Такра вырвал кинжал из челюсти женщины. Та плюнула сгустком крови и замолкла. Он вылетел из шалаша, но тут же прильнул к шкурам. Всюду визжали, бегали. Он углядел, как из дальнего шалаша кто-то выволакивает женщину за волосы. Рядом с другим шалашом мальчуган с трясущимися руками и ногами, с древком для будущего копья, мчался на неизвестное пятно.

— Сенок! — выплюнул неизвестный в темноту и выпустил паутину. Та обернула ноги мальчика, и он рухнул кубарем наземь. — Где воздь⁈ Где больсой сокол⁈ — ревел он.

Слева, со стороны реки, Такра вдруг услышал: «Ау-у-уу!» Протяжный вой. Звук был близок. Он вывернулся и глянул. Оттуда с ним встретился взглядом мужчина с уже знакомой ему палкой в руках. Такой метал дротики Ив! Тот гиений сын!

И казалось бы, что всё и так очевидно. Но он понял только сейчас. На них напали волки.

— Хаа-аа… ах! Что? Почему? — не мог он поверить, осознать.

Он только-только вырвался с Той стороны, обменял чужую кровь на свою, и вновь.

— Нет… я не умру! — прохрипел он и зыркнул правее от реки. Он помнил, что там есть небольшой влажный овраг, прямо рядом с рекой. Круглый, укромный. Издали не углядишь.

Сейчас… давай! Бежать! Давай!

Он то и дело порывался, пока вокруг разлетались крики, визги. Послышался знакомый голос: «Кто⁈ Убью⁈» Язык говорящего заплетался, будто подрезали жилу на языке. Кай-Хак вновь заливал глотку ягодной водой. Но, может, он немного их задержит.

— Хоть на что-то сгодится, — хрипнул Филин и кинулся в ночь.

Он побежал так быстро, как никогда. Не оглядываясь, не слушая, что творится позади. Бежать! Как можно дальше! Он найдёт новую стаю! Найдёт новое место! В этом он был умел как никто!

— АУ-УФ! — услышал он позади, будто у самого затылка.

И удар! Его щиколотка хрустнула, вывернулась, он полетел на землю! Покатился по ней, перемежаясь серым небом и тёмным пятном земли с коркой льда. Трава колола щёки, кусты цеплялись за волосы. За них же ухватился сбивший его и начал поднимать.

— Не убивай! Я слышу духов! Они говорят со мной! — затараторил Такра, ощутив вкус крови на губах, сразу стало липко.

Сквозь влажную пелену глаз он разглядел напавшего. Мужчина с тёмными волосами, сбившимися колтунами, светлыми глазами и тёмной кожей, покрытой жидкой землёй. От того пахло хвоей, травой, прелью и мокрой шерстью. И притом он не ощутил аромата пота, нижней кислой вони. Так пах лес. Но только не человек.

— Шаман? Ха-ха! — усмехнулся тот, сверкнув зубами, что ярко просветлели на фоне лица.

— Меня звали Филином! Я говорил с Великим Соколом! С духами земли! И воды! — брызжа слюной, отвечал Такра, и взгляд его сосредоточился на белёсом клыке, что висел на шее мужчины. Он видел такой же у Ива.

«Такой же…!» — Такра всегда был очень наблюдательным. И он был умел в том, чтобы читать людей, читать их следы через мелкие детали. «Их стая мала. Волков там немного, как я видел. Словно… они и сами откололись.» — представить такое было не сложно, при учёте, что он видел это ни раз и не два.

— Варм-Ору нравятся говорящие с духами. У древа за них много дадут. — Мужчина вдруг разжал руку, и шаман рухнул на землю, уперевшись дрожащими ладонями. — Где мужчины? Куда делись сильные соколы?

— Мертвы, — выдохнул Такра, стараясь взять себя в руки.

— АА-АА-АХ! — разлетелся крик из глубины стоянки.

Всё внутри Филина сжалось. Это кричал Кай-Хак.

— Шако закончил, — голос мужчины изменился. Он словно был не очень доволен. И, вновь обернувшись к Филину, сказал: — Как погибли мужчины? Ты лжёшь мне? Они ушли и вскоре вернутся?

