Княжинск встретил молодоженов холодным осенним дождем.

Инквизитор гнал машину четко по графику — остановка раз в три часа, туалет, кофе, глоток крови из фляжки и снова дорога под колесами, мелькающие за окном деревеньки и практически безлюдные заправки.

Илью за руль младший инквизитор не пускал, так что днем они вынужденно останавливались в дорожных отелях для дальнобойщиков — человеку нужно поспать, вампирам — поговорить. Брали домик на троих и уступали инквизитору спальню. Располагались в гостиной, заваривали чай и просто знакомились. Рассказывали друг другу какие-то истории из детства, смеялись, обсуждали дела.

Да, уже к вечеру первого дня Маша вспомнила, что они официально ранены и должны быть в госпитале!

— Не переживай, Олег все уладил. Нас официально перевели в госпиталь в Княжинске, а там заместителем работает Неонила Летняя, тетушкина знакомая. Все оформят как надо.

— Ладно, значит, можно браться за диссертацию, — немного выдохнула Маша, закапываясь в своем небольшом чемодане, вытаскивая тетрадки, чтобы разобрать свои записи. Илья ей не мешал. Он просматривал варианты жилья в Княжинске, постучал в личку к Марьяне Красной, чтобы узнать — есть ли еще вакансия в «скорой» или ему лучше поискать место интерна в больнице.

Отсыпались они днем, в машине, крепко обнявшись, закутавшись в куртки друг друга и не обращая внимания на то, что младший инквизитор каждый час отправляет смс, условным кодом сообщая начальству, что жив и едет в указанном направлении.

Кажется, все вздохнули с облегчением, увидев крупную красно-белую надпись «Княжинск» на въезде в город.

Илья сбросил водителю точку высадки и приобнял Машу за плечи:

— Тетушка разрешила пожить в ее доме, кузина с детьми сейчас за городом, нам никто не помешает…

Щеки Маши вспыхнули.

За время пути они с Ильей сблизились настолько, что спокойно спали в обнимку, он провожал ее в уборную на заправках, страхуя от внезапной встречи с человеком, иногда решал мелкие проблемы вроде покупки белья и футболок, чтобы не искать в пути стиральную машинку и сушилку. Но они все еще ни разу не встретились в одной постели. Поэтому намек Ильи вызвал у Маши румянец.

Она взяла его за руку, посмотрела в глаза и спросила мыслеречью:

— Илья, ты уверен? Может быть, это не обязательно? Я… не уверена, что этот брак необходим…

Илья поднес ее руку к губам, повернул, щекотнул языком ладонь и ответил, глядя в глаза:

— Откажешься, даже не узнав, как это со мной?

Вспыхнув еще сильнее, девушка потупилась, и тут машина остановилась:

— Все, молодожены, — с явным облегчением вздохнул инквизитор, — приехали! В отделение Патруля я сам заеду, данные передам и посплю. Завтра к вам дежурный зайдет, отметки поставит. Все, выметайтесь!

Под ворчание уставшего человека вампиры выбрались из машины, забрали свой скудный багаж и вошли в подъезд. Маша успела мельком взглянуть на дом в предрассветных сумерках, но поняла только, что дом старый, ухоженный и летом, наверное, утопает в зелени.

Поздняя осень и мелкий холодный дождь успешно все скрывали, но чутье вампиров куда тоньше человеческого, так что Мария чувствовала, что дом уютный, теплый, в нем смеются дети, часто пахнет пирогами, а порой и именинным тортом. Откуда-то сверху летела легкая музыка, и девушка даже повела плечами, жалея, что нельзя сейчас потанцевать.

Илья подошел к двери на втором этаже, приложил к ней руку и попросил:

— Зяба, открой! Тетя сказала, мы можем остановиться здесь!

Дверь бесшумно отворилась, окутывая гостей желанным теплом и ароматами выпечки. Невысокий, закутанный в теплую шаль старичок встретил их, сидя на тумбе у входа:

— Добро пожаловать, князь с княгинею! Хлеб да соль! — в руках домового сам собой материализовался небольшой каравайчик с малюсенькой солонкой наверху. Илья застыл, а вот Маша шагнула вперед:

— Благодарствую, суседушка, — сказала она, аккуратно отламывая кусочек хлеба, макая в соль и разжевывая.

Илья на автомате повторил ее действия.

— Ну, молодые, в баньку пожалуйте! У меня уже все приготовлено! С дороги попаритесь, потрапезничаете и спать-почивать!

— Зяба, откуда ты узнал, что мы приедем? — не удержался, задал вопрос Илья.

