате.

— Кайла, оставь меня одного, пожалуйста, — устало прошептал король.

Кобра повиновалась. Он почувствовал, что остался один в комнате. Ему сейчас необходимо побыть наедине с самим собой. Унять эти чувства внутри. Их не должно быть...