Кэл

В баре сейчас не особо людно. То самое приятное затишье между ужином и полным хаосом, когда бокалы приятно звенят, а я могу разгрести дела. Я стою за стойкой в «Коктейли и Хаос» и протираю и без того чистую поверхность. Привычка — способ занять руки и одновременно слушать, что происходит вокруг. Мои руки знают это место наизусть. Но голова занята совсем другим. Я думаю о Сильви.

Наш утренний сёрфинг начинался вполне невинно, но чем дольше тянулось время, тем сильнее я ловил себя на том, что ловлю каждое её слово. Открывать перед ней душу и одновременно узнавать её саму было чем-то очень интимным. Её бывший — козёл высшей пробы, и я не соврал ни единым словом, когда сказал, что она идеальная жена.

Жаль только, что я думаю об этом в более приземленном смысле — не просто какая она идеальная жена вообще, а какая она идеальная жена конкретно для меня. Сердце заколотилось в груди слишком сильно, и я рассеянно потёр ладонью грудную клетку.

За стойкой сидит Йен, перед ним — тако с рыбой, тарелка картошки фри с соусом айоли и его неизменная кола. Йен из тех, кто не пьет, хотя по иронии судьбы владеет самым популярным баром на острове. Он никогда не объяснял почему, да и вообще люди мало что о нём знают. Он молчаливый мужик и близко к себе никого не подпускает. Приходит поужинать несколько раз в неделю. Думаю, для него это способ получить ту самую дозу минимального социального общения, в которой он нуждается, но никогда не признаётся, будучи неофициальным ворчуном городка.

— Ты какой-то рассеянный, — говорит Йен, не глядя на меня и отправляя в рот кусок еды.

Он даже не представляет насколько. Я рассеян из-за одной-единственной вещи. Она не выходит у меня из головы и преследует в моих снах. Это уже становится смешным.

— Работаю, — уклоняюсь я от правды. — Я сосредоточен.

Он фыркает.

— Ты полируешь одно и то же место. Ты сейчас дыру в стойке протрешь.

Я сдвигаю тряпку на пару сантиметров в сторону.

— Доволен?

Он делает глоток колы.

— Видел, как ты сёрфил с той хорошенькой блондинкой. Похоже, вы отлично провели время.

Я замираю ровно на ту долю секунды, которая выдает меня с головой.

— Ты что, следишь за мной, старик?

— Трудно было не заметить, — ухмыляется он. — Весь город, небось, уже ставки ставит на тебя и эту красотку.

Я фыркаю.

— У неё вообще-то имя есть.

— Не сомневаюсь, — Йен ухмыляется, подначивая меня. — «Горячий бармен».

Выдав это, он закидывает голову назад и хохочет.

Я шутливо закатываю глаза.

Мы всегда так общаемся. Постоянно подкалываем друг друга, и это весело.

— А я слышал, что на днях «Пчёлки» показали тебе задницу.

Йен закатывает глаза.

— Сумасшедшие старухи.

Я смеюсь и разворачиваюсь, заметив вошедшую компанию, которая занимает столик. Марина кивает мне и спешит принять у них заказ.

Тут в бар вплывают Саммер и Сильви, они смеются и весело болтают. Оу, чувак. Йену понравится. Новый повод для подколок. На них яркие летние платья. На Сильви облегающее розовое платье, которое вообще должно быть вне закона. Её стройные, загорелые ноги обуты в босоножки на ремешках. Эти ноги кажутся бесконечными. Подтянутые и сильные.

На секунду мой разум предаёт меня, и я представляю эти ноги, обвившиеся вокруг моей талии. Я сглатываю, закрываю глаза и трясу головой, словно могу физически выбить эти мысли из черепной коробки.

«Соберись, парень».

У Саммер и Сильви за уши заткнуты ярко-розовые цветки гибискуса, их поцелованная солнцем кожа буквально светится. Сильви замечает меня и машет рукой, явно рада меня видеть. Саммер что-то шепчет ей на ухо, и Сильви понимающе улыбается.

— Привет, Кэл! — окликает Сильви, направляясь к стойке вместе с Саммер.

— Привет, леди.

Я улыбаюсь. Ничего не могу с собой поделать. Я искренне рад видеть Сильви.

— Привет, Кэл, — отзывается Саммер, забираясь на стул.

Сильви садится на соседний, прямо рядом с Йеном. Тот косится на неё, приподняв бровь, словно наблюдает за развитием сюжета в кино.

Я хватаю меню, протягиваю им и раскладываю костеры под напитки. Моим рукам нужно какое-то дело, потому что она здесь, а я чувствую себя так, будто меня поймали с поличным за мыслями о ней.

— М-мм, я умираю от голода, — напевает Саммер. — Я сегодня провела два занятия. Мне нужна еда.

