Ей всё ещё кажется, что Дайлен — очень странный в сексе.

Женщины дракхи привыкли к беспрекословному подчинению своих мужчин. Унн учит, что если мужчина не под поводком, он дик и невоспитан, умеет только брать.

Это всё от начала до конца не имеет отношения к Дайлену.

Когда она не отдаёт ему приказов, он ласков, как одинокий брошенный котёнок. Он никогда не пытался брать — только просить и целовать. Он заглядывает ей в глаза так, как будто умоляет обо всём — об удовольствии, о подчинении, о боли.

Дайлену нравится ей подчиняться.

Она видит, как светлеют его глаза, когда она приказывает ему встать на колени или раздеться. Когда приказывает целовать свои ноги, когда приказывает ласкать себя. Она видит, как туманится его взгляд и из него ненадолго уходит напряжённый тяжёлый мрак.

Но больше всего Дайлену нравятся поцелуи.

Если не отдавать ему приказов, он может целовать её часами, и просто гладить, и мурлыкать ей в шею, просто лежать в её объятьях.

Алира с трудом может представить, что он такой же с другими женщинами, но, откровенно говоря, ей и не хочется этого представлять.

Дайлен любит рассказывать ей о своих победах. В деталях.

На самом деле эта часть заводит их обоих, потому что в этих историях он совсем другой.

И Дакейра совсем теряет себя, когда однажды в одном из трактиров Дайлен, смущаясь, просит её взять его как раба.

Они оба знают, о чём речь. Абсолютная власть одинакова на Теодоре и у дракхов.

Алира делает это для него, не переставая поглаживать по обнажённой спине, ловить губами каждый стон.

Она не уверена, что на самом деле кто-то стал бы так обращаться с рабом, но в эту минуту она думает только о том, что хочет видеть его больше чем рабом.