— Хозяйка весточку послала с птицами! — буркнул домовой, укатываясь из прихожей на кухню.

— Вот ведь тетушка! — хмыкнул вампир и тут же предложил жене: — Тут действительно сауна есть, хочешь погреться?

— Хочу, — призналась Маша, — я что-то мерзну все время.

— Это временно, организм еще перестраивается, да и в целом погреться не повредит. Пойдем, покажу свою комнату и футболку для тебя найду. Ох ты ж!

Зайдя в свою комнату — в ту самую, в которой он жил с самого появления своего в Княжинске, Илья застыл, не зная, смеяться ему или плакать.

Обычной узкой койки у стены не было! Вместо нее красовалось роскошное ложе «кинг-сайз» с ортопедическим матрасом и полудюжиной подушек разных форм.

— Кажется, нас ждали, — хмыкнул вампир, — извини, жена, но больше спать негде!

Маша неожиданно для себя рассмеялась, потом вздохнула и призналась:

— Я и на полу скоро усну, что-то усталость навалилась!

— Давай все же погреемся с дороги, — немедля отреагировал Илья, — усталость бывает от холода. Вообще, вампиры на севере редко живут, потому что в сильный мороз просто впадают в спячку! Так, сейчас футболку чистую дам… Думаю, Зяба уже все приготовил!

Через пять минут Илья и Маша грелись в маленькой сауне с электрической печью. На специальной треноге парила вода с ароматическим маслом, рядом в тазу действительно запаривался веник. Маша куталась в полотенце, стесняясь, но Илья, дав ей прогреться, безжалостно взялся за березовые прутья:

— Надо кровь разогнать, легче будет. Ложись!

— Не хочу! — вцепилась в ткань девушка.

— Маша, честное слово, я уже все видел, и не раз! — признался Илья. — Ты потрясающе красивая, тебе нечего стесняться.

— Где ты видел? — сразу встрепенулась Маша.

— Вот попарю тебя и скажу! — тоном заговорщика пообещал вампир.

Девушка со вздохом расправила на скамье полотенце и легла на живот, крепко зажмурившись, но парень не стал ее хлестать — поводил сперва горячим веником по спине, по бедрам — от макушки до пяток. Потом начал легонько похлопывать самыми кончиками веток, и только когда кожа жены разогрелась, налилась румянцем, тогда начал хлестать посильнее, периодически с усилием прижимая горячие ветки то к плечам, то к пояснице.

Маша лежала, тихонько попискивая и не сопротивляясь.

— Все, теперь в душ! — сказал наконец Илья, утирая пот.

— А рассказать, где ты меня видел?

— Пот смою — расскажу! — заверил ее муж.

Они по очереди приняли душ, натянули чистые футболки, белье и выпали в просторную кухню с самой настоящей печью у стены.

— Садитесь, садитесь! — домовой уже выставил печеную курицу, аппетитно обложенную овощами, круглый пирог с рыбой и большой кувшин сбитня.

Маша ощутила зверский аппетит и набросилась на угощения, радуя заботливого домового. А когда насытилась, напомнила:

— Так где ты меня видел?

Илья вздохнул и признался:

— В палатке для мытья.

— Да у нас же, девочек, отдельный день был! — удивилась Маша. — Мы заранее всех разгоняли, чтобы спокойно помыться!

— Ну-у-у-у, — Илья смешно почесал в затылке, словно что-то решал, потом вдруг встал, и… его футболка упала на пол, а на табурет взобралась крупная летучая мышь!

— Мамочки! — Маша сама не заметила, как очутилась на подоконнике.

— Прости, не хотел тебя пугать, — повинился Илья, вставая на каменную плитку босыми ногами. — Ой, кажется, ты теперь тоже все видела! — хмыкнул он, поднимая с пола «боксеры».

Маша в ответ нервно хихикнула.

— Значит, подглядывал?

— Присматривал! Чтобы не обидел никто!

Мария вздохнула, видимо, вспомнила того неприятного типа, что ей угрожал.

— Ладно, почти прощен, теперь я тоже тебя видела! А я тоже буду в мышь превращаться?

— Ты — нет, — покачал головой Илья, — это врожденная особенность Высших. В принципе, через три-четыре сотни лет сможешь прятаться за иллюзией, но полноценно обращаться, как я, — нет.

— Даже не знаю, стоит ли жалеть, — философски заметила Маша, все еще сидя на подоконнике.

— Наелась? — протянул ей руку Илья. — Пойдем спать?

Девушка на долю секунды задержала дыхание, словно решаясь, а потом решительно оперлась на его ладонь:

— Идем!