После завтрака, компанию за которым ему составила Маша, Алтимар отправился в столичный дворец. Чтобы быть не замеченным, он воспользовался своим правом короля и переместился порталом. Но от внимания верного личного секретаря Сертория Марсе ускользнуть не удалось.

Только Алтимар устроился в кресле в своем кабинете, Серторий тут же постучал в дверь.

— Входите, мистер Марсе, — с улыбкой проговорил король.

— Доброе утро, Ваше Величество, — учтиво поклонился секретарь, входя в кабинет.

Он подошел к столу, крепко прижимая к себе пачку документов.

— Серторий, скажи честно, ты дежуришь под моей дверью? — шутливо покачал головой король.

— Мне это ни к чему, Ваше Величество, — спокойно пожал плечами мистер Марсе. — Ваш портал довольно ощутим.

— Остальные его не слышат, — хмыкнул Алтимар.

— Вы не хуже меня знаете, Ваше Величество, что придворные заняты немного другими делами, — улыбнулся секретарь. — Они обсуждают последние новости.

— Этим занимаются в основном дамы, — с недоумевающей улыбкой поднял бровь король.

— Ваше Величество, некоторые мужчины не отстают от дам, — тихо рассмеялся секретарь.

— Очень интересно, — с сарказмом протянул Алтимар. — Но об этом ты мне поведаешь чуть позже, Серторий. А пока займемся делами.

Личный секретарь согласно кивнул и протянул королю первый документ, попутно объясняя что в нем. Алтимар внимательно слушая, одновременно изучая прошение от очередного преступника, пожелавшего пересмотреть его дело. Отрицательно покрутив головой, король сделал пометку на листе и отложил его в сторону, взяв из рук секретаря следующую бумагу.

Работа с документами заняла почти два часа. Аккуратно сложив листы, которые было необходимо передать исполнителям, секретарь, взглянув на короля, осторожно произнес:

— Герболд, — он протянул последний лист, оставшийся в его руках, — просит ему позволить присутствовать на балу.

— Отказано, — безапелляционно отрезал Алтимар и хмуро посмотрел на секретаря. — Надеюсь, ты не думал, что я позволю ему заявиться во дворец после всего, что он с отцом натворили?

— Я понимаю, что вызову у вас гнев, и, наверное, заслуженно, но все же выскажу свое мнение, — виновато произнес Серторий. — Ваш кузен был под влиянием своего отца, вашего дяди.

— Мой дядя, лорд Энней Делиль, конечно, был деспотичным диктатором, — согласно хмыкнул король. — Но, позволь тебе напомнить, Серторий, что Герболд старше меня на десять лет. Когда его отец поднял бунт, возомнив себя единственным «правильным» наследником деда, кузен вполне отдавал отчёт в своих действиях. И также напомню тебе, Серторий, что кузен является соучастником убийства моего отца. От казни его спасло только то, что не он вонзил меч в спину короля.

— Мне кажется, Ваше Величество, зная характер родного брата вашего отца, можно было проявить снисхождение к Герболду, — тихо проговорил секретарь.

— И это будет моей ошибкой, Серторий, — невесело хмыкнул Алтимар. — Ровно такой же, как мой отец допустил по отношению в своему единокровному, — он сделал ударение на слове, — брату. Ты, наверное, позабыл, Серторий, как все начиналось. Давай я освежу тебе память, чтобы ты впредь не лез ко мне с сердобольными речами по поводу моего кузена. Итак, начнем с деда. Надеюсь, ты помнишь, что мой дед Лаилах, достойный продолжатель династии Саккери, к которой принадлежу и я, после потери своей любимой супруги, моей бабушки, которую я, к сожалению не знал, принял решение жениться вновь. Он выбрал в жены прекрасную леди Фадию Конради. Этот шаг был вынужденным. Король на тот момент имел лишь одного наследника, моего отца. Во избежание, скажем так, неприятностей в будущем, связанных с престолонаследием, дед и принял решение жениться повторно. Леди Фадия была молода, хороша собой, статна, но очень коварна и корыстна. К сожалению, сын, которого она произвела на свет, взял характер матери, все его детство и юность говорившей ему, о том, что единственный наследник своего отца именно он, а не старший брат. И после смерти отца, моего деда, он принялся за дело. Первым делом он женился раньше брата, вторым родил наследника, посчитав, что именно это дает ему право стать главным претендентом на освободившийся престол. Он не учел главного, что брак должен быть заключен по любви. Если ты помнишь, Серторий, такое правило для королей королевства Балреявел, в котором мы сейчас с тобой, дорогой Серторий, благополучно живем по сей день, ввели очень много веков назад. И послужило этому одно трагическое событие. Мой далекий предок, как и все предыдущие поколения, заключил династический взаимовыгодный брак, в котором у него родилось четверо детей. Но со временем он настолько возненавидел свою жену и детей, что в один, не очень прекрасный день, решил от них избавиться. И если ты помнишь, жертвой той бойни стали порядка ста пятидесяти подданных, включая и супругу короля, и его троих детей. Выжил только самый старший. Именно он и ввел это правило, законно его закрепив в Своде Королей. Правила этого Свода являются главным законом для любого короля Балреявела. Но единокровный брат моего отца посчитал, что имеет право оспорить эти правила. Надеюсь, ты прекрасно помнишь бунт, который он возглавил, и к чему это привело. Последствия деяний моего дяди и его сына мы разгребаем до сих пор. А прошло уже двадцать восемь лет.