— Нет-нет! — замотал головой Филин. — Их убили! Я вёл их! Нам были нужны женщины! У Великой Равнины есть стая! Там были женщины! — он даже не замечал пульсирующей боли в ноге, ведь нащупал нить, что вытянет его вновь.

— Стая у Великой равнины? — прищурился мужчина. — По эту сторону реки? Снежные люди?

Такра понимал, о чём он. Рядом с большой равниной редко зимовали люди. Они обычно уходили глубже, там было теплее, ветра не такие жестокие. А Снежные люди, наоборот, только и приближались к границе. Им нужен был большой зверь, его они бить умели как никто. Оттого и удивился этот волк.

— Там… не снежные! Это… — Такра не решался сказать.

«А что, если Ив с ними заодно? Если он отправил волков по следу?» — Такра был осторожен, не хотел рисковать.

— Вака, — послышался другой голос. — Шако зовёт. Вождь их слаб, пожрал что-то. То ли дух вселился. Ноги даже не держат.

— Он убил его? — обернулся мужчина к юноше. Да, это был довольно молодой парень.

Такра сидел на земле. В руке его до сих пор был нож. И он глядел на широкую спину охотника. И ощущал, что у него нет и шанса на побег. Он не забрал ножа, он не чувствует угрозы. Тут нужно действовать словом, говорить, как всегда.

«У меня есть ягодная вода. Если доберусь до их вожака… просто повторю то, что сделал с Кай-Хаком.» — уже прикинул он.

— Нет, с ног сбил, да повязали. Он слабый совсем, — ответил второй.

— Забирай его. Нож себе возьми, — махнул рукой охотник и зашагал в сторону большого костра. Там Такра видел тени тех, кто стоял на коленях. И тех, кто лежал без движения. И ему совершенно не хотелось оказаться среди вторых.

Филин смиренно протянул кинжал, юноша забрал его. Задержался взглядом. Оценил наспех.

— Идти можешь, сокол?

Филин попытался встать, но ногу вмиг пронзала боль, и он рухнул на колено. Волк подкинул ему одно древко из тех, что сохли вблизи одного из кострищ. Опершись, он уже заковылял к центру, ощущая, как сзади волк готов впиться в шею.

У костра было всё племя, все те, что остались. Несколько мужчин раздевали мертвецов, кто проявлял сопротивление либо просто неудачно подвернулся. Женщины и дети стояли на коленях поодаль. Одна из женщин вязала руки остальным. И тут был вождь. Кай-Хак лежал на боку у костра. Вокруг головы разлилась лужа зловонного нутра. Глаза полуприкрыты, а губы так и повторяли: «Волки… во всём виноваты волки…»

— Он и был тахим! — резко, визгливо отвечал тому волку, что сшиб Такру, другой, с лицом, рассечённым глубоким рваным шрамом. Похоже, он был тем — Шако.

— И ты не тронул его? Он сам едва глаза открыть может?

— Вака… я сказал тебе уже, — прошипел Шако.

Вака… Такра быстро уловил, что он главный у волков, у их охотников. Он знал разные стаи. Знал, как те живут изнутри.

— Подними его.

Кай-Хака приподняли так, чтобы он мог стоять на коленях. По его подбородку стекала слюна, она капала на меховую жилетку. Глаза были мутными, едва отражали пламя. Он не был похож на вождя, он едва походил на охотника.

— Эй, Филин! — бросил Вака и глянул на Такру. — Он твой вождь?

Филин сглотнул, припустил голову.

— Был… он был моим вождём. — ответил шаман.

— Бил? Хья-хья! — мерзко усмехнулся Шако. — А сецас кто? А⁈

— Он слаб. Он проиграл. Из-за него духи отвернулись от соколов. — Такра исподлобья взглянул на женщин в стороне. — Из-за его слабости стая потеряла мужчин. У меня нет желания идти за таким вождём.

— ТЫ! ЛЖЕЦ! ГИЕНА! — заревела и вскочила одна из женщин Кай-Хака.

Бам! В тот же миг волк рядом пришёлся древком копья точно ей по колену, сбоку. Она тут же рухнула на колени.