— Рада, что успела на твой дневной класс, — умиротворенно бормочет Сильви. — Было здорово.

У меня в мозге происходит короткое замыкание, когда я представляю, как она выполняет свои позы йоги в этом платье, что сейчас на ней. Я окончательно теряю рассудок.

— Йен, — я прочищаю горло и киваю то на одного, то на другую. — Это Сильви. Сильви, это Йен. Он владелец бара.

Понятия не имею, зачем я добавил последнюю фразу. Я столько рассказывал ей об Йене, что она и сама бы сложила два и два. Блядь, я просто нервничаю. И Йен видит, что его, без сомнения, дико забавляет прямо сейчас.

— Оу, — её глаза округляются.

Она разворачивается и тянется к нему, приобнимая за плечи, будто это самое естественное действие на свете.

Йен каменеет. Потому что никто и никогда не обнимает Йена. Он сидит как статуя и косится на меня с выражением «что здесь вообще происходит?».

Сильви отстраняется и заговаривает с ним так, словно они сто лет знакомы. Я заворожен и не могу оторвать от них глаз.

— Я просто обожаю ваш бар, — говорит Сильви — ярко, искренне. — И Кэл так тепло о вас отзывается. Так рада наконец-то познакомиться. Я слышала, у вас есть лодка?

Йен прочищает горло и выпрямляется в кресле.

— Есть такое.

Саммер наблюдает за сценой с неподдельным восторгом. Она заглядывает в меню, смотрит на меня и заговорщицки ухмыляется.

Я тоже смотрю на этот диалог в полном восхищении. Вау. Она что, только что очаровала главного ворчуна нашего города?

Я вижу, как она кладет руку ему на плечо и смеётся над чем-то, что он сказал, а Йен ухмыляется в свою густую окладистую бороду.

Охренеть можно. Она смогла.

Ну конечно, смогла. Она же ходячее солнце.

Это почему-то меня радует. Будто она только что прошла проверку, о которой я сам не подозревал. Ещё один плюсик в категорию «идеальная жена»? Внутренне я содрогаюсь, ведь я так не поступаю. Я не влюбляюсь как мальчишка.

Но Йен ведь тоже не из таких, а она его абсолютно очаровала.

Я понимаю ошарашенный взгляд Йена. Я отлично знаю, почему он замер. Я сам так попадался, перед её обаянием просто невозможно устоять.

Опасная. Эта женщина опасна для моего сердца.

Я замечаю, что Йен немного расслабляется.

— Ты здесь надолго?

Наблюдать, как он краснеет, поддерживая светскую беседу, — определённо лучшее событие моего вечера.

— На лето, — отвечает Сильви. — Мне здесь безумно нравится. Вообще не хочется уезжать.

Йен кивает, словно ответ его полностью устраивает, но у меня внутри всё обрывается, и момент мгновенно приземляет меня на землю. Напоминание о том, что она здесь не навсегда. Пульс замедляется, и внезапно весь тот страх, что таился под поверхностью, всплывает наружу.

Саммер тыкает пальцем в меню и говорит Сильви.

— Ты определилась, чего хочешь?

Сильви кивает.

— Я буду то же самое, что у Йена. Выглядит очень аппетитно.

— Мне то же самое, — добавляет Саммер.

Йен улыбается мне. Вау. А она хороша.

— Во сколько прибывает твой друг? — спрашиваю я, оформляя их заказ.

— Уилби задержали. Он приедет только завтра. Так что мы с Саммер решили выбраться куда-нибудь поесть и потанцевать.

Саммер с энтузиазмом кивает.

— Мы заслужили.

— Кэл, можно нам две порции «Секса на пляже»? — просит Сильви.

Йен чуть не подавился своей колой.

— Конечно, — я ухмыляюсь и поворачиваюсь, чтобы смешать коктейли.

Знаю, Йен мне потом припомнит. Ну и пусть.

Я занимаюсь их напитками и помогаю Марине выполнять заказы. Время от времени бросаю взгляд в зал, Сильви провожает меня глазами, словно отслеживает каждое моё перемещение по бару. Я замечаю. Связь между нами неоспорима. Я просто не знаю, как к этому относиться. Друзья? Или потенциально нечто большее?

Нет. Я трясу головой, прогоняя мысли. Я не могу быть этим парнем. Тем, кто встречает классную женщину, влюбляется в неё, а она в конце лета берёт и улетает обратно в Нью-Йорк. Я не выдержу.

Мой мир здесь, на Коконат-Бич. Её мир — в Нью-Йорке. Точка.

Если бы всё было так просто. Ничего и никогда не бывает просто.