— Простите, Ваше Величество, — сконфуженно прошептал секретарь.

Серторий знал, что краткая лекция по истории Балреявела говорила о раздражении короля. Он в душе порадовался, что Алтимар опустил все подробности. Пустись король в самую гущу исторических событий, и мистер Марсе мог бы уже писать прошение об освобождение от должности. Такого он старался не допускать, так как своим местом очень дорожил.

— Я еще раз прошу прощения, Ваше Величество, — виновато улыбнулся секретарь. — Мне жаль не Герболда, а его супругу и сына.

— Мне их тоже жаль, Серторий, — раздраженно поиграл желваками король. — Но Виеньаде был предложен развод. Она отказалась и добровольно отправилась вслед за мужем. Это ее решение и ее право. К сожалению, ни я, ни ты, ни даже ее родители не смогли повлиять на нее. Давай, все же сменим тему и перейдем к нашим делам. Если они остались.

— Остались, — кивнул секретарь. — Ваша мать приняла приглашение на бал.

— Странно, — удивленно протянул Алтимар. — Вдовствующая королева всегда присылала отказ. Что случилось на этот раз?

— Думаю, вы и сами знаете ответ, — хитро улыбнулся Серторий. — Ее величество просила передать вам, что планирует прибыть в столицу послезавтра.

— Хорошо, — иронично усмехнулся Алтимар. — подготовьте ей комнату здесь. Я сегодня свяжусь с ней сам, — он взглянул на секретаря и поинтересовался: — Это все?

— Нет, Ваше Величество, — спокойно покрутил головой тот. — Я хотел бы вернуться к теме слухов, — он тяжело вздохнул и продолжил: — Они касаются вашей гостьи.

— Это неудивительно, — нахмурился король.

— Дело в том, что по двору ходят слухи, что она якобы из другого мира, — осторожно произнес секретарь.

— И кто же распространяет эту нелепицу? — удивленно улыбнулся Алтимар.

— Многие говорят об этом, — пожал плечами Серторий. — Точно первоисточник не установить. До меня долетали слухи, что, якобы находясь в бреду, ваша гостья говорила странные вещи. Дословно я уже не вспомню, конечно. Она якобы упоминала какие-то мажины или машины, еще просила кого-то не уходить. Вроде мужчину. Даже звала его по имени. Но я, к сожалению, его не запомнил. И все время хотела позвонить, но не в колокол. Она называла это как-то по-другому.

— Первоисточник может быть только... — удрученно покрутил головой король. — Вызови ко мне Ордана, сразу же как мы закончим.

— Да, Ваше Величество, — кивнул секретарь.

— А насчет моей гостьи, — Алтимар немного подумал и продолжил: — Она будет на балу, Серторий.

— Вы уверены, что стоит ее приглашать? — с сомнением нахмурился секретарь. — Опять же, по слухам, ваша гостья еще не совсем оправилась. Думаю, та же встреча с Гордеей может негативно сказаться на ее здоровье.

— Встреча мисс Марии с мисс Леандр может негативно сказаться на здоровье только мисс Леандр, — тихо рассмеялся Алтимар. — Поверь, Серторий, у мисс Марии довольно острые зубки. Но в одном ты прав, она до конца еще не оправилась. Память до конца не восстановилась, к сожалению.

— Какая будет официальная версия? — деловито поинтересовался секретарь.

— Официальная ничем не отличается от настоящей, — улыбнулся Алтимар. — В провалах в памяти я не вижу ничего страшного. Да и в том, что случилось с бедной мисс Марией тайны тоже нет. Я нашел ее по дороге в загородную резиденцию, возвращаясь из деловой поездки. Кто напал на девушку, так и не установлено. Слава богам, ее только ограбили. Ну и оглушили. Она мало пострадала. Но из-за воздействующей на нее магии, которую королевский лекарь никак не может определить, моя гостья страдает потерей памяти. Что касается ее приоритетов в одежде, Серторий, то здесь тоже нет ничего странного. Мы толком не знаем, откуда она. Скорее всего, так принято в ее стране. А может, мисс Мария отдает в одежде такому стилю предпочтение. Вспомни хотя бы Салину Линь. Модистка родилась и выросла в Балреявеле, в столице, в Элдене. В самом сердце нашей страны под присмотром целомудренных дам. Но результат прямо противоположный. Мисс Линь бунтарка. И это у нее в крови. Вполне вероятно, что и мисс Мария точно такая же.

