Ключевые моменты: обработка информации, интегрированная анатомия, мезокинетика, терапия.

Биомеханика занимается структурной механикой биологии на основе анатомии и стремится понять, каким образом происходит взаимодействие частей и как оно способствует движению. Однако в силу того, что наши знания об этом предмете накапливались на протяжении многих веков, в них есть множество накопившихся несоответствий с растущим пониманием встроенной природной геометрии организма, которая играет намного более важную роль в его развитии, чем это было принято считать. Поэтому в свете новых исследований мы должны быть готовы к тому, что в перспективе привычные нам анатомические обозначения и термины, скорее всего, сильно изменятся (Sharkey, 2016).

Мы все привыкли к тому, что анатомические названия органов и систем — это нечто незыблемое, освященное традицией и не подлежащее пересмотру. На самом деле такая уверенность в вечности и неизменности анатомии — не более чем заблуждение, вызванное инерцией мышления.

Дело в том, что термин «анатомия» одновременно имеет два содержания, которые легко склеить воедино, потеряв ключевое различие.

Анатомия — это объективно существующая структурная реальность биологических организмов, то есть предмет изучения. Но тем же самым термином «анатомия» обозначается и наука об этой структурной реальности, то есть способы и методы изучения предмета. Иначе говоря, за последнюю тысячу лет предмет анатомии — строение человека и животных не изменился. Однако методы изучения и язык описания того, как мы устроены, то есть собственно «наука об анатомии», за ту же самую тысячу лет изменился радикально.

Как только мы четко осознали эту двойственность смыслов, становится очевидно, что осознание предмета анатомии через способы и методы его изучения не только могут, но и должны меняться с развитием научного репертуара человечества.

Поэтому, несмотря на свою многовековую привычность, существующая анатомическая терминология — это не более чем исторически сложившиеся условные обозначения, которые могут и должны меняться, развиваться и улучшаться.

Более того, на самом деле мы должны быть сильно встревожены отсутствием таких изменений в анатомии, поскольку мы по-прежнему пользуемся все теми же анатомическими картами нашего устройства, предложенными Везалием почти 500 лет назад, которые с тех пор были уточнены, но принципиально не изменились.

Удивительно, но и современная физика и современная анатомия стартовали с фактически равных позиций в один и тот же год. Как труд Везалия, так и труд Коперника были опубликованы в 1543 году, и на тот момент были сравнимы по своей революционности, опрокидывая античные представления, которым на тот момент было примерно по 1500 лет. Работа Везалия завершила эру Галеновской «Науки об анатомии», а работа Коперника отменила общую птолемеевскую геоцентрическую картину физического мироздания. Однако с тех пор в физике произошли множественные научные революции, а ее терминология и научный инструментарий многократно обновились и расширились, в то время как в анатомии ничего даже отдаленно сравнимого за те же самые почти 500 лет не произошло. По сути, сегодняшняя наука об анатомии — это средневековый реликт, непонятно, каким образом сохранившийся в почти неизменном виде.

Очевидно, что реформы в науке об анатомии не просто назрели, а давно перезрели.

В этой книге мы вынуждены пользоваться привычной анатомической терминологией, для того чтобы быть понятыми читателям, но мы, безусловно, смотрим на нее критически, стараясь определить ее понятийные слабости и потенциал для улучшения.