Сильви снова встречается со мной взглядом, обхватив губами трубочку. Я внутренне стону от зрелища. В её глазах читается то, от чего в груди становится тесно. Мне становится жарко. И чёрт возьми, я бы не отказался узнать, какова на вкус её улыбка. Сильви опасна.

Саммер и Сильви едят вместе с Йеном, который, как я заметил, задерживается дольше обычного и, кажется, внимательно слушает их болтовню, даже хмыкает в ответ, когда Сильви вовлекает его в разговор. Я даже слышу, как он рассказывает ей о своей лодке, а за ним я такого вообще никогда не припомню. Обычно он быстро съедает свой ужин и уходит.

Чуть позже они прощаются, и когда Сильви снова обнимает Йена, он похлопывает её по спине. Затем Саммер и Сильви направляются к танцполу, и музыка в баре становится громче. Смех тянется за ними шлейфом, и все взгляды в баре тоже прикованы к ним. Терпеть этого не могу. Не хочу, чтобы кто-то пялился на Сильви.

Я поворачиваюсь к Йену, который наблюдает за тем, как я наблюдаю за ними. Он медленно и понимающе ухмыляется.

— Перестань, — бормочу я.

— Эта девчонка другая, — говорит он.

— Да нет, обычная, — сухо бросаю я.

Но она абсолютно другая. Я не могу отрицать. Понятия не имею, что здесь происходит. Я отталкиваю от себя все чувства, но они всё равно летят на меня напролом, как товарный поезд.

Я протираю стойку и делаю вид, что всё в полном порядке.

Йен встаёт, собираясь уходить, и выкладывает купюры, несмотря на то что это его собственный бар.

— Ты так и будешь притворяться или всё-таки позволишь себе немного пожить?

— Я и так живу на полную катушку, — спорю я.

Он выгибает бровь.

— Ты сёрфишь на рассвете, вкалываешь в баре, заботишься о матери. И так по кругу день за днём. Это не жизнь, сынок.

Я молчу, потому что мне нечего сказать. Музыка меняется, и воздух наполняет пьянящий смех Сильви. Она закидывает голову назад, танцует, и цветок за её ухом подпрыгивает в такт движениям. Они кружатся, обе хохочут и подпевают популярной пляжной песне.

— Не будь дураком, — говорит Йен на прощание и уходит.

«Слишком поздно».

Я продолжаю работать, благодарный за возможность отвлечься. Заказы приходят и уходят. Я отправляю стаканы в мойку и полирую их. Ночной воздух становится гуще. Но моё внимание ни на секунду не отдаляется от Сильви. И, судя по тому, как она смотрит на меня, её внимание тоже приковано ко мне. Сильви закрывает глаза и танцует под музыку так, словно она здесь дома. Уверенная, точно знающая, кто она такая. Она говорит, что пытается найти себя этим летом. Спорю, ей не нужно искать себя. Она всегда была внутри, просто ждала момента, чтобы раскрыться.

Она пересекается с Миа и совладелицей «Соленых страниц» Джунипер, они заказывают воду и продолжают танцевать.

Да, она другая. Йен прав.

* * *

Бар наконец пустеет чуть за час ночи. Мы уже перевернули все стулья и приглушили свет. Снаружи разбиваются о берег волны, а во мне всё ещё бурлит энергия, хотя тело приятно устало после работы. И, естественно, я не могу перестать думать о Сильви.

Я выставляю последний чистый стакан за стойку и выхожу наружу, чтобы запереть двери. Сильви сидит на улице в одном из кресел, босоножки лежат рядом на земле, а пальцы ног выводят узор на песке. Её платье помялось после танцев, волосы растрепались, а цветка уже нет.

Увидев меня, она поднимает взгляд и улыбается так, словно сидит здесь уже прилично.

— Ты наконец-то закончил.

— Ждала меня? — спрашиваю я с удивлением.

— Саммер меня бросила, — бодро говорит она. — У неё завтра рано утром класс йоги, и ей нужно выспаться.

Я улыбаюсь и запираю дверь, пряча ключи в карман.

— Похоже на неё. А как же ты? Тебе разве не нужно выспаться?

— Да, только я привыкла обходиться малым количеством сна.

Вопреки своим словам, она зевает и рассеянно тянется к босоножкам, но промахивается. Ни секунды не колеблясь, я опускаюсь перед ней на колени, чтобы помочь. Я поднимаю одну из босоножек, и наши взгляды встречаются. Её брови сдвинуты к переносице, будто она не знает, как реагировать на то, что я хочу обуть её.

Мы оба не знаем.

И всё же я обхватываю её изящную лодыжку и надеваю обувь. Поставив её ногу обратно на песок, я беру вторую босоножку. Она протягивает мне другую босую ногу. Я беру её, проводя большим пальцем по подъему, наслаждаясь нежностью её гладкой кожи.