— Очень надеюсь, что она не явится в таком наряде на бал, — шутливо хмыкнул секретарь.

— Я тоже на это надеюсь, — тихо рассмеялся Алтимар. — Иначе наши целомудренные дамы попадают в обморок.

— Целомудрие придворных дам напускное, Ваше Величество, — махнул рукой Серторий. — Как, впрочем, и мужчин. Но все же, попросите мисс Марию выбрать более скромный наряд.

— Над ее нарядом будет работать мисс Линь, — стараясь сдержать улыбку, беспечно поведал король и, увидев плаксивое выражение лица своего секретаря, не сдержался и рассмеялся: — Серторий, не надо так переживать. Мисс Линь экспериментатор в моде, это да. Но она экспериментирует с головой. Она уже смогла убедить мисс Марию сменить короткие шорты, на более приемлемые брюки. Очень надеюсь, что вскоре мисс Линь убедит мою гостью облачится и в платье.

— Вот это вряд ли, — скептически хмыкнул секретарь. — Я ни разу не видел Салину в платье. Но очень надеюсь, что бал пройдет, как обычно, без эксцессов.

— Конечно, — кивнул Алтимар. — Даже не беспокойся. Я присмотрю за мисс Марией. А когда не смогу быть с ней рядом, этим займется Фемий.

— Кстати, о мистере Флори, — немного помялся. — Он прислал сообщение, что может не успеть на бал. Он просил передать, что драконы сильно разгневаны. Охотники Вулбела разорили два драконьих гнезда, прежде чем их успели схватить наши стражи. Императору Вулбела отправили ноту. Охотники задержаны. Их допрашивает констебль Предгорного района Сальвий Вариньон.

— После допроса жду раппорт, — хмуро проговорил король. — Охотников не выпускать. Позже я сам свяжусь с Фемием, узнаю все подробности от него. Император Ульпий поплатится рано или поздно за свою беспечность. Драконы терпеливы, но не настолько. А пока отозвать все лицензии на охоту всех подданных Вулбела.

— Есть, — кивнул Серторий.

— Если Фемий не успеет на бал, боюсь, мне придется просить тебя о помощи, мой верный секретарь, — хитро улыбнулся Алтимар. — Прошу тебя присмотреть за мисс Марией на балу, когда я не смогу этого сделать.

— Конечно, Ваше Величество, — согласно кивнул Серторий. — Но, боюсь, что на другом балу я за ней присмотреть не смогу, — он достал позолоченный конверт и вручил его королю. — Это пришло сегодня утром. Я специально спрятал это приглашение, чтобы не создавать лишней шумихи.

Алтимар вскрыл конверт и достал красочную открытку. Открыв ее, он хмыкнул и покрутил головой.

— Правитель Кулафел Менений Четвертый приглашает меня через месяц на празднование юбилея его династии Горгорот, — король недовольно поморщился. — Тысяча лет — солидный срок. К сожалению, отказаться никак нельзя. Придется прибыть. Но я буду один, Серторий. У Менения две дочери на выданье. Он непременно начнет рекомендовать мне присмотреться к одной из них. Присутствие на этом юбилее мисс Марии, я считаю, будет, мягко говоря, неуместным. Во-первых, правитель может затаить обиду. Во-вторых, сама мисс Мария будет чувствовать себя не в своей тарелке. Тем более она всего лишь гостья. А гостей не берут на такие мероприятия.

— Это очень разумно, Ваше Величество, — улыбнулся секретарь.

Напомнив о своей просьбе вызвать мистера Ордана, Алтимар отпустил секретаря. В ожидании королевского лекаря, он решил связаться с матерью. Посмотрев на часы, король недовольно скривился.

— Кайла, — тихо позвал он и, когда кобра материализовалась из воздуха, попросил: — Сообщи управляющему поместьем, что на обеде меня не будет. И передай Таклинну, что сегодня мисс Мария может пообедать у себя... — король тихо усмехнулся и добавил: — Если, конечно, она изъявит такое желание.

Кобра согласно кивнула и растворилась в воздухе. Немного посидев в тишине, Алтимар тряхнул головой и сотворил небольшой портал, чтобы связаться с матерью.

Хельджа Саккери, в девичестве Эдиль, ответила тут же. Она словно ждала вызова от сына. На самом деле, вдовствующая королева леди Хельджа, только вернулась с прогулки по своему саду, где распекала садовника за загубленные троницеи. Этот идиот, которого ей посоветовал советник сына Падрим Инглорион, зная, что эти цветы очень любят тепло, поливал их ледяной водой. Почему-то у вдовствующей королевы сложилось впечатление, что садовник сделал это нарочно. Зная, как леди Хельджа любит эти цветы, он словно специально постарался их уничтожить ровно до того момента, как они пойдут в цвет. Именно это и поведала вдовствующая королева сыну, как только ответила на его вызов.