— Что же кричит эта женщина? — спросил Вака.

— Она думает, что я лишил его силы. — ответил Такра. Он предполагал, что женщины постараются помешать ему.

— Валм-Ол не будет сыт слабым, — прошипел Шако, слизнув слюну, что норовила скатиться по подбородку.

«Им нужен вождь? Зачем?» — задумался Такра.

— А ты лишил его силы? — спросил Вака.

— Нет, — покачал головой Филин. — Я дал ему то, что позволяет говорить с духами не хуже шаманьего гриба. Но сколько бы ни выпил — на Ту сторону нет дороги. И кто силён, тот станет сильнее. А кто слаб — слабее. — Такра повторял то же, что говорил Кай-Хаку когда-то. — Живая вода дарит тепло. Я могу показать.

Он глянул на Ваку. Тот кивнул. Он быстро влетел в шалаш, выудил оттуда мех и вручил Ваке. Тот ухватил его, вырвал пробку и понюхал. Дёрнулся, сморщил нос.

— Пахнет как гнилая ягода, — сплюнул он на землю. — Отравить плоть решил⁈

Такра одёрнулся назад, наступил на ногу и взвизгнул от боли, едва не упав.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся Шако. — Пустить ему кловь, а, Вака? — с готовностью, почти надеждой спросил он.

— Я выпью! Я могу показать! — вскрикнул Филин.

— Давай, — кинул ему мех Вака.

Он молча, сразу же припал к нему и сделал несколько глотков, даже специально пролил за губы, чтобы видно было.

Такра не раз пил живую воду. Он сам едва не оказался в её власти. Но если вождя, сколько бы его ни крутило, ни выкручивало, тянуло к ней всё больше, Филина мутило от одной мысли на следующий день. Для него её дар был мал, и мысль не шла, если испьёт.

— Выпил, значит. — кивнул Вака.

— Скоро он вернёт силу, не всю, но много. Не давать ему живой воды, духи отпустят его обратно. — проговорил Такра. — Он сильнее, чем кажется.

— Заберём, — кивнул Вака. — Нак, шаману кровь пусти. Не нравится мне.

Такра на миг обомлел, не мог поверить. А следом дёрнулся в сторону. Забил ногами, отползая. Но его лихо прихватили за ворот, прижали к земле. А юноша достал его же нож и пошёл к нему.

— Нет! Не убивайте! — закричал Такра. — Я могу помогать вам! Я укроюсь серой шкурой!

— Хребет для волка тонкий у тебя. А лисы носят иную шкуру, — сказал Вака, наблюдая за жалким соколом, который не знал себя от страха.

— Я знаю много стай! Знаю, где есть женщины!

— Женщин мы и сами добудем, — не убедился Вака.

— Видел других волков! Стаю, что идёт за Ивом! — закричал он последнее, что пришло в голову. Он надеялся обернуть всё так, словно он давно помогает волкам, а там уже что-то придумает.

И не ожидал, что Нак остановится в тот же миг. Все волки замерли, переглянулись. Они, несомненно, знали это имя. Такра вновь нащупал нить, но не хотел спешить. Осторожно.

— Ив! Волк! Я говорил с ним!

Он не углядел, в какой момент Шако начал движение, но через мгновение Такра был прижат к земле, у горла лезвие, а в лицо бьёт жгучее дыхание.

— ГДЕ ОН⁈ ГДЕ⁈ — заревел он ему прямо в лицо.

Такра не мог вымолвить и звука, столь жутким был Шако. Его рассечённое широким шрамом лицо исказилось в гримасе ярости и боли. У Филина было ощущение, что он вмиг вонзится ему в глотку и разорвёт её. Но он взял себя в руки в следующий же миг. Главное, он понял, что Ив им вовсе не соратник.

— Я скажу! Я покажу! — вымолвил быстро Такра и едва сдержался, чтобы не растянуться в улыбке.

Он не собирается умирать. Ему был вновь дарован шанс. И он сделает всё, чтобы выжить.

И чтобы убить того, кто лишил его всего.

Пустить кровь Иву.