Воздух между нами заряжен током, мы оба молчим, пока я надеваю вторую туфлю.

Когда с этим покончено, она застенчиво улыбается, а я поднимаюсь на ноги. Я протягиваю ей руку, которую она принимает, и помогаю ей встать.

— Нормально доберёшься до дома?

— Я просто подумала, что мы могли бы пройтись вместе, — говорит она. — Если ты не против.

Я более чем не против.

Большую часть ночи я пытался договориться с самим собой и провести невидимую черту на песке между мной и Сильви. Но вот она стояла здесь, ждала меня, и в том, как открыто она проявляла свою уязвимость, было что-то такое, будто для неё это тоже в новинку, что ударило мне прямо в сердце.

— Я с радостью провожу тебя домой, — говорю я охрипшим голосом.

— Хорошо, — отзывается она. — Веди, горячий бармен.

Я стону от её «горячего бармена», а она хихикает.

Мы пошли рядом, легко, словно делаем это не в первый раз. Улицы теперь безлюдны, и звуки волн затихают по мере того, как мы отдаляемся от бара.

Она идет близко, не прикасаясь, но достаточно близко, чтобы я чувствовал, как её рука покачивается рядом с моей. Каждый нерв в моём теле вспыхивает от одного лишь ощущения её присутствия.

— Кэл, — говорит она. — Можно мне кое-что у тебя спросить?

— Смотря что, — поддразниваю я.

— Почему ты сказал, что я идеальная жена? И что именно ты имел в виду?

Я слегка спотыкаюсь на ровном месте, но тут же восстанавливаю равновесие.

Она ждёт ответа, поглядывая на меня на ходу.

Я смотрю на неё и поражаюсь, почему она сама не видит.

— Сильви, в тебе есть абсолютно всё.

Она замедляет шаг и слушает.

Я перевожу на неё взгляд и продолжаю:

— Твой бывший — идиот. Он никогда тебя не стоил.

Когда я это произношу, она пристально смотрит на меня и часто моргает.

Я останавливаюсь, и она тоже замирает, разворачиваясь ко мне лицом. Свет уличного фонаря и звезды озаряют её лицо. Её глаза находят мои и задерживаются.

Именно это меня и пронимает, так что я продолжаю.

— Ты умеешь слушать так, как никто другой на моей памяти. Ты замечаешь людей. И ты даёшь им почувствовать себя значимыми. Ты как свет в темноте. Радуга после дождя. Ты заставляешь улыбаться каждого, с кем говоришь. Даже Йена Блэка, который, между прочим, главный ворчун города. Ты очаровала человека, которого невозможно очаровать. Не знаю, как тебе удалось, но ты это сделала.

У неё перехватывает дыхание.

— Ничего себе комплимент, — тихо говорит она.

— Я говорю серьёзно. Я никогда не встречал никого, похожего на тебя. И этот кретин знатно тебя проворонил. Надеюсь, ты понимаешь. Ты идеальная жена. И мне паршиво от того, что они причинили тебе такую боль. Но я рад, что ты не вышла за него. Потому что он никогда не смог бы стать достаточно хорош для тебя.

Воздух между нами становится густым, а атмосфера — наэлектризованной. Она делает шаг ближе. Она так близко, что я чувствую запах кокоса от её шампуня или геля для душа.

Мои руки поднимаются, я обнимаю её и прижимаю к себе. Сердце бешено колотится о рёбра. Её губы приоткрываются от неожиданности. Я мог бы поцеловать её прямо сейчас.

Но тут она выдыхает, один раз качает годовой и едва заметно, печально улыбается. Она обвивает меня руками и крепко обнимает. Её руки крепко сжимают меня, и я притягиваю её к себе с такой же силой. От этого у меня практически выбивает воздух из легких.

Она прижимается щекой к моей груди, а я закрываю глаза, удерживая её ровно столько, сколько нужно, чтобы представить, каково — обнимать её так, будто она моя.

Но она не моя.

— Спасибо, — бормочет она.

— За что? — тихо спрашиваю я.

— За то, что ты меня видишь, — говорит она. — И за то, что ты просто мой друг. И добр ко мне.

Я закрываю глаза, и она отстраняется первой. Её улыбка мягкая и осторожная, и кажется, она понятия не имеет, что только что со мной сделала.

— Спокойной ночи, Кэл. Увидимся завтра.

Я машу рукой.

— Ночи, Сильви.

Она заходит в дом Бёрди, и я разворачиваюсь, только когда слышу, как защёлкнулся замок.

Я не двигаюсь с места и стою там дольше, чем следовало бы, засунув руки в карманы. Одно я знаю наверняка.

Если целовать Сильви так же потрясающе, как было держать её в своих руках, то я попал.

Не думаю, что смогу бороться с чувствами так, как планировал.