— Мам, предлагаю найти тебе нового садовника, — спокойно пожал плечами Алтимар. — Зачем терпеть некомпетентность?

— Мне его жалко, — тяжело вздохнула вдовствующая королева. — Он одинок, сын. И если я его выгоню, он, боюсь, не найдет себе работу после этого.

— Мам, ты прекрасно знаешь, к чему приводит жалость, — нахмурился король.

— Алтимар, — серьезно проговорила леди Хельджа, — твой отец погиб не только из-за жалости. Он, к сожалению, любил брата и племянника. И очень надеялся на дипломатию. Но, как оказалось, ни Энней, ни Герболд были не настроены на мирные разговоры. Энней хотел власти любой ценой. И, скажу это в тысячный раз, Герболд от него не отстает. Я до сих пор в недоумении, что ты отправил его лишь в ссылку.

— Мама, я действовал согласно Своду Наказний, — напомнил Алтимар. — Герболд понес то наказание согласно Своду, которое накладывается за те преступления, что он совершил. Прости, — он виновато улыбнулся, — но переписывать Свод я не вижу смысла. Напомню тебе, миссис Саккери, что кузену и его семье запрещен въезд в столицу и ее окрестности пожизненно.

— Однако ему это не помешало убить, — тихо проговорила леди Хельджа.

— Доказательств того, что именно кузен причастен к тому страшному пожару нет, — твердо проговорил король. — Действовать импульсивно я не имею права, мама... К сожалению...

— Прости,— вдовствующая королева с шумом выдохнула. — Эти двое принесли много бед нам. Я не могу спокойно говорить о них.

— Тогда давай поговорим о бале, — примирительно улыбнулся Алтимар. — Собственно для этого я тебя и вызвал.

— Ты хочешь, чтобы я прибыла прямиком в столичный дворец? — хитро подняла бровь леди Хельджа.

— Я не устаю удивляться твоей проницательности, — тихо рассмеялся король.

— Это было очевидно, — она беспечно пожала плечами. — Хотя я очень надеялась посетить твою усадьбу. Думаю, я это заслужила хотя бы за то, что покрываю твои прогулки в другой мир. В этот раз мне пришлось изображать болезнь больше двух месяцев. Очень надеюсь, что та девушка, что гостит у тебя, того стоила. Вернее, твои чувства к ней.

— Я сам не знаю, мама, — невесело покрутил головой Алтимар.

— Сын, — вдовствующая королева тяжело вздохнула, — прошлое, должно оставаться в прошлом. Я знаю, что боишься...

— Мам... — начал было король, но леди Хельджа, медленно покрутив головой его, остановила:

— Ты боишься сын предать, — тихо проговорила она. — Предать Лайретту. Но позволь мне тебе сказать, как бы тяжело это ни было... Ты должен жить. Я уверена, что Лайретта хотела бы, чтобы ты был счастлив. Она очень тебя любила... Она ни за что не хотела бы, чтобы ты похоронил себя заживо... Открой свое сердце, пусти туда чувства. Это не предательство, сынок. Это жизнь. И Лайретта, уверена, хотела бы, чтобы ты продолжал жить полноценной жизнью.

— Я не смогу ее забыть, — отрешенно покрутил головой Алтимар.

— Ты и не должен ее забывать, — твердо проговорила вдовствующая королева. — Она навсегда останется в твоем сердце, — она с шумом выдохнула и сменила печальную тему: — Итак, значит, в этот раз мне путь в твою усадьбу закрыт?

— Нет, конечно, — улыбнулся король. — Просто... Мария немного не такая...

— Она иномирка, милый. — с сарказмом усмехнулась леди Хельджа. — В том, что она ходит, как мне здесь доложили, полуголая и третирует свою горничную, нет ничего странного. Наш мир для нее тоже странный. И честно, после всего, что я о ней слышала, мне не терпится с ней познакомиться. Но так и быть, сделаю это на балу... Чтобы не получить... Чашкой? — она вопросительно посмотрела на сына.

— Я успел увернуться, — довольно усмехнулся Алтимар, вспоминая то утро, когда Маша в ярости запустила в нее чашкой с горячим чаем.

— Я могу не успеть, — иронично вздохнула леди Хельджа. — Поэтому я лучше познакомлюсь с твоей гостьей на балу. Надеюсь, мы подружимся.

— Я тоже на это надеюсь, — улыбнулся король.

Они еще немного поговорили, обсуждая предстоящий бал, и, распрощавшись с матерью, Алтимар вернулся к делам.